Всё ты...

Ненавижу утро. Мэри уходит рано. Рано даже для меня. Но это не самое ужасное. Гораздо хуже моя мать. Она считает, что я болен. Но это не так! Я здоров! Я даже никогда кашлял! - Ник! - мать постучалась в мою комнату, - Ник, ты ведь не спишь! Она права. Я не сплю. Я всегда просыпаюсь раньше, чем она проходит. И мне пришлось ответить ей. - Ник, мальчик мой... Нам предстоит серьезный разговор, - начала она, - Ник, ты должен быть хорошим. Пойми меня, мне нужно будет уехать. Как? Она уедет? Я не верю. Она не может меня бросить одного. Я не смогу прожить один! Она снова найдет одну из этих ужасных женщин' - Ник, ты не будешь один. Я попросила нашу соседку, Мэри будет с тобой, пока я не вернусь. Мэри? Мэри будет здесь?! Нет! Ни за что! Никогда! Она не должна находиться рядом со мной! Мамина рука легла на мои волосы. Она всегда чувствует, когда мне плохо. Когда она проводит ладонью по голове, мягко переходя в поглаживание по спине, мне становится легче. Да, у меня иногда случаются срывы. Но таблетки все останавливают. - Мэри? - я не могу в это поверить. Она не могла на это согласиться. - Мэри. Она живет в соседнем доме. Ты мог ее видеть по вечерам. Я знаю, где она живет! Я всегда знаю, когда она дома. Не нужно мне говорить об этом. - Мэри, детка! - крикнула она так громко, что стало ясно - Мэри в доме. Я слышу мягкий скрип ступенек. Ее голова просовывается в щель между дверью и стеной. Завидев приветливое лицо моей матери, она более смело вошла в комнату. Черт возьми, вблизи она еще прекрасней. - Привет, Ник! - слишком радостно воскликнула она, люди никогда не радуются, когда видят меня. - Ты помнишь меня? Разумеется. Я слишком хорошо помню ее. Ведь из-за нее я не выхожу из дома и разговариваю только с матерью. Удивительно то, что она помнит меня. Это было так давно... Черт! Перед глазами снова появляется эта картинка: пустая поляна в ближнем лесу. Я и Мэри часто там бывали в детстве. Все зеленое. Теперь я ненавижу зеленое. Там много травы и, кажется, растут какие-то цветы. Нам с Мэри было весело вдвоем. Она каждый раз делает одно и то же. Нет-нет-нет! На это больно смотреть. Не хочу этого. - Ох, извини, дорогая, он стал таким ранимым в последнее время. Это мамин голос, я слышу его сквозь... Слезы? Мои слезы? - Ничего страшного. Я не в первый раз с этим сталкиваюсь. Голос Мэри дрожит. Она все равно чувствует себя не в своей тарелке. Не могу на нее смотреть. Я отвернулся к окну. Лучше бы она оказалась у себя дома сейчас. - Ник, ты не против, что Мэри меня заменит? Против, но неужели ты меня послушаешь? Наверняка осталось несколько часов до твоего отъезда, и ты просто не успеешь найти мне новую "няньку". Надеюсь, Мэри будет более адекватной, чем другие. Многие меня просто запирали в комнате и иногда кормили. Я оглянулся. Никого уже не было. Похоже, мать поняла, что я ей скажу. Сказал бы. Мне трудно оговорить на людях. Трудно, но возможно. По крайней мере, в прошлые разы я разговаривал с "няньками". В любом случае, я пытался. Мэри вновь меня посетила в скором времени. Она сказала мне то, что я и так предполагал. Мама скоро сядет в такси. Мы спустились вниз. Мама не выглядела особенно счастливой в эту минуту. Я всегда искал этот взгляд, когда она уезжала, и пока нахожу его. - Будь хорошим мальчиком, Ник. Не доставляй Мэри особенных неприятностей, - прошептала она мне на ухо. Она поцеловала меня в щеку и, подхватив чемодан на колесиках, вышла из дома. Она села в такси. Водитель не вызывал у меня доверия. Очень он мне не нравился. Я запомнил номер его автомобиля и вернулся в свою комнату.