life in black and white

Прогуливаясь по ночным улицам, Чимин, избитый до небольших трещин в ребрах какими-то ублюдками, думал как-бы скорее дойти до моста и сброситься, а не упасть посередине дороги, пугая всех прохожих людей. Даже в такой момент, он думал о других, он был неравнодушен ко всему этому бессмысленному миру. Скитаясь один в свои-то 17 с небольшим, парень уже разочаровался в своей жизни, уже увидел многое, и некоторые вещи застали его самого. Невинный парень, оставшийся без семьи, был вынужден довериться людям из интерната. Он подпустил к себе этих людей слишком близко, он совершил огромную ошибку. Ублюдки, обиженные жизнью то и делали, что задирали бедного паренька. А ведь Пак был таким милым и невинным существом, но почему же ему доставалась участь «боксерской груши»? Со временем ребёнок с блестящими глазками превратился в замкнутого ребенка, озирающегося по сторонам в надежде не увидеть там очередного парня, жаждущего развлечься, доставляя боль мальцу Чимину. Сбежать из интерната было нетрудно. Работники этого ужасного «заведения» даже не обращали внимания на детей, и как будто не видели, что творится вокруг них. Драки, побои, унижения. Няньки забили на жалких детей, ссылаясь на то, что они все поголовно безнадежны. Но ведь среди них всех были хорошие дети, которые оказались здесь по несчастному течению судьбы. И Чимин был определённо одним из них. Свет фонаря падал на каштановые волосы невысокого парня в потрепанной одежде, стоящего у края моста. Бледное лицо все в царапинах, на теле, из-под одежды, в открытых местах, виднеются синие гематомы и местами даже неглубокие порезы. «Ну что, Чиминни, готов раз и навсегда покончить со всей этой никчемной жизнью?» — пронеслось в голове у парня. Слеза медленно скатывалась по щеке, заставляя царапины неприятно щипать. — А вдруг все наладится? Вдруг завтра меня кто-то из родственников найдёт и заберет в тёплый и уютный дом? — сам с собой разговаривает парень, стараясь сдерживать слёзы. Чимин каждый день в интернате верил, что его непременно заберут, стоит только подождать. Но с каждым грёбанным днём в его жизни, надежда начала угасать, а сил продолжать верить уже не хватало. Так изо дня в день, Чимин продумывал план побега и его будущие действия, но есть ли у него будущее? Вот и сейчас, стоя на краю жизни и смерти, парень думает стоит ли ему вообще продолжать жить и вообще стараться выбиться в люди, сможет ли он это сделать, не имея никаких на то средств, да ещё будучи в розыске при интернате. Чимин слышит смех какой-то поблизости идущей пары и с интересом поворачивает в их сторону глаза, оставаясь при этом незамеченным. Парень с девушкой идут, крепко держась за руки. От них так и веет теплом. Чимин завидует им, они так счастливы, их смех так искренен. Парень, грустно улыбнувшись, отворачивается, снова смотря в бездонную, как казалось Чимину, реку. Его глаза сейчас также пусты и без эмоциональны, взгляд опущен, руки слабо держатся за забор позади, и сильный ветер скоро сдует хрупкого паренька. Поднимая ногу в воздух, все так же держась рукой за перегородку, Чимин понимал, если ослабить хватку, то пути назад нет. Устрашающая дрожь прошлась по телу парня, отдавая глухой болью в голове. Ветер усилился, и парень пошатнулся, чуть ли не упав и быстро вцепился за перегородку и отпрыгнул от края. Страшно. Тяжёлые вздохи, бледное как у покойника лицо, и слёзы, доказывающие, что он все ещё жив. Запустив руку в волосы, парень опустил отросшую челку, прикрывая опухшие красные глаза. «Слабак» — подумал парень и побрел по незнакомым улочкам Сеула. Сколько времени он ходил, не помнит. Люди на улицах стали редеть, машины редко проезжали, порой ослепляя парня ярким светом фар. Свет в прилавках уже давно погас. На город опустился густой туман, и стало совершенно тихо, даже птицы летели бесшумно, будто боялись кого-то потревожить. Чимин услышал, как на другой стороне дороги мяукает кот и, не думая, парень отправился на его поиски. Переходя дорогу, парню то ли было все равно на горящий красный свет, то ли от слез глаза уже не видели ничего. Он просто шёл, в надежде погладить тёплый комок шерсти. На улице было прохладно, холодный ветер иногда сбивал парня с пути, а тому было плевать. Уже почти подойдя к котёнку, оставаясь на середине проезжей части, Чимина ослепил резкий свет. — Машина? В глазах у парня воцарилась новая волна страха. Тело онемело, ноги стали ватными. Парень не мог двинуться от мысли предстоящего столкновения. Машина начала издавать сигнальные звуки, чтобы парень быстрее ушёл с дороги, но он стоял, как статуя. Руки начали трястись, Чимин лишь успел повернуть голову, как машина была почти рядом с ним. В голове больше не было мыслей, больше никакие проблемы не волновали бедного парня. Пустота. Сознание парня постепенно уходило от него. Теряясь в бездонном омуте, он забылся. Мозг отключился, и в следующую секунду парень лежал без сознания на холодном асфальте, освещаемым все тем же ослепляющим светом машины. — Блять. Че он валяется на дороге, я даже не сбил его, — возмущается парень в машине, стоящей прямо перед парнем. Юнги успел затормозить в метре от парня. Мин вышел из машины, дабы разбудить нелепого парня. Теребя его за плечи, Чимин не проснулся. — Ну и че прикажешь мне с тобой делать? — тяжело выдохнул Юнги, осторожно кладя парня на заднее сиденье своей машины. Даже для холодного и дерзкого Юнги, оставить бедного парня лежать на дороге, было бесчеловечным поступком. Долго думая, что же делать с парнем, Мин пощупал его пульс и аккуратно наклонился к лицу Чимина, чтобы точно удостовериться дышит ли тот. Юнги начал внимательно осматривать лицо парня. Царапины, небольшие синяки скрывали красоту парня. Жирные волосы закрывали красивые, детские, невинные глаза. На руке красовался порез, то ли специально там сделанный, то ли появившийся по неуклюжести парня. Мин захлопнул заднюю дверь, и сел за руль, нервно сжимая его в своих руках. Юнги не знал что делать, и просто поехал домой вместе с незнакомым парнем. Возможно одна из хороших черт Мина это простота. Зачем что-то делать, выдумывать если можно сделать всё предельно просто и легко? Подъезжая к дому, Мин надеялся, что парень очнулся и сейчас пойдёт к себе домой, но такого не произошло. Парень неподвижно лежал и даже тихонько посапывал, что заставило Юнги невольно улыбнуться. Парню предстояло поднять обездвиженного Пака к себе в квартиру. Осторожно взяв парня на руки, Мин закрыл машину и с тяжёлым вздохом (из-за новой проблемы по имени Чимин) поднялся домой. Юнги положил Чимина на диван, в гостиной, и накрыл его одеялом, чтобы парень ненароком не простудился. В данный момент Чимин представлял лишь обузу для Юнги. Странный парень, упавший на дороге в обморок, сейчас спал, как маленький ребёнок, даже не подозревая где он, и благодаря кому, он оказался в теплом, пропахшем насквозь мятой, домом.

***

Теплое одеяло и мягкие подушки нежно обволакивают кожу парня. Откуда-то доносится запах оладушек со сгущенкой, и врезается прямо в нос. Чимин думает, что он умер и находится в раю, но смелости открыть глаза нет. Парень начинает двигать рукой под одеялом, чтобы дотронуться до своего тела, проверить правда это или слишком хороший сон. Открыв глаза, Чимин понимает, это не иллюзия. Он определённо не спрыгнул с моста, и его не сбивала машина, но что же? Приятная и просторная комната, обустроенная со вкусом, окружала непонимающего парня. Пак осторожно встал и направился в комнату, откуда доносился запах оладий. Чимин видит парня у плиты с красивыми, ярко-мятными волосами и только хочет что-то сказать, как тот начинает на него удивленно смотреть. Как бы тут Пак должен афигевать, а не Юнги. Как бы Пак находится в доме у незнакомца, а не Юнги. — Нахрен ты встал, у тебя синяки по всему телу. Дурак что ли совсем? — Прости, я плохо понимаю, но… Что я тут делаю? — Ты вчера так испугался, что упал на дороге, увидев мою машину, ну мне и пришлось тебя сюда притащить, — произнёс Юнги, подбрасывая блинчик на сковороде. — Извини, что доставил неудобства, спасибо за всё и прощай, — тихо и быстро сказал Пак, разворачиваясь и уходя в поисках двери в подъезд. «Вот придурок. Я не каждый день простым людям помогаю. Мог бы остаться на завтрак ради приличия,» — подумал Юнги и забил на парня, думая что с тем все будет в порядке, и сейчас он спокойно пойдёт домой. Но что-то в Юнги его тревожило. Внутри слишком пусто было, и он чувствовал ответственность за парня. Совесть что ли проснулась у Мина, или чувство вины появилось? А хрен его знает. Разве Юнги думает головой? Нет конечно. Он просто сорвался как с цепи, и погнался на поиски парня, спросить как он, почему ночью шляется, все ли хорошо, нужно ли его подвести до дома. Может эта «простота» действий спасёт Мина от его наскучившей жизни. Выбежав на улицу, долго искать не пришлось. Чимин сидел на качелях в соседнем дворе, рассматривая порез на руке. Наверное, он вспоминает, что же произошло в день «рождения» этого шрама, и слёзы сразу скатываются солёными дорожками. Мин не решается подойти к Паку, а лишь посматривает за ним, с интересом смотря на все его действия. Чимину плохо, реально плохо. Вернуться в интернат — новые побои и унижения. Скитаться как бездомный — долго не протянешь. Умереть — не хватит смелости. Парень уходит с детской площадки и направляется в неизвестность. Юнги начинает следить за Паком, и абсолютно не понимает, почему какой-то странный парень вызывает у него чувство тревоги и огромного волнения. Спустя два часа бездумной слежки за Чимином, до Юнги наконец-то начинает доходить. Или у Пака проблемы с семьёй, или он остался без дома. Чимин, не замечая никого вокруг, битый час ходил по улицам Сеула, иногда теряясь в толпе, что заставляло Юнги напрягаться, если он не видел Пака. В очередной толпе Чимин случайно задевает плечом какого-то высокого и хмурого парня. — Ты ничего не попутал? — возмутился парень, разворачивая Пака к себе. Окликнув своих дружков, главарь начал наезжать на Чимина, а тому уже подавно похуй. Пусть хоть вывернут наизнанку, все равно мучаться осталось недолго. — А ты ничего такой, если приглядеться. Я бы развлекся, — парни из шайки грязно ухмылялись и были согласны (даже рады) с решением главаря поиграть с измученным Чимином. Рука главаря спустилась с плеча Пака на талию, Чим уже реально не мог соображать. Изможденный, голодный, он не мог даже и слова сказать. Внутри у Юнги разыгралась немалая злость, он не понимал действий Чимина. Почему он даже не возражает, неужели он позволяет каким-то ублюдкам пользоваться его телом? Вот придурок. Юнги побежал к шайке и хорошенько треснул по лицу главаря. — Че, вы, блять к бедному парню пристаете, пошли нахуй отсюда. — рыкнул Юнги, смотря на них зверским взглядом. Всё же Юнги чувствовал вину в том, что тогда напугал Чимина. А вдруг это из-за испуга Пак такой странный. Поэтому Юнги просто не мог оставить парня одного. — Хах, ты че совсем ахерел?! Ты кто вообще такой? — Тебе знать это нахуй не надо. — прошипел Мин и со всей дури ударил кулаком по челюсти главного из шайки придурков. Парней было от силы семеро, Юнги прекрасно понимал, сейчас все они накинутся на него, поэтому бежать — всегда хороший выбор. Быстро схватив Чимина за руку (тот кстати удивился, впервые показав хоть какую-то эмоцию на лице за последнее время), парни побежали со скоростью школьников, которые бегут из школы домой. — Фууух. — выдохнул Юнги, плюхаясь на диван в каком-то заброшенном доме, в который они забежали, дабы спрятаться. Чимин стоял, оперевшись об подоконник, и начал во всю смеяться. Юнги честно ахерел. Как бы он спас Чимину его жопу, да ещё им пришлось немало так пробежать, а все что делает Пак, так это ржет как конь. Чимину и вправду весело, и он чувствует себя в безопасности. Он чувствует нотки счастья, что он кому-то не безразличен, и кто-то помог ему. — Эээээ… С тобой все хорошо? Головой случайно не ударился? — с удивлением произнёс Юнги. Чимин выглядел в глазах Юнги, как невинный ребёнок, светящийся весь внутренним светом, глаза наполнились искренностью, а улыбка у парня была во все тридцать два. Юнги начинает понимать, когда он ещё встретит такого странного парня как Чимин? — Ты выглядел как герой какого-то американского крутого боевика. Но что ты там забыл? — Могу соврать, что шёл в магазин, а честно я решил проследить за тобой, ибо ты выглядел слишком подавлено. Вот она прямолинейность и простота Юнги. Браво, теперь Чимин подумает, что Мин какой-нибудь маньяк или сталкер. — Моя жизнь и вправду жалкая, да? Скитаюсь по городу целыми днями, и приключения в виде проблем находят меня сами. — улыбка с лица уже спала, взгляд опущен вниз. Стыдно признавать, свою никчемность и беспомощность. — В жизни может случиться абсолютно всё. Мы не можем быть уверены в завтрашнем дне. — А что, если моя жизнь изначально была хреновой? — Мир несправедлив, особенно к таким искренним людям как ты. Юнги поднялся и направился прямиком к Чимину, в надежде успокоить его и остановить слёзы парня. Но что делать, когда ты Мин Юнги, и ты понятия не имеешь, что же делать в таких ситуациях. — Прости, я не знаю твоего имени, но ты кажешься до жути знакомым, пожалуйста не плачь. — Юнги наклонился к парню и аккуратно обнял его. Тепло под кожей переливалось по венам. Приятно. Чимин все же не понимал такой доброты со стороны незнакомого человека, который по сути его чуть и не сбил. Может стоит довериться? Последний разочек. Можно ли Чимину идти на такой опасный поступок. Быть обманутым всеми уже наскучило, может этот парень и впрямь искренен? — Слушай, идём обратно ко мне домой, ты все расскажешь, может, я смогу помочь тебе. Чимин лишь кивнул головой, осторожно отходя от Юнги. Пак боится довериться Юнги, но есть ли у него выбор? Лучше уж пойти с Мином, чем так же бродить по городу в поиске счастья. Но вдруг, Чимин уже нашёл своё счастье, просто не замечает его? Что если Юнги тот самый, который вытащит Пака из этого гребанного дерьма? Время покажет. Два парня идут при свете луны, вокруг тихо и слышно каждый шорох, но неловкое молчание прерывается. — Может ты уже скажешь как тебя зовут? — Пак Чимин. — коротко ответил парень, пряча руки в карманы. — Я Мин Юнги. Прости, приятным знакомством это не назовешь. Спустя пару минут, парни уже общались, а порой даже смеялись так, будто они знакомы уже не первый год. Странное явление, но может ли правда, что Юнги уже однажды был знаком с Чимином? Люди так быстро не сходятся. Судьба ли это, или простое влечение Юнги к Чимину. Совпадений не бывает. Жизнь построена лишь на наших поступках. Все зависит от нас самих. В квартире Юнги, Чимин вновь почувствовал этот резкий запах мяты. Ему это определённо нравится. День был тяжелым, как и морально, так и физически. Чимин, не спросив разрешения у Юнги, плюхнулся на диван и свернулся калачиком. Юнги улыбнулся. Похоже у Чимина есть невероятная способность менять людей в лучшую сторону. — Сколько же тебе лет? Выглядишь совсем ребёнком. — мило улыбнувшись спросил Юнги, подходя к Чимину, и включая телевизор. — Семнадцать, в следующем году должен был покинуть интернат. — Чимин, живи у меня, я все равно дома бываю редко. — Почему ты делаешь это? Почему ты постоянно стараешься помочь мне? А Юнги и сам не знал. Почему он помогает какому-то парню, который так резко появился в его жизни, и похоже ещё круто изменит её. — Я уже говорил, мне кажется, мы знакомы, и я просто забыл тебя. Ты же не всегда жил в интернате. — Ладно, хорошо. С сегодняшнего дня, Хён, я буду жить с тобой! — торжественно сказал Чимин и начал прыгать на кровати, прибавляя звук телевизора. А теперь Чимин чувствует себя намного лучше. Что-то в его жизни резко меняется. И сейчас, он хоть и не совсем, но доверяет парню с мятными волосами и всеми лёгкими вдыхает его запах. Ему это определенно нравится. — Идем есть, Чиминни. — ухмыльнувшись сказал Юнги и подтолкнул Чимина на кухню, — Но сначала иди в душ! — Бесишь. — Чимин состроил обиженную моську и скрестил руки на Груди, показывая Мину язык. — Иди уже, мелкий. Дверь в ванную комнату захлопнулась и Юнги остался на кухне, наедине со своими мыслями. За готовкой мысли о милом Чимине не прекращались, Юнги ещё больше хотелось узнать о Паке. Мин начал набирать на телефоне, давно запомнившийся номер телефона старого друга. — Привет, Намджун. Есть работа. Услышанное следом, произвело на Юнги огромный шок. Он точно не ожидал такого. Один звонок, и он уже знает все про Пака. Сейчас совсем нетрудно найти того или другого человека. Имя — это все, что нужно. Ну деньги это само собой конечно. — Пак Чимин? Щас проверю. — говорил суровый голос с другого конца. — Родился в семье, владеющей одной из самых крупных компаний. В 13 лет, ехал с родителями в машине, произошла страшная автомобильная авария, все погибли, а мальчика так и не нашли. — Что? Это та компания лучшего друга моего отца? Не может быть… Юнги не понимал. Почему такой парень, как Чимин должен был вынести все эти ужасы? С ним нужно быть нежным, добрым. О нем нужно заботиться. Он слишком хорош для этого мира. Но почему же он ничего не помнит? Что произошло в тот день? Но Юнги точно знал, теперь он ни за что не отпустит Пака. У него появился новый фетиш по имени Чимин. — Юнги-хён, — смущенно произнёс Чимин, укутавшийся в полотенце, — Можешь дать мне какую-нибудь одежду, я свою постирал. Юнги от вида такого смутившегося парня, начал заливисто смеяться. Слишком мило, Чимин, слишком. — Поищи что-нибудь в комоде в спальне. И приходи сюда, я приготовил вкусняшку — сказал Мин, улыбаясь во все тридцать два. В гардеробе Юнги было слишком много чёрных обтягивающих джинс и кожаных курток. Среди груды одежды, Паку все же удалось найти широкую майку, которая на Чимине была больше похожа на платье, и какие-то мешковатые шорты. Чимин приподнял челку вверх, открывая вид на его глубокие и красивые глаза. Пак даже подумал, что если приглядеться, то он и вправду похож на красавчика-милашку. На прикроватном столике красовались какие-то документы, и Чимина почему-то они заинтересовали. Странно. Лазать в личных вещах другого человека неприлично, но Пак сам не понимал почему его тянет посмотреть, что же это такое. Чимин лишь прочитывает броское название какой-то компании, которое само по себе заставляет обратить на него внимание. Золотые буквы огромным шрифтом напечатаны на листе А4. YGC Entertainment. Увидев название, в голове Чимина раздаётся звук колоколов, будто молотком ударили. Чимин хватается за голову, боль не прекращается. Сознание затуманивается, голова начинает кружиться, в глазах плывет, и только какие-то отрывки давно забытых воспоминаний проносятся быстрым шлейфом. И он опять теряет сознание, браво, Пак Чимин. — Чимин! — кричит мятноволосый парень с кухни, — Ну где он так долго?! Юнги недовольно шагает в свою комнату, чтобы поторопить парня, но открыв дверь, он быстро подбегает к парню и хватает его, нежно опуская на кровать. Гребанный Чимин. Мин недоумевает, почему Пак постоянно то падает, то попадает в какие-то передряги, в общем не сидится ему спокойно, ну или приключения сами ищут его задницу. Сейчас Мин не будет его будить, Паку нужно отдохнуть. Слишком тяжела его жизнь для подростка. Пожалуй, Юнги хочет облегчить его жизнь, а причину он уже понял, и вскоре расскажет все невинно спящему Чимину. But, not today. Прохладный ветер дует прямо в лицо, Юнги, будто старается выбить весь этот завораживающий запах мяты, что так и веет от парня. Закуривая сигарету, парень видит вдалеке знакомую фигуру, и сразу выпускает ядовитый дым из лёгких, создавая над собой небольшое туманное облако. — Юнги? А я как раз к тебе шёл. — пожимая руку Мину, сказал Намджун. — Да ладно, че хотел? — затягиваясь дымом ещё раз, сказал Мин. — Зачем ты спрашивал про того паренька? — Хён, мне кажется он тот сын друга моего отца, с которым мы дружили, пока не случилась та ужасная авария… — грустно улыбнувшись сказал Мин, бросая сигарету на холодный асфальт. — Я накопал больше информации, и тебе не кажется, так оно и есть. Совпадений не бывает? Судьбы не существует? Мин верит, жизнь сама захотела свести их снова. Вместе. Спустя семь лет, Мин до сих пор помнит, как они веселились, сколько счастливых воспоминаний он хранит в своём сознании. Помнит, как дразнил милого мальчика, а потом успокаивал его, когда тот ревел из-за всякой ерунды. — Ты весь светишься, что с тобой вдруг случилось? — Джун внимательно смотрел на друга. — Да так, вспомнил кое-что. — улыбнулся Мин и опустил взгляд на догорающий окурок, мирно лежавший на асфальте. Юнги кинул на Джуна последний взгляд и направился в подъезд дома, оставляя друга одиноко стоять под тёплым светом уличного фонаря. Юнги заходит в комнату, и от вида спящего Чимина умиляется. Как ребёнок, совсем не изменился. И почему это всё, вынес именно Чимин? Юнги вспоминает какие милые щечки были у Пака, как он любил потянуть за них, и постоянно говорил Чиму меньше есть, а тот обижался, но Юнги до жути нравилось дразнить мелкого, а ещё больше нравились его милые чиминовские щечки. Юнги думает, что он сошёл с ума, но ему безумно хочется дотронуться до пухлых губ Пака. Слишком притягательно. Мин проводит пальцем от губ Чима, до тонкой шеи с выраженными ключицами. Чимин даже во сне заманивает Мина в свою ловушку. А Юнги и рад поддаться. Разве это плохо? Мин Юнги просто поцелует Пака, пока тот спит сном младенца. Хах, он даже не узнает. Юнги наклоняется к пухлым и красивым губам парня и осторожно дотрагивается до них. Недостаточно. Мин просовывает язык внутрь, ему уже кажется, будто Пак поддается ему и пытается отвечать на поцелуй, но это лишь иллюзия. Мираж, созданный самим Юнги. Просто мятноволосому парню уж очень хочется верить, что это правда. И он надеется, что воображение, когда-то станет явью. И когда Юнги стал таким дружелюбным и обаятельным? В тот день, когда почти сбил Чимина? Или когда впервые спас Пака? А может, он всегда таким был? Просто когда Чимин считался без вести пропавшим, Юнги замкнулся в себе и закрылся от всего мира, а сейчас Чимин тот, кто постепенно возвращает настоящего Мина. И Чимин, сам того не замечая, становится более увереннее, чувствуя чью-то поддержку. Мин отталкивается от Пака, боясь разбудить его. Стоя перед парнем, Мин жадно облизывает свои покрасневшие губы. Сладко.

***

— Утречка. — сонным голосом бубнит Чим, появляясь во входном проёме, слегка приподнимая майку и поглаживая живот. Все ещё сонный, с еле-еле открытыми глазами, со следом на щеке от подушки, да ещё и со взъерошенными волосами. Так и хочется затискать. Он словно кукла, дотронешься — исчезнет или сломается. С ним нужно быть аккуратным, нежным и заботливым. Слишком уж он мягкотелый. — Ты хорошо, конечно, меня вчера напугал. Что произошло? — Да вроде ничего… Ааа, — неуверенно начал Чимин, тут же запинаясь, вспомнив что-то, — Я увидел какие-то документы на тумбочке и прочитал название какой-то компании, а потом голова сама закружилась. Я даже ничего не понял! — быстро сказал Чимин, и громко выдыхая, будто он только что от собаки дворовой бежал. Юнги плохо соображал, что за документы валяются в его же доме, но возможно ли, что у Чимина может вернуться память? Если он вспомнит, то оставить его у себя будет в разы легче. И сейчас это звучит, будто Чим игрушка какая-то, но Юнги просто слишком привязан к Паку. Ну или он нравится ему. А может он любит его? — Чиминни, ты ничего не помнишь из своего детства, до того как ты попал в интернат? — Ч-что? А ну помню, ну там… А что? — голос парня задрожал, лицо стало серьёзным, в глазах разглядывались слабые нотки страха. — Врёшь. Ты ничего не помнишь. — это даже прозвучало как-то грубо со стороны Юнги. — Всё я помню! Меня забрали какие-то люди и всё! — Ты даже родителей своих не помнишь. А ты вообще уверен, что ты Пак Чимин? Слёзы быстрыми ручьями начали скатываться по щекам Чимина. Юнги говорит правду, Пак ничего не помнит. Но ещё хуже, что Чимин отказывается верить в это. «А если я не Чимин, то кто же я?» — проносится в голове Пака. Ему больно. Почему Юнги-хён так давит на него, Пак не понимает. Хочется бежать, но куда? Опять на улицу, и быть избитым и униженным? Вариант не очень. В сердце так больно, голова раскалывается, а в сознании порой пролетают какие-то воспоминания, но надолго не остаются, сразу же исчезают. Щас бы крылья сзади, как у птицы, и улететь от этих проблем, от этой бессмысленной жизни. Или сесть на поезд, который будет ехать бесконечно вперёд, не останавливаясь. Никаких проблем, никаких людей, никакой жизни. Но разве это лучший выход? Чимин сам себя не понимает. Слишком сложно. Он просто поплачет и все будет хорошо, правда? — Ч-чимин, ну ты чего, я же не всерьёз. — голос у Юнги тоже ломается, не так сильно как у Пака, но заметно. Юнги не умеет успокаивать людей. Слёзы других не выносит, все время пытается покинуть ревущего и страдающего человека, но Чимина он ни за что не бросит. Мин подходит медленными шагами к парню, и обнимает сзади, отвернувшегося от него парня. Приятно, тепло и так уютно. Слёзы Чимина становятся тише. Слишком гипнотизирует запах мяты, слишком притягивает Юнги. — Чиминни, я расскажу тебе всё, если ты доверишься мне и перестанешь плакать. — шепчет Юнги, обжигая кожу парню своим дыханием. Чимин сейчас расплавится от такого уютного и заботливого Юнги. — Угум. — слабо кивает Чим, опуская краснеющий взгляд в пол, что делает его ещё милее. — Знаю неожиданно, но ты был наследником большой компании, которая сотрудничала с компанией моего отца. Наши отцы были лучшими друзьями, учились вместе, женились в одно время, а потом и мы родились. Однажды мой отец привёл меня к тебе в гости, и до тринадцати лет, мы с тобой были друзьями. Но потом… Вы поехали на какую-то встречу всей семьёй, и произошла страшная авария. Глаза Чимина расширились, слёзы все ещё текли, но очень медленно, будто специально растягивая душевную боль. А еще, Пак понял, что какой-то несчастный случай сломал ему жизнь и заставил жить, постоянно страдая. — Но, стой… Все погибли кроме меня? — голос вновь ломается, слёзы капают на каменный пол, отдаваясь неприятными звуками. — Да. Я не понимаю, как ты выжил. А ещё непонятно, как ты выбрался оттуда. Тебя не было когда приехала скорая, и ты до сих пор считаешься без вести пропавшим. Без понятия, по каким документам ты жил в интернате. — Но у меня же были другие родственники, почему они не забрали меня? — слёзы опять усиливаются, ноги пошатываются, боль усиливается. — Ты же знаешь, люди не все такие добрые и хорошие как ты, Чиминни. Они забили на тебя и забрали твою компанию. Чимин, теперь мы всё сможем вернуть, я рядом. — Юнги подходит к Паку как можно ближе, осторожно хватая того за руку, и сцепляя их пальцы. — Мин, я сейчас вернусь. — пробубнил Чим, неловко отдергивая руку, и другой вытирая слёзы. Чимин быстро одевается в ту одежду, что валяется неподалёку. Главное, чтобы Юнги не увидел, что Чимин ушёл. И нет, не думайте, что он решил сбежать или что-то в этом роде. Просто ему нужно проветриться. Проанализировать всю полученную информацию, остаться наедине со своими мыслями. Понять, что же делать. Аккуратно закрывая дверь, Чимин выбегает на улицу со всей силы раскрывая дверь. Он чувствует себя свободным, и сейчас он ходит по уже знакомым улицам и рассматривает всякие мелочи, следит за людьми. Навстречу Чимину попадаются то счастливые семьи, то парочки, но и хмурых людей тоже достаточно. А раньше Пак не обращал внимания на все эти детали. Сейчас он думает о своих чувствах к Юнги. Он благодарен, что тот ему помогает, что заботится о нём, но сможет ли Чимин отблагодарить Мина? Чимину нравится запах Юнги, нравятся его мятные волосы, нравится его фарфоровая кожа и тёплые ладони, с красивыми и длинными пальцами. А ещё ему до жути нравится обнимать Юнги, а Мину тем более, правда Чимин ещё не знает. Пак, блуждая в собственных мыслях, не замечает ничего вокруг. Переходя дорогу, Пак попадает под машину, даже не успев взглянуть на неё. Глаза полны страха, тело будто трясется, но оно неподвижно. Пак лежит без сознания, на мокром от недавнего дождя асфальте. Небольшая лужица крови появляется на дороге, глаза закрываются, но хочется кричать, кричать что есть силы, но удаётся лишь тихо прошептать: — Ю-юнги… Люди подбегают к парню, водитель застыл на месте. Кто-то начинает фотографировать, снимать, кто-то одаривает парня взглядом полного сожаления. Но Чимину нахрен не нужно это сожаление, он не просит вашей жалости. Четыре часа после ухода Чимина. Юнги рвёт и мечет. Чимин пропал, его нет нигде. Мин уже прошёл все соседние дворы и даже спрашивал прохожих не видели ли они низкорослого парня с каштановыми волосами. Юнги начинает названивать Джуну, тот не берет. Юнги просто горит от злости, неужели Пак бросил его и сбежал? В голове Мина появляются самые ужасные мысли, он начинает обзванивать все больницы и полицейские участки. — К вам недавно не поступал парень семнадцати лет? — звонит Юнги в очередную больницу. Голос груб и серьёзен, даже пугает медсестру. — Да, поступал, два часа назад. Юнги бросает трубку и срывается с места. Гребанный Чимин. Всегда найдёт приключения. Юнги слишком волнуется, руки иногда потрясывает, в голове пульсирует, а в сердце больно. Он не выдержит, если Чимин ещё раз исчезнет из его жизни, и в этот раз навсегда. Юнги снова будет жить, замкнувшись в себе, не обращая внимания на других людей, да что там, ему будет чисто насрать на себя самого. Смысл жизни исчезнет вместе с Чимином. Врываясь в больницу, все смотрят на Мина. Ну конечно, когда ещё увидишь такого взволнованного парня с мятными волосами, да ещё который сносит все со своего пути. Подбегая к стойке с работниками, Мин требует показать ему недавно прибывшего парня семнадцати лет. — Что случилось с этим парнем?! — Успокойтесь, пожалуйста. Смерть парню не угрожает. Он попал под машину и получил сотрясение, с кровотечением. Ему повезло, машина ехала медленно. После долгих уговоров, Юнги все же заставил медсестру отвести его к Чимину. Мин осторожно открывает дверь в палату и окидывает медсестру недовольным взглядом, намекая, что ей нужно выйти. Чимин лежит на койке, укутавшись в одеяло, на голове какие-то бинты. Приборы надоедливо пикают, действуя прямо на мозги, но зато доказывают, с Чимином все будет хорошо. Юнги обходит кровать и подходит к Чиму, бережно гладя по руке, а потом и вовсе скрещивая их пальцы. Все такой же теплый. Ты же настоящий? Ты больше не исчезнешь? — Х-хён. — еле слышно говорит Пак, приоткрывая глаза. Из уголков глаз медленно стекают слёзы, а на лице Чима появляется улыбка, — Я всё вспомнил, и прости, я такой дурак. Улыбка сквозь слёзы. И сейчас это не слёзы горести или грусти, это самые настоящие слёзы счастья. Жизнь Чимина начинает налаживаться. Чёрная полоса сменяется белой. Юнги не может поверить, неужели это реально? Юнги резко обнимает Пака, а тот находится в эйфории. Запах мяты и Мин Юнги — всё, что нужно Паку. Он сходит с ума. Голова кружится, всего лишь от запаха, а что будет дальше? — Мы должны вернуть твои щёчки, Чиминни. — мило говорит Мин, вбирая запах Пака прямо в лёгкие. Затуманивает голову. — Тебе же они не нравились. — надувая и без того пухлые губки, возмутился Чимин, делая вид обиженного. — Такой милый. — сказал Юнги, тепло улыбаясь и взъерошивая волосы парня. — Хён, мне кажется… Я… — начинает Чимин, как Юнги резко перебивает Пака, просто хочет сказать это первым. — Я люблю тебя, Пак Чимин. — произносит Юнги, ещё крепче обнимая Пака. Глаза Чимина расширяются и начинают блестеть и искриться. Лицо и ушки мило розовеют. Чимин счастлив. — Я тоже т-тебя л-люб. — запинаясь не договорил Чимин, как палец Юнги дотронулся до его губ и заставил прекратить говорить. — Тшш, потом скажешь, мелкий. — ухмыльнулся Юнги, не скрывая игривой улыбки. — Какой я тебе мелкий? Мне семнадцать! — прокричал Пак, заставляя Мина сесть на кровать. Чимин стал щекотать Юнги и заливисто смеяться, но в голове смех отдавался неприятной болью, но Чим терпел. Он хотел вдоволь наслаждаться всеми моментами с Юнги. Мин перехватил инициативу, и осторожно навис над Паком, щекоча его за рёбра. Мин резко остановился, и Чимин недоуменно посмотрел на него. Не успев что-то предъявить, Чимин уже поддавался сладким губам Юнги. Мин целует Пака нежно и глубоко, закрывая от наслаждения глаза. Чимин сходит с ума, ему слишком нравится. Слишком много Юнги в голове Чимина. Слишком мало кислорода для поцелуя. Юнги нехотя отстраняется от Пака, дав тому отдышаться. — Теперь можешь говорить. — приказательным тоном говорит Мин, ухмыляясь. — Я тоже люблю тебя, Мин Юнги. Теперь в их жизни начинается новая светлая и счастливая полоса. Юнги больше не отпустит Чимина, а Пак в свою очередь ни за что не сбежит. Слишком уж обезумел Чимин от запаха свежей мяты.