Geography lessons

flashback Чонгук трясущимися руками провёл по тонкой талии сидящего рядом темноволосого парня и судорожно вздохнул. Это не то, о чем он мечтал будучи шестнадцатилетним подростком. Последние пару лет он только и делал, что размышлял о своей жизни и о том, к чему она, в итоге, его привела. Осознавать свою ориентацию гораздо тяжелее, чем может показаться. По крайней мере, Чонгуку это давалось очень сложно. Не описать того негодования, которое испытал парень, когда впервые поцеловал девушку. Его руки дрожали, а сердце билось, словно бешенное. Но причиной являлась, отнюдь, не подростковая влюбленность. Ему было неимоверно страшно, потому что единственное, что почувствовал парень во время поцелуя - отвращение. К самому себе. Чонгук по несколько раз на дню задавал себе один и тот же вопрос: "Почему я?" Но ответа спустя два года так и не дождался. Тяжелее всего юноше давались разговоры с друзьями, личная жизнь которых набирала обороты с неимоверной скоростью. Не то чтобы ему так хотелось быть похожим на них. Скорее нет, чем да. Но тот факт, что они говорили о противоположном поле с неприкрытым восхищением, заставлял Чона нервно сглатывать и фальшиво кивать головой. Чонгук ненавидел себя за то, что сидящий на его коленях парень был не более чем доказательством злополучного "дефекта". Он понимал, что нагло использовал юношу для собственного удовлетворения. Ему было неловко от той мысли, что первый раз произошёл не с любимым человеком, а с тем, чья проблема не сильно отличалась от чонгуковой. Тело в руках парня содрогалось от удовольствия. Чонгук выцеловывал рандомные участки кожи на подтянутом торсе и мечтал, что когда-нибудь встретит того, в кого влюбится без памяти. Щекотал кончиками пальцев чувствительную спину и представлял, как его любимый прогибается в спине, подобно парню, сидящему в данный момент на коленях Чона. Вдыхал неясный мускусный аромат податливого тела и пытался скрыть вздох разочарования. Чонгук поднял глаза и встретился взглядом с юношей. Его лицо было полностью расслабленным, а на губах играла еле заметная улыбка, которая брюнета отчего-то раздражала. Но несмотря на это, Чон все же ответил на нее и провел рукой по острым скулам. Красивый. Но не для него. Чонгук чувствовал себя ужасно. Ему до одури не нравилось все, что делал этот парень. Не потому что у него получалось плохо. Нет. Просто это все не для Чонгука. - Ты сегодня какой-то задумчивый. Чон подозревал, что он заметит. Невозможно оставить подобное без внимания. Но в ответ Чонгук лишь негромко рассмеялся и прикрыл глаза. - Я немного устал. - От меня? Чон хотел бы, чтобы этот вопрос прозвучал в шуточной форме, но в голосе юноши слышались нотки холода и даже грусти. Парень не нашел, что ответить. В комнате повисла неприятная тишина, прерываемая биениями абсолютно неподходящих друг другу сердец. - Я все понимаю, Чонгук. И не против, даже если это не по-настоящему. Брюнет шумно вздохнул и уткнулся лбом в грудь улыбающегося парня. Тот аккуратно поглаживал жесткие волосы Чонгука и, действительно, все понимал. Он изначально знал, что у них ничего не выйдет, но отчего-то надеялся глубоко в душе, что хоть немного заинтересует Чона. Даже спустя месяцы в его взгляде ничего не поменялось. В нем читалась только обреченность. Чонгук с силой зажмурил глаза и резко открыл их, дабы прогнать нахлынувшие эмоции. Они были ни к чему, по крайней мере сейчас. Еле заметно кивнув самому себе, Чон снова притянул парня к себе и впился в его губы. Без толики нежности, просто потому что ему показалось, что так нужно. Темноволосый юноша никогда не оказывал сопротивления по отношению к Чону. Он просто принимал то, что дают и радовался даже этому. Поцелуй не был приятным, скорее отягощающим. Но ни одного из них это не волновало. Когда парни переместились на кровать, внутри Чонгука что-то перевернулось. Несмотря на то, что они занимались этим не один раз, Чону отчего-то было страшно и немного не по себе. Осознание того, насколько все это неправильно, неприятно ударяло по мозгам. Он тихо вздохнул и отстранился. Лежащий под ним парень грустно улыбался и снова все понимал, черт бы его побрал. Но Гук был благодарен за это, если честно. Поэтому перед тем, как прекратить все окончательно, он наклонился и запечатлел поцелуй на сомкнутых от плохо скрываемой обиды губах. По-другому все-таки не получается. Посмотрев на такое знакомое, но все же чужое лицо, он тихо вздохнул. Но через мгновение непонимающе сдвинул брови к переносице, потому что лицо юноши из грустного резко превратилось в испуганное. Он смотрел куда-то за спину Гука и, кажется, перестал дышать. - В своей жизни больше всего на свете я боялся двух вещей. Измены жены и того, что один из моих сыновей окажется пидорасом. Чонгуку больно. Не только морально, но и физически. Звонкий шлепок раздался по всей комнате, оставляя след на щеке парня. Наверное, не стоило так рисковать и приводить его домой. Наверное, не стоило. - А ты, - отец Чона холодно посмотрел на испуганного парня, сидящего на кровати, - проваливай отсюда, пока я сдерживаю себя. Он подобрал свою толстовку с пола и, поджав губы, быстрым шагом проследовал к двери. Наверное, не стоило его тогда приводить домой. Чонгук думал об этом каждый день с тех пор, как все разрушилось. Нельзя сказать, что Чон любил того юношу. Нет. Он испытывал невероятное чувство вины по отношению к нему за то, что не смог оправдать его ожиданий. За то, что нагло пользовался его чувствами. Наверное, не стоило вообще все это начинать. Можно было просто забить на свой "дефект" и спокойно встречаться с девушками, как и все парни его возраста. Но Гук не мог. Он устал от фальши. Устал от того, что не может быть тем, кем ему хочется. Не может показать себя таким, какой он есть на самом деле. Поэтому через какое-то время решил бороться. Но все его слова не воспринимались совершенно. Отец просто отказывался слушать и говорил невероятно обидные вещи, вплоть до того, что откажется от него. Они даже переехали, но ничего не изменилось. Чонгук противостоял своей семье в одиночку. Даже любимому брату, который всегда был на его стороне, но в этот раз почему-то поддержал отца. Единственным человеком, решившимся поддержать парня, была мать Чонгука. Но эта поддержка была чревата ужасными последствиями. После многочисленных ссор и скандалов, родители Чона приняли шокирующее для двух братьев решение. Развод. Юноша чувствовал себя ужасно, он понимал, что все это происходит из-за него и из-за его желания добиться справедливости, от которой теперь уже не было никакого толка. Хосок каждый раз осуждающе смотрел на Гука, что ударяло по парню с новой силой, но что-либо менять было поздно. Отец ушел. И Хосок вместе с ним. Но даже после этого он не оставил попытки вразумить младшего сына. Чонгук не мог изменить свою природу. И от этого его отец приходил в бешенство. Уходя, он сказал, что будет предотвращать все попытки младшего и Хосок ему в этом поможет. А тот и не возражал, зло поджимая губы и избегая печального взгляда Чонгука. Все просто рушилось у него на глазах. А самым печальным было то, что он всему причина. Огромная обуза, от которой не так просто избавиться. В течение двух долгих лет Чонгук всячески пытался встать на ноги, старался избавиться от вездесущей депрессии и мама ему помогала. Она единственная, кто остался рядом. А еще Чимин, который несмотря ни на что всегда улыбался Чону. И это тоже помогло, чего уж таить. А потом появился он. Совершенно внезапно. Чонгук сам не понял, что произошло. Образ того продрогшего парня прочно засел у него в голове. Наверное, это помутнение, думалось Чону. Да, самое настоящее, как выяснилось позже. Вставать в одно и то же время возле окна и глупо улыбаться от того, насколько неуклюжим и забывчивым был тот парень, казалось слишком правильным и противиться этому не было никакого желания. - Стоит ли мне попробовать? - спрашивал сам у себя Чонгук бесчисленное количество раз. Наверное, да.