Когда прошлое влияет на настоящее

- Долго под дверями торчать будешь? Все уже сдали, а ты как пень. - Сколько надо, столько и буду, - я отвернулся. Блин, а ведь почти решился. И уже даже взялся за дверную ручку. И если бы не Таня, был бы уже внутри, заливался краской бы по самые уши там. Ситуация, в которой я оказался, была не просто дебильная, а дебильная в квадрате. Новый препод, специалист по средневековью, сам пару лет назад окончил наш же ВУЗ, неровно ко мне дышал. Реально. Сам в шоке. Сначала все было круто: ну, новый предмет, история средних веков, период офигительный (медиевистика вообще моя фишка), мужик, да какой там мужик, парень молодой, максимум лет на пять нас старше, приколист еще тот. Девчонки сразу перешерстили свои гардеробы и теперь на его лекциях сверкали голыми коленками и вырезами до пупа. За опоздания не ругал, в деканат не стучал, и на занятиях у него было реально интересно. На лекциях он не бубнил себе под нос, как большинство наших замшелых, поросших плесенью ровесников Ленина, а рассказывал. На семинарах у него была привычка во время дискуссий садиться на парту поближе к народу. Если же слово предоставлялось какому-то докладчику более чем на пять минут, то он вообще подсаживался к кому-либо из студентов и участвовал на равных в обсуждении. Недолго думая, я бросил свои потуги разобраться в особенностях археологии и ушел писать курсовую к нему. Это была роковая ошибка. Когда я изъявил свое желание писать у него, задержавшись после лекции, он смутился, уронил папку, поднял, извинился, посмотрел на меня, отвел глаза, уронил телефон, опять извинился. - Илья Сергеевич, вам, может, помочь? Кажется, его вещи начали жить своей жизнью и решили дружно смотаться от хозяина. Мы подобрали рассыпавшиеся листочки, и я предложил проводить его до кафедры, потому что следующей жертвой должен был стать ноутбук. - Спасибо, Женя. Вы проходите, не торопитесь? Да, он всегда обращался к студентам на “вы”. - Ну... не особо. - Просто мы можем сейчас обсудить идею и структуру вашей работы. Чаю хотите? Я сидел на кафедре зарубежки, нахально развалившись в кресле заведующего кафедрой, и хлебал чай, а Илья (так мы звали его за глаза), поминутно краснея, подвигал мне печеньки с рулетиками. С тех пор на мою парту он стал садиться чаще, чем на все остальные, после лекций и семинаров всегда спрашивал, как продвигается моя работа, и настойчиво приглашал обсудить возникающие трудности. Дальше - хуже. Я приволок план и наброски первой части. Пока я отчитывался, он молчал, а когда поднял голову - увидел, что препод сидит, вперив взор в мой фейс, поедая глазами. Причем уже дожевывая. - Илья Сергеевич, вам не кажется, что здесь надо добавить источников? Перехватив мой взгляд, он покраснел, как помидор в период созревания, и отвел глаза. - Да, надо, очень надо. Зуб даю, он не слышал ни слова. Я какое-то время еще пытался донести до него свои идеи, но он только ронял карандаши и ручки. - Илья Сергеевич, я вам потом по электронке все сброшу. - А, да, конечно, - он покопался в своем портфеле и протянул визитку с контактами. А потом, чуть помедлив, выдавил из себя: - Женя, может, вас проводить? - Да нет, не надо, - я тихо отполз, забрав картонный прямоугольник. Что-то мне не комильфо. - Я пойду, а то задали много на завтра. Я, не делая резких движений, вышел, затылком чувствуя взгляд Ильи. *** С тех пор на его лекциях и семинарах я старался не дышать и не отсвечивать. Илья заметил, что я вжимаюсь в стены при его появлении, и стал усиленно держать дистанцию. Если же, забывшись, он садился на мою парту, то вскакивал, как ужаленный, краснел и заикался. Иногда я ловил на себе его взгляды. Заметив, что я вижу, он тут же отводил глаза и опять начинал ронять все. Кажется, у него уже третий ноутбук. Народ сначала недоумевал, потом начал похихикивать, а некоторые и в открытую стали намекать о преимуществах индивидуального образования с личным преподом. Короче, пришлось признать очевидное - Илья втрескался. В меня. Любая из двадцати девчонок верещала бы от восторга, и я бы поверещал, если бы был девчонкой. Но тут, уж простите, не повезло - ни мне, ни ему. На его лекции и семинары я просто забил, но с экзаменом этот номер не пройдет. Вот и стою я, топчусь под дверями, потому что знаю, что все время, которое я проведу в аудитории, Илья будет смотреть, краснеть, брать со стола все подряд и последовательно ронять. И даже те, кто еще умудрились не заметить - надежда на то, что такие еще остались, как ни странно, пока жива, - теперь точно смогут повеселиться. Попадалово. Дверь снова хлопнула, и появился очередной счастливый товарищ, который грузился исключительно проблемами раннего средневековья, а не тем, что учудит препод. - Женька, ты чего? Там всего один человек остался. Дело еще хуже, как я остальных-то проморгал. Ладно, отступать дальше некуда - за нами деканат и военкомат. - Здрасьте, можно? Первый карандаш полетел на пол. - Здравствуйте, берите билет. Я сел на заднюю парту, пока последний из оставшихся в живых вещал о Великом переселении народов, его причинах и последствиях. Блин, что ж он так быстро-то? Я слился с листочком и планировал не будить лихо до тех пор, пока не выйду из аудитории. Звук хлопнувшей двери мог означать одно - я, Илья и никого. Чтобы убедиться в этом, я поднял голову и тут же увидел этот взгляд немого обожания и великой тоски. Препод закашлялся на фоне стука падающих ручек. Через пять минут макушку уже реально намозолило. Сидеть дольше смысла не имело, отстреляться по-быстрому - и свалить. Если только меня не завалят. - Крестовые походы - это период... Я монотонно вещал на одном дыхании все, что знал и не знал, не поднимая головы. Первый вопрос, второй, третий... Ни одного вопроса с его стороны, ни уточнения, ничего, хотя других, я слышал, заваливал ими по самое не хочу. - Отлично. Я перевел дыхание и так же, глядя только в листочек, на ощупь потянулся за зачеткой. Я накрыл заветную книжечку, а мою руку накрыла его рука. Пришлось посмотреть. - Женя, - о нет, все еще хуже. - Как ваша курсовая? - Нормально. - Вам помощь не требуется? - Пока справляюсь. Я пришлю очередную часть... Сразу после сессии. - Хорошо. Он отпустил мою руку, и я начал стратегическое отступление. - Женя, - а я уже у двери, один шажок и меня нет, - поужинаете со мной? Пора задуматься о скорости перемещения. Должно помочь.