В чем твой смысл в жизни, Скотт?

      Эта история берет начало еще с 1880 года, когда семья Каутонов основала свое небольшое поместье на окраине Лондона около Темзы. Оно имело изящный дом в 3 этажа, в котором находилось множество спален, гостиных, 2 прачечных, а также маленькую кухню и большую столовую для всех членов семьи. Семья же имела отца Люиса, работавшего бизнесменом и владевшего крупной компанией по производству телефонов*, мать Шарлотту, дочь Салли и двух братьев- Сета и Скотта- нашего главного героя. За все это время компания Каутона стала одной из успешных на рынке. Но успех продлился не долго, пока владелец не заболел пневмонией. Родные много раз вызывали лекаря, врача, но все было тщетно. В последние дни своей жизни он отдал права на компанию старшему сыну- Скотту. *** 7 октября 1787 года. В комнату золотыми стрелами уже начали проникать первые солнечные лучи. Входя в комнату, придавая кофейного цвета комнате золотой багрянец, они отражались в стеклах буфета, в котором стоял дорогой сервис, купленный в за границей, и хрустальной люстре, отражаясь во всем спектре радуги, попадая на лицо мирно спящего человека на кровати.       Скотт Каутон был старшим из всех троих детей, но при этом, немного отличался от них своей внешностью. В отличии от своего брата и сестры, он имел более темные каштановые волосы с поднятой челкой и хохолком, ярко-карими глазами и прямым, не задранным носом. На свое совершеннолетие парень уже успел получить права на компанию, но, к сожалению, пока еще не справляется со всеми обязанностями, которые ему были даны. Каутон был страшно ленивым и половину своего времени проводил лежа в своей уютной постели, не зная о заботах "внешнего" мира.       Внезапно, его идиллию разрушил стук в дверь, стуча прямо по самые нервы и раздражая еще не проснувшийся организм. Неохотно, но тот встал с кровати и, переваливаясь, словно мишка после спячки, пошел к источнику неприятного звука. Им, как оказалось, была их горничная, которая послушавшись просьбы матери мистера Каутона, решила оповестить отдыхающего в своем "мире" господина о скором обеде -Мистер Каутон, - Тихо сказала горничная, что бы не разозлить "хозяина" дома. - скоро полдень, пора обедать.. - Уже!? - Воскликнув, Скотт, словно по волшебству, встал с кровати и направился к выходу из своей комнаты, идя в сторону столовой, на встречу манящим запахам выпечки и свежеприготовленного супа, но Каутон лишь отвернул голову от отвлекающих ароматов и торопливо пошел к главной двери, с усердием отодвинув ее. У парня, как оказалось, была очень важная встреча с руководителем сестринской компании Майклом Шмидтом, который решил устроить ему деловое предложение, встретившись в назначенном месте - в его собственном магазине. Прохожие не спешили, важно шагая по полупустым улицам, словно затмевая своей короной все происходящее, дворник послушно подметал пыльные и неухоженные тротуары, которые с с каждым шагом людей становились все грязнее и грязнее, дети играли в догонялки в маленьких дворах. Скотт, как маленькое дитя, просто наслаждался жизнью, не зная о ее проблемах и тяготах. Так всегда бывает, что все самое тяжелое приходит внезапно, даже тогда, когда не ждешь. Случайно, внимание парня привлекла утренняя газета, что спокойно дожидалась своего нового читателя на ветхой лавочке около кафетерия, чье содержание было примерно таким: "Утренние новости: В пиццерии Фазбера пропали 5 детей- пиццерия Фазбера временно закрывается. Подозреваемый был допрошен, обвинительный акт не был предъявлен" По спине парня пробежал легкий холодок, как и у любого другого, кто прочитал бы эту вырезку. Скотт скептически пожал плечами, хоть и глубоко внутри голос говорил: "Беги, дурачок! Он за твоей спиной!". Да, телефонный был очень параноидальным, чем отличался от своего отца, который был, как ни странно, куда храбрее, чем его сынишка. Подчинившись своему голосу, Скотт переглянулся, но так никого и не заметив, направился к месту встречи. И даже убедившись, что никого нет, кроме самого Скотта и его бурной фантазии, он не переставал размышлять о своей участи, о дальнейшей жизни и безысходности мирового бытия, пока его воображение окончательно не закипело до температуры, подобно вулкана Везувия. Что же его так удивило? Шаги. Причем, они были достаточно реальны и не похожи на те, что были в воображении Телефонного, и было четко слышно, что кто-то идет прямо за Скоттом. Подавшись инстинктам самосохранения, паренёк ускорил шаг, словно он внезапно начал заниматься спортивной ходьбой, а потом уже перешел на бег. Таким образом, Скотт проходил около 328 футов и до самого магазина мебели, где и работал Майкл. Открыв дверь, Скотт позвенел дверными колокольчиками с изображенными на них фигурками телефонной трубки и улыбающегося во все 32 зуба баклажана. "Как вообще такое может сочетаться?"- чуть ли не вслух проговорил Телефонный вытирая испачканные ноги об коврик. Скотт всегда считал своего друга детства немного странным, нет, он был, как уверяли врачи, психически здоровым. Дело было в том, что Майк очень часто слушал свою бабушку и делал все, что она говорит даже тогда, когда дело доходило до работы. Все бы ничего, если бы это были бы советы вроде "Одень шапку или носки", "Выпей заварку- она полезная" и прочее, что говорят все бабушки не зависимо от времени и места. Но тот факт, что Майк часто проводил всяческие ритуалы очищения, катая яйца по голове, и прочие странные вещи, которые кроме как после одной или двух пинт коньяка в баре не понять, удивлял трезвомыслящего парня, даже зная, что бабушка Майкла была живущей в белом шатре местной гадалкой. Услышав громкие шаги, Скотт повернул голову в сторону конца помещения, заставленного диванами, шкафами, кроватями и прочей мебелью, где стоял стройный парень в выходном костюме, с разу и не скажешь, что владелец магазина. Он легко перелистывал страницы газеты при этом, что-то разжевывая. Его взъерошенные и уложенные на бок волосы свисали с его задумчивого лица, голубые глаза, словно наполненные океаном, слегка блестели в тени. Увидев своего друга, Майк одним движением аккуратно отбросил на стол газету и подошел к Скотту. -Здра-аст-е, - радостно и протяжно пропел Майк, распахивая руки в объятиях. - Ты чего весь мокрый? Собака стащила шляпу? -Да, - сказав, Скотт протянул руку к затылку, чтобы снять шляпу, но к удивлению, ее не обнаружил.- стащила.. -Присаживайся, - Майкл начал свой рассказ, положив одну ногу на другую. - Я тут получил известие о том, что зарплата повышается на 0.7 фунта и в связи с этим, я могу отдавать тебе на 2% суммы больше за связь, что скажешь? - Да, согласен. - еще не отойдя от шока, сказал Каутон, нагнувшись, чтобы достать ручку**. - Подписывать здесь. - Майк указал на прочерк внизу страницы. *** Скотт оставив бумагу на столе, поправил сумку и направился домой, раскладывать документы, которые ему любезно предоставил друг. Дверь вновь легонько скрипнула, а колокольчики приятно зазвенели. Телефонный под приятную мелодию снова посмотрел на фигурки, не придаваясь глубокому смыслу, что мог бы быть туда вложен, не будь Скотт столь скептичен. Вздохнув, он перешагнул порог и уверенно пошел по знакомой улице, тихо напевая мелодию. Что-то его остановило. Скотт повернул голову на право, развернулся в соответствующем направлении и пошел в стоящий рядом магазин. Точнее, это был не большой магазин, к которому был пристроен бар, а владел этим заведением его приятель Фритц Смит. Да, у Каутона было много друзей-владельцев каких-нибудь компаний и магазинов, а точнее, целых двое - Майк и Фритц. Войдя, Скотт подошел к прилавку-стойке, где стоял Фритц. Фритц был пухлым, с огненно-рыжими волосами, веснушками, словно бусинками, на щеках и носу, а также ореховыми глазами, которые были закрыты большими круглыми очками. - Коньяк или вино? - с непринужденным видом сказал рыжеволосый. - Я не пью, дай, пожалуйста, кулек мармелада и баночку в 2,5 пинта апельсинового сока. - ответил Скотт с весьма серьезным видом, что-то рассматривая на прилавках. - 2 фунта. - с улыбкой произнес Фритц, кладя товар на прилавок ближе к покупателю. Положив деньги и купив все, что нужно для жизни, Скотт завернул свое сокровище в сумку и пошел домой, попутно развертывая сладость и начиная есть, как маленький ребенок откусывает половину буханки хлеба по дороге домой, даже зная, что дома не останется ничего, кроме самого кулька.