good boy donghyuck

- На что ты уставился, Марк Ли?!       Хэчан бросает эту фразу, словно выплевывая, потому что нечего пялиться на него, особенно сейчас, когда он хотел бы, чтобы вообще никто на него не смотрел, а уж тем более этот выскочка ботаник. Впрочем, Марк Ли не был таким уж ботаником, каким считал его Донхёк, он просто был спокойным парнем и достаточно прилежным учеником, из-за чего у него никогда не возникало проблем ни с учебой, ни с одноклассниками. Марк был старше всех в классе, потому что переехал сюда из Канады, и потерял год из-за сложного процесса перевода из канадской школы в корейскую. Впрочем, нельзя было сказать, что его это как-то беспокоило, и неуважения к младшим по возрасту одноклассникам он никогда не выказывал.       Марк дружил с Ренджуном, ещё одним спокойным и беспроблемным ребенком, любящим рисовать, и вместе они могли полноправно считаться самыми неконфликтными тихонями класса. Тем не менее, оба они неистово бесили Хэчана. Впрочем, Ренджун бесил его просто за компанию, по-настоящему же камнем преткновения мог считаться только Марк Ли. Хэчана бесило в нём абсолютно всё: его дурацкие похожие на рамён высветленные волосы (это в Канаде мода такая или что?), его смех, его спокойное уважительное отношение ко всем, кто его окружает (да он просто ведёт себя так, будто считает, что остальные его внимания не достойны, но Хэчана-то не проведешь!), его просьба называть его Марком, потому что он так привык в Канаде, хотя здесь в Корее ему пришлось взять корейское имя Минхён; но самое раздражающее в нём было его ужасающе снисходительное отношение к Донхёку. Это бесило просто неимоверно, но особенно сильное раздражение наступало в те моменты, когда Хэчан находился рядом с Джисоном и должен был вести себя соответствующе.       О да, Пак Джисон – это отдельная история. Этот маленький сорванец, несмотря на свой юный возраст, был сущим кошмаром всей школы. Мальчишка имел очень влиятельного отца, поэтому был неоспоримым президентом класса и «любимчиком» всех учителей, но кроме всего прочего он отличался так же несносно властным характером. Джисон вёл себя с одноклассниками по принципу «кто не с нами, тот против нас» и ненавидел, когда кто-то отказывал ему хоть в чём либо, будь это просьба передать ему запасную ручку или помассировать плечи. Всех, кто осмеливался идти против него, он так или иначе подставлял перед учителями, которые ничего не могли поделать с самим Джисоном, боясь вмешательства его отца.       Донхёк, хоть и слыл разгильдяем и двоечником, однако вовсе не был глупым, и быстро сообразил, что самой выигрышной стратегией по выживанию в этом классе будет стать другом Пак Джисона, и он сделал всё, чтобы добиться этой приближенной позиции. Только вот он не учёл, что у Джисона не может быть друзей, у него есть только «подданные», и единственное, что выиграл Донхёк – это место любимейшего из них. Джисон называл его другом, конечно, но вёл себя с ним совершенно не по-дружески, а так же, как и с другими, или даже хуже. Потому что если других, посторонних ему людей, он заставлял угождать себе лишь периодически, когда ему это взбредет в голову, то Донхёку приходилось делать это буквально каждую минуту. Первое, что получил Хёк от Джисона – это дурацкое «хулиганское» прозвище: Хэчан. Отныне ему запрещалось называть себя как-то иначе. Кроме того, Джисону всегда было скучно, а это значит, что Донхёку постоянно нужно было развлекать его – своим ужасным несносным поведением, своими едкими комментариями в адрес других ребят, своими препираниями с учителями, чем угодно. Поначалу это даже казалось Хэчану веселым занятием, ведь за словом в карман он не лез и любил подурачиться, но Джисону всегда было мало, из-за чего Донхёку пришлось из веселого, но колкого на язык мальчугана превратиться в настоящего подлеца. Ему уже самому не нравилось то, за какие пределы выходило его поведение – его родителей не раз вызывали в школу, чтобы поговорить о его грубом поведении с учителями и одноклассниками, а из-за своей низкой успеваемости Донхёк вообще рисковал не закончить школу. Но он ничего не мог поделать с собой, потому что противостоять вечно скучающему Джисону с его «ты что, струсил? ну знаешь, с трусами я не вожусь, а что бывает с теми, кто разочарует меня, тебе тоже известно…» не было никакой возможности.       И вот сейчас, именно в тот момент, когда на радость Президенту Класса Донхёк задирал очередного ни в чем не виноватого одноклассника, заставляя его делать отжимания прямо у них на глазах и танцевать дурацкие девчачьи танцы, Марк Ли, этот невероятно раздражающий вечно счастливый Марк Ли, сидя за партой в другом конце класса, ухмыльнулся, глядя прямо Хэчану в глаза, и что-то сказал сидящему рядом Ренджуну. Подобного поведения Донхёк уже вынести не мог, и поэтому: - На что ты уставился, Марк Ли?! Марк в ответ на брошенную фразу лишь улыбнулся и пожал плечами, но взгляд, тем не менее, не отвел. Хэчана это взбесило ещё больше и он махнул своей «жертве», чтобы тот убирался с глаз долой, тем более, что тому, ради кого всё затевалось, это развлечение уже успело наскучить. Уж если кто и заслуживает хорошей нервотрепки на радость Джисону, так это тихоня Марк – так думал Хэчан, направляясь в его сторону. - Я не расслышал, так на что ты уставился, Минхён? – Хэчан грозно навис прямо над партой, за которой расположился Марк. – Что тебя так позабавило, или, может, сам хочешь станцевать?       Если быть честным с самим собой, то Донхёк не имел ни малейшего понятия, что из себя представляет Марк и как вывести его из себя, к тому же тот был старше, и, как следствие, сильнее, но Хёк был так разозлен, что не успел над этим подумать. В любом случае, действовать по ситуации – это его конек. - Станцевать не хочу, - спокойно ответил Марк, снова просверливая взглядом дыру в Хэчане. – Но хочу, чтобы ты перестал вести себя подобным образом. Ты ведь хороший мальчик, Донхёк? Это было уже слишком. Хороший мальчик? Донхёк? Да что этот Марк Ли себе вообще позволяет? От подобного обращения Хэчан вышел из себя совершенно, однако сделать ничего не мог – не полезешь же драться с ним прямо тут, хотя Джисон от такой картины, безусловно, был бы доволен. Несколько секунд подумав, но не найдя другого выхода, Хэчан сжал кулаки до побеления костяшек и бросил сквозь зубы: - Меня зовут Хэчан, запомни это, и никогда больше не смей произносить моего имени. И пялиться в мою сторону тоже не смей. - Тогда и ты не забудь, что я просил всех называть меня Марком – миролюбиво улыбнулся Минхён, но Хэчан уже развернулся к нему спиной, возвращаясь к своему месту.