Чёрно-Белая Душа. Второй шанс.

***

      После вчерашней битвы морда Локи была похожа на старую половую тряпку: мятая, в ссадинах и синяках. Вчера в темноте, даже при слабом свете костра, этого никто не заметил, но сегодня от его мордашки вся группа просто потеряла дар речи. Первой, естественно, стала Милена. Она уснула крепко обнимая своего любимого, как плюшевую игрушку, а утром её правая лапка лежала на его лице. Шерстинки защекотали ему нос, и оба проснулись после того, как Локи громко чихнул.       — Ой, что?.. Что случилось? А-а-а-а, — широко зевая, она повернулась к Локи. — Доброе… утро. Мамочки, ну ты и красавец.       Он привстал, потрогал морду и спросил:       — Что, сильно? — она достала из кармана куртки маленькое зеркальце и протянула ему.       — Охренеть! Мама меня убьёт! Блин, я похож на старого бомжа.       — А по-моему, ты похож на раненого солдата после великой битвы. Я люблю военных.       — Ага, но наша армия в этой битве явно проиграла. Вот что я маме скажу? — в этот момент по щеке Милены побежала слеза. Ей стало очень стыдно. А Локи сидел, уткнувшись лицом в колени.       — Прости меня, — она схватила его за лапу и прижалась к плечу. — Это я во всём виновата… Из-за меня тебе досталось. Прости, я такая дура! — а потом и вовсе стала реветь.       Леопард был в шоке. Этого он точно не ожидал. Внутри Локи что-то замкнуло, и он прижал Милену к себе, после чего стал гладить её по голове, пытаясь тем самым успокоить. Мысли и чувства в его голове стали похожи на мутную кашу из совершенно несовместимых ингредиентов. С одной стороны — это внезапно ворвавшаяся в его жизнь плакса, виновница каждого синяка, каждой садины и царапины на его морде, но с другой — она очень интересная, милая, красивая и очень похожая на него самого не только внешне, но и внутренне. Возможно, он ждал именно её, но он этого ещё не понимал.       «Ну что ноешь, дурочка? Что же мне с тобой делать?»       — Ну, хватит, перестань, а не то я тоже заплачу, — она подняла свои мокрые, слегка удивленные глазки и спросила:       — А ты-то почему заплачешь?       — Не знаю. Просто мне в плечо ещё никто никогда не ревел. Очень заразителен девичий плач.       Он вытер ей щёки рукавом и сказал:       — Тебе умыться надо. А не то липкая потом будешь.       — Ты самый лучший. Си Джи был грубый, как сухарь, скучный и тупой, как пень, а ты добрый, заботливый, как мама, — от этих слов Локи улыбнулся во весь рот.       — Ха-ха, какая неприкрытая лесть. «Как мама»… Ну ты и сказала. Ну… Может, пойдём уже?       — Да. Наверно, уже пора.

***

      — Локи, бро, как ты думаешь, у нас где-нибудь есть секции самообороны?       — Чёрт его знает, я не интересовался.       Парни, в сопровождении своих девушек (которые сами шли налегке), не спеша, ссутулив плечи под тяжестью сумок, топали по домам. Это приключение они не забудут никогда.       — Так зачем искать? Вас папа мой научит. Он в морской пехоте был инструктором по АРБ.       — Чего? — Аманда повернулась в сторону Дэвида и немного приподняла правую бровь.       — Ну, «АРБ» — Армейский Рукопашный Бой. Классная вещь!       — Что-то по тебе незаметно… — усмехнулась Викси.       — Мне оно было не нужно. Да и он не особо стремился меня научить, — внезапно Микки стало очень интересна личность отца Дэвида.       — Дэвид, бро, я вот сколько уже с тобой знаком, а до сих пор не знаю кем работает твой папа. Я вообще о нём ничего не знаю. Кто он?       — Да! — вставил Локи из-за плеча друга.       Ему тоже стало интересно. Все замерли и посмотрели на Дэвида. Тигра как будто схватили за яй… кхм.       — Ну, что уставились?! Он директор в одном из супермаркетов в Зверополисе. В армию пошёл, чтобы бесплатно выучиться в институте, а АРБ он всю жизнь занимался! Довольны?!       — Да, спасибо, нам достаточно.       — А успеете и репетировать, и учиться, и размахивать кулаками? — спросила Аманда.       — Ну, а что поделать? Будем стараться.

Утро следующего дня

      Микки стоял у двери дома Дэвида. Локи придти не смог. Съел что-то не то. Сейчас было необходимо уговорить главу семьи (фамилии которой он пока не знал) научить его хотя бы базовым приёмам. На часах 11:04, прошло уже четырнадцать минут, а дверь никто не открывал. Странно. Дэвид говорил, что сегодня все будут дома. Спустя ещё шесть минут дверь всё-таки открылась, и на пороге дома стоял огромный накачанный тигр. Нет. ТИГРИЩЕ! Его глаза были слипшиеся, едва приоткрытые от недавнего сна. На нём была чёрная майка (какие в морской пехоте носят все, от рядового до полковника), тёмные джинсы, на поясе которых красовался старый, едва потёртый парадный ремень, а на ногах, абсолютно не в тему, были белые домашние тапки. При виде такого крепкого парня Микки сглотнул комок слюны. Дрожащим голосом он сказал:       — Доброе утро, с-сер.       — О, маленькая копия нашего мэра.       — Ха-ха, смешно, — голос тигрёнка звучал с ноткой паники.       — Заходи, разувайся, — Микки робко сел на диван в гостиной.       Папа Дэвида открыл холодильник и спросил:       — Пиво не хочешь?       Микки недоумевая ответил:       — Что простите?       — А-а-а, тебе же рано, да. Ну, извини, ничего другого у нас по утрам, обычно, не бывает.       Потом морпех достал бутылочку Миллера и пошёл в сторону комнаты Дэвида. Вскоре пришёл и сам Дэвид.       — Доброе утро, братишка, — он протянул лапу своему гостю.       — Доброе, — ответил тот.       — Ну что, договорился?       — Слушай, я так его испугался, что даже не мог ничего сказать.       — Пх-ха-ха-ха! — держась за живот, Дэвид упал на диван.       — Ну что ты ржёшь?       — Блин, фух! Да что, да что его бояться? Он добрейшей души тигр. Бро, я бы с тобой ещё посидел, но мне срочно нужно бежать. Я тут нашёл возможность заработать немного баксов; сотню, другую. Так что я побегу.       — Тебе деньги нужны, может, тебе занять?       — Да не. Просто деньги-то лишними не бывают. Да и присмотрел я тут пару новых блинов для своей установки, ну и они, естественно, весьма недешёвые. Ну, ты давай, дерзай, — и Дэвид похлопал его по плечу, после чего направился в свою комнату.       — Стоп! — Микки развёл лапами. — Я вдруг понял, что я совершенно не знаю… Да я ничего толком о тебе не знаю, ни фамилию, ни как зовут твоих родителей.       — Даменцкий — моя фамилия.       — Кхм. Как-как? — Микки еле-еле сдерживал улыбку.       — Даменцкий. Дэвид Даменцкий, а что такое?       — Евреи, что ли?       — Воу-воу, какие евреи? Поляки. Ну, то есть батя-то поляк и то, не стопроцентный. А я, ну, я, может, процентов на шестьдесят.       — О’кей, ладно, а зовут как?       — Антоний.       — А Аманда хоть знает? — Пф-ф. О чём речь? Конечно, знает. Так, если что, то я пошёл, а он сейчас придёт.

Спустя несчётное количество минут

      Наконец-то хозяин дома соизволил спуститься.       — Мистер Дамен… Даменски… нет. Мистер Да-мен-цкий, фух, сэр, я хотел спросить…       — «Пан» Даменцкий, извольте, «Герр» Круп.       — Пан, Дэвид сказал, что вы можете научить меня, этому… у-у-ух, АРБ! Точно, АРБ!       — АРБ, говоришь… — Антоний почесал подбородок и сказал: — Ну давай!       — Прям так сразу? — тут-то в голову Микки проник червь сомнения. Ну не может быть всё настолько просто.       — Да. Только вот, видишь ли, у нас на заднем дворе газон нестриженый, а я что-то так устал. М-да. Короче, надо подстричь. Косилка там же, в кладовке, в общем, увидишь.       — Газон?       — Да-да, газон. Ну, вперёд!

***

      Сначала газон на заднем дворе, потом на лужайке, затем стрижка кустов, после смёл листву с крыши, потом её убрал, сбегал за пивом, пропылесосил все ковры, вымыл посуду, вынес мусор. Микки весь день выполнял «приёмы АРБ» с газонокосилкой и садовыми ножницами в лапах. Всё это время Антоний либо молча наблюдал из окна, либо, стоя на крылечке с бутылкой пива в руках, указывал то на неравномерную длину газона, то на торчащие ветки на кустах. Тигр устал как Пёс.       — Пан Даменцкий, я весь день занимался всем чем угодно, но только не боевым искусством. Скажите, когда уже будет АРБ? — держась за спину и тяжело дыша, выдавил из себя Микки.        Антоний сидел в кресле возле липы, а тигрёнок напротив него.       — Скажи, а зачем тебе вообще Армейский Рукопашный Бой?       — Чтобы иметь возможность дать по щам, а не получить… Фух. По ним.       — А ты не боишься, что будет тяжело или больно?       — Больнее, чем если бы меня избили? Не думаю.       — Я неделю упрашивал Дэвида хотя бы подстричь травку во дворе, а тебе даже не пришлось что-то объяснять, — Антоний встал с кресла, стоявшего на крыльце, и подошёл к Микки. — Другой бы на твоём месте плюнул бы и ушёл. Но нет — ты всё ещё тут. Видать, тебе очень не хочется быть кем-то побитым. Я тебя научу, — и Большой тигр направился в сторону дома.       — А-а-а, я понял. Это всё была проверка?       — Что ты несёшь? Какая проверка? Мне просто нужно было убраться во дворе. Услуга за услугу. Приходи завтра и надень что-нибудь посвободнее и в ботинках своих, — тигр повернулся и указал пальцем на ноги Микки. — Ко мне не приходи в них -они меня напрягают. Кроссовки обуй или кеды. Сегодня можешь отдыхать, — Антоний встал у двери, повернулся и с усмешкой добавил: — Блин, на работе никто не поверит, что мне убирал двор сам сын мэра!       — До завтра, Пан Даменцкий, — в ответ прозвучал хлопок дверью.       Вздохнув полной грудью Микки не спеша пошёл домой.

***

      — Скажи мне, харя твоя пятнистая, почему ты вчера со мной не пошёл? — после тренировки Микки сидел на диване в доме Локи и потягивал через трубочку вишнёвый сок.       — Ну, а что я мог поделать? Йогурт просроченный оказался, и я полчаса с трона слезть не мог. Потом ещё живот болел. Ну как бы я тренировался? — рядом с ним сидел хозяин дома с точно таким же стаканом в лапе.       — А ты бы и не тренировался. Ты бы газон косил, — Локи вопросительно приподнял правую бровь.       — Чего?       — «Чего, чего»… ничего. Этот жулик меня заставил стричь газон, мусор выносить и прочей хренью заниматься. Я весь день бегал, как ужаленный. Сказал, типа: «Услуга за услугу». Гад! — в тот момент Локи взорвался хохотом и чуть не пролил сок. А Микки начал нервничать.       — Ты чего ржёшь?! Ты леопард или конь?! Хорош уже, без тебя тошно, — тигр начал толкать своего друга обеими лапами в плечо.       — Лихо он тебя развёл. Красавчик!       — Гы-гы-гы, смешно тебе? Ты если тоже хочешь научиться кулаками махать, то уж придётся так же побегать, — тут-то судорожный смех и закончился.       — Да? Ой! Что-то мне как-то перехотелось… Может, ты уже сам как-нибудь?       — А вот хрен тебе, понял? Договаривались вместе идти, значит, вдвоём и пойдём, — мордашка Локи погрустнела, и он жалобно посмотрел на Микки.       — А что ты так смотришь? Не выйдет! Как миленький пойдёшь. Не пойдёшь сам — за ноги оттащу.       — Эх, ладно. Расскажи, это трудно вообще? Ну, АРБ.       — Ну как тебе сказать?.. Сегодня я сначала отжимался до тёмных кругов в глазах, а потом он меня швырял по всему двору. Сказал: «Тебе нужно сначала научиться держать удар и уметь вставать через «не могу», — глаза леопарда наполнились неподдельным ужасом.       — Вот это нихрена себе, друг! Ты ещё не пожалел, что подписался на это?       — Я был просто не в состоянии о чём-то жалеть или думать. У меня в башне, кроме прилитой от давления крови, ничего не было.

***

      Локи стоило огромных усилий напросится в ученики к большому тигру. На следующую тренировку Микки притащил его с собой.       — Пан Даменцкий, это мой друг Локи. Вы не против, если он будет заниматься со мной? — Антоний держал в лапах банку пива и смотрел на них равнодушным, слегка холодным взглядом.       — Нет, — спокойным голосом, прихлёбывая пиво, ответил тигр.       — Но почему? — Локи подбежал к хозяину дома и вопросительно посмотрел ему в глаза.       — А ты кто такой? Ты мне не нравишься!       — Ну, вам трудно что-ли?       Большой тигр почесал затылок, взглянув на белого тигрёнка он сказал:       — Микки, поколоти его! — глаза Локи округлились и с ужасом посмотрели на своего друга, стоявшего позади.       Микки же, поняв по взгляду, что Антоний не шутит, лишь спросил:       — Сильно?       — Пока мне не надоест, — Даменцкий сел в кресло и стал наблюдать.       — Микки, бро, ты меня правда будешь лупить? У меня морда ёще с прошлого раза не зажила, — испуганно спросил Локи.       — Терпи, дружище, по-другому не получится. Я буду не сильно.       Антоний выждал минуту и скомандовал:       — В стойку!       Микки прикрыл морду кулаками, выставил левую ногу вперёд, а Локи робко попытался повторить движения своего спарринг-партнёра. Он испуганно ждал первого удара и, когда тигр дал команду «Бой», от страха просто полностью прикрыл голову лапами и, медленно отходя назад, стал пропускать один за одним удары в корпус. Первые несколько минут он пытался парировать от ударов Микки. Леопард терпел, растерянно ожидая, когда зрителю в кресле надоест наблюдать за его избиением. Но вместо команды «Стоп» он услышал:       — Да не метайся ты как кролик, бей! — из его глаза потекла слеза.       Пропустив очередной удар ногой в бедро и немного подкосившись, яростно рыча он собрал всю силу, боль и гнев и, что есть мочи, пробил ответный Лоу Кик Микки так сильно, что тот, скуля, упал на землю, схватившись за левый бок. Понимая, что он сделал, Локи уж было хотел помочь другу встать, но тут вмешался Антоний.       — Стоп! Стоять! — он встал из кресла и подбежал к тигрёнку. Аккуратно его приподняв, он спросил:       — Эй, ты как, пацан? Живой?       — У-у-ух, живой, — тяжело и еле слышно выдавил Микки.       — Чувак, ты меня прости, пожалуйста. Я так сильно не хотел. Очень больно?       — Да не-е-ет, что ты. Даже немного приятно, — немного обиженно ответил Микки.       — Ты башкой не стукнулся? — приподняв бровь, спросил Антоний немного испуганным голосом.       — Да шучу я, шучу, — тигрёнок продолжал держаться за больной бок.       — А вот что вы этим хотели выяснить? — повернувшись к тигру, недоумевая спросил маленький леопард.       — Если бы ты во время боя завопил что-то вроде, — большой тигр схватился за морду, скорчил гримасу и пропищал: — «Нет-нет, пощади!», то я бы и не подумал тебя брать. На кой-мне плаксы? А так… Что-то из тебя, может, и получится, — на морде Локи засияла улыбка.       — Эй, ты чего это надулся, как жаба? Не обольщайся, давай, а то зазнаешься ещё, — после этих слов улыбку как ветром сдуло.       — Ладно, котятки, отдыхайте. Сегодня вы уже изрядно побиты, — Антоний посмотрел на часы на лапе и с ужасом сказал: — Вот блин! Там футбол уже пятнадцать минут как идёт, а я тут с вами торчу! А ну-ка прочь с моего двора! Завтра приходите, — он спешно направился домой, а Микки и Локи, взявшись за плечи, развернулись, медленно и неохотно двигаясь к выходу.       — Слушай, я его начинаю побаиваться немного.       — Не ты один.       Тренировки проходили не каждый день из-за ненормированного графика Антония. Но парни исправно выполняли все упражнения и даже в отсутствие их тренера старались повторять прошлые занятия. Дэвид почему-то даже не наблюдал за тренировками, и Микки начало казаться, что в их отношениях с отцом есть какие-то сложности. Спустя несколько недель тренировок они уже знали базовые приёмы. Судьба решила их немного проверить и в один из дней…       — Как же меня задолбала эта история! Даты запомни, в фамилиях ударения правильно поставь! Ещё не забудь сказать какого цвета был плащ на Колумбе и сколько на нём было пуговиц, когда его индейцы встречали! — друзья шли домой, держась за рюкзачки после долгого учебного дня.       — А что там сложного-то? Вот что по-настоящему сложно — это математика! Формул, правил, законов, теорем как символов в китайском алфавите. Попробуй все запомни, — парни зашли за изрисованный кирпичный забор, прошли ещё несколько шагов и за следующим поворотом стояли… три леопарда. Те самые. Они рисовали чёрной аэрозольной краской огромную пятипалую ладонь.       — Эй, вы! Так это вы их рисуете?! Ах вы… — Микки замялся.       — Паскуды вы! Ему ругаться нельзя, а вы его провоцируете! — сказал из-за плеча Локи.       — Ого! Пацаны, вы гляньте кого нам ветром принесло! — тройка хищников возбудилась. Один из них поставил банку с краской на землю. Говорил тот же что и в прошлый раз — бывший парень Милены.       — Мы тогда с вами не договорили.       — Мой отец с шерифом… Они с ума сходят, не могут найти того, кто их рисует! Предлагаю вот что: вы сейчас уходите и не возвращаетесь, а я никому не скажу, что это вы их рисовали. Тихо спокойно без эмоций. Как вам предложение?       — А ты что это, зассал? Позорище! Может, как в прошлый раз девчонок своих позовёте? А, кстати, почему это тебе ругаться нельзя? — насмешливо спросил леопард в спортивном костюме.       После его слов Микки и Локи от гнева сжал кулаки.       — Он верующий! Католик!       — У-у-ух, ха-ха! А они ещё остались, что-ли? Я-то думал, что их уже нет давным-давно, — вдруг заговорил его приятель, стоящий у правого плеча.       — Знаем мы таких, папиных мажорчиков… А может, ты не ругаешься потому что боишься, что папа отшлёпает? — и леопард, и его друзья презрительно захихикали.       В этот момент белый полосатый кулак смачно залетел ему в челюсть. Что-то хрустнуло и тот упал. Недолго думая, Локи ударил в переносицу стоящему напротив сородичу, и тот, схватившись за нос и рыча, отошёл в сторону. Увидев, что его друзья «готовы», третий попытался за них отомстить и замахнулся на Микки. Тигр увернулся, сделал шаг в сторону и дал пинок пяткой тяжёлого ботинка по копчику нападавшего, и тот комически приземлился на голову. Микки и Локи подошли к тому, что лежал и, держась за челюсть и тяжело моргая, присели на корточки и сказали:       — Тебе повезло, что нападавшего на бедную крольчишку уже нашли. Иначе бы из-за твоих художеств за нападавшего приняли тебя, и ты бы пошёл по этапу. Тебе кажется, что это смешно? — Микки указал пальцем на чёрную лапу на стене.       — Девчонку чуть не убили, идиот! — добавил Локи, постучав ему по голове.       — Ну ничего, уроды, мы ещё увидимся! — еле-еле протянул лежавший на земле и державшийся за щёку парень. Друзья встали в полный рост и уже собрались уходить.       — В следующий раз мы с вами даже говорить не станем. Тигр сложил лапы, поднял голову к небу и, неспешно отходя, произнёс:       — Господи, прости сих неразумных. Они не ведают, что творят.

***

      На первую же репетицию Милена пришла с пятнадцатиминутным опозданием. Ребята сидели на старом диванчике в подвале, что-то весело обсуждая, и, когда забежала подружка Локи, сгибаясь под тяжестью чехла с гитарой на плечах, все оживились ещё больше.       — О-о-о, смотри, кто здесь! Мы уж думали, что ты не придёшь, — воскликнула Аманда, вставая с дивана.       — Простите, простите меня, пожалуйста! Я тут просто немного заблудилась, — стягивая с плеч гитару, сказала Милена.       — Ну, в общем, так… Играем мы в характерном для пауэр-металла ритме, перебирать пальчиками придётся быстро, так что, если у тебя дорогой маникюр, то… не обижайся, — разведя лапами, сказал Микки.       — Да какой там… «дорогой». Как же. Смотри, — и она протянула ладонь, — у меня его нет вообще, — размахивая головой из стороны в сторону, Милена спросила: — Ребятки, а у вас есть кабель для комбика? А то я свой профукала где-то. Вчера весь день искала, да так и не нашла.       — Да, у меня тут был где-то, — Локи принялся обыскивать подвал в надежде найти старый кабель.       Заглянув под диван, он вытащил длинный чёрный провод и передал его своей подружке.       — Ой, спасибо! Который раз меня выручаешь! — в знак благодарности она крепко его обняла и поцеловала в щёку. — Чтоб я без тебя делала? — Локи в ответ лишь скромно улыбнулся.       — Так, хватит обжиматься, подключай гитару и начинаем потихоньку, — всю идиллию прервала Аманда.       — Все табы для мелодий лежат на столе.

Конец репетиции.

      После первой же репетиции с новой участницей все остались крайне раздраженные. Когда Милена ушла, то даже мягкохарактерная Викси, прежде никогда не подававшая голос, не выдержала.       — Это полный кошмар! Она как будто совсем играть не умеет! Блин, меня аж трясёт всю! — измотанная группа сидела на древнем диванчике, оперевшись на его спинку.       — М-да, с таким темпом мы далеко не уйдём, — широко зевнув, сказала вокалистка.       Микки, сидя в садовом кресле напротив своих друзей, менял порванную струну, а Локи, широко развалившись на краю дивана, чесал затылок и глядел в пустоту. В его голову проникла спокойная, но в тоже время неприятная картина будущего. Играет Милена туго, если не сказать грубее: путает лады, не попадает в ноту и под её ритм играть было вовсе невозможно. Но и прогнать они её уже не могут. Расчёт группы втянуть её в ход работы максимум за неделю казался уже заоблачно оптимистичным. Сама гитаристка ушла домой в настолько подавленном состоянии, что даже ни с кем не попрощалась. Ей казалось, что теперь её спишут и не вспомнят или, быть может, даже поскорей забудут, как страшный сон. Локи понял, что нельзя пускать это на самотёк.       — Так, давайте её научим! Что нам теперь остаётся делать? Надо её натаскать! А выгонять её… Это как-то знаете… «Не торт»!       — Опачки! А не ты ли её выгнать хотел? С пеной у рта рычал: «Зачем она нам нужна?! Фанатка! А-а-а!» — скрючив гримасу психопата, спросил Дэвид.       После этого все вопросительно взглянули на Локи. Микки отставил гитару в сторону и тыльной стороной лапы хлопнул по локтю ударника.       — Да ты что, не видел как он с ней любезничает? «Ой! У меня где-то завалялся кабель! Сейчас я принесу его! О, любовь моя!», — встав на колено и томно вздыхая, он протянул лапы, как бы поднося в дар старый гитарный провод. Встав с колена, он добавил: — Втюрился паренёк! Не хочет её отпускать. Точно вам говорю! — после этих слов в чёрно-белое плечё тигра с солидным размахом прилетел кулак леопарда.       — Хватит уже, клоун! А не ты ли хотел этого?! Вот и получай!       — Ну да ладно, ладно! Хорошо! Вот ты предлагаешь её научить, да? А кто её будет учить? Я не могу, у меня учёба, тренировки, репетиции. Все дни, считай, по минутам расписаны.       — Я её научу! — во весь голос прокричал Локи.       — ТЫ? Ну, ты же, типа… басист, нет? — вдруг послышался голос Викси с другого края дивана.       — Ничего страшного, не велика разница — две струны. Научу.       — А репетировать когда будешь? — сложив лапки на животе, спросила вокалистка.       — А без неё у нас всё ровно никаких репетиций не будет! Что? Думали всё так просто будет? Ха! Придётся вам подождать недельку! Уж извините! — глаза всех внимавших округлились от бесконечно огромного удивления.       Взглянув на часы на запястье Локи выдал:        — Так, ребзя, вы как хотите, а меня дома мама ждёт на ужин. Так что я, пожалуй, пойду. До встречи! — упаковывая на ходу гитару в чехол, он поднялся по ступенькам и, хлопнув дверью, удалился. Повисла неловкая пауза.       — Вы его таким видели когда-нибудь? — спросил у всех Дэвид.       — Не-а, ни разу, — спокойным тоном ответила Аманда.       — Вот, что любовь делает! Я же говорил? Втюрился! Правда, удивляет, почему так быстро.

***

      Жизнь в военном интернате давалась Скай тяжело: постоянные физические нагрузки, ранний подъём, непривычное, «Армейское» питание, всё делалось в спешке, рядом не было ни мамы, ни папы; из развлечений только книги. Но в строгой казарменной обстановке были и свои плюсы: после долгой и усиленной муштры она привыкла к дисциплине; появились подруги, которых у неё никогда не было; голова теперь была ясная — не было лишних мыслей, лишних желаний; со временем она полностью окунулась в своё новое окружение, пусть здесь и нет родителей, но это даже лучше. Лисичка стала самостоятельной, взрослее, мудрее, решительней. Каждый день был похож на другой. Так бы она и превратилась в чёрствого солдафона, если бы не белый лис, Рэй, с которым она познакомилась в академии. Он присылал ей на телефон нежные сообщения, каждый вечер она болтала с ним в Скайпе, иногда даже не звонила родителям, лишь бы подольше поболтать с ним. В один из вечеров они, как всегда, болтали:       — Как прошел день?       — Ты представляешь, нам сегодня привели нового паренька — зебру! Всем клялся, что у него первый разряд по легкой атлетике, а утром на зарядке не смог два последних круга пробежать! Мы, пока ждали его, сотню раз отжались! Гад! Парни его даже побить хотели…       — Побили? — встревоженно спросила Скай.       — Нет, не побили. Головой в унитаз макнули пару раз и всё. Обещал больше не отставать, — спокойно ответил Рэй.       — Фу! Какой кошмар! Вы с ним поаккуратнее там! А не то он вас во сне подушкой задушит и будете потом знать! — всё это время он смотрел на свою собеседницу нежным, кротким взглядом.       — Тебе никто не говорил, что у тебя красивые глаза?       — Нет, никто.       — Я вот смотрю на них и оторваться не могу.       — Ой, ну хватит тебе. Ты меня смущаешь. Сейчас покраснею.       — Да ладно, никто не увидит! За шерстью же не видно.       — Всё равно.       — Я давно хотел спросить. Может, как-нибудь сходим в кино? — Скай, как и любая девушка на её месте, засмущалась.       — Ну… можно. Как будет свободный день — я тебе пришлю сообщение.       — Я буду ждать.