Ветер в пути

***

Намджун вздрагивает от неожиданного крика из ванной. Кажется, Юнги его зовёт, причём громко, истерически и попискивая. Он срывается с кровати с нехорошими предчувствиями и бежит к дверям. Ким открывает их резко, и, похоже, у него микроинфаркт. Потому что Юнги. Мокрый, взъерошенный, с округлёнными глазами и в одном полотенце на бёдрах. А там животик, и тазовые косточки, и пупок, и соски. Блять. И всё это мокрое настолько, что капли скатываются по бледной коже, задерживаясь на полотенце. Столько открытого тела соседа за раз Намджун ещё не видел. И ещё этот тёплый пар в лицо, который дополнительно поднимает температуру и разносит сильнее запах Юнги, забивая ноздри. Намджун глохнет на момент и вырубается, а Мин тормошит его и показывает куда-то пальцем. В угол. — Да сделай уже что-нибудь, а не стой как истукан! — нервничает Юнги. И единственная мысль у Намджуна это, бля, запустить ладони под это полотенце и проверить, действительно ли попка Юнги так мягка, как он представляет. Вынырнуть из откровенных рейтинговых мыслей помогает Мин, заглядывая в глаза с вопросом «ты же не боишься?». Нет, Намджун не боится и сейчас точно что-то предпримет. Но Мин ожидает явно не внезапно вспотевших ладоней на своих бёдрах. Тогда чего? Намджун старается отлипнуть взглядом от Юнги и сфокусировать его на чёрной жирной точке, в которую тычет друг. Ёбана! Паук! С огромными лапищами и задницей, как у Ники Минаж. Намджун отодвигает рукой Юнги, как бы ненароком скользя по его мокрой спине, и снимает тапок. Когда он уже замахивается, чтобы пришлёпнуть членистоногого нахала, его за руку хватает Мин. — Ты что, его убить хочешь? Намджун хлопает глазами от вопроса, который, должно быть, риторический. Или нет? Юнги, кажется, смотрит на полном серьёзе. — А что, по-твоему, я должен сделать? Попросить его вежливо на выход? — Ким и правда недоумевает. — Слови его. В баночку, — Юнги смотрит как-то жалобно, с надеждой и ожиданием. — Рехнулся? Нахрена тебе паук в банке? Он же страшный пиздец! — парню плохеет от одной мысли, что на ЭТО придётся смотреть. — Со страхами надо бороться. Я его Юлием назову и буду кормить пойманными мухами. Ну пожа-а-алста! — Я так понимаю, Тюбика тебе мало? — но это сказано уже для галочки, просто чтобы оставить за собой последнее слово. После такого «пожа-а-алста» он хоть паука в банку словит, рискуя заработать инфаркт, хоть в тайгу с голыми руками пойдёт охотиться на тигра. Когда паук сидит в банке и не шевелится, Намджун ищет способ, чтобы снять стресс и щекочущее сексуальное напряжение. Идти в душ, что ли? Юнги подходит и садится рядом на диване. И шепчет застенчивое «спасибо», целуя в щёку. Юнги сбегает красный как рак. Намджун охуевает третий раз за день. Юлий ждёт, когда его покормят.