Цветущая сакура

      Воскресное утро, солнце ярко светит освещая унылый город. В центре стоял дворец в котором проживает парень 21 год на вид: серые волосы, такого же цвета глаза, извечный коричневый костюм и конечно же очки на аккуратном носике — Куромаку. Король Треф и правитель страны в 21 год, разбирал очередные бумаги на заваленном ими же столе. Он что-то недовольно бурчал себе под нос, сломанная нога нещадно ныла требуя того что бы Маку я буду его так чаще всего называть ^3^ сел. Парень немного ещё постоял, а потом сел на так надоевший ему за это время стул и поставил рядом костыли. Мысли Короля Точных Наук никак не могли собраться в кучу. Он медленно придвинулся к столу, напевая себе под нос какую-то незамысловатую мелодию.       Карандаш скользил по бумаге, быстро и точно вычерчивая линии. Всё же художником был не только их Создатель, но и сами клоны. Куромаку в свободное время любил рисовать, он рисовал всё что угодно: от чертежей нового здания, до полноценных пейзажей. Сейчас же он рисовал портрет…портрет одного ненавистного ему существа, но в тоже время такого дорогого самому Маку клона — Вару. Забавно, не правда ли? Куромаку ненавидел его, но в тоже время очень любил.       Вот в ход пошли цветные карандаши. Сначала цвет кожи, волос, очков и одежды, затем блики, тени, румянец, немного веснушек на носу и глаза…изумрудный цвет глаз Вару всегда завораживал Трефа. И зачем Вару их прячет? Куромаку потянулся и размял пальцы. Он посмотрел в высокий потолок, думая о том, кем же для него является Вару, другом? Врагом? Король посидел так ещё немного, а потом продолжил рисовать. Портрет получился не таким большим, и Вару вместился аж по пояс на холст. Трефу очень не нравилась пустота за спиной у героя картины, поэтому Король начал рисовать задний фон.       Вот он рисует дерево. Сакура. Цветущая сакура. Рисует падающие лепестки, летящие в воздухе. Так умиротворённо. Закончив рисунок и удовлетворившись работой, занявшей его чуть меньше чем на час, Куромаку положил карандаши в небольшой пенал. Король потянулся, чтобы размять немного затёкшие мышцы и, взяв в руки костыли, медленно поднялся. Нога опять заныла, но парень, не обращая внимания на ноющую боль, пошёл к выходу из кабинета. Негромкий шорох заставил его обернуться.       —Красивый рисунок. Я оставлю себе.—послышался скрипучий голос зеленоволосой бестии.—Не думал, что ты умеешь рисовать.       Треф почувствовал укол ненависти к данному существу, хотел съязвить, но всё же промолчал. Зеленоволосый подошёл ближе, почти вплотную. Рисунок Вару положил в карман плаща. Спустя секунду длинные пальцы уже находились в серых волосах, ероша их. Куромаку почувствовал на своих губах дыхание оппонента.       —Что же ты стоишь и молчишь? Язык проглотил? —насмешливо произнёс пятый. Он резко выбил костыли из рук Короля, единственную опору Трефа. Начав падать, тот вскрикнул, но тут же оказался в цепких руках Пикового.       Вару осторожно усадил сероглазого на пол, стараясь придерживать больную ногу. Маку тихо всхлипнул от своего бессилия. Длинные пальцы пятого зарылись в мягкие серые волосы парня. Он надавил на затылок Куромаку, тем самым притягивая его к себе. Через секунду их губы соприкоснулись в лёгком поцелуйчике. Но этот поцелуйчик перерос в более страстный и чувственный поцелуй. Язык Вару хозяйствовал во рту Куромаку, изучая идеально ровные ряды зубов, нёбо и вскоре переплетя свой язык с языком Трефа. Сероволосый покраснел и обняв Валета за плечи притянул к себе требуя большего. Но Вару наоборот отстранился, вызвав у Трефа разочарованно-недовольный стон.       —Я тебя ненавижу…—прошептал прямо в губы Вару Король. Тот мягко улыбнулся и, чмокнув Маку в лоб, шепнул ему на ухо: «Я тоже тебя люблю…»       Куромаку лишь улыбнулся, вовлекая Вару в новый поцелуй. А в городе тем временем зацвела сакура.