Его безумная часть души

Глава, в которой жизнь Беллатрисы приобретает особый смысл.       Время летело с такой быстротой, что можно было подумать, будто и на него наложили заклятие. Деревья постепенно теряли свою одежду, голо красуясь в отражении Черного озера, даже Гремучая ива, нехотя прощалась с листьями, недовольно качала мощными ветвями. Осень не жалела никого. Ветры задували, принося холод, дожди лили сильнее, а ночи становились все промозглее. Жители подземелья первыми почувствовали приближение морозов, кутаясь в шерстяные мантии и не туша огня в каминах. Эльфы перед сном раздавали согревающие зелья, утепляли трещины и углы, борясь с непосильным врагом – природой.       Учителя будто сорвались с цепи, нагружая таким объемом домашнего задания, что времени хватало лишь на душ и смену одежды. Несколько эссе в день, самостоятельные тренировки по защите от темных искусств, факультативы и отработка наказаний, без которых, конечно же, не обходилось, особенно у парней.       Ежедневно Белла кружилась в таком водовороте знаний, что напрочь забыла о письмах Андромеды, Нарциссе и даже поцелуе Лестрейнджа. Постоянно хотелось одного – спать. Быстро закидывая ужин, они с Малфоем неслись в библиотеку, читали, писали и изможденные с синяками под глазами к девяти часам расходились по комнатам, с единственным желанием – больше не проснуться.       20 октября. Понедельник.       Открыв глаза в своей сырой комнате, Беллатриса поняла, что за те два часа в выходные, которые она провела в общей гостиной без книг и пергаментов, отдохнуть ей не удалось. Бесконечные недели тянулись чередой контрольных и сочинений.        - Мерлин, за что мне все это? – простонала она, поднимаясь с кровати и ступая на мягкий пушистый ковер.       Аккуратно сложив учебники, прилежно одевшись, она закинула на плечо тяжелую сумку и двинулась в Большой зал. Все, как ни странно, оказались намного проворнее и уже наполовину справились с завтраком.        - Блэк, как нельзя вовремя, - с набитым ртом поприветствовал ее Лестрейндж.        - Ага, точно, - поддержал Роквуд.        - Я не для того весь вечер писала доклад по ЗОТИ, чтобы вы сейчас его быстренько скатали.       Парни состроили умоляющие лица, сложив руки перед собой, как в молитве.       «Ну как тут откажешь?»       Достав увесистый пергамент, она бросила его на стол поближе к горе-ученикам и принялась за тосты, поглядывая на Малфоя.        - А ты чего им списать не дал?        - У меня никто и не спрашивал.        - А если бы попросили?        - Ну ,конечно, бы я им… не дал, - оба рассмеялись, в упорном труде тоже были свои плюсы.        - Вас с Нарциссой уже отпросили на Хэллоуин?       - Нет еще, маменька наверняка сообщит в самый последний момент.       «Так значит приглашения разосланы. Прекрасно».       Как по волшебству, настроение резко поползло вверх, завтрак стал вкуснее, а примитивные высказывания Кребба – смешнее.       Громкий колокол оповестил зал о завершении трапезы. Первым уроком стояло зельеварение и всем в обязательном порядке пришлось вернуться в подземелье. Слизнорт, видимо, уже получивший приглашение на Вечер, пребывал в превосходном настроении, пытался шутить и несколько раз сделал вид, что не замечает отвратительного поведения Рудольфуса и Яксли.        - Тема сегодняшнего занятия «Зелье сна без сновидений». Описание и рецепт вы найдете в учебнике на двадцать шестой странице, а все необходимые ингредиенты в шкафу. Кто сумеет приготовить зелье достойного вида, уйдет с урока без домашнего задания. Желаю удачи.       Учебники зашуршали, загремели потертые котлы, всем страшно хотелось избавиться хотя бы от одной работы и провести час в праздном ничегонеделании. Белла прекрасно знала, что снадобья не ее сильная сторона, поэтому со второго курса предпочитала выбирать себе в напарники угрюмого Северуса Снейпа, разбирающегося во всей этой мешанине не хуже Горация.        - Блэк, - послышался его глухой голос, - давай не будем нарушать традиций, я готовлю, а ты смотришь и подаешь. Идет?        - Идет, - высокомерно отозвалась та, до сих пор питая к парню странное чувство неприязни из-за сословного неравенства.       Как и ожидалось, в конце урока, именно они ушли без домашней работы, сорвав хвалебные отзывы преподавателя и недовольные протесты одноклассников о том, что Снейпом нужно хоть иногда «делиться».       Вторым уроком стояла трансгрессия, являясь обязательной дисциплиной на седьмом курсе. Минерва Макгонагалл – высокая, сухая женщина с каменным лицом и одинаковым отношением ко всем факультетам, встретила всех сдержанным приветствием. Их соседи из когтеврана уже заняли лучшие места, поэтому слизеринцы рассаживаясь, где придется, умудряясь и там устраивать дебоши.        - Профессор Макгонагалл, - послышался хриплый голос Уолдена, - сколько еще времени мы будем заниматься теорией?        - Столько, мистер Макнейр, сколько того требует одобренная Министерством программа, а если вы чем-то недовольны, напишите официальную жалобу в отдел образования, думаю, отец мистера Мальсибера рассмотрит ее вне очереди.        - Непременно, этим и займусь после урока, профессор, - откровенно дерзил парень.        - Не сомневаюсь.       От занятия прошло двадцать минут, а большинство учеников по-прежнему занимались своими делами: Лестрейндж и Яксли под партой играли в волшебные фишки, Паркинсон с абсолютно скучающим видом подпиливала ядовито-красные ногти, а Малфой, как это было ни странно, смотрел на нее и ждал, когда же она закончит и вернет ему инструмент. Знания никак не хотели лезть в голову, даже когтевранцы, поддавшись общей апатии, лениво смотрели по сторонам, ожидая спасительного колокола, как будто назло не собирающегося звонить.       Устав призывать учеников к порядку, профессор отпустила всех на пятнадцать минут раньше, но игроки в фишки все же не избежали двухчасовой отработки после уроков за то, что Рудольфус, проиграв одну из редких, на весь класс прокричал нецензурное слово в адрес Корбана.       В Большой зал они зашли естественно первыми, хотя это не имело огромного значения, кроме избежания толкотни. Обед был уже подан, и у них появилась прекрасная возможность выбрать лучшие куски съестного.        - Почта, - пробубнил не сменный глашатай Кребб.       Вихрь мокрых после дождя птиц пронесся по залу, раскидывая по столам приветы от родителей, газеты и еще какие-то вещи, лично заказанные учениками. Рядом с тарелкой Беллатрисы также опустился небольшой конверт, запечатанный семейным гербом Блэков, девушка спешно его открыла и жадно впилась в написанные отцом строчки.       «Дорогая Беллатрикс, передай своей сестре, что вечером тридцатого октября, вы отпрошены из школы на празднование Хэллоуина в поместье Лестрейндж- холл, все необходимые вещи ждут вас дома. С наилучшими пожеланиями, Сигнус».       Коротко, сухо и по делу, в их семье не было места нежности и ласкам, не имели права на существование сентиментальность и слабости. Они чистокровные, гордые и независимые – этим все сказано.       Письма с подобным содержанием получили все ее друзья и некоторые ученики курсом младше, в каждом родители просили быть пунктуальными, сдержанными и удачно блеснуть на Вечере перед Темным Лордом, если получится.       Люциус с равнодушным видом пробежал по строчкам от Эдвин и убрал конверт в сумку, давая всем понять, что для него это обычный прием, не сулящий ничего интересного, а личное знакомство с Повелителем, состоявшееся летом, не сможет перекрыть всю волну эмоций от простого его лицезрения.        Белла, следуя его примеру, изобразила смертельную скуку, хотя все внутри нее разрывалось от чувства радости и ликования. Она была счастлива, и здесь уже не играли роли ни уроки с многочисленными заданиями, ни обязанности старосты, ни даже десять дней ожидания. Она подождет, ведь ее пригласили!        В коридоре третьего этажа поравнявшись с пятым курсом, девушка разыскала светлые пряди сестры.        - Нарцисса, подожди, нам нужно поговорить.        Младшая Блэк не умела долго обижаться и уже давно забыла унизительную, публичную пощечину, которая, к слову, не являлась в их отношениях первой.       Отослав подружек, она вопросительно посмотрела на окликнувшую.        - Отец на Хэллоуин отпросил нас из школы, мы едем к Лестрейнджам. Тридцатого в полдень, на главном дворе будут раздавать порталы, не опаздывай.        - Хорошо, -это все, что ответила Цисси. По ее лицу было заметно, что она единственная, кто действительно не испытывает восторга или трепета от предстоящего мероприятия.

* * *

      Оставшиеся дни проходили в вымученном предвкушении желаемого. Беллатриса всячески старалась занять себя учебой, но большее, на что ее хватало, это смирно сидеть на уроках и рассеянно отвечать на вопросы преподавателей. Каждый вечер, находясь в гостиной, она слушала пламенные речи друзей по поводу встречи с Темным Лордом, а Малфой, для пущего драматизма не рассказывал им ровным счетом ничего, забавляясь их предположениями и догадками.        И вот этот день настал. Чувствуя, как предательская дрожь охватывает все тело, Белла не пошла на занятия, а осталась медленно сгорать в своей комнате. Она рассчитывала, что Хагрид не особо расстроится ее отсутствию, так же, как и профессор Стебль, питающая какую-то странную любовь к гриффиндорцам. Каждое мгновение она смотрела на часы, но стрелки, кажется, прилипли к циферблату и совсем не двигались с места, заставляя время замереть.        К одиннадцати часам ее нервозность достигла апогея, вырываясь наружу, и она безо всякой причины наказала убирающего спальню эльфа, примотав его уши к рукам, а затем схватила небольшую сумку с личными и дорогими вещами, захлопнула дверь и двинулась во двор, раньше положенного срока.        На улице было солнечно и пусто, ведь кроме нее пропускать обед никто не собирался, но это было к лучшему. Свежий, холодный воздух помог привести мысли в порядок и устыдиться своей младенческой несдержанности.        Мало-помалу из замка потянулась вереница учеников, нагруженных сумками и чемоданами. Среди отъезжающих были не только дети – слизеринцы, но и отпрыски знатных, волшебных семей других факультетов. Когда все желающие провести праздник дома собрались, профессор Дамболдор начал раздачу порталов, на первый взгляд представляющих собой ненужный хлам и мусор. Руди и Рабастану достался старый, поношенный ботинок, по размеру явно принадлежащий Хагриду, Люциус пропал из вида, держась за потрепанную книгу, а сестрам Блэк подали неработающую, местами с облупившейся краской, керосиновую лампу.        Несколько секунд в воздухе, тряска, тошнотворное мотание из стороны в сторону, и они уже на пороге поместья Блэквуд, встречаемые лишь домашним эльфом.        - Приехали мисс, наши мисс приехали домой, - суетился старый, морщинистый Уолли, дольше других служивший хозяевам.        Родителей девочки нашли в гостиной, как и Вальбургу с дядей Орионом, а также хмурого Регулуса, умудрившегося прибыть из школы раньше них. На столе дымился ароматный чай, но никто к нему даже не притрагивался.        - Это просто неслыханно, - в ярости шипел Сигнус, - твой щенок снова решил нас опозорить, - слова явно предназначались для брата, - сколько еще мы будем терпеть его безрассудные выходки и что сегодня скажем Повелителю? Ведь все дети, достигшие семнадцатилетнего возраста, должны быть представлены ему на Вечере.        - Успокойся, - Вальбурга приятельски похлопала его ладонью по плечу, - в конце концом сошлемся на болезнь, соврем, что он лежит дома и не в силах подняться с кровати, такое ведь уже бывало у вас с Беллатрикс.        - Хорошо, хорошо, - немного стих мужчина, - просто нервы расшалились, ни к черту, как подумаю, что этому лоботрясу продолжать наш род.        - Ну почему же этому, - не сдавалась женщина, - чем тебе не угодил Регулус, Орион уже давно подготовил все бумаги…        - Девочки! – прерывая щепетильный разговор вмешалась Друэлла, - я рада, что вы приехали. На нашей семье, наверное, лежит проклятие, связанное с позором старших детей.        Она сухо, по очереди обняла дочерей и отослала Нарциссу в свою комнату готовиться к празднику.        - Белла, - голос матери остановил ее на выходе их гостиной, - как ты могла слышать, все потомки с семнадцати лет лично представляются Лорду, надеюсь, ты не опозоришь нас, как твой кузен, и будешь выглядеть соответствующим образом.        - Конечно, мама, - покорно ответила девушка, - я бы никогда не посмела вас подвести.        Казалось, этот вечер никогда не настанет. Беллатриса выбрала лучшее платье из огромного количества имеющихся в гардеробе. Черное, как ночь, с металлическими переливами на корсете, тонко стягивающим талию и поднимающим красивую грудь. Голые плечи и половина спины, изящная шнуровка и длинные перчатки из дорогой парчи, сложная, многослойная, пышная юбка, украшенная тафтой, узорные чулки, белье и элегантные лодочки на высоком каблуке – мама останется довольна. Эльфам пришлось изрядно потрудиться, чтобы из огромной копны волос, непослушно выбивающихся из расчески, получилась поистине прекрасная и достойная высшего света прическа. Перед самым выходом, образ дочерей Друэлла дополнила лучшими бриллиантами из личной коллекции, делая на этот праздник большие ставки. Ведь непременно кому-то из молодых людей они приглянутся, а те в свою очередь донимая родителей, будут настаивать на скорой помолвке.        К восьми часам вечера, все спустились в гостиную, где нервно выкуривал одну за одной толстые сигары Орион. Уолли проворно подоспел с горшком летающего пороха, все понемногу набрали его в руку и, по очереди вступая в идеально – вычищенный камин, называли желаемое место. Лестрейндж – холл.        Не раньше и не позже, а именно в назначенное время, семейство Блэков прибыло в поместье. Зал приема был превосходно украшен безобразными головами тыкв, летучими мышами и прочей атрибутикой наступающего праздника. Кругом расхаживали разодетые в дорогие наряды и украшения дамы, именитые отцы семейств и холеные щеголи. На главной лестнице, ведущей на второй этаж, приветствовали всех приглашенных хозяева дома – мистер и миссис Лестрейндж с сыновьями, воплощая само великодушие и гостеприимство. Без сомнения, Руди стал яркой звездой этого Вечера: аккуратно причесанные черные волосы спокойно лежали на плечах, строгий костюм, блестящие туфли, снежная белизна рубашки оттеняла оливковую кожу и сногсшибательная улыбка, заставившая краснеть всех приглашенных девушек.       Собрав родных вокруг себя, Сигнус провел их вперед, дабы засвидетельствовать свое почтение богатой паре, имеющей не последний голос в Министерстве.        Затем последовали приветствия с Малфоями, Мальсиберами, Керроу и Розье. Семьи, как одна были блистательны, приветливо вежливы и учтивы настолько, что Белле тут же захотелось наплевать всем в лицо и остаться наедине с Темным Лордом, чтобы он из себя не представлял, но вместо этого, она мило улыбалась, раздавая реверансы, и была само очарование, не уступая Нарциссе.        - Дочка, - привлек ее внимание отец, - ты уже совершеннолетняя, поэтому можешь позволить себе без зазрения совести бокал шампанского, но не стоит увлекаться, он нужен лишь для того, чтобы не чувствовать скованности.        Девушка послушно приняла бокал и сделала добротный глоток, как и все вокруг, напиток был дорогой и изысканный, приятно пощипывающий язык, облизав верхнюю губу, она приложилась снова.        Озорные пузырьки, выпрыгивая наружу, быстро ударили в голову, по телу разлилось приятное тепло, а волнение исчезло, забирая с собой панический страх.        - Белла, соберись, пришло время представить тебя Повелителю, - в голосе отца больше не было нежности, а сам он стал серьезный и официальный, как на работе.        Поправив абсолютно безупречную юбку и убрав за ухо выбившийся локон, она в сопровождении Сигнуса двинулась через весь зал, под одобрительные взгляды окружающих.        В слабо освещенном углу, одетый в простую и невзрачную мантию спиной к ним, стоял Волан-де-Морт, тихо беседуя с пожилым господином.        - Мой Лорд, - промямлил отец, - разрешите представить Вам мою старшую дочь – Беллатрису Друэллу Блэк, ученицу Хогвартса и старосту слизерина.        Мужчина оторвался от собеседника, медленно повернулся и поднял на нее серые, как два бездонных океана, глаза.        В эту самую секунду в голове Беллы что-то щелкнуло, разлетелось, взорвалось и снова встало на место, с большим усилием, она взяла себя в руки и, приседая в глубоком реверансе, прошептала.        - Господин.        - Счастлив знакомству, мисс Блэк, - дернув уголками губ, ответил волшебник, пару мгновений задержался на ее лице, а затем снова вернулся к беседе.        В любой, самой страшной фантазии, она не могла представить, что великий и ужасный маг окажется ТАКИМ. На вид не больше тридцати, короткие, темные волосы, умные глаза, прямой, красивый профиль, четкие контуры губ и стройная фигура. Максимум, что ожидала увидеть слизеринка – это лохматый старик, соединивший в себе образ директора Эверарда и сумасшедшего Гриндевальда, но только не это.        Воздух стремительно выходил из легких, не возвращаясь назад, колени тряслись, а руки дрожали, она отпросилась у Сигнуса под предлогом уборной и, схватив бокал с проплывающего мимо подноса, бросилась на широкий пустой балкон, закрытый толстыми шторами. Морозный воздух остудил сознание, а октябрьский холод наконец позволил дышать.        «Что происходит?» - задавалась она немым вопросом, скрестив голые руки, обнимая себя. Маленькое, твердое сердце, не пускающее внутрь даже родителей, увеличилось вдвое, а непрошеные слезы подступили к глазам.        - Если вы простоите здесь еще немного, то непременно заболеете и угодите в больницу святого Мунго, - уверенный, приятный баритон заставил ее вздрогнуть.        Несколько раз моргнув смахивая слезы, Беллатриса повернулась, опуская глаза и уже увереннее проговорила.        - Вы право очень добры, мой Повелитель, мне действительно не стоит здесь находиться.        - Ну почему же не стоит? Просто ваш прелестный наряд не совсем подходит для сегодняшней погоды.        С этими словами, он расстегнул змеевидную застежку своей мантии и, стянув ее с плеч, опустил на продрогшую девушку.        - Красивая ночь, не находите? - Воистину, Милорд.        - Мисс Блэк, вижу от моей мантии мало прока, но я догадываюсь, что может вас согреть… Подарите мне один танец?        - Как прикажете.        - О нет, нет, - засмеялся мужчина, - вы не мой Пожиратель, и я не приказываю. Я прошу станцевать со мною, Белла.       Вернув теплую накидку хозяину, она скромно протянула руку в знак принятого приглашения и наконец заставила себя посмотреть на него. Он оставался по-прежнему обворожительным и чертовски красивым, а разум не мешкая прокручивал в памяти пророческие слова Нарциссы: «Даже ты, Белла, когда –нибудь полюбишь и это будет настолько сильное чувство, среди которого смогут раствориться все твои принципы и убеждения…»        Под изумленные взгляды собравшихся, ученица седьмого курса Хогвартса прошла под руку с самим Волан-де-Мортом в центр зала и приготовилась к танцу. Проворные эльфы притушили свет, а нанятый оркестр заиграл спокойную музыку вальса. Ее дико переполняло сладостное чувство эйфории, не сравнимое ни с одним доступным наслаждением. Закрыв глаза, она полностью отдалась на волю судьбы и своего хозяина, уверенно ведущего в такт нотам, абсолютно не замечая печальное лицо Рудольфуса Лестрейнджа, стоящего во мраке колонны и с грустью наблюдающего за ней.        В этот вечер Беллатриса Блэк наконец поняла, для чего действительно рождена и живет, все оказалось до абсурдности просто – чтобы служить своему Господину.        Музыка стихла, пары поклонились друг другу, а Темный Лорд не спешил отпускать ее руки, подведя девушку к одному из панорамных окон, он без предисловия начал.        - Я вижу в вас огромный потенциал и жизненную силу, Беллатриса, именно таких людей я собираю подле себя, мне было бы приятно знать, что свое свободное время вы посвящаете действительно полезным вещам.        - Я староста факультета и хорошо учусь, - растерялась девушка, не понимая к чему, он клонит, - меня хвалит декан и остальные учителя тоже.        - Речь идет не о глупых балладах Дамболдора, а о исключительно важных вещах, о практике темной магии и ее непосредственного применения. Наверняка вы знакомы с Люциусом Малфоем.        - Конечно, он наш второй староста и друг детства.        - Превосходно. По возвращении в школу, он будет уделять вам некоторое время после отбоя и научит простейшим боевым чарам, а также редким сильным проклятиям. Как вы думаете, Белла, что самое главное между воюющими сторонами?        - Чтобы противник не узнал твоих истинных планов?        - Именно, поэтому любой уважающий себя волшебник в превосходной степени владеет как легиллименцией, так и окклюменцией. Это древняя и сложная магия, ученику она не по силам, поэтому я удостою тебя чести и лично буду преподавать эти важные уроки.        В душе Беллатрисы второй раз за вечер все умерло и, как феникс, возродилось снова.        - Это большая честь, Милорд. Я буду ценить каждое мгновение, потраченное вами.        - Не сомневаюсь, что будете. Абсолютно не сомневаюсь.        Темный Лорд отошел от окна и удалился, он больше не смотрел на нее этой ночью и не разговаривал, но место под корсетом, где несколько минут назад задержалась его рука, горело адским огнем, как будто она по -прежнему лежала там.        Это стала лучшая ночь Хэллоуина во всем мире!