Талисманчик

Год спустя, а точнее за пять часов до Нового года, Ирука брел по Конохе, не особо думая куда идет. Тем не менее он явно передвигался в сторону штаба. Осознав это чунин остановился, пробормотал под нос: - Нет, ну надо же… - решительно повернулся и пошел в противоположную сторону. Этого только не хватало ему! Не хватало признаться самому себе, что в прошлую новогоднюю ночь он похоже запал и причем на парня. Что весь этот год пытался искать встреч. Нет, не лез откровенно, но пошел практикантом в штаб – потому что там был доступ к отчетам о миссиях. «Случайно» выяснил кодовое имя Какаши, «случайно» встречался с ним на улице перебрасываясь парой-тройкой фраз. «Случайно», да, тьфу! Нет, не случайно выяснил где тот живет. И раз сто пятьдесят, не меньше, останавливал себя оставить что-то у того под дверью. Нет уж! Хватит! Ирука решительно повернул в ближайший магазин и… нос к носу столкнулся с Копирующим. - Здравствуйте, - сощурился-заулыбался Какаши, - а я вас везде искал. - Меня? – изумленно переспросил Умино, - а зачем? - Хотел пригласить вас встретить Новый год. Мысли Умино сначала бешено заскакали, а потом вовсе стекли лужицей: - Зачем? – тупо повторил он. - Как зачем? Праздник же. Веселиться надо – стол там, фейерверки, правда маленькие. Все празднуют. А вы что идете уже к кому-то? Или опять дежурите? - Нет, не дежурю, - Ирука пытался осмыслить свалившуюся информацию. Значит Какаши его искал? Вот конкретно его? Значит он тоже… - Ну раз вы свободны, - Копирующий ухватил чунина за рукав и потащил за собой, - идемте ко мне. У меня все есть для праздничного стола, - показал пакет в другой руке, - если хотите что-то особенное – давайте купим. У Ируки даже подгибались ноги от неожиданного воплощения всех мечтаний и сам не понимая почему он брякнул: - Конфет. - Хорошо, - согласился Какаши, - там подальше есть кондитерская лавка. Они зашли в лавку, купили конфет – много, разных, красивых и вкусно выглядевших. Потом пришли домой к Копирующему. Встречали Новый год – кушали, пили, смеялись, перекидывали чакрой друг другу огненные шары, которые нельзя запускать в квартире, а потом целовались, а потом пили, дурачились и еще целовались, а потом Ирука заснул. Засыпая Ирука чувствовал, что Какаши рядом, гладит по голове и говорит: «Мой талисманчик». Утро Нового года встретило Ируку похмельем и не только его – Копирующий копошился рядом, бурчал о воде. Кажется, сказка закончилась. А жаль. Ирука вышел на кухню попить, принес воды Какаши и начал прощаться - хозяин квартиры не возражал и не удерживал. Это было обидно. За эту ночь Ирука столько всего успел напридумывать, что сейчас окунаться в реальность было очень болезненно. Он ушел – внешне улыбаясь, пожелав хорошего года, а внутри - словно замерз. Разложить по полочкам и воспринять действия Копирующего так и не получилось. Да, не смог понять – Ирука рисовал было для себя какую-то схему, что-то придумывал – очередной разговор с Какаши и все разлеталось в дребезги. А ведь Какаши не избегал его – охотно общался, интересовался делами, а потом бац! И все придумки опять взрывались. В итоге Умино осознал, что в тот Новый год он сделал что-то не так. Возможно, он пока не понял что именно, но чем-то он Хатаке точно оттолкнул. Ну что же – оттолкнул и оттолкнул – на этом мир не схлопнулся, оставалось еще много всего прочего, веселого, радостного. И вот уже в канун следующего Нового года Ирука бежал в штаб целенаправленно, с кучей петард за пазухой. - Умино-сан! – Копирующий окликнул Ируку практически у входа в здание. - С наступающим! – радостно поприветствовал он Какаши. - Вы куда-то спешите? - Да, - Ирука переступил с ноги на ногу, поправил плащ, - ребята ждут, - кивнул на вход. - У вас, что вечеринка в штабе? – Какаши удивленно рассматривал чунина. - Что-то типа того, - Ирука солнечно заулыбался. – Мы не смогли решить, кто дежурит и пришли к выводу, что останутся все не семейные. Заходите, если вам будет скучно, - Умино слегка поклонился и рванул в штаб. Хатаке пошел следом – новогодняя традиция это новогодняя традиция и если есть возможность держать талисманчик в зоне видимости, то пусть лучше будет так. Штаб был украшен – рисовыми лепешками, сосновыми ветками и всякими блестящими безделушками – ну чисто детский праздник. А основное веселье, похоже, происходило в комнате распределения миссий – там слышались голоса, взрывы смеха, звон посуды. На подступах к источнику веселья Какаши перехватил Генма Ширануи: - Привет. С наступающим, - спецджонин хлопнул Копирующего по плечу. – Ты уже придумал? - Что придумал? - Новогоднее дзютсу, - рассмеялся Ширануи. – Такой фант и без него внутрь не пускают – чтобы красиво, ярко и бесполезно. - Они что пьяные? - Неа, вообще не пьют. Со своим надо приходить, там внутри ничего крепче газировки. - А ты что показывал? – поинтересовался Какаши. - А то я бы здесь шатался – не показывал еще ничего. Райдо вот показал замок из мыльных пузырей - уже там веселится. - Замок? – искренне удивился Копирующий. - Ну как замок – не большой, может пять или шесть пузыриков, но пацаны решили, что пустят за креативность подачи идеи. Райдо и мыльные пузыри – согласись, это того стоило, - и проворчал незлобно, - жулик он. Копирующий почесал затылок размышляя о «новогодних дзютсу». Стоило признать, что «креатив» не шел. Вот разве что… - Есть! – Какаши толкнул плечом Генму, - приоткрой дверь. В ладони Копирующего птичками запела райкири, набирая силу и формируясь в сверкающую змею. - Символ уходящего года, - довольно объяснил он, запуская свое творение внутрь комнаты. Эффект явно был – секундная пауза, потом вопль, кажется, Котетсу: «Вау!» - потом еще какие-то голоса: «Здорово!.. Красиво!..» - а потом… - Бл… бумаги горят! - Нах бумаги! Стол горит! - Туши!!! - Воду нельзя! Молния же! - Землю давай! - Штаб! Какая земля… Какаши посмотрел на Генму, Генма на Какаши и оба рванули внутрь. Ликвидировать очаг возгорания удалось довольно быстро, а Ширануи и еще троим джонинам даже удалось попасть на праздник без предъявления «новогодних» техник. - Ну, вы и дали, Хатаке-сан, - рядом с Копирующим на стол хлопнулся Ирука. – Это вот именно то, что вы называете «масштаб мышления»? Если сжигать то сразу штаб? - Да я как-то не думал, - смущенно пробормотал Какаши. - Прикиньте, - Ирука доверительно наклонился к джонину, - восемь лет назад, в приюте, я именно так и говорил «я не думал». Хорошо, что мы с вами не одногодки, а то бы всю деревню спалили. С Новым годом! - С Новым годом! – сощурился в ответ Копирующий. Все было в порядке – талисманчик был рядом и новый год встречал счастливым, а значит, год будет хорошим. Год и был хорошим – не без сюрпризов, но в самом деле хороший, тихий – для шиноби это не мало важно. И вот тридцать первого декабря Копирующий шел в штаб – все было как и в прошлом году, даже Генма маялся в коридоре. - И что сделал Райдо? – с ходу поинтересовался Какаши. - Типа хлопушку из мандарин, - снова беззлобно жаловался на напарника Ширануи, - все-таки он жулик. - Да ладно, есть идея, - Какаши улыбался, он с начала зимы думал над «новогодним дзютсу», так хотелось повеселить талисманчик – вот чтобы именно его «техника», Копирующего, и в самом деле была веселой, бесполезной и самой запоминающейся. - Не знаю, - с сомнением протянул Ширануи, - ты опять поджечь штаб хочешь? Какаши рассмеялся, от близости талисманчика уже кружилась голова: - Не буду, иди внутрь и складывай печати для призыва – все как у больших. Генма решил рискнуть… на последней печати в приоткрывшуюся дверь, сначала влетел кочан капусты, а за ним с жалобным «бээ-ээ-э» - коза. «Призывное животное» Какаши еще позавчера взял в аренду у бабки, живущей на краю деревни. Символ года он, по своему разумению, даже украсил – позолотил рога и привязал на хвост бантик. И опять было весело, талисманчик хохотал, как и все остальные. И почти перед рассветом Какаши с Ирукой оказался в коридоре – один на один. Какаши целовал мягкие податливые губы, гладил, ласкал спину… - Й-я-а прошу про-ще-ния. У него правда такой тупой призыв? – слегка покачиваясь и держась за стену неизвестно откуда нарисовался Эбису. Ирука быстро вывернулся из объятий Копирующего: - Ты про козу? - Ну да, - Эбису приподнял очки и потер глаза. – Вот кому нужна коза? За Гаевой черепахой хотя бы спрятаться можно. - А ты знаешь, что она там умеет? - протянул чунин, обхватывая за плечо товарища и утаскивая в комнату распределения миссий. – Коза, она, знаешь ли… Копирующий остался сидеть на подоконнике – вмешательство было неуместным, но, пожалуй, своевременным. Ведь он только что чуть не… Хатаке отбросил мысли и вернулся в весело галдящую комнату. Он подождет, пусть только талисманчик вырастет. То, что объект его мечтаний уже давно взрослый Какаши понял только на следующий год и то не сам – после разговора с Хокаге. Тот Новый год обещал быть плохим – талисманчик принесли с миссии и отправили в больницу. Какаши, когда узнал, взбесился – рванул к Хирудзену домой и сразу с порога огорошил, нет, не орал, но жестко начал: - Что в деревне бойцы закончились? На миссии такого ранга детей надо посылать? - Какого ранга? Каких детей? – Хокаге сам всполошился. - Ранга А – Умино Ирука. Он в госпитале. - Какаши, - Третий пристально рассматривал подчиненного, - какие дети? Чунин Умино Ирука? Ему двадцать лет. - Но… точно двадцать? – растеряно переспросил Копирующий. - Точно двадцать, - спокойно подтвердил Сарутоби. - Как так? – Хатаке взерошил волосы. – Я думал… - А тебе сколько? – терпеливо спросил Хокаге. - Мне? – Какаши завис и с этим вопросом, но вспомнил, - двадцать четыре. - А Ируке двадцать и он чунин, и выполняет миссии соответствующие его рангу. С наступающим тебя, Какаши. Иди. «Новость» о том, что талисманчик уже взрослый просто поразила. Черт! Как так получилось? Он привык считать, что Ируке тринадцать, ну максимум четырнадцать, ну может пятнадцать, но не двадцать же! Да он можно сказать из-за этого… за те поцелуи на себя злился, а оказывается давно можно не только… И ведь понимал, что время идет, Ирука взрослеет, а все равно воспринимал как мелочь. Ну ладно, этим он потом займется, а сейчас нужно сделать так чтобы у Ируки там, в больнице, тоже был праздник и для этого нужно пойти в штаб и поговорить с главными «праздничными массовиками затейниками». Визит в штаб Хатаке расстроил – там он не нашел никого кроме дежурного. Впрочем, расспрашивать и разговаривать с ним не стал – дежурный был мрачен и явно чем-то удручен. Какаши вышел из штаба и пошел в больницу – он тоже не самая плохая компания в новый год. Должно же быть талисманчику приятно, что о нем кто-то помнит? Пусть и такой рассеянный этот кто-то и вечно опаздывает, но... На подходе к больнице Какаши рассеяно поздоровался с коллегой из АНБУ, затормозился у входа в центральный корпус – а что там Ласка делал? Сидел с таким видом, словно собирался применять какую-то технику… … и опять все пошло не так как рассчитывалось. - Извините, но часы посещения закончены, - вежливо, но твердо сообщила Какаши молодая медсестричка. – И на всякий случай, - делая шаг назад, - в здании дежурит патруль АНБУ, не стоит лезть через окно. - В какой палате лежит Умино Ирука? – Хатаке сощурился в улыбке, - за эту информацию патруль АНБУ ничего не сделает? - В шестьсот пятнадцатой, шестой этаж, восточная сторона больницы, но в окна, - строго напомнила она, - не заходить! - Ну что вы, - просиял Какаши, вышел на улицу и рысцой направился к восточной стороне здания, а вот там, кажется, что-то творилось – слышались голоса, хлопки петард – свернул за угол и уткнулся носом в «ежегодного» Ширануи. - О! Привет, - весело поздоровался он, - а мы тебя ждем. Со старшей медсестрой договорились, с главврачем тоже, барьеры готовы. Смотри, – кивнул в сторону окон спецджонин, там, к стеклам, прижимались и совсем ребятишки, и те, кто постарше, и откровенно взрослые. – Новый год, - радостно сообщил Генма. – Все в сборе! Аоба! Давай! – крикнул Ширануи и заткнул уши. И Аоба «дал» - перед окнами больницы взрывались и рассыпались огненные сады, метались мифические животные, огромные огненные шары разбрасывали вокруг себя кучи искр. Наверное, в больнице орали от восторга, особенно в детском отделении, орали и снаружи, кричали «С новым Годом!» на каждый залп, а на шестом этаже, улыбаясь, прижимался к окну самый важный теперь в жизни Какаши человек. - Взрослый, - заворожено шептал джонин, глядя на очередной уносящийся в небо залп. – Ты взрослый, - смотрел то ли на салют, то ли на прямоугольник окна – думал о чем-то, улыбался сам себе и все нашептывал, – теперь все-все будет по-другому. И снова глаз поймал улыбающегося за стеклом чунина. По-другому.