Недопонимание вот к чему приводит

— Хосок...— Ви с огнём в глазах подходил к Чону шагом в стиле танго. — Тэхён...— Чон томно закусывал губу и извивался от возбуждения. — Хосок! — зарычал Ким ему на ухо, обвив руками талию и начав ставить дорожки поцелуев от уха до плеча, разрывая футболку брюнета и опускаясь по ключице к уже затвердевшей горошине, обведя вокруг неё языком и впившись губами. — Ах, Тэхён! — Хосок стонал во весь голос, чувствуя, как Ким трётся о него своей эрекцией. — Возьми меня, Тэхён! — Как скажешь, — Ви оторвался от оставления отметин на теле Чона и толкнул его на кровать, срывая с себя всю одежду, а потом делая то же самое с одеждой брюнета. — О да, Тэхён! ...Хосок поочередно открыл глаза, прохрипев тихое «ах, Тэхён» и закрыл их снова. А потом резко распахнул, осознав, что его лицо находится прямо между ног Кима, вспомнив свой сон и то, что только что сорвалось с его губ. — Мда...доброе утро, называется, — пробубнил Чон, потерев глаза и встав с Ви. Он оценил, в каком положении эти двое спали и ему стало от этого как-то неловко. Сначала Ким просто сидел, а Хосок лёг на его колени. А потом непонятно как они развернулись-перевернулись, что Ви скатился на подлокотник и принял горизонтальное положение, а Чон устроился между его ног, обхватив не столько за талию, сколько за бёдра. Брюнета аж передергнуло и он решил не думать о том, что было ночью и как они заснули. Он неуклюже поднялся с дивана и потянулся, чувствуя, как всё тело ломит от неудобного положения во сне. Затем обогнул диван и хотел подойти к перилам, но свисающая со спинки дивана рука вцепилась в его выправленную рубашку. — Чего? Ким поднял одноглазый вгляд на Чона, затем посмотрел по сторонам и зевнул, отпустив рубашку Хосока. — Привет, пьянь. Как спалось? Чон только сейчас заметил, как болит его голова и как его всего мутит. — Спалось...— хотел сказать, что спалось хорошо, но вдруг вспомнил свой сон и отвернулся от Тэхёна, по какой-то причине смутившись, — ну спалось, да... — Что? Ты пьяный до сих пор? — даже Ким, в силу своей странности, посчитал ответ Чона очень странным, как и его поведение. Но потом сам себе объяснил это тем, что у брюнета похмелье и он не совсем в себе. — Кстати, об алкоголе...ты, как я понял, не особо-таки употребляешь, да? — Ну...— Чон убедился в том, что все звёзды пропали и поплелся обратно к дивану, размышляя над вопросом и ответом, — чего уж греха таить, пить я не умею. Думаю, вчера ты это увидел, — Ви усмехнулся, вспомнив пьяного Хосока. — Ты такой смешной был, — Хосок плюхнулся на диван с другого края и наигранно надулся, а Киму это показалось очень милым и он потянулся руками к его лицу, вцепился в щеки и начал их трепать. — И милый очень, — Чон опять смутился, из-за чего самому себе напоминал какую-то школьницу рядом с самым красивым мальчиком в классе, а потом оттоклнул руки Кима от своего лица. — Ах, точно, ты звёзды то помнишь? — Это как раз-таки единственное, что я помню. Но ещё я помню... Хосока прервал рингтон на телефоне Кима. Тот извинился и посмотрел на абонента, совершающего звонок, по-своему неоднозначно ухмыльнулся и вскочил с дивана, торопя брюнета тоже. — Нам стоит поспешить, иначе придётся тебе познакомиться с моим отцом, — крикнул на последок Ви, отдаляясь от Чона в сторону уборной и, оставшись в уединении, добавил, — а для этого пока ещё слишком рано.