Боб

Привет, меня зовут Тэ… То есть Боб. Да, меня зовут именно так. Вроде бы простое слово, состоящее из трех букв, но запомнить его трудновато. Особенно для моих сородичей. И особенно потому, что я взял себе новое имя совсем недавно. При рождении меня нарекли точно так же, как называли всех жителей деревни. Да, я один из Тэмми, но этим фактом совершенно не горжусь. Скорее он вызывает у меня огромное желание смачно стукнуть себя лапой по лицу. Возможно, вы не знали, но все Тэмми больны, и даже об этом не подозревают. У нас свирепствует жесточайшая эпидемия, продолжающаяся вот уже много поколений. И эту страшную болезнь в народе называют… глупостью. Она поразила всех и каждого, кто жил в «секретной» деревне, и даже тех, кто хоть раз ее посетил. А вы думаете, почему никто не может найти место, где обитают Тэмми? Из-за того, что оно так хорошо спрятано и охраняется? Или потому, что туда трудно добраться? А может, его могут увидеть лишь избранные? Полная чушь. Правда гораздо прозаичнее. Все забывают про секретную деревню… из-за большой концентрации там опасного Тэмм-вируса, вызывающего отключение некоторых отделов мозга. Звучит ужасно, но выглядит еще хуже. Не знаю, действует ли это зараза на людей, но на монстров она точно оказывает влияние. На всех, кроме меня. Точнее в меньшей степени. Да, я не такой, как все Тэмми, но не считаю себя исключительным. Меня нельзя назвать одаренным мыслителем, но, по крайней мере, я не ем книги, как мои сородичи. Я предпочитаю изучать литературные произведения, а не глотать их… в прямом смысле. К тому же мне не нравится картон. Особенно на вкус. И мне противны хлопья Тэмми, которые, в сущности, не лучше кошачьего наполнителя для туалетов. И не спрашивайте меня, откуда я это знаю. Главное то, что Тэмми едят все, что найдут в пределах деревни, да еще и безмерно радуются собственной удаче, когда это происходит. И все потому, что они не знают ничего другого. Да и не хотят знать, будто за границей их маленькой вселенной заканчивается жизнь. Хотя в каком-то смысле это правда. Если вдруг Тэмми случайно покинет деревню, то больше никогда не вернется назад. И вовсе не потому, что неожиданного путешественника не пустят домой. Тэмми просто не сможет самостоятельно вспомнить и найти обратную дорогу. Доказанное явление. Такое случалось при мне несколько раз. Если Тэмми «откалываются» от своего сообщества, они исчезают для него. Порой навсегда. Мало кто знает, но у Тэмми и в самом деле коллективный разум. В прямом смысле. Только в отличие от пчел и муравьев, Тэмми абсолютно дезорганизованы и потому их общность становится бесполезной. Они совершенно не умеют думать по отдельности, а точнее даже не пытаются. Тэмми все всегда делают вместе: спят, едят, развлекаются в меру своей испорченности. Что нравится одному представителю клана, то должно нравиться всем без исключения. Таковы уж тут неписаные порядки. Прыгнул один Тэмми со скалы — ждите внизу скорый Тэмми-пад, а то и целое Тэмми-трясение. За любые, даже за самые сумасшедшие мероприятия они берутся вместе. Иногда нашу «таинственную» деревню называют Ульем. И неспроста. Здесь постоянно стоит гул голосов из-за бесконечных окликов и возни. Этакое беспрестанное жужжание и гудение. Ведь общее возбуждение передается от Тэмми к Тэмми, подобно падающим костяшкам домино. Здесь никогда не бывает тихо и спокойно. Когда клан вместе — это живая копошащаяся масса, называющая себя семьей. А на деле огромное нечто — многоногое, многоголовое и абсолютно бестолковое. Ведь у толпы нет своего самосознания. Есть лишь инстинкты — бежать, нападать или спасаться. А большего для выживания и не нужно, когда берешь числом. Поэтому никто из Тэмми не идет против течения, против «истины». Ведь иначе можно предать свой клан, а это равносильно смерти. Поэтому они не любят инакомыслящих. Нет, Тэмми не умеют презирать или ненавидеть. Они никогда не будут сознательно кого-то выживать, гнобить или морально убивать. Это слишком сложно для их довольно примитивного ума. Они делают это как бы без злого умысла, чисто рефлекторно, защищаясь от возможной угрозы. Когда идешь против системы, ты просто перестаешь для них существовать. Они тебя больше не замечают, будто стирая из общего восприятия действительности. Когда Тэмми не могут «утопить» в своей глупости неугодного — они «выталкивают» его из своего маленького убого мирка. Гораздо страшнее, когда их идиотизм начинает действовать тебе на психику, попутно заразив безграмотностью. Тогда ты уже сам захочешь от них сбежать и вскрыться… То есть скрыться. Я слышал, что порой у обычных монстров Подземелья рождаются особые дети — интеллектуально недоразвитые, разумом застрявшие на этапе мокрых пеленок. У нас в деревне тоже такое бывает. Вот только с точностью до наоборот. Можно сказать, что когда глупость становится нормой — все остальное уже не стандарт. Вот и у Тэмми редко, но появляются такие, как я — думающие дети. В основном они долго не живут — накладывают на себя лапы после того, как начинают полностью осознавать в каком дерь… в какой деревне оказались. Но мне удалось продержаться достаточно долго. Можно сказать, что я уникум — тот, кто продолжает бороться, имея перед собой вполне определенную цель. А именно — научить окружающих хоть чему-нибудь. И в процессе не свихнуться самому. Это очень сложно — почти невозможно. Но дает силы держаться. Правда, мне очень мешает природа Тэмми, против которой, как говорится, не попрешь. Самая страшная особенность нашей расы — это то, что мы быстро все забываем. Как только объект пропадает из зоны видимости — для Тэмми он исчезает. До тех пор, пока не появится снова. Отсюда в деревне столько восторженных приветственных возгласов, хотя жители видят друг друга десять раз на дню. Всех Тэмми зовут Тэмми, а иначе бы пришлось запоминать кучу разнообразных имен. А так все просто. Даже слишком. Настолько, что не требуется напрягать извилины. Поэтому у многих они и атрофировались — за ненадобностью. Да, инфекцию Тэмм создают и поддерживают сами Тэмм. Они ее незаметно взращивают и холят, подкармливая собственными ошибками и нежеланием меняться. И их, похоже, полностью устраивает то, что целая раса монстров утратила такое понятие, как отдельная личность. Что они потеряли самих себя. Я пробовал просвещать окружающих — снова и снова, повторяя им очевидные вещи. Ставил перед фактом, хотел, чтобы они просто вспомнили о том, что кроме их деревни есть хоть что-то интересное. Мы живем в Подземелье, мы все заперты, но Тэмми находятся в еще более ужасной ловушке, чем остальные. Они в темнице опустошенного разума. Я пытался «разбудить» свою мать, тормошил отца. Буквально брал их за лапы и выводил за пределы деревни, открывал перед ними новые горизонты, показывая прекрасные поля эхо-цветов, темные воды рек Ватерфолла, поляны светящихся растений и даже мусорные горы Помойки. Но без толку. Мне приходилось отводить родителей обратно домой, а иначе они начинали беспокоиться, паниковать и даже кричать, что мы больше не вернемся назад даже по знакам на стенах. У меня была подруга, которую я смог «разбудить» таким способом, и что когда-то разделяла мои стремления. Точнее, она есть до сих пор, но теперь я ее не узнаю. Да, она изменилась благодаря нашим совместным путешествиям в «Большой мир», но совсем не так как надо. А как-то однобоко, гротескно и смешно. Она научилась торговать, выпрашивать и обманывать. Говорит, что хочет поступить в колледж, и именно для этого ей нужны деньги. Может быть, я ей бы и поверил. Но дело в том, что никакого колледжа нет. Она его выдумала. Подземелье дало ей знания, но не те, что было нужно. Да, моя подруга теперь тоже особенная. Она называет себя Бри, но только тогда, когда этого никто не видит, чтобы не отставать от «коллектива». Если так и дальше пойдет, то ее постепенно вновь поглотит блаженная тьма. Однако я не хочу себя перекраивать, не хочу притворяться кем-то другим. Я Боб и говорю об это прямо, пусть теперь это и мало кто слышит. На самом деле я очень боюсь потерять себя, утратить свою личность, которая сформировалась наперекор всему, и которая пока еще такая хрупкая и неустойчивая. Есть только один Боб в деревне Тэмми. И это я. Мне нельзя расслабляться. Внутренний голос «коллективного разума» давит на подкорку и требует послушания, заставляет делать то, что делают другие, быть таким же Тэмми, как и все. Но я пытаюсь выдать напор этой невидимой силы. Мне нужно постоянно себя чем-то занимать, давая пищу самосознанию. Я отчаянно цепляюсь за собственные мысли, чтобы думать о чем угодно, лишь бы не оставлять свой разум бездействующим. В голове не должно быть пусто, иначе рассудок опять сползет в мутную пучину. Бороться с этим трудно, но возможно. Поэтому-то я веду дневник, пишу на стенах, копаюсь в архивах, что еще не успели съесть мои соплеменники, в попытке найти причину происходящего и обнаружить легендарное лекарство от глупости. Я знаю, что вакуум в голове может в любую секунду залить мутная теплая жижа безразличия и блаженного идиотизма. Это ужасно — постоянно стараться вытолкнуть из себя эту напасть и сосредотачиваться на собственной миссии: вытащить остальных Тэмми из топкого болота тупости. Бороться со своей натурой трудно, но лучше так, чем вновь слиться с окружающими в одну безликую серую массу. Иногда меня даже замыкает на одной повторяющейся мысли, которая каким-то образом отпугивает «заразу»: «Я думаю… Думаю… Думаю… Меня не сломаешь». Это «заклинание» порой застревает на слове «Я». Но даже с этой единственной связной мыслью мне удается оставаться собой. Бобом. И незримая рука, удерживающая мое сознание, отдергивается, словно обжигаясь о кипевшее в моей душе желание сохранить те крупицы знания, что удалось собрать. И тогда ко мне вновь возвращается способность трезво и ясно рассуждать. Я думаю, я существую, я живу НАСТОЯЩЕЙ жизнью — своей собственной, потому что это был мой собственный выбор: остаться в деревне, чтобы сражаться с невежеством лицом к лицу, чтобы вылечить от него моих собратьев. Я Боб. Не Тэмми. Больше не один из многих, а отдельная личность. Я живу в мире, где все перевернуто с ног на голову. Где недальновидность не порок, а наоборот — повод для уважения. Где бумажки порой дороже всего на свете. И когда все Тэмми кричат «ДА!» на очередные бессмысленные игры, мое «Нет» звучит одиноко и неуместно. Но я очень надеюсь, что это временно, что однажды все изменится, и что мнение будет не единственным индивидуальным решением в клане. Но до этого еще далеко — нужно работать и работать. И поэтому я каждый день напоминаю себе о главном, чтобы не забыть себя и свою сущность. Ведь имя — это все, что у меня осталось. И я вывожу его на стенах мрачного туннеля день за днем, чтобы закрепить навсегда маленькую истину. Меня зовут Боб… Зовут Боб… Боб… … И отныне я больше не Тэмми.