Новая игра, новые правила.

— Больше не могу, — отодвигаю тарелку и целую Джейми в щеку. Он смущенно улыбается. — Спасибо. — Приятно видеть такой аппетит, — говорит он, допивая сок, поворачивается ко мне. — Как ты себя чувствуешь? — Улыбка пропала, на смену пришел напряженный взгляд. — Все хорошо, — не хочу зацикливаться на этом. Глажу его по щеке и нежно целую. Чувствую, как он напряжен. Ох, Джейми, я так хочу все забыть. Его губы не отвечают на мой поцелуй, вздохнув, отстраняюсь. — Живот немного болит и голова, — признаюсь, понимая, что он не успокоиться.       Его глаза внимательно изучают меня, Джейми медленно выдыхает и касается пальцами моей щеки. — Я должен знать о твоем самочувствии, хорошо? — он смягчается. — Говори мне абсолютно все, — я киваю. — Сейчас мне очень хочется помыться, — тихо признаюсь, попав под его внимательный взгляд. — Хорошо, пойдем, — Джейми спрыгивает со стула, держит меня за руку, помогая аккуратно слезть, а потом уверенно направляется в ванну, я иду за ним. Мы будем принимать ванну вместе? — Садись, — мягко приказывает, указав на край ванны, я послушно присаживаюсь и наблюдаю, как он открывает кран. У меня на языке так и вертится вопрос, но Джейми догадывается сам и объясняет. — Я не могу оставить тебя одну, и тебе нельзя мочить бинты, поэтому помогу, — спокойно сообщает, как будто он всегда так делает. — Ты будешь мыть меня, как маленькую? — хмуро спрашиваю и опускаю взгляд на бинты. Это на самом деле так ужасно, как я себе представляю?       Джейми опускается на корточки передо мной, берет за руки и заглядывает в глаза. — Эй, в чем дело? — невинно интересуется. — Я хочу помочь.       Опустив голову ниже, отвожу глаза. — Дакота, — Джейми берет меня за подбородок и поднимает так, чтобы видеть лицо. — В чем дело? — Не хочу, чтобы ты мыл меня, как ребенка, — но вот мой тон не лучше, чем у маленькой девочки. Слегка расправляю плечи и меняю интонацию. Джейми хмурится, не понимая. — Это не сексуально, — шепотом добавляю. В его глазах появляются искорки, а губы вздрагивают в улыбке. — Не сексуально? — переспрашивает, улыбаясь шире. Я снова опускаю глаза. Вот только не надо надо мной смеяться. Но сама еле сдерживаю улыбку. — Малышка, — Джейми подвигается ближе и поднимает мое лицо. Улыбка из его глаз пропала, он предельно серьезный. — Я ни в коем случае не хотел тебя обидеть, — большой палец гладит мою щеку. Он вздыхает. — Скажи что ты хочешь, и я все сделаю.       Вижу в его глазах страх. Но чего он боится? Меня? Себя? Того что произошло? Не выносимо видеть эти чувства. Сердце сжимается. — Давай просто примем ванну? — аккуратно предлагаю и встаю на ноги, Джейми поднимается следом. — Хорошо, — он целует меня в макушку и стягивает с себя футболку.       Как приятно лежать в его теплых объятиях. Джейми монотонно гладит меня по бедру, он глубоко погружен в свои мысли, а я не хочу ни о чем думать и просто наслаждаюсь окутавшим нас ароматом. Не хочу подпускать к голове не одной мысли, иначе снова сорвусь. Хватит плакать. Ведь ничего страшного не случилось, Джейми вовремя оказался рядом. Он мое все. Мой спаситель. Моя опора. Мой друг и лучший в мире любовник. Лениво открываю глаза и поворачиваю голову, желая окунуться в серый омут родных глаз, но выражение его лица тут же рассеивает все мои приятные мысли.       Его лоб пронизывают глубокие складки, а рука замирает на моем бедре. Он смотрит куда-то вниз, на меня. Что он там увидел? Прослеживаю направление его взгляда и с ужасом замечаю бордовый синяк на животе. Ого. Не думала, что он такой большой и… синий.       Застывшая на бедре рука оживает и опускается вниз, направляясь к яркой отметине на моем животе. Замирает прямо над синяком. Задерживаю дыхание, наблюдая за его действиями. Опустив руку, Джейми касается пальцами чуть выше отметины. Я невольно охаю, он тут же отдергивает руку. — Больно?       Мотаю головой, и его пальцы снова тянутся к моему мокрому животу. Аккуратно касаются намного выше синяка и очерчивают вокруг. Мне не больно, даже немного щекотно. Ведь синяк это ерунда. Он пройдет. Слышу, как Джейми шумно тянет носом и зловеще рычит. — Я чуть не убил его.       О, боже. Его мысли куда мрачнее моих. Поворачиваю голову и встречаю подтверждающий взгляд. Он полон боли и раскаяния. — Я должен был его прикончить, — рычит он сквозь зубы, я вздрагиваю. Такое ощущение, что вода в ванне резко остыла. — Джейми, я в порядке, — тянусь рукой к его лицу и ласково глажу по щеке, но мои действия не производят никакой реакции, глаза остаются стеклянными. — Это ты называешь в порядке? — снова рычит он и машет в сторону живота и забинтованных рук. — Это ерунда, мелочи, — поворачиваюсь и морщусь от боли в животе. Черт. Джейми, конечно, это замечает. — Как ты можешь так говорить?! — он закрывает глаза и сильно их сжимает. — Могу, потому что ты остановил его, — Джейми мотает головой, не открывая глаз. Неуклюже поворачиваюсь, игнорируя тупую боль в животе, расплескивая воду на пол, и сажусь к нему на колени. Меня отвлекает любимое и такое желанное обнаженное тело, но сейчас душевное состояние Джейми важнее и на самом деле меня это начинает пугать. — Я не должен был допустить всего этого, — он мотает головой и наконец-таки открывает глаза, но они полны злости и отчаяния. Господи, любимый мой, ну перестань. Обхватываю его лицо ладошками, не давая возможности отвести глаз. — Давай не будем накручивать себя, — нежно прошу. Джейми сжимает губы и неодобрительно смотрит на меня, а я взглядом умоляю его не винить себя. Здесь нет виноватых, а может быть мы виноваты оба, но чувство вины нам будет только мешать. — Хорошо, — вздыхает и отводит взгляд. Понимаю, что он просто хочет отмахнуться от меня, но сейчас думаю это будет лучше, чем спорить и ругаться. Наклонюсь к нему, чтобы поцеловать, но он берет мою руку, убирает от своего лица и оставляет поцелуй поверх бинтов сначала на одной, потом на другой. — Давай я помою тебе голову, — буднично сообщает. Растерянно смотрю на него, Джейми садится ровнее и тянется за шампунем. Помогает мне развернуться, сесть к нему спиной. Боль от движений становиться сильнее, нужно выпить таблетку. Сажусь, согнув ноги в коленях, аккуратно прижимая к груди. Мне становиться холодно. От Джейми.       Его руки нежно массируют кожу головы, но я не могу насладиться этими ощущениями. В горле набухает комок, и я понимаю, что он винит не только себя, но и меня.       Вода льется по моему лицу, смывая шампунь и все же выступившие слезы, я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не разрыдаться. Взяв мочалку, Джейми тщательно моет мне спину, подмышки, руки до локтя, помогает встать и быстро обтирает мое тело мочалкой, обходя ранее самые любимые им места. Мне снова хочется плакать. Смыв с меня всю пену, он не говоря не слова выходит из ванны, протягивает мне руку, и я тоже вышагиваю следом. Взяв большое махровое полотенце, он нежно обтирает меня и завязывает над грудью. Все это настолько монотонно, его мысли далеко от меня, и я понятия не имею о чем они. Но силы терпеть его таким заканчиваются. Как только открываю рот узнать, что происходит, в квартире раздается громкий звонок телефона. Это его. — Это наверное Стив, — бормочет он и, взяв полотенце поменьше, повязывает на бедрах и выходит из ванны. Я дрожу от прохладного воздуха квартиры или не из-за него. — Слушаю тебя, — говорит Джейми, стоя ко мне спиной. Придерживая полотенце, выхожу из ванны. — Да, спасибо. Нет, я не знаю, — его спина в миг напрягается. Опустив голову, Джейми трет рукой лоб. — Сложно сказать. Мы еще не обсудили. Давай я тебе перезвоню, — он убирает телефон от уха и жмет на отбой. — Что не обсудили? — интересуюсь, ощущая мелкую дрожь по телу. И это точно не от холода.       Плечи Джейми поднимаются и медленно опускаются, после чего он поворачивается. Его лицо измучено, он встревоженно смотрит на меня. — Стив спрашивал на счет завтрашних съемок, — после довольно долгой паузы начинает он. — А что с ними? — непонимающе хмурюсь. Джейми недоверчиво наклоняет голову на бок. — Ты не в состоянии заниматься этим. — Я в состоянии! — тут же огрызаюсь. Что за бред? Я чувствую себя вполне нормально. Какие проблемы?       Вдруг Джейми сильно сжимает кулаки, смотрит куда-то сквозь меня и медленно мотает головой. — Ты снова это делаешь, — рычит он. — Что делаю? — я искренне не понимаю. — Споришь. Гнешь свою палку! Упираешься, как баран! — рычит он. — Джейми, — ахаю от возмущения. — Ты неправ… — Я всегда неправ, — он перебивает меня. Внутри что-то обрывается от его взгляда. — Я неправ, когда запрещаю тебе ехать беременной на съемки. Неправ, когда говорю, что это опасно. Неправ, когда подозреваю странного типа. Неправ, когда хочу, чтобы это чмо близко к тебе не подходило, — его гнев так очевиден, я онемела и не могу пошевелиться. — Но знаешь в чем я действительно неправ? — Джейми подходит ко мне, я инстинктивно отступаю, и он замирает. По лицу пробегает тень, но он продолжает. — Я неправ, что иду у тебя на поводу. Позволяю всему этому произойти. Позволяю тебе манипулировать мной. Но, к черту, я больше не готов это терпеть. Мы потеряли ребенка, и я чуть не потерял тебя. Думаю, этого более чем достаточно, — рычит он с еле сдерживаемыми слезами в голосе, а я уже перестаю его четко видеть. — Нам обоим нужно о многом подумать, — еле слышно заканчивает и, развернувшись, заходит в спальню, громко хлопнув дверью.       Вздрогнув, моргаю, и тут же слезы скатываются по щекам. Мне трудно дышать, а в ушах все еще звенят его слова: «Мы потеряли ребенка, и я чуть не потерял тебя. Думаю, этого более чем достаточно». Достаточно для чего? Из горло вырываются рыдания, я тут же прикрываю рот ладошкой. Ноги подкашиваются, я опускаюсь на пол, сползая по стене, не могу остановить поток слез. Достаточно для того, чтобы нам расстаться?