По дороге к любви!

Когда гости покинули Империю Ко, то стало дышаться свободно. Но, кто сказал, что сюрпризы на этом заканчиваются? Семьи Рэн и Охаяси смогли всё же сесть за стол и, наконец, позавтракать. Котоку иногда перешёптывался с Коэном, и сразу можно понять, дело касалось политики, поэтому никто не лез под руку. Когда с едой было покончено, все разошлись по своим делам.

***

Утро сменилось днём. И даже сейчас, когда солнце было высоко в небе, жара стояла невыносимая. Вся императорская гвардия не высовывались даже на улицу. Вместо этого они умудрялись найти прохладный уголочек во дворце и сидеть там. К дворцу подъехала карета, набитая различными сумками и чемоданами. Котоку Рэн, как самый смелый в этом дворце, пошел узнать, кто же снова приехал в гости. Когда лошади остановились, кучер быстро открыл дверцу и подал руку женщине, которая там сидела. Дамочка с чуть зеленоватыми волосами вальяжно выползла из душной кибитки, и, даже не принимая руку помощи, просто прошла мимо. За ней, на ультра-модном розовом поводке плёлся крокодил. Мужчина, который вёз госпожу Охаяси, быстро схватил все вещи, которых было довольно-таки много, и, еле переплетая ноги, пошагал в перед, а, точнее, пополз. — Котя, как ты вырос! — Пожилая женщина, забыв про питомца, прыгнула на Императора Ко, душа в своих объятиях и чуть ли не целуя. Конечно, это же друг детства её сыночки. — Нефрита-сама, я тоже рад Вас видеть. Какими судьбами? — Прохрипел Котоку, пытаясь отцепить от себя старушку. — Птичка напела, что внучки то мои у тебя теперь живут, вот и приехала их проведать, да и тебя за одно. — Брови Охаяси слегка прихмурились и было чётко видно морщины. Не смотря на свой возраст, мать Аримы была довольно-таки красивой женщиной. Только седина появилась, которая осветляла некогда тёмно-зелёные волосы. Но глаза те же: добрые и заботливые. Одета она была в традиционное кимоно салатового оттенка. Ну, что поделать, любит бабулька этот цвет, да и сама названа в честь мономинерального камня. — Да, они у меня. Чувствуйте себя, как дома. — Позвав слуг, те быстро забрали вещи новой сожительницы, не забывая заплатить несчастному проводнику, который исчез из поле зрения за считанные секунды, впрочем, как и Нефрита с крокодилом.

***

Охаяси и Рэн снова собрались в столовой по приказу отца. Что от них хотел император, было неизвестно. Сев кто куда, они стали дожидаться мужчину. Неожиданно, дверь слетела с петель, и на пороге появилась никто иная, как… — БАБУШКА! — Заорали хором Охаяси. — Внучатки мои! — Подойдя к каждому из них, она исцеловала их всех, пачкая розовой помадой. — Пора валить. Сейчас начнётся. — Прошептала Ясуко Эричи, пока их бабулечка тискала Ичиро. — Так-с, а правнуки где? — Уперев рука в бока, произнесла женщина, глядя на старших. У Эри всё похолодело внутри, а Ясу уже хотела прыгать в окно. — Я слишком молода, успею ещё. Лет так через десять-двадцать. — Прошептала старшая дочь Аримы, за что получила скалкой по голове. — ТЕБЕ УЖЕ ДВАДЦАТЬ СЕМЬ. С ТВОИМИ БЕДРАМИ ДАВНО РОЖАТЬ ПОРА. — Заорала Охаяси и гневно посмотрела на ту. — О да, спасибо, что напомнила, сколько мне. Пойду куплю краску для волос и буду ждать, когда поседею. — С сарказмом произнесла Эричи и вовремя увернулась от летящей вилки. — Совсем не любите вы бабушку. Я тут тащилась незнаемо сколько, Гошик уже чуть лошадей не съел от голода, а вы… — Нефрита театрально вытерла слезу, умудряясь процитировать, какие же у неё были послушные внуки семь лет назад, и обвинить Ариму в таком отвратительном воспитании детей. — Бабушка, дорогая, ты, наверное, устала. Иди, приляг до обеда, а вечером мы поговорим. — Сора аккуратно обняла бабушку, при этом смотря с опаской смотря на крокодила. — Ох, Сорочка, ты права. А то у меня, кажись, давление поднялось. А ты помнишь Гошунчика? — Как же не помнить. Он мне чуть руку однажды не отгрыз. — С долей иронии произнесла девушка. — А знаете что, я останусь здесь навсегда. — После этих слов, дверь захлопнулась, показывая, что старушка ушла. — Всё. Прощай тихая жизнь, да здравствуй ад. А ты чё ржёшь? — Нори зло зыркнула на Джудала, который валялся на полу и чуть ли не помирал от смеха. — Где вы откапали её? И вообще, я тут один думал, что Эричи восемнадцать? — Спросил Оракул, при этом смахивая слёзы. — Не один. — Хором произнесли Рэн. — Правда? Тогда боюсь огорчить вас, эти двоим через пару лет уже тридцать будет. — Ичиро показал на старших сестёр. — А вот про бёдра она не врала. — Произнёс Коэн с похотливой улыбкой. — Господи, уймись уже, маньяк.

***

Остальной день прошёл как по маслу. Нефрита за обедом расспрашивала всех и вся, при этом задерживая каждого. После этого был ещё ужин, который на удивление прошёл в тишине. Вскоре на империю опустился сумрак, а яркая луна освещала путь. Это было как раз на руку Джудалу, который решил в качестве извинений пригласить погулять в саду восьмую принцессу. Он забрался к ней в комнату через окно, которое было раскрыто. Когёку что-то читала в свитках, при этом, её брови чуть хмурились, делая смешную гримасу. Маги даже не заметил, как залюбовался. — Джудал-чан, ты чего-то хотел? — Розоволосая удивлённо уставилась на юношу. — Ааа… Я, это, хотел пригласить тебя погулять в саду. — Джудал чуть покраснел, но всё же смог озвучить содеянное. — Почему бы и нет. — Девушка быстро накинула на себя накидку и уже хотела выйти из покоев, как её быстро подхватили на руки и через пару секунд они уже были на улице. — Ну ты же обещал, что не будешь так больше делать. — Рэн специально надула губы и отвернулась от Оракула. — Ты бы хотела просто так выйти и мимо стражи пройтись? — Забыла. — Тихо произнесла принцесса. — Дурочка. — Засмеялся маги и показал язык младшей дочери Котоку. — Ой, да ну тебя.

***

Ясуко шла медленно и спокойно. Проходя мимо стражи, те ей привычно кланялись. Дойдя до своих покоев, Охаяси прошла внутрь. Она быстро достала из шкафа ночное платье и уже собралась переодеваться, как услышала: — Кхм, не, ну, я в принципе не против такой откровенности. — Посмотрев на свою кровать, девушка увидела Комэя. Тот с какой-то улыбкой наблюдал за представлением. — Что-то хотел? — Ясуко хотела было уже кинуть что-нибудь тяжёлое в принца, но понимала, что если прибежит бабушка, то проблем не избежать. — Сколько тебе? — Как-то лениво задал вопрос второй сын Котоку. — Что? Ты про возраст что ли? Если скажу, свалишь отсюда? — Охаяси села в кресло и с каким-то интересом стала любоваться юношей, который кивнул и с интересом стал ждать ответа. — Двадцать пять мне. Я ответила на твой вопрос, теперь можешь идти. — Девушка быстро повернулась к зеркалу и стала искать расческу. Та была настолько увлечена этим занятием, что не заметила, как к ней подошли и с силой развернули. Охаяси уже собиралась воистину пнуть наглеца прямо в окно, но её планы были нарушены. Поцелуй. Такой жаркий и приятный. Раньше девушку никто не целовал, а тут… Всё хорошее когда-нибудь кончается. Рэн быстро исчез, так и не объяснив своё поведение.

***

Хакурю сидел в беседке и глядел на одинокую луну. Что-то изменилось в нём? Нет больше той привычной злобы на семью, было лишь умиротворение. Да и сами Рэн изменились. Даже вечный зануда Джудал стал более приятным собеседником. Может, Охаяси так влияют на них? Определённо. Сестры стали более общительнее и радостнее. Он был рад. Юноша был так погружён в свои мысли, что не заметил, как к нему подошла никто иная, как Рей. Девушка накинула на принца плед и сама взглянула на луну. — Говорят, когда выглядывает луна — это показатель того, что сегодня будет романтическая ночь. — Тихо произнёс Хакурю. — Да уж, это заметно. Вон, Джудал и Когёку за ручку ходят. Боюсь узнать, что у остальных там. Ты уже не переживаешь за сестру? — Янтарные глаза взглянули на голубые, после чего девушка сразу отвела взгляд. — Переживаю, но не так уж сильно. Да и выросла она давно. Думаю, я не в праве вмешиваться. — Как-то грустно произнёс младший сын Хакутоку. — Я, пожалуй, пойду. — Произнесла девушка с волосами цвета вороньего крыла. — Я провожу. Продолжение следует…