Зеленый купидон

Отряду, состоящему из пары АНБУ и двух джонинов, повезло. Ведь что может быть приятнее, чем охрана свадебной церемонии? Конечно, - вероятность нападения и все такое, - но по факту заказчики всего лишь хотели продемонстрировать статус клана. Впечатления шиноби вылились в странный разговор на привале. - И вот прикиньте, через три месяца она выходит за другого. И они оба до сих пор продолжают делать вид, что между ними ничего не было. - Сплетничаете, - Хатаке Какаши лениво поворошил угли в костре. - Сплетня, семпай, - отозвался один из АНБУ, - это непроверенные данные. - Точно, - отозвалась вторая фарфоровая маска, - я через дом живу от этих голубков, и знала их с тех пор, как совсем мелкими были. Он на нее с двенадцати лет смотрел так, что у меня, когда я мимо проходила, печати в карманах взрывались. - Правда? - Нет, конечно. Только вот не поговорили вовремя, не объяснились, и что теперь? - Похоже, ничего хорошего, о моя доблестная сокомандница, - Майто Гай задумчиво глядел на огонь. – Это больно. Для всех. И тех, кто потерял любовь, и особенно для детей, родившихся в браке без любви. - Гай, перестань, иначе сейчас мы все зарыдаем. - Ты не прав, мой вечный соперник, - Гай вскочил на ноги, сжав кулак, - такие истории не объект для иронии. Если бы, - он замолк и снова опустился на землю. А вот мысли в его голове продолжали метаться. Часто, наверное, слишком часто для восприятия благородной души Гая, он видел такие вещи, когда двое не решались сказать друг другу о своих чувствах, боясь увидеть в ответ недоуменную ухмылку. И, о боги, ладно бы, потому что второму не интересен первый, а всего лишь от смущения, от мыслей: не получится ни с ним, ни с ней, лучше и не начинать. Покусывая губу, Гай размышлял. - А может, не хватало одного маленького толчка? - Все повернулись к говорившему АНБУ: – Я имею в виду, - забормотал он, - ну, если бы вся деревня знала, что они жених и невеста, вроде как на доске объявлений повесили – все знают, и родителям не страшно объяснить. И друг другу. - Может быть, - согласился Какаши. – Но все же, по-моему, лучше самим. Словами, через рот. Знаете, так можно. - Не всегда. - Да ну, – Какаши прищурился. – Что, третья сторона лучше, чем первоисточник? - Иногда – да, – твердо ответил Гай. – Иногда, общественное мнение может стать якорем для мятущихся юных душ, дать им тихую гавань поддержки и принятия. - Говоришь так, как будто тебе лет шестьдесят, – хмыкнула девушка. - Нет, но если бы я знал историю вот той твоей пары знакомых, я бы мог… – Майто замолчал. – Поддержать, – закончил он. - Так поддержи, – в голосе куноичи была злость. – Ты думаешь, они такие уникальные в деревне? Да каждый третий…. - Что? – Гай обеспокоено посмотрел вокруг. – Нежели ты хочешь сказать?.. - Хочу! Ты, я, он, - ткнула пальцем в сокомандника, – разве нет? И что? Кто из нас хоть что-то сказал? - А что? – отозвался Какаши, - идею мы поддерживаем, но следовать ей не собираемся? Двойные стандарты. - Семпай! По возвращению в Коноху, казавшаяся такой простой, идея почему-то должного воплощения не нашла. Безусловно, Гай попытался поговорить. Он пришел в Ичираку, заказал пару порций рамена и вроде бы собрался и даже нужные, как ему казалось, слова почти нашел, но за стойкой рядом с Аяме суетился Теучи, задавал вопросы, старался поддержать беседу. В общем, у Гая был полный провал. Единственным утешением служило то, что он смог побороть себя и все-таки подарить Аяме оригами черепахи. Бумажная фигурка не блистала красотой, но печать, спрятанная внутри, грела душу Гая. Случись что в Конохе, его призывное животное обязательно найдет и поможет той, что всем естеством жаждал защитить и сберечь Гай. Своя неудача огорчила, но и подтолкнула поинтересоваться как дела у других. И Гай начал наблюдение. Первые результаты появились довольно скоро, но не совсем о тех и не то, что он ждал. Не проносясь, как обычно, метеором по улице, а вслушиваясь в слова и вглядываясь в жесты окружающих, Гай сделал для себя довольно много неожиданных открытий. К примеру, спецджонин Митараши Анко, около лавочки со сладостями выкинула в мусорник недоеденное данго, когда мимо нее не оборачиваясь прошел Намияши Райдо, а потом резко развернулась и ушла, кусая губу. А Райдо, свернув за угол, потоптался там секунд тридцать, вышел оттуда с видом «ах, я что-то забыл», заскочил в лавочку с данго, пробыл там буквально две секунды, вышел и снова пошел в ту сторону, куда направлялся изначально. Это определенно наводило на мысли. Или вот еще, Гай заметил, что спецджонин Ширануи Генма с завидной регулярностью посещает один суши-магазин. Вел он себя там как обычно, шутил и что-то рассказывал хозяину магазина и девушке за кассой, делал заказы, только вот наметанный взгляд шиноби дал увидеть Гаю, что суши и роллы отправляются не в желудок Ширануи, а в поясную сумку. Похоже, спецджонин не слишком любит эти блюда, а все-таки проводит там время. И девушку из магазинчика Гай увидел на рынке, она оглядывалась так, словно опасалась встретить там кого-то знакомого и покупала тыкву. И это было странно, никаких блюд с данным ингредиентом в меню магазинчика не было, а вот о любви Генмы Ширануи к тыквенным супам, пожалуй, знали даже за пределами Конохи. И может Гай бы проследил за девушкой и всенепременно узнал для кого тыква, но отвлекся. Через толпу, рассекая ее как ледокол, шла Цуме Инузука со своим псом, несмотря на воспитанность, в деревне Куромару побаивались и лишь один человек не шарахнулся в сторону, а продолжал идти навстречу. Ибики, глава отдела дознаний, - отметил про себя Гай. Глядя на спокойного и невозмутимо приближающегося джонина, Цуме прищурилась, а потом ухмыльнулась такой улыбкой, что даже Гая, наблюдавшего за ними с расстояния пяти шагов, пробрало волной жара от макушки до пяток. «Ох, ничего себе», - только и успел подумать он. Проходящий мимо Инузуки, Ибики, похоже, даже не повернулся в ее сторону. Именно «похоже», потому что Гай был готов поклясться, что он увидел на губах главы отдела дознаний ухмылку, которую вернее всего можно было охарактеризовать как довольную. Гай решил взять тайм-аут в наблюдениях, нужно было слишком много обдумать и уложить все знания. До сего времени Гай никогда не занимался слежкой и наблюдениями в деревне, просто не видел в этом необходимости и, как выяснилось, зря. За последние три-четыре дня, он получил такое количество информации, пусть не переворачивающей его мнение о некоторых обитателях Конохи, но заставляющей сильно его скорректировать. Гай до сих пор не был уверен прилично ли то, чем он занимается. Все-таки шпионаж за своими… Хотя нет, так думать – неверно. Он наблюдает не с целью получить выгоду или причинить кому-то вред, он всего лишь пытается понять, как можно помочь этим людям, запутавшимся в своих отношениях. С этой точки зрения его миссия, несомненно, благородна, а все тайны, которые он узнал, умрут вместе с ним. Хотя, все же стоит подумать, возможно, возможно он все понимает не так. Гай ведь не может похвастаться большим жизненным опытом в данных вопросах. Вполне ведь вероятно, что Райдо вспомнил, что задолжал в лавочке и зашел вернуть долг, но Анко выбросившая данго? Возможно, Гай что-то пропустил и приглядывая за Ширануи, а в сумку тот убирает лишь то, что не понравилось, а остальное ест. Ну… чтобы не расстраивать хозяина. А то, что девушка покупает на рынке те продукты, которые не используют в магазине, опять же, может значит, что любит это только она и готовит для себя. А уж Цуме и Ибики… здесь Гай забуксовал окончательно. - Перерыв, - сказал он сам себе, - мне нужен перерыв! Нужно просто развеяться. Надо было найти Какаши и бросить вызов. Физические нагрузки точно помогут разложить все по полочкам. Найти его оказалось несложно, а вот бросить вызов не удалось. Ибо заметив вечного соперника, тот начал первым: - Привет, Гай. Я вот как раз тебя ищу приглашение передать. - О мой… - начал было Гай, но остановился, - какое приглашение? - Асума вернулся от дайме, собирается отметить, тебя он тоже хотел видеть, просил пригласить. - Конечно, я готов, - вытянулся Гай. – Где состоится это славное событие? - В барбекьюшной в шесть. - Непременно приду. Уверен, наш Асума покрыл себя блеском славы на прежней должности, и я буду одним из первых, кто поздравит его с этим. - Да, он будет счастлив, - подтвердил Какаши с каким-то странным выражением лица. - Но до шести еще есть время, и мы могли бы… - Погоди, - остановил его Какаши, - я вон там вижу, - и замахал рукой, - Ирука-сенсей, Ирука-сенсей, идите к нам. К приятелям подошел штабной чунин Умино Ирука: - Здравствуйте, Гай-сан, - вежливо поздоровался он, - здравствуйте, Хатаке-сан. - Здравствуйте, Ирука-сенсей, - Гай отметил про себя, что Умино, видимо, по рынку ходит давно, раскраснелся, тяжело дышит. - Хорошо, что я вас встретил, Ирука-сенсей, - Какаши прищурился, улыбаясь, - вот хотел и вам приглашение передать. Асума Сарутоби в деревню вернулся, сегодня в шесть в Решетке отмечают. - Спасибо, - Умино казался удивленным, - я, право, не ожидал, но… - А вы сейчас куда? – перебил его Какаши. - В штаб, собственно. - Да? Тогда я с вами. Пока Гай, не смею задерживать. - А я и не занят сейчас, - абсолютно искренне ответил Гай, - я с вами. Какаши, я хотел бы с тобой посоветоваться, как ты считаешь, нужно ли Асуме преподнести подарок и если да, то какой? Возможно, Гаю показалось, но в единственном видимом глазу Какаши появилась картинка упыря, поедающего на кладбище в полнолуние собаку. - По этикету, - живо вмешался Ирука, - небольшие, но имеющие смысловую нагрузку подарки, можно дарить в любом значимом случае. - Я уверен, это значимый случай, - покивал головой Гай. – Достижение такого уровня бойцом нашей деревни и возращение его в родные пенаты, что может быть значимее? - Точно, Гай, ты прав, - охотно поддержал его Какаши. – Тебе, наверное, следует пойти поискать подарок? - О! Я готов взять на себя ответственность и подарить подарок от нас троих. - Прекрасно! Просто чудесно! – Какаши аж засветился от радости. – Я в тебе не сомневался. Беги скорей! - Я готов, - Гай собирался было стартануть, но притормозил, - однако я еще не очень осознал, что было бы тем прекрасным запоминающимся подарком, показывающим всю степень нашей привязанности к Асуме. Я пройдусь с вами до штаба, на ходу мне лучше думается. Вдруг почудилось, что упырь в глазу Какаши доел собаку и с нескрываемым энтузиазмом принялся за кого-то очень похожего на Гая. - Конечно, Гай-сан, - доброжелательно ответил Ирука. – Если хотите, можем обсудить или поговорить о чем-то отвлеченном, частенько это наталкивает на интересные идеи. - О чем-то отвлеченном, - проскрипел Какаши за их плечами. Непонятно почему, но Ирука снова покраснел. - А вот знаете, - начал Ирука, - у нас крыса в архиве завелась. Гай мгновенно повернулся и зажал рот Умино ладонью: - Да вы что, Ирука-сенсей, - зашептал он, голосом слышимым на всю площадь, - разве можно обсуждать такое на рынке? - Гай, отстань, - Какаши сбросил его руку. - Я про обычную крысу говорю, серую, с хвостом. Представляете, свиток погрызла. Начали ревизию делать, а там не техника, а сплошные дыры. А свиток старый, откуда достался уже никто не помнит. - А почему вы думаете, что крыса, а не мышь? Гай с удивлением посмотрел на Какаши, задавшего такой странный вопрос. Умино охотно ответил: - Дыры большие, прогрызено разом и еще помет, он у крыс крупнее. - Да-а, - протянул Какаши, - и что теперь? - Котецу с Изуму предложили попробовать подставить все похожие иероглифы, только вот с собакой получилась бы взрыв-печать на пол Конохи, а с лошадью демона призовем, а какого и что с ним делать потом, непонятно. - А что-то попроще есть? - Попроще есть, но по остаточному начертанию не подходит. - А может у них каллиграф был так себе? - Может. Повисло странное и неловкое молчание. В обычное время Гай бы не придал значение столь нелепому разговору, но учитывая собранную информацию и сделанные из нее выводы, что-то в этом его задевало. Возможно то, что Какаши убрал в карман книгу и старательно делал вид, что этот бредовый диалог ему интересен. А возможно то, что взгляд Ируки-сенсея был очень похож на взгляд Генмы Ширануи, когда тот смотрел на ту девушку в магазинчике – бросит быстрый взгляд и отводит глаза. Но… но как же так? Это же Какаши и Ирука-сенсей, разве возможно? Разве можно даже помыслить? Нет, это точно нужно было все хорошо обдумать. В своих наблюдениях Гай был уверен, даже, если выводы его ошибочны, то нужно найти другие, те, что уравновесят картину мира и дадут полное понимание происходящего. Ну, а сейчас… - Мы почти пришли, - возвестил Гай, - и думаю, что нашел, тот подарок. Хорошего дня Какаши, хорошего дня, Ирука-сенсей. Увидимся на празднике. На праздник Гай так и не попал. Прилетела птица из штаба, назначили миссию, в этот раз одиночную. И на обратном пути он влип и, кажется, сильно влип. Время от времени, прорываясь в реальность, Гай понимал, что на улице зима, видимо не так много времени прошло – пара недель или месяц. Мышцы не болели, как от долговременного лежания и это тоже значило, что не так уж долго он в больнице. Потом опять выбрасывало в бред. Счет дням он потерял окончательно. *** И сейчас из окна палаты были видны заснеженные ветки за окном. «Сколько я в отключке?» – Гай пошевелился, и хотел было позвать персонал – остановили голоса в палате. Разговаривали двое, кто именно Гай не видел, но узнал. - Ну, так и что у вас? – это была Югао. - Мы ходили гулять к пруду, - АНБУ по прозвищу Тензо. - Серьезно? Как? Тензо замялся, но продолжил: - Я ей сказал, что она очень бледная после ночной смены и ей стоило бы подышать свежим воздухом перед сном. - Вот дурак. - Почему дурак? Это же показывает, что я о ней забочусь. - Да-да, конечно, «плохо выглядишь, вот-вот в обморок упадешь»– отличный комплимент! Девушка должна быть польщена. И всю прогулку молчал, да? – голос Югао был полон сарказма. - А ты? - А я… Просто не могу, - девушка надолго замолчала и с горечью продолжила: - Слишком много всего. Клан, род, деньги. И кто я? Охотница за наследством? Так подумают? - Да с чего ты…. Погоди, он, вроде пошевелился! Майто-сан! Над кроватью склонились, однако Гай решил свое пробуждение не афишировать и довольно успешно прикинулся бессознательным. Было бы искренне неудобно, если его посетители решат, что он подслушивал. Дождавшись ухода гостей, Гай все-таки встал, хоть и была слабость какая-то и голова кружилась – это все неважно. Ему бывало и хуже. Пару раз поприседав и отжавшись от кровати, он совсем было хотел выйти в коридор и объявить о своем выздоровлении, как услышал другие голоса за дверью. - Я вас уверяю, у меня нет никаких миссий и срочных дел, и я охотно посижу здесь. - Но праздник! - Ай, что нам эти праздники? Давайте, сбегаю в магазин, если очнется – будет угощение и украшения. - Хорошо, – согласился голос. Его Гай знал отлично – главврач: – Идите. Я вам доверяю. И второго Майто знал – Какаши, вечный соперник и лучший друг. Готовностью того сидеть у его постели Гай был тронут несказанно, но, что за праздник? Сколько он в больнице? Надо узнать хотя бы минимум, и Гай вышел в коридор. Больничная распашонка не лучшая одежда, но разве истинного шиноби могут остановить такие мелочи? Прокравшись тенью мимо поста медсестер, Гай нашел календарь, и там было… 14 февраля! О боги, боги! Это была дата вдвойне значимая для Майто - кроме обычного праздника Дня всех влюбленных - это был еще и день рождения самой лучшей, самой нежной, самой замечательной, самой-самой девушки в жизни Гая. Это был день рождения Аяме. Разумеется, в больнице Гай не мог остаться и минуты. Конечно, облачение создало бы проблемы и на улице, но это Гай успешно решил, передвигаясь по крышам. Да, стоило признать: возможно, он вышел слишком рано, иногда забрасывало, раз он чуть не сорвался, недотянув прыжок, но легкий морозец бодрил, и позволил-таки добраться до дома. Тепло квартиры неожиданно тоже оказалось опасным. Переодеваясь, Гай понял, что его ведет, но обращать на это внимание было категорически некогда – нужно успеть еще столько сделать и первый пункт … Конечно же, подарок Аяме. И, разумеется, это должен быть не просто подарок, а подарок со смыслом, то есть он должен говорить о чувствах, а значит, магазинные коробки сладостей, пусть и тематические, здесь не годились. Свои чувства к лучшей из девушек Гай должен воплотить сам в своей единственной и уникальной коробке, которую наполнит лучшим шоколадом. Его сердце поможет ему в этом. Проблема была в одном – Гай шоколад никогда не варил, да и как клеить коробки, тем более, как украшать, у него были довольно смутные представления. Но! Будучи сенсеем Гай охотно обсуждал с учениками их интересы и был просто уверен, что где-то в стопках журналов лежит тот самый – тот , который он разглядывал с Ли! Там было все – все-все, что должно было пригодится ему сейчас. И Гай с рвением взялся за поиски. Понадобилось не больше 10 минут, чтобы Гай узрел нужный номер. Там было как раз об этом – и про шоколад, и коробочку, сделанную своими руками, восхитительную, обтянутую красным шелком (он у Гая нашелся). Майто с головой ушел в работу, руководствуясь инструкциями. И! Разумеется, сила юности блистает всегда и везде – прошло не больше часа, как Гай созерцал свой подарок. Шоколад (он его попробовал) был нежен и сладостен, как его чувства; собственноручно склеенная и обтянутая шелком коробочка сверкала тысячей, ну, или почти тысячей, булавок с жемчужными и алмазными головками. Гай откинулся на стену. В голове опять застучало. Может стоит вернуться в госпиталь? Ну, нет! Чтобы отвлечься и сосредоточиться Майто машинально взял журнал, листая и разглядывая картинки. Одна из них почему-то зацепила. На ней был голый мальчишка с крылышками и луком: «Купидон, - гласила подпись, – соединяет влюбленные сердца, пуская стрелы». На конце стрелы Купидона полыхали языки пламени. Костер. Костер – Гай вспомнил вдруг один разговор на миссии. И понял, точно понял, что знает, что нужно делать. И сразу стало так легко и хорошо… Для начала нужно было вернуться в больницу. Осознав свое новое предназначение, Гай совсем по-другому начал относиться к окружающему его. К примеру, цветы, те, что носил ему в больницу Ли. Он был рад увидеть их, но, возможно, есть кое-кто, кто обрадуется им больше? Запрыгнув в свою палату, Гай, пыхтя, разрывал букет: - Нельзя передаривать однажды подаренное, но, если чего-то немножко прибавить, то можно, - Гай собой был очень доволен. – Вот так. А теперь… Головокружение не прекращалось, но Гай был уверен, что справится со всем. Он ведь догадался, а такие мелочи ему не помешают! - Каори-сан, - объявили по громкой связи, - пожалуйста, подойдите в приемный покой. Запыхавшаяся медсестра подлетела к стойке: - Что? Где? - Вот это, - ей протянули букет с карточкой. Медсестра быстро переговорила с дежурной и умчалась из больницы, как отметил Гай, в нужном направлении. Схема работала прекрасно, значит, нужно продолжать! И Гай взялся за продолжение со всем присущим ему энтузиазмом. Два часа спустя Гай сидел в Ичираку совершенно уничтоженным. Набатным колоколом в ушах звенела фраза Аяме: - Да вы что! Сегодня дарить такое? Боги, боги, что он натворил! Неужели эта чистейшая душа, подумала о хоть каком-то намеке похоти с его стороны? Гай был готов отгрызть себе пальцы, сделавшие все это, а заодно и язык, чтобы не позориться. - Я тебя нашел! – на табуретку рядом хлопнулся Какаши. – Вот теперь ты мне все объяснишь. - Объясню, - вяло согласился Гай. - Знаешь, - продолжал Какаши, - к тебе есть куча вопросов от разных граждан нашей деревни. - Да, - снова с эмоциями мертвой рыбы отозвался Гай. Сколь бы не был рассержен Какаши, такие реакции давнего друга были не нормальны. На этом фоне, своей собственной злостью и обидой остальных, можно было пренебречь: - Гай, - позвал он, - ты в порядке? - Ага, - отозвался Гай. Из-за левого плеча Какаши вмешалась Аяме: - Хатаке-сан, он не в порядке. - Раз в порядке, то хорошо, - Какаши потрепал Гая по плечу и повернулся к Аяме: - Что такое? Аяме, осторожно косясь на Гая, зашептала Какаши в ухо: - Он мне цветы принес и конфеты, поздравил с днем рождения, но мой день рождения не сейчас, а через полтора месяца. Вы же его друг, его, наверное, к врачу надо. - Наверное… - Какаши повернулся к Гаю, но табурет рядом был пуст. – Опа, сбежал, - сообщил он девушке. – Пойду, поищу. - Какаши-сан, - выскочила та из-за стойки, - скажите, пожалуйста, ему… - Что? – повернулся Какаши от входа. - Что все было очень красиво. И мне понравилось, просто я растерялась. Скажите ему… - Что еще? - Нет, все, - Аяме убежала в кухню. А Какаши вышел на улицу. Надо же, называется лучший друг. Он не то, что не предполагал, даже подумать не мог, что у Гая могут быть чувства к дочке Теучи. Да и все остальные, кого Гай выставил напоказ: приколотая записка в штабе АНБУ «Югао+Хаяте» и кривоватое сердечко, какие-то каракули на записке у Каори, из-за чего та и помчалась к Тензо. И Куренай… - Где этот гад? Какаши вздрогнул. Это был голос Ируки. Похоже, стрела, которую получил Какаши, достигла и второй цели. И вот сейчас придется объясняться. Под свет фонаря Ирука вышел прихрамывая, тащя за собой Гая: - Вы его не покрывайте! Шутки шутками, но это уже слишком! Гай был совсем плох, либо лекарства все-таки сделали свое дело, либо разговор с Аяме его окончательно подкосил. Выглядел он скверно. - Всего лишь детская стрела, - начал оправдывать Гая Какаши. - От вас я такого не ожидал, Хатаке-сан. Вы считаете, что попасть в филейную часть очень смешно? Я прям рыдаю от смеха! - Так я этого и не… - Какаши замолчал, глядя на Гая. Взгляд у того был совсем расфокусирован: - В филейную? - А что, разве мы тогда не разговаривали о том, что должны знать и тогда вы наконец-то наберетесь храбрости сами! – выпалил Гай и осел на землю. - Гай, замолчи. Ирука, - шагнул к ним Какаши. - Ему совсем плохо, - Ирука кинулся к Гаю. - Сейчас я, - Какаши подбежал и перевалил Гая к себе на плечо. – Бегите в госпиталь. Медиков зовите сюда, надо спасать этого зеленого купидона. - Хорошо, что не в сердце, - бросил Ирука, срываясь в сторону госпиталя. А Какаши тихо пробормотал: - У меня и так там уже есть. Какаши опустился на корточки и уложил Гая себе на плечо. : - Не знаю что взбрело тебе в голову, - Какаши погладил по волосам друга и соперника, - но сегодня Новый Год, а вовсе не День всех влюбленных. Он аккуратно снял со спины Гая обломанное крыло и колчан со стрелами, на всех стрелах были бирки «Какаши+Ирука»: - Вот же ж демон наблюдательный, но если что, что бы ты знал, Аяме сказала, что это был лучший подарок в ее жизни. Здесь Какаши слегка приврал, но это же такие мелочи.