Пёс и зельевар

Сириус улыбается чуть криво, пьяно, будто выпил бутылку виски, о котором так давно мечтал. Он смотрит из-под черных ресниц, а в синих глазах поволока то ли алкогольного опьянения, то ли чего-то еще. Он проводит кончиком языка по приоткрытым губам, будто соблазняет. Хотя, возможно Снейпу только, кажется, что соблазняет. У Сириуса пальцы в мозолях от тяжелой работы или еще чего-то, Северус никогда не интересовался. Это не его дело лезть в чужую жизнь, даже если очень хочется. Сириус смотрит пристально, усмехается как-то понимающе, что мурашки по коже бегут, да сердце застревает где-то в горле. Снейп не понимает, какого черта вообще пришел сюда. — Я знал, что ты придешь. У Сириуса голос грудной, слегка грубый, заставляющий дыхание замирать на губах и кончики пальцев дрожать от желания. Северусу так хочется запустить пальцы в чужие волосы, прижаться просящим поцелуем к этим губам и молить о чем-то, чего сам не понимает. — Потрудись объяснить, Блэк. Что я здесь делаю? Голос не дрожит, холоден и спокоен, как и лицо, застывшее маской. А у самого сердце бьется о грудную клетку со всей мощью, да пот мелкими каплями скользит по позвоночнику, вниз, к пояснице. Северуса не так-то легко вывести из себя, но Блэку это удается буквально одним движением. Принц смотрит, как Сириус лениво откидывается на спинку кресла, разваливается в нем, расставляя ноги шире. И у Снейпа появляется стойкое желание встать на колени и доползти до человека, сидящего в кресле. Доползти и смотреть, как верный пес снизу вверх, в глаза. А потом возможно расстегнуть ширинку и наконец-то узнать, какой Блэк на вкус и на запах, и услышать его стоны. Северус раздраженно морщит нос, когда Сириус подкуривает магловскую сигарету, а сам незаметно делает шаг вперед, чтобы втянуть в себя запах дыма, алкоголя и мужчины, что сводит с ума. — Что ты здесь делаешь? Блэк повторяет насмешливо, слегка растягивая гласные, будто пытается вывести из себя. Только Северус уже не тот маленький вспыльчивый мальчишка, который позволял над собой издеваться. Северусу двадцать, он самый молодой зельевар, а еще лорд Принц. И он не позволит, какому-то изгнаннику из Рода насмехаться над ним. Мышцы напрягаются готовые в этот же миг выхватить тонкую палочку из кармана, а Сириус только дерзко усмехается и хлопает рукой по коленке, обтянутой джинсой. С каждый мгновением в комнате становится все жарче, а Блэк буквально облапывает его взглядом, продолжая смотреть внимательно и затягиваться паршивым дымом. Северус облизывает губы, чувствуя, как сердце трепещет, словно пташка в неволе. Словно хочет выбраться из груди и взмыть вверх, на волю. Ему так хочется поддаться соблазну, наконец-то отпустить себя и позволить кому-то что-то лишнее. Только не с Блэком. В глубине души Северус слишком хорошо помнит смех Сириуса, когда Джеймс или он ставили ему подножки или же пробовались в заклинаниях. И слишком хорошо помнит, кто предложил ему проследить за Люпином в ночь полнолуния. У Джеймса хватило мозгов его спасти, но он до сих пор помнит эту холодную усмешку Блэка и презрительный взгляд. Именно тогда Снейп подумал, что в их роду не только Белла сумасшедшая. — Если ты не хочешь объяснить, зачем я здесь. Тогда я пойду, мое время слишком дорого стоит. Снейп вскакивает со своего кресла, будто хочет сбежать, но не успевает. Сильная горячая рука хватает его тонкое запястье и тянет на себя. Северус чувствует головокружение, когда влетает в крепкое мужское тело и чувствует запах сигарет, виски и чего-то еще, похожего на кайенский перец. Сириус смотрит прямо в глаза, скользит одной рукой под черную мантию, забирается пальцами под сюртук и гладит дрожащее от прикосновений тело. Наклоняется ближе к лицу, обдает теплым дыханием, а потом скользит языком по губам Северуса. Молодой зельевар дрожит, закрывая глаза, только мозг все еще продолжает тревожно шипеть: «бежать, бежать, бежать». Когда горячие губы скользят к открытой бледной шее, Северус окончательно обмякает в чужих руках. Сириус хмыкает довольно, а потом начинает его раздевать, будто подарок разворачивает. Принц приходит в себя уже лежа на кровати и млея от чужих прикосновений к бедрам, соскам, низу живота. Северус чувствует только сжигающий огонь, который не потухает, а разгорается с каждым прикосновением Бродяги. Наверное, это и должно было случиться с ними. Именно так, обжигающе — страстно и удущающе-нежно. Именно так с тихими мольбами Северуса и рваным дыханием Сириуса. Именно так разрушающе прекрасно до потери памяти, потому что в эти мгновения, никто из них не знал, кто он. Они были единым целым. Переплетением рук и ног. Переплетением душ. И засыпая рядом с горячим, как печка, Сириусом — Принц думал, что это стоило того. Сириус стоил того, чтобы потерять голову и отдаться этой страсти. И даже если завтра они разойдутся в разные стороны, наговорив друг другу гадостей, Северуса будет нескончаемо тянуть к его псу, как и Блэка к зельевару.