Побочный эффект

Казалось, писк приборов разносился по всему морю, хотя его было слышно всего-то в маленькой операционной. Звукоизоляция на подлодке всегда была замечательной. Ло лично на этом настоял в свое время. Ни Шачи, ни Пенгвин, ни даже эта странная женщина, Хенкок, — никто не услышит стоны смешного паренька с соломенной шляпой. По ночам они переходили в крик, и Ло иногда казалось, что до Амазон Лили мальчишка не доплывет. Он тогда еще не знал, насколько Мугивара-я сильный телом и духом. Грудь у самого Ло ночью нестерпимо жгло, иногда так сильно, что не было сил встать со стула и сделать хоть что-то. Команда стучалась в дверь очень долго, звала капитана по имени, а эксцентричная Боа Хенкок угрожала обратить его в камень, если он не откроет. Что поделать, так было нужно. Ведь от этого самому Мугиваре становилось хоть немного легче. По крайней мере, Ло хотелось так думать. — Он ведь очнется? — спрашивала Хенкок раз за разом, вцепившись Ло в толстовку и словно в момент забывая о своем высоком статусе. — Ты же, черт тебя возьми, врач! — Я пират, — отвечал Ло одно и то же, а в голове бились только две мысли: как еще заставить Мугивару-я прийти в себя и как, черт возьми, вырубиться самому, когда твои легкие и сердце по ночам выворачивает наизнанку. — И я уже сделал все, что мог. Дальше все зависит только от него. Когда Мугивара-я очнулся, болеть перестало. Ну, по крайней мере, стало не так сильно. Бепо попытался было списать происходящее с Ло на его внутреннее волнение, но тот только отмахнулся от наивного медведя. — У Мугивары много друзей, — заметил Шачи, садясь рядом с Ло. — Они все готовы ему помочь. Зачем же вы его спасли, капитан? — Если бы он умер так просто, было бы неинтересно, — повторял Ло эту, словно заученную, фразу снова и снова. — Разве ты так не считаешь? Шачи пожал плечами и поежился. Он, наверно, редко понимал Ло с первого раза, но все равно исправно шел за ним вот уже много лет. Зато приказ собираться и немедленно отплывать Шачи понял мгновенно и радостно воскликнул: «Есть, капитан!». Новый Мир ждал Ло, как ждал он и мальчика в соломенной шляпе. Тот был не из тех, кто сдается, и Ло совершенно не удивился бы, увидев его через пару месяцев с неизменной улыбкой на лице и радостным криком, срывавшимся с уст: «Спасибо, что спас меня, Трафальгар Ло!» *** И во всем почти Ло оказался прав, кроме пары деталей: вместо месяцев прошли годы, да и имя его, видимо, оказалось для паренька в соломенной шляпе слишком сложным. — Спасибо, что спас меня! — кричал Мугивара-я, не обращая внимания ни на Дозорных, ни на сильный ветер, что делал его слова еле слышимыми. — Как там тебя... Трафа... Тора... Торао! Спасибо тебе! Идея предложить такому альянс казалась безумной на первый взгляд. Да и на второй, и третий тоже. Но все и так летело к черту с неожиданным приездом Мугивары, почему бы не рискнуть. Мугивару-я обмануть было проще простого, чудаковатого оленя и длинноносого парня — тоже. Только Нико Робин все смотрела на него то ли с подозрением, то ли с напускным равнодушием. И Ло понимал: не верила. Судя по всему, северный олень перерыл все книги по медицине, что были на корабле, но, в конце концов, не выдержал, переступил через свою гордость — или что там у северных оленей — и решился спросить у Ло. У Мугивары-я во время боя с Цезарем и немного после почему-то сильно болело в области грудной клетки. Как раз там, где сердце. — Надышался яда Цезаря, скорее всего, — усмехнулся Ло, лениво листая записи, принесенные встревоженным Чоппером. — Странно, что болит именно сердце. — У Луффи иммунитет к ядам! — отстаивал свое олень. — Прямо ко всем-всем ядам? Но так же не бывает, Тони-я. Ну смотри, сейчас же ничего не болит? Тони Тони Чоппер замотал головой. — Ну, значит, все в порядке. Скорее всего, старая рана просто дала о себе знать. Все-таки Ло о ней знал побольше, чем Тони Тони Чоппер. Сначала олень смотрел на него с сомнением, но затем его глаза радостно засветились, и он с восторгом прыгнул на не успевшего увернуться Ло. — Ты такой умный! Ага, умный. Скорее, желающий просто успокоить одного паникующего оленя. А Мугивару-я надо будет в ближайшем будущем осмотреть. А то мало ли что. Собственное сердце Ло глухо стучало в грудной клетке, время от времени аритмично, словно злясь на своего хозяина за все то, что пришлось пережить в драке с Верго. И, когда оно напряженно, с трудом стукнуло еще один раз, Ло наконец-то все понял. Побочный эффект у его фрукта оказался довольно любопытным. *** Во время битвы за Дрессрозу Ло совсем запутался, где заканчивались его ощущения и начинались Мугивары-я. То, что рука болит и грудь — это точно его, Ло. А вот общая усталость и разбитость накопилась, наверное, за них двоих. Ло не очень хотел знать точный ответ. — Что будем делать дальше? — спрашивала Нико Робин, улыбаясь, как ни в чем не бывало. Уже после побега с Дрессрозы чувства успокоились, и не только у Ло. И Мугивары, и команда этого смешного зеленого петуха начали вести себя совершенно обычно, почти не упоминая о происходившем всего несколько дней назад. То, что Ло считал делом всей своей жизни, для них оказалось всего лишь обычным приключением. — Вместе на йонко, конечно! — Радость Мугивары-я была заразительна. — Только заберем наши команды с этого... как там его... — С Дзо, — подсказала ему Робин. — Во-о, точно, именно оттуда! — Тебе бы еще полежать, отдохнуть, Луффи, — обеспокоенно затараторил Тони Тони Чоппер, — мало ли что нас может там ожидать. Например, какие-нибудь опасности. При слове «опасности» двухсотмиллионный Усопп боязливо поежился, а оба капитана, что Луффи, что Бартоломео, напротив, воодушевились. Начались долгие переругивания и споры, стало шумно. Для полутора лет тишины на Панк Хазарде, даже, пожалуй, слишком шумно. Наконец, так и не придя к единому решению по поводу будущих планов, вся команда ушла, и на палубе остались только Мугивара и Ло. — Я думал, что умру, — Луффи говорил такие жуткие слова с улыбкой на лице. — Не думал, что это так больно — когда тебе отрезают руку. И так странно — ведь она сама на месте, даже без синяков. А болит. Это что-то типа проклятья, да? — Это тебе так Нико Робин объяснила? — Да! Робин самая умная на свете! — Когда речь заходила про кого-то из команды, Луффи прямо светился. — А это не ты со мной сделал такое? Ло только хмыкнул в ответ и пожал плечами, но Мугивара-я и так уже все понял. — Торао, а сделай в следующий раз так, чтобы у нас общими были только радости! А то чувствовать одно и то же, конечно, круто, но у меня рука до сих пор болит! — Мой фрукт такого не умеет, — отмахнулся Ло, про себя подумав, что от мальчишки в соломенной шляпе ему уже никогда не избавиться. От его невероятно заразительной радости уж точно.