Марикот - лучшая пара Парижа: Перезалив

      Темнота. Кот Нуар ведет Маринетт и при этом, закрывает ее глаза руками.  — Кот, ну долго еще?  — Потерпи. Еще немного. О, осторожно, ступенька.  — Да я и без ступеньки обо что-нибудь врежусь, — сказала брюнетка и осторожно спустилась по мини-лестнице. Тот издал смешок.  — Не волнуйся. Я тебя держу, — остановился, — Не открывай.       Блондин убрал свои руки. Маринетт все стояла и улыбалась. Глаза были закрыты.  — Можешь открывать.       Девушка смело их раскрыла. Она посмотрела и поняла, что она на лайнере. Очень похож на тот, где у нее было «свидание» со Злолюстратором. Всё было украшено фонариками с золотым светом. Все сияло. Да и ночной Париж и вид на сверкающую башню добавляло романтики. А еще там стоял телескоп. Маринетт улыбнулась на самую счастливую улыбку, на которую была способна.  — Ну как тебе?       Дюпен Чен повернулась к Нуару и сжала руки в замочек. Улыбка не сходила с лица, а глаза сияли.  — Это потрясающе, Кот. Никто для меня никогда этого не делал.       Кот Нуар достал из-за спины василек и протянул своей спутнице. Девушка приняла его и понюхала. Он пах любовью…лаской…нежностью…всем, чем нужно.  — И еще кое-что, — блондин поставил руки ей на плечи и вздохнул, — Я должен убедиться, что испытываю к тебе то, что действительно чувствую. Но я не хочу ошибаться. Мне одна женщина рассказала, что при кое-каком действии, настоящая пара влюбляется вновь и вновь. Мне следует убедиться, что я смогу ощутить это. Так что не злись, если тебе не понравится. Лучше закрой глаза, — та лишь чуточку стянула улыбку и подняла одну бровь. Но потом закрыла и улыбнулась.       Кот Нуар поднял уголки губ и закрыл глаза. Руки притягивали его все ближе к однокласснице. И вот в мгновении мужские уста коснулись ее губ. Глаза у обоих по прежнему были закрыты. Она ответила на поцелуй. Кот целовал нежно, будто боялся ее испугать; будто боялся, что это все лишь сон; он боялся, что за малейшую ошибку, Принцесса уйдет. Он боялся ее потерять.       Девушка обняла напарника за шею и сунула пальцы ему в волосы. Она решила сделать поцелуй более теплым и запоминающим, как чашка какао в разгар зимы. Кот не имел возражений. Зеленоглазый обнял подружку за талию. Они молча согласились стать парой. Порой хорошо немного помолчать. Их губы все сделают сами. Губы Дюпен Чен имеют вкус малины. А губы Кота — такие мягкие и сладкие, как персик.       Вот они отстранились и вдохнули воздуха.  — Пожалуйста, Котик, — Маринетт посмотрела на него с мольбой, — Скажи мне честно. Ты почувствовал хоть что-то?       Маринетт боялась. До чертиков боялась, что она ему не понравилась, как обычная школьница. Но страх, как рукой сняло, ведь тот продолжал улыбаться.  — Это ужасно, — покачал головой. Дочь пекарей печально опустила взгляд, — Что я не сделал этого раньше!       Девчонка с радостью поцеловала его во второй раз. Всё было чудесно. Маринетт никогда себя не чувствовала такой счастливой.

****

      Маринетт в своей пижаме лежит животом на диване в своей комнате. Перед ней лежит раскрытый личный дневник, в котором она записывает, что с ней произошло.       «Сегодня я впервые поцеловалась с парнем. Вернее второй раз если быть точнее. Это было что-то волшебное и неподражаемое. Раньше я могла в детстве лишь фыркать на такие моменты в мелодрамах. А с четырнадцатилетием завидовать этим людям, ведь тогда считала, что с Адрианом у нас не вышло поцеловаться, когда выпал шанс снять кино. А вот здесь…прямо-таки чувствую себя счастливой. У меня сердце разгорается, а душа хочет петь. Кажется, что все это сон. Проснусь и буду также безответно сохнуть по Адриану и игнорировать любые намеки со стороны Кота. Надеюсь, что теперь ничего плохого не произойдет. Правда, мне безумно хочется разгадать его личность. Знаю, что это против правил (которые Тикки сама напридумывала себе, да и я увлеклась), но я не смогу встречаться с тем, кого не знаю в лицо. Не пойду же я под венец с парнем, у которого бубенчик вместо бабочки, уши и хвост из брюк торчит. Да и он имеет право бросить меня из-за этих секретов. Так что решено. Как только встречу его в следующий раз, скажу правду. Скажу, что Маринетт Дюпен Чен и ЛедиБаг — один и тот же человек. Таково мое слово.»