***
16 мая 2022 г., 00:57
— Эй, «Туз»?… «Ас»?… Может, «Чемпион»?… Да как тебя звать чтоб ты отозвался!
Люк нервно содрогнулся и задел переборку. Шира, да ещё во время обеденного перерыва, сберегли б от её глаз святые хатты! Она — бездушная железяка, а не девушка из плоти и крови, — звякнула, и, судя по приближающимся шагам, довольно отчётливо.
— Что ты там забыл? Обещание своё, да?
— Здоровый сон — уже несколько лет не могу найти. Кливиан заколебал храпеть, понимаешь?…
Наручники понимать отказывались. Шира, напротив, была очень понимающим человеком. Она раскусила его отмазку сиюсекундно.
***
Рука Ширы уверенно коснулась его плеча, и Люк тут же развернулся, как ни при чём, однако короткий сигнал вскрытого замка, аки рёв пролетевшего аккурат над ухом СИД-истребителя, разрезал тишину, его надежды и, ещё станется, сердце и перепонки. Пара секунд «борьбы» — и органическая рука попала в её поле зрения; в конце-концов, Шира не могла не обратить внимания на красноту и растёртость кожи, и на наручники, предательски вываливавшиеся из кармана. — Я не мазохист… — отдать Люку должное, его бормотание звучало достаточно неуверенно. А затем Люк уставился на неё. На её улыбку, неизменно лихую и немного ехидную. На встрёпанные, но ровно обрезанные медно-красные волосы. Несмотря на то, что в качестве пилота она была его ведомой (и к тому же не забывала ему напоминать, как хорошо его командерское руководство), она была той, кто вела. Поначалу Люк не обратил внимания, что Шира уже заперла дверь на склад, как только вошла, но когда понял их уединенное положение, едва не дал смущению себя убить. Оставаться наедине, вот так, было немного неловко.***
— Помнишь сражение в системе Сикселе два года назад? — Да. — Рези Сореша тоже помнишь? — Да. — А муджа? — Да… вкусно. — Не-е-ет, просто отвратительно. — Так понимаю, это не вкус домашней еды, — Шира мягко положила руку ему на плечо, и он напрягся, но не от неприятия. Она разрядила заряженную ею же атмосферу, мягко похлопав его пару раз. — Сореш, — продолжил он после недолгой паузы, — заманил флот Альянса и кучку имперцев в Сикселу, где устроил «Эксперимент», вынудивший бежать, что называется, и наших, и ваших, — на этом моменте Шира с плеча руку убрала. — Ты слышала, что я был в плену у Сореша ещё за две недели до прибытия самих флотов? — «Эксперимент» — Проект «Омега»? — Скорее, внецелевое разжигание ненависти Люка Скайуокера к муджа. — …Ха-ха. Надо думать, они делали тебе инъекции и промывали мозги? Шира действительно была понимающим человеком. Правда, Люк не всегда понимал её действий. Например, почему она встала и ушла, не объясняя причин.***
Это должен был быть приятный сюрприз? Шира вскоре вернулась с термосом и парой сэндвичей. Люк фыркнул — ещё б попкорн захватила! Если бы не дефицит продуктов в Альянсе. Впрочем, неужели ей так нравится тематика промывания мозгов? Шира тоже фыркнула и усмехнулась, увидев его вновь пристегнутым к переборке.***
— Может, как-нибудь муджа тебя угостить? — Это моя игра, ты не выйдешь из неё победителем. Кроме того, ты их не любишь. Сэндвич вызовет больше аппетита, наверняка, если не напомнит имперского штурмовика~ — …Ты зато это помнишь. Ты говорила, что тебе нравятся парни с чувством юмора, но сейчас будет занудно и очень нудно. Самую смешную часть ты застала ещё в первый раз. Может, ты даже скажешь, что «с жиру бесишься», особенно если вдруг окажется, что ты любишь муджа. Ты все ещё хочешь меня выслушать? — Да. — «Да» — это любишь муджа, или… — Люблю. И готова выслушать. Воспоминания не были приятны, как и собственная неловкость в процессе их вспоминания, но сам разговор остался светлой памятью в сердце. Шира Бри слушала его: что происходило с ним на протяжении всего лишь тех двух недель, про самодура Сореша, причём самодура обыкновенного — так похожего на тысячи других злодеев недели. Впрочем, вовсе не все из них заставляли жрать одни только муджа. Друзья с Татуина говорили ему, что он много ноет, но можно ли их было назвать друзьями? Тьфу, так и до экзистенциального кризиса дойти можно. Жизнь становилась тяжеловесной рутиной битв и сражений, и этот абсурдный перерыв с необходимостью жрать что дают вновь дал ощутить себя бессильным. Был ли он вообще силён, имел ли какой-то контроль над своей жизнью? Хотелось думать, что да. Но разве станут вкуснее муджа с чужой тарелки? Или суть в том, чтобы есть их вместе? Кто бы мог подумать, что Шира будет слушать его нытье до конца, когда наручниками прикована не она? — Я попросил наручники, и они меня отпустили, — подвёл итог Люк, — тогда я только учился пользоваться Силой. — Учишься развивать самоконтроль? Люк неопределённо хмыкнул, а затем позволил себе поддаться порыву заправить прядку её волос ей за ушко, поборов стеснение.***
