офисный планктон с плетью за спиной;

— О Сехун, принесите мне кофе, — Лухан внимательно уставился на свой указательный палец правой руки, который слегка подрагивал от сильного нажатия на кнопку громкоговорителя офисного телефона. — Ещё чего-нибудь желаете? — Сехун уверенно ухмыльнулся, подпирая рукой подбородок, уставившись на телефон и бесстыдно представляя, чем его начальник сейчас может быть занят, проворачивая в мозгах снова и снова те самые позы из вчерашней дешёвой порнушки, куда идеально вписывался его начальник. Лухан отпускает палец, тем самым прерывая звонок, оставляя выского темноволосого парня пребывать в лёгком недоумении. Но только в лёгком. Ведь все его попытки по соблазнению господина Лухана были настолько же «успешны», насколько быстро бы Сех смог стать натуралом. Сехун вошёл в кабинет, оглядывая сидящего за столом с серьёзным взглядом что-то изучающего начальника, переодически поправляющего очки. — Вот ваш кофе, — Сехун аккуратно поставил белую фарфоровую чашку на стол владельца сети пятизвёздочных гостиниц Кореи, закусывая нижнюю губу и отходя немного от стола, подмечая, что тот даже и бровью не ведёт. — М? — спустя несколько секунд Лухан всё же смог отвлечься на своего подчиненного, который сразу ж отвёл взгляд и иронично усмехнулся? — Нет, ничего, приятного отдыха, — Сех как-то вальяжно кланяется и, оставив в своих уголках губ своеобразную ухмылочку, покидает кабинет. Как только Сехун закрыл за собой дверь, заметил, как в кабинет несётся «фигуристая» менеджер, на ходу поправляя свои волосы и грудь. Как только она оказалась внутри, темноволосый парень аккуратно припал к двери, пытаясь уловить самые сокровенные звуки, что могли скрываться за этой самой вертикальной поверхностью. — Кира, сегодня я ночую в офисе, завтра приезжает представитель Австрии для подписания контракта, поэтому освободите здание до восьми вечера, — темноволосая девушка уже хотела уломать начальника на помощь с бумагами вечерком, но тот успел её хорошенько так отшить: — И да, помощники на сегодня мне не нужны, всем освободить офис до восьми. — Лухан точно и уверенно сформировал свою просьбу, поэтому девушка, которая только что перед кабинетом так рьяно поправляла свои накладные сиськи и пыталась красиво уложить волосы, безнадёжно выдохнула, так как к члену Лухана ей сегодня и дорога не лежит, да и карта не стоит. — И да, чтобы новый костюм висел завтра к 7 утра на дверной ручке, — полностью отдавшийся работе парень вновь перевёл взгляд на кипу бумаг разбросанных по столу. На лице Сехуна сразу же мелькнула какая-то озабоченная улыбка, переходящая в закусывание нижней губы и издавания некого странного стона, отчего парень сам встрепенулся, оборачиваясь и глазами выискивая тех, кто это мог расслышать. Но никто не слышал, так как строгий босс завалил всех отчётами на недели вперёд. Людишки в его офисе были похожи на муравьёв, зомби-муравьёв: чёрные круги под глазами, взъерошенные волосы и медленно нарастающие горба на спине и мозоли на задницах от сидячей работы. Приходя в себя и расслышав приближающийся к двери стук каблуков, Сехун отпрыгивает от двери как от горячей сковородки. — Чего тут стоишь, а? — злая менеджер — это что-то, Сехун так и сдерживал себя шуточками а-ля «Снова не дал?» — Делаю ставки: даст он первым тебе или мне, — Сехун подносит кончик большого пальца ко рту и, ухмыляясь, нежно его прикусывает, прищуривая глаза, внимательно рассматривая свою пышущую от злости оппонентку. — Чёртов идиот! — последнее, что кидает она в лицо Сехуну перед тем, как демонстративно топнуть ногой и, развернувшись, убежать в туалет, заставляя парня звонко расхохотаться.

***

На часах 19:56, а это значит, что горячий кофе Сехуна уже давно остыл, а до ухода всех сотрудников осталось 4 минуты. Темноволосый парень в предвкушении потирает взмокшие ладони, подёргивая коленом, не отводя взгляда от настенных часов. Сехун являет внимательный и сосредоточенный взгляд в поисках «бумаг», но на самом деле-то он просто оттягивает время, показывая всем, что он якобы что-то забыл. Последней, не считая О Сеха, офис покидает злющая Кира, пиная на выходе мусорную урну, донельзя переполненную несопоставимыми отчётами напрочь разорванными на кучу хаотично лежащих дробных кусков толстой желтоватой бумаги. Тишина. Сех осматривается по сторонам, удостоверяясь в пустоте рабочего офиса. Не глядя хватает чашку с напитком, резким взмахом руки пачкает свою белоснежную рубашку и галстук вот уже остывшим кофе. Ухмыльнувшись, парень слегка отряхивает рубашку, которая теперь благополучно облегала подтянутый торс парня со всеми его прелестями. Стук в дверь босса. Кроткое «да» изнутри и Сех дёргает ручку, приводя в действие механизм двери. — Извините, но у меня тут небольшой казус, — Сехун внимательно смотрит на Лухана, всё также держась за ручку двери из красного дуба. Сосредоточенный начальник отрывается от своих бумаг и снимает очки, вглядываясь в лицо парня. — Ну-с? — Мне сейчас нужно на свидание с девушкой, а я по своей неаккуратности пролил на свою одежду и волосы кофе. Позволите ли вы воспользоваться вашим душем? — Сехун прищурился, ожидая уже отказа, но ответ превзошёл все ожидания: — Валяй, — Лухан снова надел очки, не вдаваясь в подробности случившегося, поправляя тёмно-каштановый локон волос, спадающий на глаза, вновь утыкаясь в кипу отчётов по деятельности гостиниц. На секунду парень замер, ведь он не ожидал настолько положительного ответа от строгого и принципиального босса. Поблагодарив начальника и вновь ухмыльнувшись, Сехун аккуратно закрыл за собой дверь, направляясь на новую локацию — душ Лухана. Проведя достаточно большое количество времени под горячими струями воды, Сехун всё же выходит, повязав полотенце на бёдра, тем самым открывая взор на его спортивное тело и широкие плечи. Взъерошивая волосы, парень направляется к кабинету начальника, тихо открывая дверь и входя внутрь. Лухан стоит около панорамного окна, держа в руках бокал с дорогим виски. Парень снимает галстук и кладёт его на стол, до сих пор не замечая Сехуна, который медленно начал подбираться к нему же, мокрыми ногами ступая по холодному паркету, оставляя за собой влажные следы. Волосы Лухана взъерошены, было заметно, что он устал. Устал от этой тягомотины с бумагами, от этих встреч, от этих вечных отчётов по координации деятельности его детища. Безропотно Сехун подбирается сзади и, забрав стакан с виски из рук парня, становится к окну спиной, загораживая своей широкой спиной вид на башню Намсан, которая по ночам особенно прекрасна, но в то же время открывая взору Лухана своё тело. — Ты что это делаешь? — спокойно, приподняв вопросительно одну бровь, задаёт вопрос почему-то ничуть не обескураженный босс. — Если напьёшься, то на завтрашнюю встречу не встанешь, — парень и сам не заметил, как перешёл на «ты», казалось, что и сам Лухан не заметил, но не тут-то было. *рекомендую поставить песню The Weeknd — The Hills на повтор для лучшего восприятия* — Ты ведь понимаешь, что на «ты» со мной могут разговаривать лишь мои близкие друзья. Не видел тебя в списке своих друзей, — разморённый от алкоголя Лухан сделал шаг вперёд. Шаг к Сехуну, заставляющий младшего вжаться в холодное панорамное стекло спиной ещё сильнее, выпрямляясь и отводя подбородок слегка в сторону, открывая начальнику вид на сексуальные ключицы и капли воды, застрявшие в желобинках над ними же. — Ты хоть понимаешь к кому ты пришёл? — Лухан делает ещё шаг. Последний. Расстояние сокращено донельзя. В дыхании обоих чувствуется алкоголь: жгучий, ароматный, но в то же время едкий. Он забирает весь воздух в радиусе этих обоих, наполняясь флюидами. — Кажется, ты всё-таки не понимаешь, раз до сих пор не сбежал, — Лухан ухмыляется и, закусывая нижнюю губу, осматривает Сеха с ног до головы. Но как только младший решает отпрянуть от стекла и подойти к столу, старший вжимает его всем телом в окно, поместив руки по обе стороны от головы О Сеха, поймав тем самым в ловушку, пресекая любые попытки сбежать. Дыхание на шее темноволосого паренька обжигало, распространяя жар по всем клеточкам тела младшего. — Ты хоть знаешь, сколько раз я чуть не сорвался? — Лухан не ждал ответа, ему просто нужно было выговорить это всё. — Ты хоть знаешь, сколько раз я прятал под столом свой стояк при виде тебя? Да ты хоть знаешь, сколько раз я хотел нагнуть тебя прямо на этом столе, когда ты приносил мне кофе? — Лухан прищурился, повышая тон и ударяя ладонью о бронированное стекло, заставляя Сехуна расплыться в улыбке полной похоти. — Так сорвись, — Сехун прикасается к белоснежной рубашке босса, аккуратно расстёгивая первые две пуговицы. Лухан обрывает сие тягостное и в то же время будоражащее действие, заткнув рот младшего поцелуем, и не простым. Таким, от которого сносит крышу и перехватывает дыхание, поцелуем, от которого разум отключается, в мгновение теряется контроль над телом. Поцелуем, от которого колени подкашиваются, сердце ухается куда-то в район желудка, а легкие болят от нехватки кислорода. Сехун сильнее сжимает ткань дорогой рубашки, хватаясь за края уже расстёгнутой части. Он больше не может ждать. Младший одним махом дёргает рубашку, пуговицы которой летят к чертям. Старший рычит в поцелуй, прикусывая нижнюю губу Сехуна до крови, ну, а младший в свою очередь издаёт протяжный и томный стон, заводя старшего ещё сильнее. — Ты сам предложил мне сорваться, — Лухан довольно ухмыляется, заводя руки Сехуна над головой и, стянув бархатный галстук со стола, ловким движением обвивает им запястья младшего, завязывая узел. Он делает это настолько умело, что Сехуну кажется, будто бы он проделывал это кучу раз. Но Сехуну не кажется. По пальцам всех конечностей, на которых есть фаланги, и не сосчитаешь, сколько девушек или парней прошли через этот офис. Но Сехуну это не важно, он просто хочет своего начальника. Хочет прочувствовать и насладиться каждым миллиметром его молочной кожи, каждой крупицей его на вид хрупкого тела. Лухан резко разворачивает секретаря к стеклу лицом, буквально впечатывая его туда, но Сеху определённо это лишь доставляет ещё большее удовольствие. Когда Лухан приподнялся на носочки, чтобы за что-то подцепить связанные руки Сехуна, «реципиенту» представилось жилистое телосложение начальника, освещаемое светом луны и светом ночного Сеула. Эстетично и просто красиво. — Ты ведь понимаешь, что выхода отсюда не будет, если ты сейчас не решишься уйти? — Лухан закусывает губу слишком сильно, издавая глухой стон. Проводит тонкими пальчиками по прогибающейся за его движениями спине вдоль, цепляя выступающие позвонки. И Сехун понимает, что он не уйдёт даже под дулом пистолета. — Хм, ладно. Раз молчишь, значит, ты согласен поиграть со мной, — Лухан похотливо ухмыляется, снимая рубашку и вешая её на спинку стула. Сехун привязан, он не видит, что происходит за его спиной. Единственное, что представлено его взору — ночной Сеул и красиво переливающаяся всеми цветами радуги башня Намсан. Он даже не видит своего отражения из-за того, что слишком плотно прижат к стеклу, а руки завязаны над головой. Не полное удовлетворение — вот, что сейчас чувствует О Сехун. Младший слышит, как открывается дверца шкафы, откуда Лухан что-то достаёт, медленно двигаясь к своей «жертве». Холодными пальцами, касаясь косых мышц живота Сехуна, младший вздрагивает, проводя по всему телу табун мурашек от кончиков пальцев ног до височной доли головы. Слишком желанно. Медленно ведя ладонью к паховой доле темноволосого паренька, который раз за разом закрывал глаза и издавал более протяжные стоны, старший резким движением срывает полотенце с бёдер парня, вжимая того в стекло ещё сильнее. Спустя секунду на глаза Сехуна надвигается пелена — бархатистая ткань накрывает их, лишая младшего даже вида на город. Ещё секунда и холодная ладонь Лухана прикасается к упругой заднице младшего, сдавливая её и тем самым оставляя на бледной коже красные пятна. Сехун рычит, изгибаясь всем телом словно змея под солнцем. Удар. Тонкая кожаная плеть на концах с закреплёнными лоскутами из искусственной кожи с силой проходится по аппетитной заднице младшего, выбивая из него достаточно неожиданный, но хриплый стон. Лухан озабоченно улыбается, ведь его новая игрушка не брыкается и не пытается вырваться, наоборот, это доставляет немалое удовольствие. Удар. Сехун рычит и тянет руки к себе, напрягаясь, но вырваться он не может: он слишком умело связан. Ещё удар. Сехун сжимает скулы, от чего венки на лбу начали проявляться с новой силой. Лухан начал входить в кураж, после каждых трёх ударов выпивая пол стакана виски и продолжая. Продолжая испытывать. Но когда парень продолжал молчать, не моля о пощаде вот уже после скольких ударов, Лухан решает наказать его по-другому: босс откладывает плеть на стол, не давая секретарю и секунды на отдышку, и резко вводит в парня два пальца. Довольная ухмылка. — Я смотрю, так долго в душе ты был не просто так, — Лухан наклоняется к уху парня, покусывая мочку. — Я продолжу тебя истязать до того, пока ты не попросишь сбежать. Начальник резко отстраняется от парня, расстёгивая ремень брюк и, приспуская их вместе с нижним бельём, приставляет возбуждённую плоть к анусу младшего. — Проси меня, — Лухан произносит это уверенно, второй рукой сдавливая бедренную косточку, выбивая из уст младшего протяжный стон. — Проси! — Я прошу вас… — проговорил Сех неожиданно севшим голосом. — Громче! — Лухан шлёпает младшего по заднице, заставляя того закусить губу и подавить очередной подступающий стон. — Я прошу вас во.. — но Сехун не успевает договорить, изъявляя наружу гортанный стон. Лухан ухмыляется, задавая быстрый ритм толчкам, от чего дыхание сбивается. Лёгкие переполнены воздухом, а кричать сил уже нет. Старший хватает Сехуна за плечо, сжимая его и тем самым заставляя второго прогнуться в спине. Спустя несколько секунд Лухан просто-напросто втрахивал младшего в панорамное окно своего офиса, расположенного на тридцать пятом этаже. Не выходя из младшего, Лухан быстро отвязывает его руки, передвигаясь к столу. Перегибая личного секретаря через стол, Хань заводит руки младшего ему же за спину, удерживая их вместе благодаря повязанному на кистях галстуку. Лухан заводит руку к паху Сеха, медленно проводя по головке члена пальцем, постепенно надавливая, вызывая у младшего дрожь в ногах и очередной рык. Выйдя из Сехуна, Лухан переводит дыхание, медленно пятясь к бутылке виски, которая стояла на полу у окна. Младший недовольно застонал. Выгибаясь и привставая, был остановлен голосом старшего: — Лежать! — Хань залпом влил в себя очередной стакан с дорогим виски, кривясь и жмурясь. Сехун покорно подчиняется. Лухан подходит к младшему, несколько секунд смотрит на тяжело дышащее тело на столе, ухмыляется и, сильнее сжимая ткань галстука на тонких кистях Сеха, ведёт его от стола в сторону. — На колени! — снова приказнический тон старшего заставляет Сеха беспрекословно всё исполнять. Младший стоит на коленях, всё ещё не в силах отдышаться от такого бешеного ритма. Доставая из шкафа плед, Лухан кидает его на пол, садясь на колени за Хуном. Младший закусывает и без того алую нижнюю губу, слегка поворачивая голову влево. Губы Ханя парили по плечам Сехуна словно бабочки. Парень не мог понять, каков его босс: грубый или аккуратный? Эти две противоборствующие стороны сливались в одном человеке одновременно. И это было чертовски невыносимо. Старший ощутимо прикусывал кожу плеч зубами и тут же мягко зализывал ранки влажным горячим языком, заставляя кожу младшего томительно покалывать и пылать от новых ощущений. Всё, что сейчас оставалось Сеху — сосредоточиться на мягких губах господина Лухана, порхающих по его нагому телу. И тут же резко Лухан укладывает младшего на спину, слегка разводя его бёдра и нависая сверху. Припав к шее Сехуна, старший оставляет ярко-выраженные красные отметины. Далее, переходя на ключицы, нежно их покусывает, спускаясь всё ниже. Нежными и всё ещё холодными пальчиками очерчивает талию младшего, задевая выпуклые кубики пресса. Сехун не может расслабиться. Все эти действия заставляют его вздрагивать с каждым разом всё сильнее. Лухан снимает повязку с глаз младшего, от чего тот пошло ухмыляется, развидев фигуру своего босса во всей красе. Он прекрасен. Заводя руки Сеха над его же головой, Хань встряхивает взмокшими волосами, подставляя свою пульсирующую плоть к не менее напряжённому входу младшего. Толчок. Сехун запрокидывает голову, выгибаясь в спине и издавая низкий и хриплый стон. — Твои стоны не такие звонкие теперь, — Хань ухмыляется, с каждой секундой наращивая темп, тем самым заставляя голос младшего прорезаться сквозь всю ту хрипотцу, из-за которой Лухан не мог наслаждаться своей игрушкой. — Громче! — Лухан рычит, припадая к уху О Сеха, заводя руки между тканью и мокрой спиной младшего, царапая его красивейшую спину. Сехун довольно стонет, расплываясь в довольной кошачьей улыбке, чувствуя разрядку. Старший сдавливает член младшего, не давая тому кончить, пока этого не сделает он сам. Эгоист и садист в одном строгом начальнике с миленьким личиком. Лухан делает последний рывок и, скрежеща зубами, наполняет семенем младшего. Хань падает рядом с Сехом, распластавшись, вытирая пот со лба и пытаясь восстановить сбитое дыхание. Сехун же заканчивает один, ведь босс хочет делать всё первым. И он будет первым всегда.

***

Сехун просыпается на полу. С ещё закрытыми глазами нащупывая место рядом, но никого там не находит. Встрепенувшись и вскочив на месте, никого рядом и вправду не оказывается. Да что там рядом, в кабинете нет никого. На журнальном столике рядом Сех замечает чашку кофе и пару свежих круассанов. Невольная улыбка и потирание затылка. Сех завязывает на бёдрах то самое полотенце, что вчера ночью было благополучно сорвано, найдя его где-то в углу комнаты. На носочках пройдя к двери, младший аккуратно дёргает за ручку, которая отказывается приводить механизм в действие — дверь закрыта снаружи. Садясь на белый кожаный диван и взяв ту самую оставленную господином Луханом чашку кофе, Сех замечает на подносе рядом лежащую записку: «Я с тобой ещё не закончил»