Вместе навсегда

Всю зиму, вплоть до весны Джон помогал доктору Бэббиджу, чему тот был очень рад. В свободное же время молодой помощник врача штудировал книги по медицине для поступления в школу и иногда участвовал в химических опытах Шерлока. Но тихая деревенская жизнь закончилась в один из первых дней весны. В пятницу, после обеда в дом Холмсов приехал старинный друг Майкрофта Джек Никсон, они сдружились ещё во время учебы в Оксфордском университете. И сейчас работали тоже вместе, в британском правительстве. Занимали важные посты, какие, Джону было неизвестно, да и он из-за природной деликатности не интересовался этим. – Добрый день, господа, – вежливо поздоровался Джек, – Майкрофт, ты говорил, что приютил в своём доме хорошего врача, хоть и без образования. Можно мне с ним проконсультироваться? – Да, конечно, как раз он перед тобой,– любезно ответил Холмс-старший, и с улыбкой кивнул Джону: Ну, вот, доктор Уотсон, Ваш первый личный пациент, позвольте представить моего друга Джека Никсона. – Очень приятно, – доброжелательно начал Джон, – на что жалуетесь? Шерлок откинулся на спинку стула, зачарованно наблюдая за юношей и поражаясь его деловой хватке, с которой он вел себя с пациентом, и легкости, с которой он без всяких усилий давал дельные советы. «Да, мистер Джон Уотсон полон сюрпризов, и, пожалуй, из него может получиться что-то стоящее», – думал он, незаметно для глаз доктора изучая его. Несмотря на юный возраст, в нем чувствовались природная мудрость, активный ум, сообразительность и неподдельный интерес к другим людям, но настоящая привлекательность юноши таилась в его обезоруживающей улыбке. Глядя на него, Шерлок вспомнил о своей старой, давно забытой мечте иметь близкого человека, согреваясь, в его объятиях в постели, заполнял темную пустоту в душе и ... Он сейчас только понял, что таким близким и родным человеком может для него стать Джон. Последнее время у них сложились дружеские, доброжелательные отношения. И Шерлок часто ловил себя на том, что смотрит на Джона не как на друга. Но он не собирался давать волю чувствам и идти на поводу своих желаний. Как только пациент уехал, Джон поднялся к себе в комнату, и Шерлок с Майкрофтом остались одни. Брат весело воззрился на Шерлока. – Ты заметил, как вел прием Джон? – живо спросил он. – Какой молодец! В нем столько опыта. А как он себя держит! Я чуть не лопнул от гордости, наблюдая за ним. Он прямо… – Возьми его завтра с собой в Лондон, – прервал его Шерлок. – В Лондон! – опешил Майкрофт. – Но почему? – Я хочу, чтобы он покинул Уэйкфилд. Хватит ему прозябать в деревне. Тем более он скоро начнёт учиться. Забери его в Лондон, как раз и найдешь ему жену. Сезон светских раутов начинается через две недели. Майкрофт побледнел, но голос его был тверд: – Полагаю, что я имею право получить объяснение такому неожиданному решению. – Я уже сказал: хочу, чтобы он оставил этот дом, и всё. – Мне казалось, что вы с ним подружились, – задумчиво произнес Майкрофт, – но ты, наверное, прав, ему пора начинать учебу, и необходимо официально представить его обществу. – Тогда забирай его и приступай. Майкрофт шумно вздохнул: – Хорошо, но мы отправимся лишь через три дня. Надо собраться не спеша. А теперь я хочу попросить тебя об одолжении. – Да? – В обществе Джона охотнее примут, если ты тоже появишься на первом приёме и покажешь, что ты его друг; его будут гораздо больше желать, если лондонские красавицы поверят, что он ухитрился удостоиться именно твоего внимания, ведь всем известно, что у тебя нет друзей. – Договорились, – сказал Шерлок, готовый согласиться на все, лишь бы избавиться от Джона и поскорее женить его. – Забирай его в Лондон, представь свету и пригласи всех мало-мальски стоящих потенциальных невест. Я постараюсь присутствовать на его первом выходе в свет, – с усмешкой добавил он. – И останусь в городе, чтобы помочь сделать выбор. Ты же знаешь, мне не составит большого труда вычислить пороки девиц и найти нашему доктору одну единственную и неповторимую. После ужина Джон и Майкрофт часто играли в шахматы. Вот и сейчас, как только Шерлок покинул столовую, Джон обратился к герцогу: – Майкрофт, Вы готовы к игре? – Что? – рассеянно переспросил он. – А, конечно, да. Расставляйте. Я сегодня играю белыми. Джон внимательно посмотрел на Холмса-старшего, он казался ему чем-то озабоченным. – Вы хорошо себя чувствуете? – спросил он, вглядываясь в его лицо. – Да, все в порядке, – заверил тот, но уже в следующие несколько минут лишился несколько важных фигур. – Видимо, сегодня я не в состоянии сосредоточиться на игре, – виновато улыбнулся герцог. – Ну, тогда, может, просто поболтаем? – предложил Джон. – Да, пожалуй, это лучше, – протянул он и вдруг внезапно сказал: – Знаете, Джон, Шерлок – замечательная личность. Он обладает исключительной силой ума и воли. Леонардо да Винчи когда-то сказал: «Чем шире душа человека, тем глубже он любит». Его слова всегда напоминают мне о Шерлоке. Он глубоко чувствует, но предпочитает не демонстрировать это. И, усмехнувшись, герцог добавил: – Он не подпускает к себе близко людей, считая их слишком глупыми и ограниченными для общения с ним. Я очень рад, что за последнее время вы с ним сблизились и даже подружились. Однако я должен сказать Вам следующее: Шерлок решил, что Вам пора учиться, чтобы в будущем стать дипломированным доктором и выйти в свет со всем блеском. Через три дня мы едем в Лондон. Мы остановимся в моем лондонском доме, а Шерлок, бывая в городе, будет жить в своем доме. Джон не имел ни малейшего представления, что влечет за собой выход в свет, но внимательно слушал Майкрофта, рассказывавшего ему о раутах и выходах в театр, которые ему предстояли. Джон уже привык к этому дому и не хотел уезжать из Уэйкфилда, но его согласия никто и не собирался спрашивать, поэтому он стал настраивать себя на будущее знакомство с лондонским обществом. «Лишь бы не все аристократы оказались такими напыщенными как леди Лайнс» была его последняя мысль, перед тем как он провалился в сон.