You're my end and my beginning

Весь день проходит как в тумане. Кажется, Мингю ничего больше не чувствует, пустота заполнила все то, что так сильно болит. Он лежит на диване и пялится в телевизор, хотя едва ли понимает, что в нем показывают. Вокруг ничего не существует. Вону ушел — вот так просто взял и бросил его. То есть для него это, по сути, вообще ничего не значило? Все эти годы, что они были вместе? Все слезы и радости, что они делили друг с другом? От этого так просто отказаться, серьезно? Только ближе к ночи Гю бросается в панику: куда, черт его побрал, делся Чон Вону? Он действительно оставил его одного или просто ушел ненадолго и скоро должен вернуться? Нет, Чон просто обязан вернуться. Мингю судорожно набирает наизусть заученный номер, но никто не отвечает. Раз за разом гудки становится больнее слышать, и на душе как-то неспокойно. Кому: Вону-я «Ты скоро вернешься?» Но ответ долго не приходит. У Мингю тело бросает в жар, он не может смириться с реальностью. Спустя час все-таки звучит уведомление, но отчего-то теперь страшно читать сообщение. И вроде бы все должно проясниться, но от этого ничерта не легче. От кого: Вону-я «Нет, Мингю. С меня хватит». Кому: Вону-я «Ты ведь шутишь?» От кого: Вону-я «Давно нужно было понять, что мы разные. Гю, просто прими всю ситуацию и ложись спать. Завтра станет легче. Ты еще найдешь своего человека и обязательно будешь счастлив. Спокойной ночи». ~ — Что, блять?! Легче?! — Мингю стоит на пороге дома родителей Вону и смотрит прямо в глаза старшему. Он не помнит, как добрался сюда, даже не помнит, с какой целью. Просто внутри болит, душу раздирает на части, и справиться одному с этим не под силу. — Ты чего здесь делаешь? Время видел? — Ладно, я задам лишь один вопрос… Обещай ответить честно, не раздумывая, первое, что в голову придет. — Ты пьяный что ли?! — Мать твою, просто обещай! — Хорошо. Коленки подкашиваются, и стоять становится сложнее. Но Мингю терпит, все это не так больно, как отпустить Чон Вону из своей жизни. — Тебе ведь всегда было все равно на то, что я чувствую? Но почему ты молчал?.. — Совсем обезумел? — Отвечай, блять! — Если бы мне было все равно, я б давно послал тебя к чертям, потому что с самого начала понял, насколько мы разные и как будет тяжело с тобой ладить. Ты ведь помнишь день нашего знакомства? Я с легкостью мог бы сдать тебя со всеми потрохами ментам, но почему-то не сделал этого. С самого первого дня я знал, что все пойдет в задницу и мы не сможем быть всю жизнь вместе. Потому что мы разные, Ким Мингю! Мы с тобой просто слишком разные… — Знаешь, что меня в тебе всегда раздражало? — Что же? — Ты слишком правильный, Чон. Ты не можешь идти наперекор всем своим тупым рамкам, которые сам же себе выдумал. Ты просто принимаешь реальность такой, какая она есть, но никогда не сражаешься за собственное счастье. Ты думаешь, будешь счастлив, если я сейчас уйду и больше никогда не вернусь? Ну найдешь ты себе когда-нибудь человека, который будет такой же зануда, как и ты, забудешь ли ты меня? Сможешь? Слишком много пройдено вместе, и как бы сложно ни было, я всегда оставался рядом. Я тоже не тупой, чтобы понять, насколько сильно мы разные. Но знаешь что? Меня это никогда не останавливало. Я не сдавался. И не сдамся сейчас. Потому что я не боюсь быть неправильным, я не боюсь быть счастливым. Но я не буду счастлив ни с кем, кроме тебя, Чон. Ради меня, ради нас с тобой, останься рядом, отбрось эти глупые и никому не нужные правила!.. Пожалуйста, перестань делать мне больно… И Мингю валится с ног — падает прямо в руки Вону. Он крепко впивается в его рубашку, как будто боится навсегда отпустить. Но Вону не отталкивает, он тащит на себе Гю до своей комнаты, укладывает на кровать, но не может отстраниться даже на секунду, потому что младший с силой вцепился и не отпускает. — Мингю-я, отпусти, не бойся, я сейчас вернусь. Но Мингю не слышит, он лишь еще крепче цепляется за одежду Чона и плачет. По своей натуре Ким не слишком эмоциональный, за все эти годы он ни разу не показал свои слезы Вону, потому что не хотел выглядеть слабым. Но теперь ему все равно, он больше не боится своих слабостей, теперь не страшно показать то, что на самом деле чувствуешь. — Эй, глупыш, ты плачешь что ли? Господи, Ким Мингю, ты ли это? Ну же, перестань, прости меня, я последний идиот, если пытался оставить тебя одного.. Я больше никуда не уйду, обещаю, слышишь? Я всегда буду рядом, пожалуйста, прекрати плакать. Но Мингю не может остановиться. Обида пожирает изнутри, и справиться с ней нереально. По крайней мере сейчас. — Парень, у тебя жар! Какого черта ты вообще пошел в такой ливень на улицу?! Совсем себя не жалко? — Совсем, Чон-и.. Если бы я не пришел, то не дожил бы до завтра. — Ты чего несешь?! — Правду. Я не смог бы без тебя, мне слишком дорога долбанная зануда Чон Вону.. И Вону не отвечает, потому что сказать больше нечего. Он любит Кима, любит больше всего на свете. Теперь Чон осознает, какую страшную ошибку чуть не совершил. Противно от одной мысли о расставании с Мингю. Противно от самого себя, от своей тупой правильности и эгоистичного характера. И, черт возьми, так жалко Ким Мингю. Он ни в чем не виноват, он просто хотел быть услышанным, хотел быть нужным. И ведь это совершенно нормально, кто из нас этого не хочет? ~ На утро Мингю просыпается не в своей комнате, а в какой-то пустой белой палате. Кажется, он лежал здесь когда-то в детстве, но это было так давно. Рядом с ним тихо посапывает Чон, только тот не лежит, а спит сидя. Голова кружится, внутри ужасно тянет, тело пронзает ноющая боль, и только спустя минут двадцать Ким приходит в себя. — Вону?.. — хриплый голос пронзает слух Чона, и он вздрагивает. — Слава богу, ты очнулся. Я так испугался, Гю. Пожалуйста, научись беречь себя, иначе я не переживу, если однажды потеряю тебя.. — Где я? Что-то случилось? — Ты был очень горячий и весь дрожал. Температуру измерила моя мама, и она поднялась под сорок градусов. Мы вызвали скорую, и тебя увезли сюда. Но я не смог Гю оставить одного, поэтому поехал с тобой. Как ты себя чувствуешь? — Кажется, лучше, чем вчера, — улыбается Ким. Он счастлив, что Вону не оставил его, что все это время был рядом. — Прости меня еще раз… Я реально придурок, который решил, что сможет жить без своего родного и любимого Ким Мингю.. К черту долбанные принципы! Я люблю тебя, Гю, и доверяю, честно-честно. Поэтому теперь все будет по-другому. Просто знай это и поскорее выздоравливай. Если хочешь, я никуда не уйду отсюда, пока тебя не выпишут. Хочешь? — Нет, Чон-и, у тебя тоже есть дела, которые ты должен закончить. Ты просто приходи сюда, но не оставайся вечно. Иногда полезно остаться наедине с самим собой. Не волнуйся, все будет хорошо, правда, я справлюсь. — Как же я люблю тебя, дурашка Гю. — И я тебя, Чон-и. Глаза закрываются, и Мингю засыпает. Но уже не от того, что просто хочет забыться или плохо себя чувствует, наоборот, спокойствие разливается по венам Ким Мингю. Все тело проникнуто любовью к Чон Вону, и теперь это кажется таким естественным.