Удачный эксперимент

- ...а внутри — термоэлемент, - с торжеством закончил долгую речь Феанаро. Куруфин только чуть обалдело покивал — он почти не слушал отца, что было для него редкостью, но уж больно чувствительно обжигали кожу забавные с виду цилиндры. - Что термоэлемент — это я заметил, - скорбно отозвался Майтимо, встряхивая обожженными ладонями. Ему досталось больше всех. - А что должно получиться? - с любопытством влезли Амбаруссар. По совести говоря, обоим подросткам-эльдар в такой час полагалось бы спать или хотя бы готовиться ко сну, но даже Феанору не удалось прогнать в спальню близнецов, которые не очень понимали цели нового проекта отца, но охотно занялись воплощением его в жизнь и экспериментальной проверкой на себе. - А вот и проверим, что получится, - мрачновато вклинился Карантир, которого старшие братья даже не спрашивали. - Странно так, - дернул шеей Тьелкормо. - Как будто голова на плечах — не моя. - А у тебя она вообще есть, голова на плечах? - с усмешкой уточнил Макалаурэ. - Мальчики, не ссорьтесь, - машинально вмешалась Нерданель, сверяясь по времени. - Феанаро, долго еще? Я тоже устала. - Ты, наверное, можешь снимать... - неуверенно глянул на жену отец семейства. - Ты же не все волосы обрабатывала, а только низ. - Ладно, - Нерданель явно оживилась и развернулась к зеркалу, внимательно себя оглядывая. Она осторожно коснулась туго стянутых застежек и сняла первый цилиндр, отбросив его на туалетный столик. Длинная блестящая рыжая прядь спустилась с плеча не шелковыми нитями, а изящной спиралью. Остальные цилиндры полетели на столик еще быстрее; дева с трудом сдерживала нетерпение посмотреть на окончательный результат и даже не обращала внимания на то, что сама себе причиняет боль — торопливые пальцы были не всегда точны, и волосы спутывались под поспешными движениями. - Расчешись, - с легкой хрипотцой попросил Феанор. Дева кивнула, отчего медные спиральки, рассыпавшиеся по плечам, спине и груди, красиво запружинили, а в завитках вспыхнули красноватые искорки. Нескольких движений гребнем хватило: медь волос рассверкалась, ложась изящными волнами... - Очень красиво, - непосредственно заявил Питьо, а Тэльво спросил: - А у нас тоже так будет? - Не знаю, - восхищенно и зачарованно глянул на маму Маэдрос. - Надеюсь. - Все, я больше не могу, - сорвался с места Карантир, торопливо выпутывая отцовское изобретение из волос. - Рано еще, - попробовали удержать его остальные, но тот — уж на что был тяжел — легко увернулся. Братья, поняв, что момент упущен, с любопытством уставились на Морифинвэ. Тяжелые черные волосы его завились гораздо более крупными кольцами, причем до самой макушки. Тьелкормо долго держался, а потом не выдержал и залился радостным смехом: - Ты... на Элберет... похож, - заявил он брату, и голос его прерывался от новых приступов смеха. - На низенькую такую, но мощную Элберет... - Посмотрим, на кого ты похож будешь, - буркнул Карнистир, пригибаясь, чтобы взглянуть в зеркало рядом с матерью. - А по-моему, очень даже ничего получилось, - Нерданель вдохновенно взялась за гребень снова, расчесывая уже сына и ласково бормоча. - Красавец какой... Карнистир притих и уже не сопротивлялся; и даже не обращал внимания на ржущего старшего. - Кто следующий? - с интересом спросил наблюдающий за результатом эксперимента Феанор. Сам он на себе ничего не пробовал... - Давай я, - Куруфин поднялся и с сомнением посмотрел на отца. - Давай, - легко согласился Феанаро. - С удовольствием посмотрю на то, как буду примерно смотреться, если... - Мы разные, - привычно откликнулся Куруфин, но сделал это почти безотчетно. Нерданель выпустила четвертого сына и охотно взялась за пятого. Волосы Куруфинвэ-младшего были куда мягче и тоньше, чем у старшего брата... Тьелкормо глянул на него и снова начал хохотать, но на этот раз уже даже выговорить ничего не смог. Куруфин недовольно покрутил головой — странная какая-то образовалась легкость, да и шею щекотило... - Нет, я больше не могу! - Туркафинвэ уткнулся лбом в ручку дивана. - А что не... - начал было Курво и тут увидел себя в зеркале. Увидел сверху, под углом, но и этого хватило. Волосы, можно сказать, стояли дыбом, и при этом скручивались в крупные кудри. - Стой спокойно, я еще не все сняла, - одернула его Нерданель, но тот и сам потянулся, чтобы стащить последние цилиндры с головы. Стоило ему окончательно освободиться от изобретения, как он тряхнул волосами, чтобы те хоть немного распрямились, но где там! Кудри забавно колыхнулись и вернулись на прежнее место еще более художественно растрепанными. - Давай и тебя расчешу, - пробормотала несколько озадаченная Нерданель. - Может, лучше будет? - Нет, я даже пробовать не стану, - глядя на пятого сына, решительно заявил Феанор. - А это как-то можно поправить? - немного испуганно спросил Куруфин, поочередно оттягивая пряди вниз. Отпущенные локоны сразу возвращались на место... - Нет, это навсегда, теперь вечно будешь так ходить, - простонал Тьелкормо, вытирая слезы. - Финвэ удар хватит... - брякнул Майтимо. - Мама, сними это с меня, пожалуйста, а то я все пальцы обжег. Он поднялся и подошел к матери, но та лишь растерянно на него глянула снизу вверх: - Майтимо, я не дотянусь. Сядь, пожалуйста, а я встану. Обычно Маэдрос не позволял себе быть столь невежливым, чтобы сидеть в присутствии стоящей матери, но сейчас даже не спорил, плюхнувшись на пуфик перед зеркалом. Нерданель захлопотала вокруг него, одновременно пытаясь отогнать младшего сына: - Атаринкэ, отойди, пожалуйста... Так ты их не вытянешь.... Мы потом непременно придумаем что-нибудь... Нельяфинвэ даже зажмурился, боясь увидеть результат, и никак не мог собраться с силами, как вдруг услышал икающий голос Тьелко: - Взрыв в медном цеху... Вон, стружки виднеются... Тут уж Маэдрос не удержался. И едва не застонал, увидев свое отражение. Надо сказать, что Тьелкормо был весьма точен в своем описании, только не уточнил того, что взрыв, вероятно, был направленным — Маэдрос, даже на пуфике возвышающийся над столиком, не видел, куда уходят верхние пряди... или, что вернее, «стружки». - Как будто кто катушку проволоки замесил, - хмыкнул Макалаурэ. - Что ж, я уже почти готов увидеть, что свершилось со мной, но если ты, Турко, хоть тенгва скажешь, я тебе твоего Хуана завью. В полнейшей тишине Маэдрос уступил место брату и лично взялся за него. Сам он расчесываться даже не стал — понял сразу, что бесполезно... - А вроде бы ты и ничего так, - задумчиво протянул кто-то из близнецов. - Да? - хмыкнул Макалаурэ. - А мне вот больше кажется, что я сверзился с коня и долго тормозил головой. - Пол-Тириона точно тормозил, - добродушно добавил Майтимо. - Ничего, у нас теперь беда общая... Тьелко, а Тьелко, поди-ка сюда... Охотник как-то не спешил присоединиться к старшим, и тут вперед вылезли близнецы: - Майтимо, теперь мы, а? Ты нас завивал, тебе и снимать. - Майтимо, помоги, - призвала на помощь Нерданель. - Тебе — один, мне — второй. Теперь забавные, но опасные, как оказалось, цилиндры валялись по всей комнате, но это мало кого занимало. Феанор смотрел на сыновей, все больше поднимая брови, и, казалось, что он сейчас тоже беззастенчиво начнет хохотать, как и Туркафинвэ, однако пока глава семейства успешно сдерживался. Его даже хватило на то, чтобы достаточно строго произнести: - Давайте-ка побыстрее, вечер поздний. - Я не лягу, пока это безобразие не уберу, - возмутился Куруфин. - Утром уберешь, - не проникся отец. - Голову помоешь, заплетешься, получше станет... - Я не вынесу такой ночи... - Вынесешь, - поддел его Макалаурэ. - А вот если с утра приедет твоя дева, чтобы пригласить тебя на обычную прогулку... - Я не выйду! - сразу побледнел Атаринкэ. - Пусть кто угодно выйдет и скажет, что я... Ранен! Повредился в кузнице! - Это кто выйдет-то? - картинным жестом указал на остальных Маглор. - Дураков нет. - Морьо пусть выходит, ему так даже идет! - потребовал Курво. - По крайней мере, не хуже, чем обычно... - Если Морьо выйдет, представь, что он твоей деве объяснит, - сосредоточенно буркнул Майтимо, снимая последние цилиндры с башки самого младшего, Последнего Финвэ. - Заречешься просить. Морьо бесценен тогда, когда надо молча морду набить. А на разговоры с девами его лучше не отправлять. - Тогда ты, отец! - не сдавался Атаринкэ. - Вот уж нет, - фыркнул Феанор. - Я вам говорил, что результат не гарантирован... но он превзошел самые мои смелые ожидания. - Я поговорю с Аименэль, если будет нужно, - укоризненно произнесла Нерданель, повернувшись к супругу. - Мальчики стесняются. И я их понимаю... Если они так появятся на улице, весь Тирион будет говорить... - Ну, как? - Амбаруссар синхронно посмотрели на своих «освободителей», потом друг на друга... и синхронно же залились смехом. - Амбарусса, ты похож на старую порыжевшую ёлку, - пробулькал Тэльво. - А ты, думаешь, нет? - икнул в ответ Питьо. - Такая же ёлка, только вроде еще постарше, посветлее... Скоро осыпаться начнешь. Оба снова покатились со смеху, а Макалаурэ скорбно заметил: - Хотелось бы и мне иметь такую бездну уверенности и мужества. - Мужество ты проявишь, если придешь так к Финвэ, - хмыкнул Маэдрос. - Тьелко, а Тьелко... - Иду, - буркнул несколько успокоившийся Келегорм. - Только не ржать! - А это еще почему? - хором осведомились остальные. - Мальчики, и впрямь, поздно уже, - вздохнула Нерданель. - Тьелкормо, снимай это с себя... Тот гордо и уверенно шагнул к зеркалу, небрежно срывая с себя отцовские коварные изобретения, но по мере того, как освобождалась из плена некогда роскошная светлая шевелюра, в комнате становилось все более шумно. Первыми не выдержали Амбаруссар. Закатившись хохотом, они переглядывались, отчего ржали еще громче. Следующим не сдержался Феанор — он уже давно всеми силами пытался держать себя в руках, но выдержка ему изменила. Смех Нерданель раздался серебряным колокольчиком, нежным и очень мелодичным, и ему вторил музыкальный смех Макалаурэ. Невольно поддался общему настроению и Маэдрос, который стоял как раз позади блондинистого брата, и даже Куруфин, до того мрачный, как Намо на Таникветиль. Последним сдался Карнистир, чьи басовитые раскаты прогремели на весь дом. - Ну, что вы все ржете?! - в ярости обернулся Келегорм, потряхивая тугими кудельками, и веселье разгорелось еще ярче. Он бросил на себя взгляд в зеркало, и на лице его отразилось отчаяние. - Тьелкормо! - Нерданель бросилась к сыну, и только ей, пожалуй, в данной ситуации удалось бы отобрать у него ножницы. - Нет! Это не выход! Это пройдет уже завтра! Ты же потом из дома не решишься выйти, а отрастать долго будет! - Мама, - Тьелкормо как-то весь обмяк, утыкаясь обнимающей его матери в макушку, а Нерданель забормотала что-то утешительное. - Да уже без разницы, - сокрушенно махнул рукой Макалаурэ. - Режь, Тьелко. Скажешь потом, что эксперименты нашего отца так повлияли... - Если бы у меня так получилось, я бы отрезал, - Карантир в легком шоке глядел на то, что получилось на голове Туркафинвэ. - А что? Меня вот в кузнице несколько лет назад опалило — подровнялся... - Ты смахиваешь на помесь Нэссы и барана, - радостно сообщил брату не менее безжалостный Куруфин. - Только не спрашивай, как такое могло получиться... - Так вала Тулкас... - начал было Феанор, но осекся под грозным взглядом жены. - В общем, кажется, нам всем пора бы по постелям. Нерданель, ты... позволишь мне сопроводить тебя в спальню? - Конечно, - понимающе опустила ресницы дева, тряхнув завитыми локонами, но быстро подняла гораздо более серьезный взор. - Мальчики, завтра утром мы обязательно с этим справимся, я обещаю. - Мы тебе верим, - грустно вздохнул Майтимо и шагнул к матери, коснувшись губами ее виска. - Кстати, мы все тебе этого не сказали, но тебе очень идет. Правда. - Спасибо, - улыбнулась Нерданель. Она собиралась добавить что-то еще, как вдруг во входную дверь кто-то постучал. Сначала стук был негромким, отчего все присутствующие прислушались, точно сомневались, не показалось ли, но звук повторился, гораздо более твердо и уверенно. - Кому не спится в такой час? - несколько раздраженно спросил Феанор, разом оканчивая затянувшее веселье и нетерпеливо взглядывая на жену. - Так сходи узнай, - логично предложила Нерданель. - К тому же ты единственный, кто избежал нынешних... потрясений. Вряд ли что-то серьезное. Но вдруг кому-то нужна помощь? Феанаро отправился в холл, а Нерданель обратилась к сыновьям: - Раз уж так вышло, помогите мне, пожалуйста, собрать эти штучки... Особенно ты, Тьелко. - Почему это я? - все еще грустно спросил Келегорм. - Неужели оттого, что мне они придали самый незабываемый вид? - Нет, оттого, что завтра их твой Хуан растащит, если не убрать, - с недовольными нотками в голосе пояснила мать семейства. Когда Нерданель говорила таким тоном, слушаться ее всем хотелось сразу и быстро, поэтому молодые эльдар взялись за уборку. Но для всех них стало абсолютной неожиданностью то, что за дверью в гостиную раздались шаги нескольких пар ног, а потом и голос хозяина дома: - Ноло, ты уверен, что непременно хочешь зайти? Смешение Света давно закончилось, я бы предпочел побеседовать уже завтра. Ничего не случилось, даю тебе слово, Ноло. Находящиеся в гостиной замерли. Ради семьи Феанаро шел даже на то, чтобы приветливо говорить с единокровным братом. Даже тогда, когда тот ломился к нему в дом в неурочный час. - Феанаро, - мягко возразил ему баритон Финголфина, - я ни за что не нарушил бы твой покой и покой твоей семьи, но звуки, которые неслись из твоего дома в ночной тишине, встревожили Анайрэ. Мы с сыновьями подумали, что вам, возможно, требуется помощь... Что у вас здесь скандал и, не дай Эру, смертоубийство. Неужели ты даже чаю нам не предложишь? Всего четверть часа, после чего — обещаю, Феанаро — мы уйдем. - Возможно, тогда ты отправишь своих сыновей домой? - предпринял еще одну героическую попытку Феанор. - Здесь же совсем недалеко, и четверти лиги не будет... вы же услышали... а они уже взрослые эльдар. А я отправлю своих спать и даже налью тебе вина. Понимаю, ты перенервничал. Кровь твоей матери вызывает в тебе куда более сильное беспокойство... - Не стоит, Феанаро, - явно улыбнулся Нолофинвэ. - Мы только хотели убедиться, что у вас всё хорошо. Я не буду задерживать тебя полуночным разговором. Четверть часа — и мы уйдем. - Ну что ж... - очевидно, аргументы у хозяина дома кончились. - Проходите. Туркафинвэ, чей взгляд в панике метался по комнате, резко сменил тактику — движения стали уверенными, а взор — высокомерным. Куруфин едва заметно скептически ухмылялся; Макалаурэ нацепил привычно-отстраненную невозмутимую маску. Карнистир тряхнул волосами, отчего по блестящим завитым локонам пробежала тяжелая волна, а Амбаруссар с любопытством уставились на дверь. Майтимо печально взглянул в зеркало — отражение не порадовало. Он попытался пятерней зачесать волосы на один бок, на другой, но признал, что это бесполезно, и тоже уставился на дверь — но уже обреченно. За Феанором зашли Нолофинвэ с двумя старшими сыновьями. Атаринкэ поймал изумленный взгляд Турукано, заранее приготовившись биться не на жизнь, а на смерть; Нолофинвэ постарался не смотреть ни на кого, а Финдекано распахнутыми синими глазами уставился на Майтимо. - Нельо, что случилось? - невольно сорвалось с его губ. - Все хорошо, - через силу улыбнулся Майтимо. - Несколько... неудачный эксперимент. - Оттого вы так кричали? - с легкой тревогой спросил Фингон, пока старшие эльдар устраивались за столом, а Нерданель разливала давно остывший чай. - Ваши жизни вне опасности, я надеюсь? - Абсолютно, - заверил его Майтимо. - Прости, Финьо, что предстал перед тобой в таком виде... - Мы, пожалуй, отправимся наверх, - процедил Келегорм, глядя на дядю. - Турукано... да, ты! Если ты хоть слово скажешь об этом Ириссэ... Макалаурэ склонился в изящном поклоне, отчего его букли забавно спружинили, и увел за собой слегка сопротивляющихся Амбаруссар. - Ты мне и в таком виде нравишься, - ляпнул Финдекано. - Нельо, а как это у вас такое вообще получилось? - Я тебе все завтра расскажу, - прикусил губу Маэдрос. - Но ничего страшного. А... - он скосил глаза на старшее поколение и, убедившись, что те заняты, торопливо добавил. - Правда, нравлюсь и так? - У леди Нерданель симпатичнее вышло, - с легкой хитринкой заметил Фингон. - Тебе стоит научиться делать так же... Я... - Все завтра, Финьо, - почти прошептал Майтимо. Он почти убедился, что эксперимент был вовсе не так уж и плох.