То, что предсказать невозможно.

Лондон. Загадочный и туманный город, по-своему очаровательный. Каждый, кто хоть раз попадает в это место, влюбляется в его магические улочки и тайный закоулки. Но не каждый, кто живет в этом городе, знает и его темную сторону. У разных эпох, у разных дней есть те, кого люди считают недостойными себя. Хотя сейчас, в дни тяжелых после военных годов, когда народ, наконец, настроил свой быт. Когда раны от огромных потерь улеглись, когда прошло двадцать лет, дети войны начали создавать свое будущее. Кто-то решил идти по пути мира, любви и свободы. А другие начали свой путь в анархию, отрекаясь от бывшего политического строя страны. Эти взрослые, подростки, молодые люди, парни и девушки были выходцами из низших слоев общества. Все они жили в трущобах, проводили свои будни в тех самых грязных, недостойных глазу политиков, подворотнях. Многие из них стали захаживать в самые темные, сырые и пыльные бары и пабы города. Музыка в таких местах, была подходящая. Она призывала к революции, бунту и анархии, являясь их языком самовыражения. Строки этих песен заставляли задумываться о разрушениях устоя мира и вселенной. Но самое удивительное и беспринципное творилось в баре с названием MagRock на еле светящейся вывеске. Вот, где была самая темная, хоть и непонятная атмосфера всей образовавшейся спеси, а точное определение всей этой ситуации имелось у хозяйки этого бара — Гвен. Девушка стала владелицей этого заведения после смерти отца, и именно тогда ей открылась самая темная сторона здания, пропахшего табаком и недорогим пойлом, а может быть и всего Лондона. Это было то место, куда не боялись заходить самые смелые бунтари, но редкостью было познание о обитателях громкого кабака, о настоящих повстанцах всех лет мира. О тех, кто прятались годами, веками и эпохами. Тех, о ком в свое время слагали легенда, а после и вовсе убивали. Ведьмы, ведьмаки, прорицатели, все, кто обладал магическим потенциалом, обитали именно в подобных местах по всему величественному Альбиону. Наверное, за своим стремлением к свободе, уничтожению правительства и раскрытию себя, здесь собирались как молодые люди, так и не очень. Те, кто в обычной жизни выдавали себя за тех же панков и рокеров, чтобы если и привлекать внимание, оставляя истинную сущность за ярким гримом и тяжелыми битами. Эти люди принесли с собой всю эту современную уличную моду в стены старого бара, который обретал со всем этим новое дыхание с каждым зашедшим по случайности или нет посетителем. Внутри стали проводиться зажигательные рок-концерты, алкоголь лился рекой. Многие знающие иногда начинали забывать о своей истинной миссии и просто отдавались слиянию анархии и магии от переизбытка адреналина и спирта в крови. Этими людьми были немногие, но друзья Гвен были как минимум знающие, ведь она все-таки владелица столь сомнительного места. Хотя одни до сих пор помнили, что нужно скрываться от взора обычных людей. А другие строили несбыточные планы по возвращению магии. Вот и сформировалась завсегдатая компания. Гвейн — веселый задира, который и юбки не пропустит, да и пить умеет так, что мало кто ему в этом соперник. К счастью или нет, этот пройдоха не знал о существовании темной стороны. Моргауза — ведьма, что по естеству, что по характеру. Именно она чаще всего выступала на сцене бара, со своими песнями о свободе и равноправии. И молодой парнишка Мордред. Он только примкнул к заводной компании колунов, и видел в Моргаузе, которая не жалела на него своего времени, наставника. Этот почетный круг замыкала Гвен, милая девушка, которая не была ни ведьмой, ни рокером, а просто хозяйкой бара, не только с открытым сердцем, но и желанием жить по новому.

***

Мягкий, чуть придавленный туманом солнечный свет падал на улицы столицы бывшего Альбиона. А гулкий стук аккуратных каблучков эхом раздавался на пустынной улочке. Девушка, идущая вдоль небольших домов с мелким магазинчиками выглядела эффектно. Темные волосы были красиво уложены с помощью лака, красивые будто перламутровые зеленые глаза с прямым носом и волшебно подчеркнутыми губами темно-алой помадой. Одета юная особа была в столь же прекрасное, как и она сама. Деловой темный костюм хорошо гармонировал с бежевой блузкой и в тон ей сумкой. Явно обеспеченная леди имела не только изысканную внешность, но и столь же чудесную душу. Клише самодостаточной, чопорной дамы плавно обходило красавицу. Она была не скупа на слово, с уважением эта леди относилась ко всем. Была самоотверженная, бойкая и уверенная в себе, особенно когда дело доходило ссор с отцом, которые никогда не останавливали леди от оставленной цели, в отличии от ее брата, являвшийся довольно покладистым в отношении прихотей главы семейства. Вот и сейчас красивой походкой девушка шла к парню, стоявшему около перекрестка дорог чуть дальше ее самой. Юноша выглядел довольно обычно для уличных бродяг, но никак не для леди из озабоченной лишь деньгами и акциями корпораций семьи. Он был одет в кожаную куртку с металлическими заклепками, чуть сильнее чем надо обтягивающие джинсы и в черные грязные ботинки. — Леди Моргана, вы как всегда вовремя, — чуть усмехнувшись, произнес мужчина. — Всё для вас, сер Гвейн, — вслед за словами появилась широкая улыбках, — так что ты мне хотел сегодня показать? — чуть запоздало сказала девушка, ухватившись за подставленный локоть. — То место, где твой папочка точно вряд ли появится. — Это место мне уже нравится, — рассмеялась девушка, целуя ее рыцаря в щетинистую щеку. Путь до назначенной цели оказался довольно затейливым, потому что леди Пендрагон трижды спрашивала своего спутника, на какую улицу они свернули в этот раз. На что Гвейн отмахивался, говоря, что редко кто мог с первого раза запомнить путь. Девушку же это несильно обнадеживало. Вовремя легкого повседневного разговора с мужчиной Моргана часто выпадала из реальности, запоминая путь. — Мор, мы дошли. Ты меня вообще слушаешь, а? — нахмурившись, уточнил Гвейн, — Моргану Фейт Пендрагон вызывает МэджРок, ответьте! — А? Что? — Мы пришли, дорогая, — ветряной колокольчик оповестил находящихся внутри заведения о прибывших гостях. Тишина в этом месте была лишь до одиннадцати утра, а потом… Потом наступает время рока. Громкие биты, яркие ноты, звучные слова в такт року. Все это окутывало с головой посетителей заведения. Сейчас же из-за барной стойки послышался лишь гулкий звук битого стекла: — Гвейн! Сколько раз я говорила, что постучись в дверь прежде чем войти! Так сложно запомнить? Из-за длинного стола показалась милая кудрявая девушка, хмуро глядящая на посетителей. — Прости, Гвенни, я совсем забыл. Помнишь, я тебе говорил о своей девушке. Вот, знакомся — это Моргана Пендрагон. — с гордостью произнес парень, надменно ухмыляясь. — Ох, не соврал ведь прохвост! Я — Гвеневра, приятно познакомиться. Проходите, присаживайтесь за тот стол, — указав на нужное место, девушка продолжила — сейчас уже Мор с остальными приедут. Сегодня какие-то новые песни играть будут. — О да! Точно, сегодня же ежемесячное обновление! Вот оторвемся! — чуть ли не пищал от радости большой ребенок — Ты сегодня ведь весь день свободна, Морган? — Если это то, о чем ты рассказывал, то сегодня я свободна, — девушка широко улыбнулась, — тем более ты обещал меня со всеми познакомить, помнишь? — Конечно, милая. Тогда закажи себе что-нибудь выпить — будет жарко!

***

Душный воздух, громкие песни, переливающиеся со звуками гитара и барабанов, а еще и магия, как бы странно это сейчас не звучало, — все это стало жизненно необходимо Моргане Фейт Пендрагон для дальнейшего выживания. Гвейн, приведя ее в этот прекрасный уголок Лондона, дал ей то, что никогда она не смогла бы получить в обществе своих чопорных и зажравшихся «подружек» и консервативного отца. С Артуром, ее братом, было не все так однозначно. Да, он безусловно сторонник ее отца, слепо верующий в него, и надеющийся на его признание. Он, как правило, всегда придерживался отцовской стороны, но всегда умудрялся заступаться и за сестру, поддерживая ее в трудные моменты. Так было и с ее увлечением социальным роком, громкими ритмами и голосящими гитарами. Про магию и внезапно появившийся дар прорицания юная Пендрагон сохранила в тайне от брата, за что нередко корила себя. Вот и сейчас девушка сидела в шумной компании Моргаузы, бесподобно эффектной блондинки, и Модреда, юного ведьмака, ученика вышеупомянутой ведьмы, которые без устали обсуждали какое-то древнее заклятие, найденное в одном из старых фолиантов. — Моргана! Да угомони ты этого мальчишку, он мне вконец надоел. Неправильно ты просто прочитал, вот и весь сыр! — в который раз пыталась перекричать Де Флер музыку в этом пабе, что было явно не лучшим занятием. — Морри, Мордред уже все понял, правда, малыш? — парень неоднозначно кивнул — вот видишь, а кричала-то, будто сейчас стекла лопнут! — усмехнулась брюнетка. — Куда ты все время смотришь? — проследив за взглядом подруги, девушка одобряюще хмыкнула. Взор обеих теперь пал на небольшую возвышенность, где находятся инструмент с музыкантами и солист. Гвейн выглядел сногсшибательно в кожаных штанах и косухе. А приятный тембр голоса превосходно сочитался с музыкой и текстом песни. Со второго этажа, где находился столик друзей было все видно просто великолепно. — Моргана, пошли вниз, потанцуем, расслабимся ты сегодня сама не своя! И да, это было уведомление, а не вопрос, — заговорщически прошептала на ухо подруге Моргауза последнюю фразу, уводя леди Пендрагон на первый этаж. Яркие воспоминания каждого вечера Моргана хранит с особым трепетом в книжке с коричневым переплетом. Сегодня оно было ровно сто шестьдесят второе. Осталось точно тридцать пять дней до судьбоносного часа. Дар прорицания просто так не дается же. Если только она не ошиблась годом.

***

В сновидениях, которые показывали девушке будущее, было все не так однозначно. То, что она видела в видениях — был смех, громкие мелодии, нескончаемый поток радости и растекающееся чувство счастье, но не было точной картинки для происходящего. Но стоило только открыться стеклянной двери под натиском высокого силуэта, Моргана поняла, что была, безусловно, права. Молодой человек был одет не хуже модника Гвейна, хотя вот кого-кого, а этого мужчину переплюнуть было сложно. На нем были дырявые джинсы, заляпанные разноцветной краской. А новенькая черная косуха выглядела несколько больше, чем сам ее обладатель, придавая легкую нотку беспечности в этом бесформенном раю. Темные коротко стриженные волосы были растрепаны, и создавалось впечатление, что их обладатель не знал, что такое расческа на протяжении нескольких веков. Да, он особо не выделялся из их толпы, был таким же бунтарем, но притягивал к себе чем-то особенным. Раньше всех это ощутили на себе Моргауза и Мордред. Им посчастливилось почувствовать такой большой магический потенциал, до которого им вдвоем еще очень далеко. Этот внезапный визитер покорил многих. А единственная, кто ждала его появления, хотя и не совсем понимая чего именно — была Моргана, которая просто хотелось доказать лишь само себе, что у нее есть дар прорицателя. Так что девушка со спокойной душой выдохнула, когда парень подсел к их компании с лучезарной улыбкой, приветствуя всех подряд, будто пользуясь магической аурой притяжения вокруг себя. Через какое-то время общения с плеч молодого человека, представившегося Мерлином, элегантно спрыгнул черный кот. Живое, и довольно болтливое создание, первой фразы которого испугались многие за столом. Фамильяр долго причитал Гвейну, что тот спаивает его хозяина почем свет стоит. После этого отношения этих двоих были исключительно партнерские и не больше, мало ли когда придется вразумить ведьмака, а как в дальнейшем оказалось, пьяница-рокер вполне себе хорошее оружие со странной янтарной жидкостью. Но это было потом, а сейчас на дерзость парня всем нужно смотреть с неким недовольством и возмущением. И первым, кто хоть что-то сделал — являлся Гвейн, поставив перед парнем стакан пива. Вся компания знала, что это вызов, в том же числе и попойка, которую переживали лишь сильнейшие и закаленные как телом, так и духом. Но юный чародей, хотя может быть и не совсем уж он и молодой, продолжал улыбаться, и, поглаживая своего кота, принял вызов. Спустя несколько часов, Гвен с удивление смотрела на двадцать пустых стаканов из-под алкоголя разных мастей, а Моргана с Моргаузой на пару смеялись над Гвейном. Тот уже на седьмом стакане, выяснил, что паренек не такой простой, как хочет показаться. А на десятом стакане дня юноши вовсю обнимались и обсуждали тяжкое детство в самых бедных районах страны. А Мордред, который все это время играл с котом, стал замечать, что магия исходит так же и от этого загадочного животного. Это удивительное существо могло смотреть на компанию таким взглядом, будто осуждал их всех, а порой будто считал их недостойными своего общества. Это очень сильно забавляло развлекающегося с ним Санрайза. — Моргана, я нашел себе нового лучшего друга, — заплетающимся языком отозвался Гвейн, обнимая Мерлина за шею. Оба парня сидели за столом, покачиваясь и подпевая словам песни Морри.

***

Удары деревянных палочек о металлические пластины громким эхом разносились по довольно большому помещению, предупреждая о скором начале концерта. Барабанщик вместе с гитаристом уже подготавливали публику, как и самих себя. Зрители уже покачивали головами в такт, бармен феерично жонглировал темными бутылями с вином, а некоторые посетители отстукивали ритм пальцами о удобные круглые столики. В подобной атмосфере Мерлин проводил практически все свое свободное время с того дня, как впервые попал в это прекрасное место. Оно оказалось его раем, в котором он нашел не только свое место, но и друзей. Морган, извечно жалующаяся на своего отца, сидела сейчас рядом с Гвейном, который оказался забавным человеком и хорошим другом, хотя выпить он любил также, как и петь. Они мило о чем-то общались, выглядя счастливыми. У барабанов сидел Мордред, являющийся не только превосходным человеком, но и талантливым магом. Вместе с ним можно было весело пообщаться как и о древних заклинаниях, так и о повседневных и насущных проблемах. Сейчас он выглядел завораживающе, энергично передвигая кистями рук, парень полностью отдался музыке. Ради которой все и собрались в этом баре. А после взгляд пал на красивую темноволосую девушка, которая с каким-то остервенением пыталась дотянуться до верхних полок около барной стойки. Мерлину до чертиков нравились она, ее задорный характер и светящиеся радостью глаза. Легкая улыбка появился на губах юноши. — Ты серьезно что ли, Мерл? — Ох, драгон, Киллгара, заткнись, — закатив глаза, сказал маг, — и в сотый раз говорю, прекрати ты меня так называть. Это. Не. Смешно. — Каждый раз срабатывает, — сквозь смех говорит кот, — и смотря для кого, Мерл, для тебя — нет, а мне очень даже, — подмигнув сказало пушистое создание. — Пойду помогу Гвен, не натвори дел, — бросив на последок, Эмрис пересек полбара, легко приобняв юную вдаделицу этого здания. — Как что-нибудь натворю, непременно позову тебя, — скорчив рожицу и спрыгнув со стола, в тон магу ответил фамильяр. За всей этой картиной наблюдал человек в темном плаще. Довольно хмыкнув, он опустошил до дна пивную кружку. Шёлк. — Не за Киллгарой надо присматривать, глупец, — негромкий шепот громом среди ясного неба разразился в голове Морганы. — Не тот момент, не тот чертов человек. А стрелки на золотых часах остановились.

***

Моргана весь день потратила на исследования сказанные таинственным голосом слова. Понимая, что они адресованы Мерлину, девушка оставшееся время наблюдала за ним, практически не отводя взгляда. — О, всемогущие горы золота, не говори, что это треугольник, — прозвучало это заинтересованно, но в голосе слышались нотки разочарование, — Детка, ты туда же? — Килли? Это ты что ли? — Моргана, милая, я старше тебя и еще многих вместе взятых здесь. Вы с Мордредом мне порядком надоели со своими «это же так мило», — обреченно сказал кот, — так что там насчёт Мерлина? Тот ужасный пьяница и на порядочных магов покушается? — Кил, — обозначив точку в этом споре, юная Пендрагон продолжила, а фамильяр даже подумал о карме в этом мире. — ты что-то сказал о треугольнике? Что ты имел в виду? — Разве это не столь очевидно для тебя? Все-то мне надо рассказывать. Мерлин влюблен в Гвен, Гвен симпатична ты, а тебя начали привлекать худые мальчишки в лице моего хозяина, — хохотнул Киллгара, наблюдая за реакцией девушки, которая резко вскинула брови, искренне удивляясь. После удивления на лице девушки появился румянец, и немного запыхаясь, стала отвечать, начиная с ругательств: — Что? Да о чем ты, глупое животное, говоришь? Мне нравится Гвен, а не какой-то там Мерлин… Ой, то есть, Гвейн. И вообще, что ты прицепился?! — истерически продолжала Моргана, но потом, вспомнив зачем вообще спросила эту шаверму, резко замерла, — Гвен, говоришь, Эмрису нравится… Я поняла! Либо твой хозяин — дурак, либо я не провидица… Смех раздался чересчур громко, пробиваясь сквозь дымку громкой музыки. Вместе со смехом слова юной Пендрагон разлетелись эхом до той странной фигуры в плаще… Тик-так. Тик-так. Тик-так. Все хорошо, ничего не сбилось. Стрелки жизни Артура Пендрагона снова пошли.

***

Его всегда ставили в пример сестре, заставляя его самооценку подниматься с огромной скоростью. Он, конечно, понимал, что лучше нее он, возможно, лишь на самую малость, да и то, вряд ли. Ведь на данный момент Моргана являлась его идеалом. Может именно из-за этого он спокойно относился к своей персоне. Не видел в своем благородном происхождение, ничего такого, что воображал его отец. Старался относиться к этому, как к удачному трамплину в жизни. Но, все равно желая, что свою жизнь он построит собственными силами. Хотя мечты и есть мечты. Понимание этого снизошло на его блондинистую голову, после первой ругани Утера Пендрагона и Морганы Фейт Пендрагон. Вот кто действительно следовал своей мечте, не сломившись под натиском их отца. А он? Он все так же продолжал играть роль хорошего сына, старался не разочаровывать отца, как это сделала Моргана. «Ты, Артур Пендрагон, надежда и будущие нашей семьи!». Именно эти слова глава семейства обычно говорил после всех ссор. — Моргана, постой! — поспешил позвать ее Артур, когда вновь стал свидетелем перепалки сестры и отца. Так как та уже явно собиралась уходить, как перед этим сделал Утер, специально хлопнув дверью своего кабинета. Девушка остановилась и быстро развернулась лицом к брату. — Чего тебе? Или тоже решил меня критиковать? — зло проговорила девушка, и ее слова болью отзывались в сердце Артура. Ведь получалось, что в своем стремлении быть похожим на отца, у него не только все выходило отлично, но даже сверх того. — Зачем ты так. Ты же сама провоцируешь скандал, просто дай ему время, — мягко ответил юноша. Ему не хотелось ругаться, не хотелось принимать чью-то сторону. Но зная отца, ему придется это сделать. — Я же сказала, если хочешь критиковать, то иди к отцу. Он тебя выслушает и погладит по головке за этого, — юная Пендрагон резко развернулась и направилась прочь из дома. Оставляя Артура одного, одного между двух огней. Парень на это только выругался и провел рукой по волосам. Он не хотел заканчивать разговор вот так, поэтому решил действовать радикально, ведь этот разговор ему не хотелось заканчивать на такой ноте. Решение было достаточно непонятным, но на том момент показалось вполне приличным: пойти вслед за сестрой, да так, чтобы она его не заметила.

***

План был явно не продуман, ибо если бы Артур хоть немного над ним поразмыслил, то догадался захватить хотя бы зонт. Но нет, он так и прошел всю дорогу под противным дождем, от чего его кеды уже были полны воды, а легкая футболка прилипла к телу. Но он продолжал настойчиво следовать за более продуманной сестрой. Та не спеша, под зонтом шла к месту встречи со своим парнем. Артур если честно, не запомнил его имя, да и место где юная Пендрагон встречалась со своими друзьями. Но он точно вознес молитвы богам, когда Моргана кинулась в объятья парня с бородой, и вместе с этим типом зашла в бар. Артур переждал несколько минут на улице, стирая с лица мерзкие капли дождя. Приведя себя в порядок, он решил зайти внутрь. Для него, сие убранство было в новинку, он не понимал всех тех, что столпились у сцены, слушая скорее вопли, нежели песню, как Артур понял, солистки. А вот за клавишами, похоже, был тот самый парень, что обнимал его сестру. Пендрагон присел у барной стойки, когда смог найти в толпе Моргану. Она стояла к нему спиной, так что видеть своего брата она явно не могла. Поэтому Пендрагон мог спокойно наблюдать за ней, но не прошло и пяти минут, как его покой нарушил парень. Тот был слишком худощав, а уши его торчали, что Артуру уже хотелось смеяться, над этим несуразным мальчишкой. — Она занята. Гвейн ее парень, — парнишка кивнул в сторону сцены. Артур только кивнул, вспоминая, как зовут парня сестры. — Так что можешь даже на нее не засматриваться. — Да нет, я не следил за ней. — Артур не любил оправдываться, но ощущение, что он мог засмотреться на свою сестру, немного раздражало из-за чего он и ответил. — Ну и зря, она красотка. Хоть и дрянной, у нее характер, но по ее словам она — просто ангел, а вот ее брат… — парень присвистнул, а Артур рассмеялся, представляя, каким его выставила сестра. — И какой же у нее брат? — с усмешкой произнес Пендрагон, забавляясь этой ситуацией. — Ну, по ее описанию, он настоящая задница, что просто не умеет веселиться, — подмигнул парень, делая глоток пива из бутылки, что находилась в его руках, — Мерлин. — Что, прости? — переспросил мужчина, не понимая, какое отношение это имеет к его характеру. — Я — Мерлин, — усмехнулся парень. — Тебя как звать? — Артур, — мгновенно отозвался Пендрагон, и только потом, подумав, что возможно Моргана уже говорила, как зовут ее брата. Но, похоже, ему безусловно сегодня повезло. Мерлин только качнул головой, то ли в такт музыки, то ли просто так. — Гвен, еще пива. Мне и этому парню, — красивая девушка, что стояла у другого конца бара улыбнулась и быстро отправила им две бутылки. Мерлин отсалютировал ей пивом и вновь вернул свое внимание на Артура. Тот пытался открыть бутылку, что у него вышло только после третий попытки. — Значит, ты здесь впервые. — Как догадался? — Парень, да по тебе видно. Все, кто сюда приходят, сразу идут на выступления Морри, а ты сюда. Да и твой вид говорит о многом. — Я попал под дождь. Ну, и все эти кожаные куртки, явно не мое. — А ты пробовал? Поверь, в них нет ничего плохого. Просто мы все хотим высказаться против этого мира. Поэтому мы выделяемся. Это один из вариантов, и он явно не хуже, чем другие предложенные людьми. Те же хиппи, — Мерлин покачал головой, а на его лице появилась улыбка. — Секс, мир и нет войне. Большего бреда я не слышал. — Тебе говорили, что ты много болтаешь? — смеясь, отозвался Артур, делая глоток холодного пива. — Есть такое. Киллгара постоянно ворчит, что у меня язык без костей. Но серьезно, что здесь такого плохого? — Ты меня совсем не знаешь, а столько уже разболтал, поэтому делай выводы. Удивительно, но Артуру было легко говорить с Мерлином. Будто нашел нудного человека, с которым время течет незаметно. Они просто болтали, обсуждая музыку, людей вокруг. В один момент они начали спорить, но с легкой руки парня, ссора переросла в подшучивания друг над другом. Да, однозначно Артуру нравилась его компания. С ним было просто. Не нужно показывать себя лучше, чем ты уже есть. Только сейчас он понял, что он — просто Артур, а не маленькая копия его отца. Но все это прекратилось, стоило звукам музыки раствориться в гуле и хохоте, издаваемых посетителями бара. Толпа громко кричала, а музыканты начали спускаться со сцены. Мерлин схватил Артура за руку, собираясь познакомить его с друзьями. Но допустить своего разоблачения перед Морганой он просто не мог. Поэтому он выхватил свою руку и попытался выскользнуть вместе с толпой на улицу. Наверно удача все же была на его стороне, так как Мерлин не пошел за ним, а значит, у него есть время сбежать. И только добравшись до своей комнаты, мужчина понял, что ему снова хочется провести время с этим лопоухим Мерлином. Заставить того улыбаться и звонко смеяться. Стать его другом, и доказать Моргане, что у него отличный характер, даже не так. Он может общаться со всеми и нравиться им. — Блин. Ну, он точно шел за мной, — печально простонал Мерлин, осматривая бар. Маг все еще надеялся найти там Артура. Но того и след простыл. — Может тебе привиделся этот чудаковатый парень? Ведь никто не сможет выдержать твой треп пол-то часа, а тут целых два часа, — усмехнулся Гвейн, но локоть, который уперла в его ребра Пендрагон, четко дал понять, что Моргана не поддерживает его точку зрения, — молчу уже, принцесса… — Он был, я точно видела, как Мерлин беседовал с тем блондином. Удивительно, но он даже смеялся над плоскими шутками нашего Эмриса, — подала свой голос Гвен. — И ты туда же. Спасибо за поддержку, — парень основательно поник и стукнул свой голов о стол. Он только нашел человека, который его понимал, а тут такое. Да еще и друзья у него отличные. — Блондин, значит, — задумчиво произнесла Моргана. — А как зовут этого таинственного парня? — Артур, — от осознания того, что ей не показалось присутствие брата, она звонко засмеялась, — думаю, что мы еще увидим твоего нового друга, Мерл.

***

Настойчивый стук о деревянную дверь в кабинет Артура не прекращался уже добрых три минуты. Он прекрасно знал, что за дверью стоит неугомонная сестра, которая наверняка снова жаждет, что братец снова прикроет все ее проделки перед Утером. Чего она безусловно добьется, поэтому может и подождать. Именно с такими мыслями Пендрагон продолжил дописывать отчет о продажах компании. — Артур Джордж Пендрагон, немедленно открой двери! — женский голос из-за двери казался сейчас строже, чем речи отца адресованные упрямой и дерзкой Моргане. Парень поднялся из-за своего рабочего места, отпирая дверь, которая защищала его от настырной сестры. На данный момент этот щит пал, а девушка прошла и села за стул, стоящий перед деревянным резным письменным столом. — И что же ты так долго мне не открывал? — А вы, леди Фейт, стали моей многоуважаемой бабулей, которой я с радостью открываю? — Нет, но к чему весь этот негатив? Я к тебе пришла с добрыми намерениями, а ты вот так, нехорошо, — проследив за тем, как брат обратно приземлился на свое кресло, затем продолжила, — кстати, шпион из тебя, как из меня послушный ребенок. Шокированное лицо Артура явно напомнило ей себя перед Киллгарой, когда тот открыл ей глаза, что довольно сильно рассмешило девушку. — Как ты? Как ты это узнала, я же наблюдал за тобой и ты точно на меня не смотрела! — Ох, не смеши меня! На меня смотрел? Да ты от Мерлина глаз не отрывал все это, — усмехнувшись, сказала девушка, — и не надо мне тут этого отрицать, я в том баре имею прекрасных информаторов. — Ну да, Мерлин просто потрясный, если честно. Он такой интересный собеседник, даже несмотря на его болтливость, — неловко признался Артур. — Ой, зайчик, да ты влюбился, — широко улыбнулась девушка, — не бойся, Арти, о твоей голубой любви буду знать только я и ты, — заговорщически прошептала Моргана. — Моргана Фейт Пендрагон! Ты там в своей сатанинском бордели с ума сошла что ли? Какая, к чертям, голубая любовь? — с яростью младший Пендрагон выплюнул это в лицо сестре. Взгляд же, который девушка поймала на себе пришлось записать в разряд самых тяжелых от ее брата, не чающий практически в своей сестре души. — Что же, думаю, что дня тебе хватит разобраться в себе? Да? Вот и прекрасно, — хлопнув в ладоши, брюнетка поспешила удалиться из помещения, — и да, жду тебя завтра в пять по полудню в моем сатанинском притоне, приятной бессонной ночки, братец. От всей этой обстановки в кабинете стало безумно жарко, на мгновение Артур подумал, что весь семейный особняк резко перенеся в Каир, где нельзя было почувствовать хоть каплю чистого воздуха. Ослабив галстук, мужчина распахнул окно, открывая возможность вдохнуть полной грудью вновь. Свежие воздух с узких улочек, где только недавно плясали капли дождя, мигом наполнил помещение. Его сестра всегда оставляла что-то после себя, это «что-то» никогда не было осязаемым. А после себя, его сестричка Фейт, забывала забрать послевкусия. Будь они горечью и переживаниями Пендрагона, не задумываясь бы отдал эти чувства. Но вот сейчас, как и большую часть времени, осталось легкое чувство вины за столь неадекватное поведение и облегчение, появившиеся в связи с тем, что прошедшие два дня с той встречи тянулись словно нуга или как конфета оставленная на ночь без упаковки под подушкой. Артур еще в первый час знакомства с Мерлином почувствовал что-то странное, такое он не ощущал, общаясь с другими. А воспоминания о тех двух часах кажутся ему такими же милыми, как покрасневшие скулы черноволосого парнишки, а его пухлые губы и безумно широкая улыбка. Этот лопоухий несуразный мальчишка засел глубоко в самом Пендрагоне-младшем, в его душе. Перед Морганой он, все же, извинится. И, наверное, леди Пендрагон была права, ему нужно еще подумать. Ночка и в правду выдастся бессонной. Днем ранее. — Гвен, мне нужна твоя помощь, — заговорщически прошептала Моргана ей на ухо, уводя с любопытных глаз. — Учти, прося меня о чем-то, что Гвейну не продавать алкоголь я не могу, — рассмеялась Мэйнд. — Я уже на это и не надеюсь, — надула губки красавица, — еще бы нашего вечного загульщика заставить перестать пить, да это я скорее умру… Но я не по этому делу. — И что же вам надо от меня, простой смертной, леди Пендрагон? — Помнишь, ты мне говорила о милой комнатке на третьем этаже? — Конечно, помню, — нахмурилась хозяйка заведения, — и если мне память не изменяет, то вы там с Гвейном еще всех гостей мне распугали! — Кто же знал, что они такие слабонервные, всего-то Баха включила, а воплей было, — обиженно буркнула девушка, — но здесь не ради собственной шкурки. — И что же это значит? — с интересом Гвен посмотрела на свою собеседницу, в недоумении приподнимая бровь. — Помнишь блондинистого парня, по которому Мерл сейчас сохнет и не может забыть, и поэтому ходит такой опустошенный? — Еще бы! Такого забудешь тоже придумали… Такой отзывчивый, а на Мерлина-то как смотрел, да еще и при всем при этом внимательно его слушал. Ты что, его нашла? — короткий кивок. — Ух ты, магия, да? И как же наша всемогущие Мэри с помощницей Килли до этого не додумались? — Если родство с этим принцем на белом коне является магией, то да, — с усмешкой сказала Моргана. — Этот обаятельный мужчина и есть твой брат-венценосный-осел, который не умеет веселиться? В жизни бы не догадалась. — Сама, если честно в шоке от того, что он дольше пяти минут общался с кем-то, кто не является высокопоставленным чиновником, — весело ответила Фейт, — ну так что? Поможешь мне организовать свидание для голубой любви? — Ради счастья Мерл, конечно, — стукнувшись кулачками, договорились девушки.

***

Мерлин не любил сюрпризы. Все это ему казалось таким странным. А вся эта неизвестность терроризировала его всегда. Именно поэтому Эмрис не спеша поднимался по лестнице, направленный по координатам юной Пендрагон, названных среди пылкой и настолько быстрой речи о чем-то грандиозном, что ему точно должно понравиться. И вот стоя у двери в нужный номер Мерлин пасовал, как девчонка. Он боялся того, чего еще не видел, от чего так усердно успокаивал на протяжении всего Киллгара, который знал как и о затее девушек, так и о страхе ведьмака. Но сейчас фамильяр успешно ускользнул, оставив хозяина одного. И этот юный маг, скорее всего, вновь совершает самую главную ошибку в своей жизни, отворачиваясь от деревянной преграды, что отделяло его от сюрприза. семнадцать-тридцать Из-за двери послышалось знакомое ворчание, и маг осторожно обернулся, прислушиваясь: — Вот и зачем я вообще пришел? Знал же, что он не придет, а Фейт лишь посмеется надо мной, идиотом, блин. Деревянная резная дверь резко открывается, и светловолосый мужчина останавливается наблюдая за стоящим перед ним парнишкой. — Мерлин? — улыбнулся Артур, приподняв бровь, — ты ведь ко мне? Заглянув за плечо мужчины, Эмрис удивленно приоткрыл рот, смотря на комнату, украшенную в непринужденных красках, и красивый стол с не менее прекрасным, а самое главное вкусным ужином. А две свечки до сих пор горели. — Только, если это свидание, — уверено произнес юноша, немного краснея. На что Пендрагон еще шире улыбнулся, приобняв подошедшего Мерлина. Этот прекрасный вечер останется у них в памяти навсегда.