О вкусах не спорят

Магнус гордится своим отменным вкусом. А тот ведь, и правда, хорош, почти идеален. В еде, в напитках, в одежде. В людях, в конце концов. Магнус это знает и не сомневается в этом ни капли, ни секунды и ни минуты. Верховный Самый стильный маг Бруклина. Пожалуй, он был бы не против, если бы его так называли. Сочетание несочетаемого — это то, что придаёт идеальный вкус еде и одежде. Сладость и горчинка в сыре горгондзола вкупе с пряностью не позволят вам забыть это ощущение на кончике языка никогда в жизни. Если вы однажды попробуете сладкий мартини с солёной оливкой, то больше не станете пить дешёвое водянистое пиво. Никогда. А после острого индийского чая с имбирём, корицей и перцем сможете воспринимать чайные пакетики «Липтон» не иначе как мочу осла. Точно так же и безвкусица в одежде. Глядя на некоторых людей на улицах, в барах и кафе, в других городах, Магнус хочет это развидеть и забыть навсегда. Будь он президентом у примитивных, он бы приставлял к таким людям стилиста. Или сажал бы их в тюрьму для безвкусных. Конечно, нельзя сказать, что он думает об этом постоянно, не в силах заснуть по ночам. Нет. Он просто гордится собственным вкусом и благодарит за него… Разиэля? Отца? Судьбу? Он не знает, кого нужно благодарить, но иногда тихо шепчет что-то вроде «спасибо», глядя на большую задницу, обтянутую в леопардовые леггинсы. Магнус пробует коктейль собственного приготовления, сидя в своём любимом кресле. Он не любит водку, но она прекрасно сочетается с голубикой, кокосом, манго… да чем угодно сладким и мягким на вкус. Наверное, в прошлой жизни он был барменом, если умеет делать такие чудные коктейли из первых попавшихся под руку напитков и сиропов. Напротив него, прислонившись к столу, стоит Алек с точно таким же коктейлем в руке. Он делает маленький глоток, а Магнус следит, как поднимается и опускается кадык, потом Алек морщится и облизывает губы. Магнус Бейн любит всё красивое. Живопись, классическая музыка, звуки скрипки, картины Дали и Рафаэля, скульптуры Микеланджело, стильная одежда, горы с белоснежными верхушками, закатное солнце, опускающееся над морем, окрашивающее воду в красно-розовые тона, ярко-голубые или ярко-зелёные глаза, длинные пальцы, какие бывают лишь у пианистов… и, конечно, то, как Александр Лайтвуд облизывает губы. И последнее Магнус с определённостью может назвать своим любимым. Губы Алека, словно фетиш, о котором ты думаешь шестьдесят одну секунду в минуту. Алек улыбается ему, и Магнус спрашивает, понравился ли ему коктейль. — Да, неплохо, — отвечает он. — Но я не люблю водку, прости. Магнус говорит, что в следующий раз сделает молочный коктейль специально для него. Они смеются, и Алек снова делает маленький глоток. Опять хмурится, облизывает губы и улыбается, глядя на Магнуса. Словно по заученному сценарию. — О вкусах не спорят, — говорит Магнус куда-то в воздух, всё так же глядя на губы. От них просто невозможно оторваться. Эта мысль настолько яркая и осязаемая, что Магнус, кажется, мог бы до неё дотронуться. Он даже боится, что сказал это вслух, и Алек подумает, что он фетишист, губофил или сексоголик. Но Алек улыбается, Алек не догадывается, что сводит этим с ума. Идеальные губы растягиваются, открывая белые зубы. На щеках появляются ямочки. Магнус прикрывает глаза, а потом сам отпивает немного из своего стакана. Ему кажется, что немного, на самом деле он его опустошает за пару глотков. Алек приподнимает бровь, но молчит. — Может быть, ты хочешь чего-то ещё? — быстро спрашивает Магнус, чтобы отвлечься. Желательно — уйти на кухню. А лучше отправиться в Индию, где идеальные губы будут не давать ему покоя лишь во сне, но не воочию. Когда вы смотрите на бургер, то представляете, какой он: сочный, чуть солоноватый, разнообразие вкусов мяса, мягкой булочки, солёного огурца, томата, салата и чесночного соуса смешиваются, образуя на языке целую симфонию ощущений. Примерно то же самое сейчас чувствует Магнус. Он словно умирает от голода. И ему срочно нужно снова ощутить идеальный вкус идеальных губ идеального Александра Лайтвуда, которые хочется зацеловать до красноты, до сладкой боли, которая будет отдаваться тугим узлом в животе и комом в лёгких. Алек отрицательно качает головой, и тогда он говорит: — А вот я, пожалуй, сделаю себе ещё. Встаёт и уходит на кухню, а дышать становится как будто бы легче. Магнус уже почти заканчивает с приготовлениями, когда раздаются шаги и в кухню входит Алек. Ему хочется громко кричать: «Не-е-е-е-е-е-ет!», но он молчит. Молчит и ждёт, медленно помешивая коктейль с помощью магии. Алек заглядывает ему через плечо, и Магнус буквально чувствует спиной его улыбку. Он оборачивается и видит её. Может, ему стоит попросить у отца сил к сопротивлению дикарским порывам? Он чувствует себя голодным котом, которому в морду тычут куском колбасы. Закончив помешивать то, что получилось, он переливает это в свой бокал, пробует и поворачивается к Алеку. — Ну как? — спрашивает тот. Магнус улыбается и протягивает ему коктейль. — Лучше один раз попробовать, — говорит он, глядя за тем, как длинные пальцы Алека обхватывают стекло, а рука его подносит бокал к губам. И всё снова повторяется. Но на этот раз Алек не морщится. Облизывает губы и делает ещё один глоток. — М-м, — протягивает он, приподнимая бровь, — вкусно. Что это за коктейль? Магнус усмехается и тянет руку к бокалу. — «Секс на пляже». — Быстро подмигивает и осушает бокал, конечно же, зная, что Алек расстроится. По его мнению, «Секс…» — слишком сладкий, но что не сделаешь для того, чтобы Алек вновь облизнул губы и растянул их в улыбке. Вот так. В следующий момент Алек делает маленький шаг вперёд и чуть наклоняется. Магнус, не ожидавший резкого и настойчивого поцелуя, почти что вздрагивает и сам не понимает, как остатки коктейля, которые он ещё не успел проглотить, не пролились на его шёлковую рубашку. Чёрт, думает он, чёрт-чёрт-чёрт. Александр Лайтвуд, похоже, собирается свести его с ума. Чёрт. Алек довольно слизывает с нижней губы сладкую каплю, которая всё-таки пролилась. И улыбается. Растягивает губы в насмешливой улыбке в ответ на притворный осуждающе-удивлённый взгляд Магнуса. Чёрт. Магнус не ожидал такого, но ему определённо нравится эта игра. Особенно потому, что он прекрасно видит на подбородке Алека ещё одну сладкую каплю. Целует его в уголок губ, а потом медленно слизывает её, чувствуя, как Алек улыбается и подаётся вперёд, а потом дарит ему глубокий медленный поцелуй. Магнус Бейн до безумия любит разные вкусовые ощущения, но теперь ему кажется, что лучшее из того, что он пробовал, — это губы Александра Лайтвуда с привкусом персика и гренадина.