***
— Куда мы приехали? Где это и... Что это? — я припарковался возле небольшого загородного дома, с красивым двориком. С таким бизнесом, как у папы, они могли позволить себе целый коттеджный посёлок, но мама выбрала именно этот домик посреди леса, с красивой лужайкой и чистым воздухом. — Это дом моих родителей. Мама хочет поближе с тобой познакомиться, — я вышел из машины, краем глаза замечая округлившийся взгляд блондинки. Пока сероглазая находилась в шоковом состоянии, я помог ей вылезти из машины и заблокировать её, обнимая Киру за талию. — Булаткин, что ты делаешь? Зачем? Зачем ближе знакомить меня с коллегами и родителями, зачем вести меня на острова? Я тебе по сути говоря, никто. Давай смотреть правде в глаза: свадьба состоялась только из-за того, что нашим родителям нужно было укрепить бизн... — я развернул блондинку к себе лицом, впечатываясь в губы, дабы остановить словесный поток, который вскоре должен был вылиться на меня. — Потому что ты – моя жена, — блондинка закатила глаза и сбросила мои руки со своей талии. — Опять же, это брак по расчёту! Смысл во всех твоих действиях? — глубоко вздохнув и сложив руки на груди, я посмотрел на Киру взглядом, аля "Да заткнись ты уже" и прижал сероглазую к закрытой дверце машины. — Если ты сейчас же не замолчишь, я отымею тебя прямо в этой машине, — от моих слов, блондинка сглотнула и прикусила губу, сдерживая все оскорбления и маты, которые, по идее, должны были сыпаться на меня, как снег в Питере в середине апреля. — Егор, Кира! — дверь в домик распахнулась и оттуда вышла моя мама. Широко улыбнувшись, я обнял Киру за талию и отвёл к маме, — как же я рада вас видеть! Ну, как семейная жизнь? — Хорошо. Про внуков даже не спрашивая, — мама цокнула и впихнула нас внутрь уютного домика. — А про племянников можно спросить? — из гостиной выбежала Полина, перекидывая руки через наши шеи. — Нет, — Кира молча стояла возле двери и почему-то даже шага сделать не смогла. Я подошёл к ней, нагнулся и снял ботинки, под непонятливыми взглядами семьи. Кстати, Кира, видимо, тоже была в шоке от моих действий. — Егор, а вы нам ничего сказать не хотите? — мама как-то хитро улыбнулась, а до меня дошёл смысл вопроса только через несколько секунд. — Мааам, прекрати. До детей ещё далеко. И вообще, не пугай мне жену! — я посмотрел на испуганный взгляд блондинки и сразу же обнял её за плечи, крепко прижимая к себе. — Всё, всё! Все к столу! — мама весело улыбнулась и направилась на кухню, а нас отправили в зал — Марина Петровна, Вам помочь? — Кира выпуталась из моих объятий и пошла следом за мамой. М-да, Булаткин. Ну и девушку же ты себе отхапал. — Ну, если тебе не сложно... — мама мило улыбнулась и моя супруга ушла на кухню за нашим ужином. За столом сидели сестра и папа. В последнее время, на удивление, я слишком много времени провожу с семьёй. Раньше, две встречи в год – было потолком. А сейчас я чуть ли не каждый день с ними вижусь, что несомненно меня радует. Кира носила вместе с мамой различные блюда, которые эта чудо-женщина сварганила всего лишь часа за три – четыре. В кулинарии мама – спец. Это её стихия.***
— Вот, Егор! Это – правильная жена, а не всякие твои модели с певицами, которые даже завтрак приготовить не могут, не то, что накрыть на стол, — ну и конечно же, прямо посреди нашей трапезы, начались мамины нравоучения по поводу моего "отменного" вкуса и "офигенных" критериев в выборе девушки. Полина тихо хохотнула, после чего мамино внимание сразу же переключилось на неё. — Полин, а когда мы от вас с Максом внуков дождёмся? Вы женаты уже два года, тебе 26 лет... — Мам! — Полина не успела среагировать и я первый начал возмущаться, — вы как помешанные! Вам ещё жить и жить, чего вы завелись-то!? Кире всего девятнадцать лет, какие дети!? — закатив глаза, мама вышла из-за стола, удаляясь на кухню с гордо поднятой головой, — вот только не обижайся! Исполнится Кире двадцать – тогда и поговорим, — мама вернулась за стол, а моя блондинка поперхнулась, медленно переводя взгляд на меня. — Мне, вообще-то, двадцать исполняется уже через неделю, — тихо проговорила сероглазая, с укором смотря на меня. Мамино лицо надо было видеть...