Тайны прошлого

— Я вернулся… Лина, будь добра, слезь с меня, пожалуйста, — теперь Аллен был другим, не тем мальчиком с комплексом героя, он стал прежним. Линали посмотрела на него глазами, залитыми слезами счастья, — Слезь, задушишь. Кх…  — Прости, я рада, что ты очнулся. Потеряв сознания две недели назад, ты чуть не умер, тебя лихорадило. Как самочувствие? — Лина села на кровать, вытирая слёзы. На дворе ночь. Никого не было, присутствовала только Ли.  — Нормально я себя чувствую. Голова немного побаливает, посплю — пройдёт. А так всё в порядке, — Аллен сел и мягко улыбнулся подруге, — Скажи брату навестить меня завтра, хорошо?  — Ага. Аллен, прости конечно, за столь странный вопрос: а кто такой Неа? — ну такого он явно не ожидал. Сейчас Четырнадцатый спал, ему ведь тоже досталось.  — А? Как ты…?  — Ты бормотал это имя пока тебя лихорадило, — Аллен не особо хотел рассказывать ей об этом. Неа был для него нечто ценное, чем-то неприкосновенным, хоть и являлся другом детства.  — Лично для меня друг, для экзорцистов враг, какая разница? Вот именно, никакая! Ладно, Лин, я спать хочу, оставь меня.

***

      Теперь Аллену осталось только вернуть наглого Ноя к жизни и заставить его проститься с мыслями о месте Графа. Подумаешь, дел?       Было утро. В палату Уолкера зашел смотритель, Линали, Лави и насильно притащенный Канда Юу. Уже десять часов. Аллен лежал, смотря в потолок. Наверное, интересно смотреть в потолок с мыслями о том, как вытащить Неа из его тела.  — Аллен-кун, ты очнулся? Ты как? Прости меня безмозглого, это всё моя вина! — смотритель Чёрного Ордена встал на колени, прося прощения. Ну и зрелище.  — Успокойся, я не собираюсь тебя убивать, максимум покалечу. Хотя лучше скажу спасибо за то, что вернул мне нормальный вид, — Аллен сел, свесив ноги с кровати и погладил старшего Ли по голове.  — Правда? Ув-а-а-а… — Камуи обнял Алла, плача ему куда-то в ребро. «Что, серьёзно?! Ничего лучше придумать не мог? Детский сад, но мило», — так тогда думал Аллен.  — Камуи-сан, прекратите. Скоро меня выпишут? Я хочу поговорить с генералом Марианом Кроссом, — Камуи ещё плакал, лежа на его коленках, Лави ухмылялся этой картине, Линали оттаскивала своего брата, а Канда стоял с лицом а-ля «Кирпич».  — Выпишут тебя послезавтра, Аллен, а вот насчёт Маршала Кросса не знаю. Только под наблюдением, ты всё равно скоро должен с ним поговорить на тему Четырнадцатого Ноя, — Камуи успокоился, да неужели.  — Ну и славно.

***

      Разговор закончился тем, что Матрона выгнала всех к чертям собачьим, оставив Аллена наедине со своими мыслями. И покинули его как раз вовремя, проснулся Четырнадцатый. Геморрой свалился на голову Уолкера, когда он заговорил. «Скажи мне, Аллен, ты не оборзел случайно? Какой с тебя экзорцист, если ты падаешь в обморок перед заданием?! Ты что, страх потерял?!» «Тч… Ты сам походу страх потерял. И вообще, какого разорался?! У меня забот и без твоих криков дохера! Не, ну и вообще сначала «Привет» говорят, а потом претензии высказывают! Я тебе, по-моему, уже говорил, что ты слишком наглый, в отличие от Маны.» «Стоп, что? Ты вернул воспоминания? А то я думаю, где был этот идиот, а он себе память возвращал! Ладно, и что ты планируешь делать?» «Надо как-нибудь заставить Камуи сделать зелье, способное вернуть тебе тело. Делать я буду его вместе с ним, так что всё должно быть в норме.» «Геморроя то! А что будем делать потом? Вернёмся к Одаренности?» «Да, наверное, если Граф простит нас. Я же спас тебя тогда, мне тоже влетит по самое не хочу. Эх… Угораздило же тебя предать семью. Хотя нет сейчас никакого смысла в том, чтобы убивать Графа — Мана уже мёртв», — Аллен тяжело вздохнул. «Ты прав, давай лучше отдохнем.»

***

      Очередная спячка. Неа и Аллен иногда любили поспать, они спали вдвоем. Аллен часто был в гостях у Д. Кэмпбеллов. Неа любил это дело, даже очень любил. Они с Алленом спали сутки напролёт или пока Мана не взбесится и не разбудит их. Весёлое было время. Всем троим по нраву было собираться вместе и смеяться над буйствами Маны. Тот был добрым человеком, но когда бесился…       По появлению Кросса, Аллен не хотел знакомить с ним Неа, так как Мариан был экзорцистом. Мана спокойно отнёсся к этому, а вот Исполнитель… — Познакомься, это Мариан Кросс.  — Аллен, это экзорцист! Ты что, издеваешься?!  — Успокойся, Неа…       Это действительно было весело. Кросс запомнил на всю жизнь, это точно. Аллен ведь не представлял, о чём он будет с ним разговаривать. Но должен. По крайней мере Мариан сразу поймёт, что Уолкер вернулся.       Аллен проснулся. Он проспал чуть больше суток. Конечно, Маны же нет. Скоро его выпишут и парень сразу же пойдёт к «Марьяше», так его называли Неа и Аллен. Скоро, это через десять минут. С ним сидят Лави и Линали. Они переживают за него, но только зачем? Рыжик не понимал этого. Аллен за всё время, прожитое с Ноями, никогда не считал, что экзорцисты его враги. Поэтому так спокойно общался с Марианом и сейчас с остальными. В чём-то Неа был прав, Граф сошёл с ума. А экзорцисты просто пытаются выжить. Поэтому и началась война. Графа можно вернуть, наверно.  — Аллен Уолкер, пройдемте, — Аллен встал и его тут же схватили перья, блокируя доступ к Чистой Силе. Лави пошел следом, он был с Книгочеем. Дверь открылась и Аллен зашёл.  — Ну привет, Маша, — Аллен ухмылялся.  — Да неужели, не думал, что ты вернёшься, раз добровольно согласился заключить Ноя в своём теле.  — Так. Сейчас, Маршал Кросс, вы вместе с Уолкером должны ответить на несколько вопросов. Первый вопрос: кто такой Четырнадцатый Ной? — сказал Рувелье.  — У Маны был брат-близнец. Когда-то давно у Катерины Д. Кэмпбелл и Одаренности Ноя родились два сына, похожие, как две капли воды. Их звали Неа и Мана. Но хоть они и похожи внешне, характеры у них разные. Неа в семнадцать лет стал Четырнадцатым Ноем, а Мана не смог стать им из-за слабого здоровья, — ответил Мариан.  — Вопрос второй, какое отношение имеет Аллен Уолкер к Четырнадцатому? — Тридцать пять лет назад Неа предал Графа из-за Маны. А Аллен фактически жертва. Он заключил в себе душу Ноя…