Часть 1
17 февраля 2017 г., 14:59
Микки Фрейр был обычным омегой двадцати четырёх лет. Он обладал обычной внешностью омеги, ну, разве что повыше был, чем остальные. У Микки были длинные светло-рыжие волосы до поясницы, фиолетовые глаза, прямой, но вздернутый нос, идеальной формы небольшие губы. Одним словом, он был очень привлекательный. Аромат от омеги исходил крайне приятный — жасмин.
Микки работал парикмахером, но вполне мог заменить и маникюрщика, что он и сделал, когда его попросили, ведь лишние деньги были не лишними, когда ты беременный омега-одиночка на первом месяце. Потому что Луи, отец ребенка, просто кинул деньги на аборт и свалил.
У Микки на четыре часа дня был записан некий Альберт Рейн. Было странно увидеть имя альфы в списке, ведь в списке записей на маникюр имен альф всегда было мало. К назначенному времени к салону подъехала большая и явно дорогая машина. Вошел клиент. Это был красивый, высокий, накачанный загорелый мужчина, в стильном темно-синем костюме с белоснежной рубашкой.
Микки поднялся с кресла и усадил клиента на стул, поздоровавшись и назвав свое имя.
— Что мне сделать? — спросил он, предполагая, что нужно просто подровнять и подпилить ногти, удалить кутикулу и обработать ее маслами. Сейчас у Фрейра волосы были завязаны в конский хвост для удобства. На нем были белые узкие штаны, светлая рубашка с длинным пиджачком и очки, но чисто для украшения.
Альфа сидел слега нахмуренный, слушая его вопрос, но сразу же задал встречный.
— Ты новенький, да? — спросил мужчина парня, игнорируя стилиста, и закинул ногу на ногу, осматривая его. — Белые штаны и рубашка? И без фартука для маникюра? Неразумный выбор, ты неопытный, — изрёк он, глядя в большие и удивлённые от его слов глаза.
— Э… П-простите, — сказал Микки неловко, опустив взгляд. Он тут же поднялся и надел фартучек для маникюра, который почти никогда не использовал, только если было наращивание ногтей, где присутствовало много пыли. Фрейр снова сел и поднял глаза, посмотрев в карие глаза мужчины. — Я тут новенький, но я уже давно занимаюсь своим делом.
— Тогда ты должен знать, что каждая процедура маникюра, любая, даже просто чистка ногтей, требует полной экипировки, потому что ты не знаешь, какие болезни могут быть у клиента, — улыбнулся ему мужчина, давая совет на будущее; смущение работника привлекало, как и его длинные волосы.
«Хм, на вид красивые…» — промелькнуло в голове альфы, который все еще мягко улыбался.
— Принимайся за работу. Сровняй форму, кутикулу убери, потом укрепляющий лак и масла. Как обычно, — сказал Рейн уже мягко, наблюдая за омегой, который кивнул, сначала дезинфицируя руки мужчины и свои, растирая специальное средство. После этого он сделал всё, как и было сказано: специальной машинкой прошелся по кутикуле и срезал ножничками; обработал ногти обезжиривателем, чтобы лак лучше держался, и нанес его, а потом смазал кутикулу маслом с экстрактом арбуза.
Альфа весь сеанс смотрел пристально на омегу, наблюдая за его работой, за эмоциями и за тем, как длинноволосый волнуется от его взгляда.
— Хорошая работа, Микки, — хмыкнул он в конце процедуры и посмотрел на свои ногти. — Я думаю, что схожу к тебе еще раз… но, — он наклонился и куснул нежно его за ушко, — только если ты согласишься стать моим омегой. Ты весь сеанс совращал меня своим ароматом, — нагло произнес Альберт, улыбнувшись.
Микки широко распахнул глаза и вздрогнул от его укуса, тут же отъезжая на кресле.
— Эм… Что Вы? Я н-не совращал, т-то есть… Вам лучше уйти, — он поднялся с кресла, возмущаясь. — Заплатите за работу на кассе, — Фрейр указал на выход, не глядя на него.
Мужчина подошёл и спокойно закрыл открытую дверь его кабинета, прижимая омегу к стене, обвивая руками его талию.
— Да ладно тебе, ты будешь жить в роскоши и богатстве, я же успешный бизнесмен, а ты красивый омега, мы созданы друг для друга, Микки, — Альберт говорил это с улыбкой, и ему нравилось, что тот решил немного посопротивляться, строя недотрогу.
— Нет! Ах, боже, отпустите, что Вы себе позволяете?! — парикмахер в полном шоке пытался оттолкнуть брюнета. У Микки были длинные, аккуратные ногти с прозрачным лаком, поэтому он сильно оцарапал его плечо и шею, тут же вырываясь и отталкивая нахала к стене.
Альфа удивленно смотрел на него и коснулся оцарапанных мест, ощутив кровь и посмотрел на свои пальцы.
— Вот это ты зря, омега… — проговорил мужчина и оттолкнул парня к стене, платком убирая кровь с лица и шеи. — Ты пожалеешь, — проговорил альфа спокойно и громко хлопнул дверью.
Учащенно дыша, Микки смотрел на выход, немного дрожа. Вытерев липкий пот со лба, он качнулся, чувствуя себя плохо после неприятной ситуации. Его немного тошнило сейчас. Омега присел на свое кресло, оттирая влажной салфеткой кровь из-под ногтей, кусая губы и волнуясь.
«У меня только первый месяц. Нужно заработать побольше денег, чтобы потом справляться самому… Он сильно разозлился. Что же мне делать? Страшно… Он какой-то злой».
Администратор весь бледный вошел в кабинет Микки через пару минут с тысячей долларов в руках и визиткой.
— Т-ты уволен, — сказал он тихо, протягивая ему принесённое, ошарашивая парня такой новостью, ведь он проработал всего неделю.
— Что это за деньги? — спросил омега чуть ли не в слезах, ведь ему нельзя увольняться, нельзя терять доход. Он посмотрел на визитку генерального директора инвестиционной компании и нервно сглотнул.
— Ты сам виноват… Извини, — сказал омега и всунул Микки деньги с визиткой в руки. — Ты отверг совсем не того человека, — после этого администратор вышел, взволнованно кусая губы, делая это, чтобы спасти себя и остальных работников.
Микки сейчас не мог раскидываться деньгами, хоть и уважал себя. Парень кинул все в сумку. Деньги положил на карточку и ушел искать другую работу, не отчаиваясь.
Но никто его не брал, и только Микки не знал, почему; ему отказывали все работодатели. Средства для выживания стилиста постепенно уменьшались, а работы так и не было.
Фрейр примерно месяц пытался устроиться, все также не сдаваясь и не звоня на номер мужчины. Все деньги кончились, он ночевал в очень маленькой комнатке в общежитии.
«Нечего есть. Я уже исхудал. А мне нельзя. Я же… Я же беременный…»
Через полтора месяца он наконец-то сдался. У него уже случались обмороки, он боялся за жизнь свою и ребенка и поэтому преодолел не нужную никому гордость.
— Господин Альберт… Это Микки Фрейр. Я… Я… Эм… Позвонил, чтобы спросить… В-ваше предложение еще в силе? — он закусил губу до боли, чувствуя, как дрожат руки.
Мужчина, увидев звонок, валяясь в это время в джакузи, улыбнулся, услышав с того конца робкий и сломленный голос омеги.
— Оу, это ты, Микки? Рыжеволосый красавец? — голым Альберт встал из ванной. — Ну… Я даже не знаю, ты заставил меня так долго ждать, малыш…
«Как он меня назвал? Подлец. Это несправедливо!» — Микки был оскорблен, но стерпел это.
— Простите за то, что сделал. Мне очень жаль, — попросил он прощения, чувствуя, как от обиды слезятся глаза.
— М-м-м, как приятно слышать твои мольбы, — альфа ухмыльнулся и щелкнул пальцами, отправляя машину за омегой. — Будь готов через десять минут, спускайся. Если нет сил, скажи сразу, тебя вынесут в машину, что подъедет к тебе.
«Он знает, что я ослаб, черт».
— Я выйду сам, господин, — вздохнул бывший парикмахер и закусил губу, утирая пальцами слёзы, что ещё не успели скатиться по щекам. Он быстро надел на себя очень узкие джинсы, которые раньше ему были маленькие. В целом, конечно, он не сильно похудел, заметно было это лишь на лице, руках и ногах. Вскоре омега спустился и сел в подъехавшую машину. Молчаливый водитель мягко тронулся с места и быстро привез омегу к дому альфы — большому, в стиле модерн, но очень уютному.
— Микки! Как я рад тебя видеть, ты очень похудел, — улыбаясь, альфа подошел к рыжему пареньку и приобнял, подхватив легко на руки. — Нужно было раньше звонить, тогда был бы сыт, доволен и удовлетворен.
Длинноволосый ничего не сказал на его слова и поднял взгляд фиолетовых глаз, когда тот нес его в дом.
— Простите, что не позвонил, — нервно выдохнул омега с дрожью в голосе, чувствуя, как его голова легла на грудь альфы, а длинные волосы растрепались.
«Он знал мое местонахождение и состояние… Следил», — сделал вывод парень, кусая губы.
— Все уже в порядке, ты наконец здесь, и тебе срочно надо поесть, — альфа занес омегу в его комнату и уложил беднягу на кровать, рядом с которой стоял огромный стол с едой и разными блюдами и напитками. — Выбирай все, что душа пожелает, в любом количестве. Я не собираюсь брать тебя в таком состоянии, я же не садист.
Микки поднял взгляд и улыбнулся. Он считал его садистом.
— Спасибо, — после этого омега совсем немного поел, не набрасываясь на пищу, что было странно, ведь он был голоден, а еда — вкусная. Он утер рот салфеткой, чувствуя, что его гордость растоптана.
— Ты поел слишком мало! — возмутился мужчина, глядя, как немного тот съел этой вкуснятины. Альфа вскинул брови, взяв его за руку. — Поешь еще, пожалуйста!
— Нужно есть порциями, а не все сразу, — сказал юноша с улыбкой. — Особенно после долгого голодания. Если я скушаю столько, сколько захочу, мне может стать плохо, — и покачал головой, глядя на мужчину.
— Хм, хорошо, составим тебе расписание приема пищи, чтобы тебе не поплохело в следующие разы, — серьезно сказал брюнет и погладил его по волосам, поцеловав в висок. — Теперь все будет хорошо, малыш, — мужчина мягко дёрнул уголками губ и лег рядом с омегой, обняв его и даря свое тепло. Микки уткнулся в его грудь, закрыв глаза и молчаливо принимая расположение мужчины. У омеги была пониженная температура тела, а руки дрожали. Он действительно слишком упорно отказывался, доведя себя до такого состояния.
«Я думал, он уже изнасилует меня… Удивительно. Спать хочу. Он приятно пахнет», — Микки думал о странных вещах, но сейчас на мягкой постели с тёплым альфой и сытый, он чувствовал себя превосходно.
— Вот так. Тише, все хорошо… А мог бы просто сходить на свидание, — Альберт гладил его немного костлявую от голодания спинку, зная, что хорошенько откормит, сделав парня аппетитным и сочным. — Спи, малыш, тебе нужны силы, — шептал на ушко, вдыхая свежий запах жасмина. Микки слушал его, и почему-то было жутко приятно, ведь он все же был обычным омегой, который желал счастья и семьи. Фрейр действительно тихо уснул, не ворочаясь во сне совсем. Альфа долго гладил омегу по спине, по попе, но без извращенных мыслей, он просто успокаивал дрожь в истощенном теле.
«Я чувствую вину за это, но я слишком хотел его сделать своим, тем более, сейчас я все исправлю, и все будет хорошо», — подумал Рейн и вскоре уснул, держа беременного омегу в объятиях, даже не зная, что чуть не убил ребенка.
Омега проснулся вечером и снова поел, пока альфа лежал и спал. Он съел выпечку и фрукты, а потом немного размялся. Чувствовал юноша себя намного лучше, давление встало в норму.
От того, что омега выпутался из крепких объятий, альфа проснулся и тихо наблюдал, как тот расчесывает волосы, сидя у туалетного столика.
— Как ты себя чувствуешь? Ты поел?
Микки удивился, когда альфа стал с ним разговаривать.
— А… Эм… Да, я поел. И чувствую себя лучше, поэтому решил привести себя в порядок, — пролепетал Финн, кусая губы и приподнимаясь со стула.
— Хах, ты и так очень красивый, — Альберт встал с кровати и подошел к омеге, приобнял за талию. — Через два часа тебе снова нужно поесть, хорошо? А раз есть время, не хочешь поиграть? — улыбнулся хитро Рейн, облизнувшись.
— В-во что? — удивился юноша, ощущая чужие прикосновения и не чувствуя никакого отвращения, хотя тот так жестоко с ним поступил. Он закусил губу, делая это постоянно, когда волновался и нервничал.
— Ну не волнуйся так, я же сказал, что не буду тебя брать пока, — альфа вытащил нежно губу омеги из зубок. — В боулинг, — и Альберт подмигнул, уточняя, — это весело, и за три страйка я дам тебе столько денег, сколько захочешь. Согласен?
— Мм… Я неплохо в него играю. Вы уверены, что хотите со мной посостязаться? — омега улыбнулся, глядя в глаза брюнета, а этот его жест, когда он убрал его губку из плена зубов, все же смутил. Беременный юноша заправил длинную прядь за ушко.
— Конечно, почему бы и нет, может, тогда научишь меня играть? А то он стоит, а я ни разу не играл, — и снова богач рассмеялся, взяв омегу на руки, и понес на второй этаж, где и был его личный боулинг прямо в доме. — Попросим туда закусок, вдруг аппетит появится, будешь есть потихоньку.
Микки перевел на него взгляд, просто ходя по этому этажу и офигевая с того, сколько же Альберт вложился в это, даже не умея особо играть. Рядом еще и бильярд был. Омега ввел данные в таблицу и начал первый. Он взял шар потяжелее и кинул, сбивая все кегли.
— Вааау! Ничего себе! Сразу все сбил! А у меня шар скатывается в бок. Как ты это сделал? — Рейн подошел к юноше и обнял сзади, немного пугая омегу этим. Микки распахнул глаза и втянул живот, тут же упираясь задом в пах мужчины, на что тот удивился, но от чужой попки стало приятно, и он улыбнулся.
— Ох… Господин, — парень смутился и, немного покраснев, выпутался из объятий. — Н-ну… Нужно развить правильную скорость и кинуть довольно сильно, желательно шаром потяжелее. Вам нужна практика.
— Не бойся меня, поверь мне, я не желаю тебе зла, — брюнет отпустил Микки из объятий и, выслушав его, задал следующий вопрос: — Потяжелее? Хорошо, как именно нужно кидать?
Омега задумался и вскоре встал сзади, помогая альфе в том, как примерно нужно идти и бросать, но в замедленных режиме и темпе. Потом он показал ему сам, как нужно двигаться и кидать. Через несколько минут вручил ему идеальный, по его мнению, шар.
— Попробуйте, должно получиться…
— М-м-м, ага, хорошо, — Альберт кивнул, принимая все советы, и слегка разбежался, размахиваясь и у дорожки отпуская с пальцев шар, что грохнулся об пол и покатился, сбивая все кегли, кроме одной. — Черт! Обидно, — богач широко улыбнулся, почесав затылок.
— Вы можете снова кинуть, и, если собьете со второго раза кегли, то вам засчитают Speare, — Фрейр протянул мужчине еще один шар, радуясь, что тот не попал в желоб дорожки. Вскоре принесли пиццу и сок. Омега взял апельсиновый и выпил почти весь стакан, закусывая сырной пиццей.
Альфа улыбнулся, видя, как аппетит омеги растет, как ему хочется есть.
— Хах, не думаю, что смогу попасть в одну с моим-то уровнем, — брюнет рассмеялся и, с разбега кинув шар, к удивлению сбил одну-единственную выстоявшую кеглю. — Ого, мать твою, я попал!
Юноша улыбнулся, подойдя ближе.
— Отлично, у нас одинаковый счет, — произнёс Микки, взяв шар и снова кидая, но не сбив две кегли, однако со второго раза у него вновь все получилось.
«Секс с ним… Мне нельзя, чтобы он заметил мой живот через месяц. Нужно заниматься этим в позе раком и с распущенными волосами, чтобы те закрывали мой живот… Черт, во что я ввязался?»
— Хах, ты все равно победишь, а если постараешься, получишь много денег, — альфа хохотнул, напомнив, что за три страйка подряд материально рассчитается с гостем. Рейн тоже кинул шар, но сбил только пять кеглей. — Как-то так, — мужчина усмехнулся.
После этого они сели за небольшой столик и взяли по кусочку пиццы, кушая.
— Альберт, зачем ты оставил мне тогда деньги? — тихо спросил Микки, опустив взгляд вниз.
— Я просто знал, что тебе нужно будет время, поэтому оставил их, как подарок, ну, и за услугу, ты ведь хорош, — Рейн подмигнул и доел свою порцию, запивая свежевыжатым соком. — Я очень рад, что ты пришел, правда. Я знаю, что ты считаешь меня ужасным человеком, но я смогу переубедить тебя.
— Вот, значит, как, — сказал омега, кусая губы.
«Сомневаюсь, что получится. Интересно, как ты поступишь, когда поймешь, что я беременный?» — Микки улыбнулся, но совсем не радостно.
— Не веришь мне. Это понятно, что сейчас я кажусь тебе монстром, но, просчитав все варианты, этот был самым действенным, да и тогда ты оцарапал мне лицо перед важной встречей. Я и сам вспылил, — сказал спокойно альфа, признавая вину.
— Простите, я никогда так не действую, но я испугался, ведь Вы закрыли дверь и прижали меня, подумав, что я не серьёзно Вам отказал, — Микки встал со стула и посмотрел в глаза напротив.
— Я бы не изнасиловал тебя прямо там, я же не идиот, — закатил глаза Альберт, считая, что омега слишком плохого мнения об альфах. — Тебя сильно обидел альфа? Ну, кроме меня.
— Просто… У меня была причина так испугаться, — печально сказал длинноволосый, коснувшись незаметно своего живота, ведь тот мог что-то сделать своими довольно резкими действиями. — Да, альфа меня обидел, — произнёс парень, глядя на кегли. А все потому, что его бросил парень, как только узнал о его беременности, — сильно обидел.
— Мне очень жаль, но не все альфы плохие. Не хочу, чтобы ты боялся меня, поэтому не пытайся уйти, хорошо? — альфа повернулся к нему, ведь была его очередь бросать шар. — Я не обижу тебя больше, обещаю, но очень хочу, чтобы ты был со мной.
— Почему именно я? — недоумевал омега, глядя на альфу. — Чем я привлек внимание бизнесмена, у которого столько желающих побывать в Вашей постели? Я не понимаю, — Микки опустил взгляд, горячо выдыхая.
— Ну, просто привлек, разве можно объяснить симпатию? — мужчина улыбнулся, обняв юношу мягко за талию и поцеловав его в лобик, прикрыв глаза. — Малыш, просто побудь со мной, ты поймешь, что я хороший бойфренд.
— Ты все равно откажешься от меня, — пробубнил Фрейр, — но сейчас ты ведешь себя подозрительно хорошо, — омега сжал рубашку Альберта, держась за него, ведь голова немного закружилась, но он не подал виду.
— Не откажусь, если ты не будешь вести себя так и дальше. Я стараюсь сделать так, чтобы тебе было комфортно. Прекрати ворчать, — богач улыбнулся, поглаживая спинку омеги. — Тебе нехорошо? — спросил альфа Микки, ощутив, как тот покачнулся.
Бывший парикмахер поднял фиалковый взгляд, и челка упала на глаза.
— М-м… Все в порядке, — он уткнулся головой в чужую грудь, вдохнув запах альфы. Он, как обычный омега, нуждался в ласке и любви.
— Ну что ты, малыш, давай приляжешь? — мужчина поднял гостя на руки и сел с ним на диванчике, нежно гладя по талии. — Тебе нужно что-нибудь?..
— Ничего не нужно, — сказал Микки тихо и слегка хриплым голосом, думая о том, что этот мужчина не такой, каким он себе его представлял.
«Забота и нежность льются через край. Что же он делает? Зачем ему это?»
— Хорошо, скажи, если что, я рядом, — сказал брюнет серьезно, реально волнуясь за беременного, ведь он виновен в его состоянии. — Крошка, я отнесу тебя в спальню.
Альфа принес его на мягкую кровать и уложил, пристраиваясь рядом с ним и поглаживая, касаясь живота.
Фрейр прогнулся назад от прикосновений к сокровенному и отвернул голову, закрыв глаза, но ему стало немного легче. Омега притронулся к руке мужчины, останавливая ее и сжимая, но не сильно, ведь у него не было столько сил.
— Я не выбил три страйка, — сказал юноша с улыбкой.
Альфа слегка удивился его реакции, но убрал ладонь, чтобы не пугать омегу, раз тот не дает касаться живота.
— Я не пущу тебя их делать, пока тебе не полегчает, — мужчина беззлобно усмехнулся в ответ.
Микки приподнялся и посмотрел в глаза Альберта.
— Какие странные отношения. У меня такое ощущение, что я тут нахожусь потому, что мы любим друг друга, — изрёк он с улыбкой, опустив взгляд вниз.
— О, мне нравится твое ощущение, малыш, оно очень хорошее, — брюнет стиснул рыжеволосого в объятиях. «Странно. Может, у него комплексы?» — мысленно предположил альфа. — Видишь, не нужно бояться меня.
— Просто ты ведешь себя не так, как я ожидал, — вздохнул Фрейр, обнимая его в ответ. — Какой у тебя необычный запах… Мне нравится, — сказав это, омега не задумался.
«Альберт слишком добр… Есть ли подвох?»
— Правда? А как ты думал, я буду себя вести? Раз уж я довел тебя до такого состояния, ты заслуживаешь всего этого, — выдал альфа спокойно. — Спасибо, я тоже обожаю твой запах, — и уткнулся в чужую шею, вдыхая чайный запах жасмина.
«Вот же… Что за человек!» — Рейн действительно сейчас сильно путал омегу. Юноша закрыл глаза, вздрогнув.
— Ррр… Мурашки… Тебе приятно, — ухмыльнулся бизнесмен, нежно прорычав, трогая его, тиская, гладя, наслаждаясь омежьим телом по полной. Ну, почти. — Микки, хочешь завтра сходить в бутик, м-м? Хотя нет, сначала восстановим твое тело.
— Я не особо люблю ходить в магазины. Мне часто говорят, что я больше смахиваю на альфу своим поведением, — смущенно признался омега. Микки смотрел разные виды спорта, любил разговаривать на тему политики и неплохо себя чувствовал в компании альф.
— Вот этим ты мне и нравишься. Ты какой-то не такой, как все, — брюнет наклонился и мягко поцеловал длинноволосого в уголок губ. — Можно мне целовать тебя?
— Целовать? Да, можно, — Микки не стал сопротивляться и спокойно посмотрел в его глаза.
— М-м, малыш, я буду целовать тебя, когда захочу, но меня беспокоит то, с каким равнодушием ты это разрешил. Чем же тебя обидел тот альфа?
— Не скажу, — буркнул Фрейр, ничего не ответив на то, что его беспокоит.
«Поцелуй для меня ничего не значит. Я никогда не получал удовольствия от поцелуя», — рыжий нахмурил брови и зажмурился от дыхания на Альберта.
— Почему не скажешь? — спросил его тепло на ушко богач, наслаждаясь его присутствием.
«Неужели он, как все омеги, начнет вести себя высокомерно, подумав, что я такой подкаблучник? Будет обидно…»
— Ты скоро сам узнаешь, — прошептал омега смущенно. Он собирался вести себя настороженно рядом с мужчиной. Микки все также чувствовал мурашки от его прикосновений, и это вводило его в неловкое заблуждение. — Ты какой-то слишком ласковый, я не привык.
— Звучит как-то угрожающе, — альфа навис над омегой сверху, услышав, что ему кажется, что мужчина слишком ласков. — Правда? Хочешь, чтобы я был погрубее? — спросил Рейн Фрейра с усмешкой, положив руку на его живот. — Тогда я не буду толерантным и буду трогать твой живот, несмотря на то, что ты этого не хочешь.
«Я не хотел, чтобы это так звучало…» — заволновался парень, сжав пальцами простынь.
— Унх… Н-нет, — омега поднял взгляд фиалковых глаз, когда тот положил руку на животик. — Я не это имел в виду.
— А что? Тебе бы выражаться понятнее, малыш, потому что я мог расценить это как недовольство моим отношением к тебе. Мне очень не хочется обижать тебя, — Альберт усмехнулся, поглаживая рукой живот омеги, совсем не замечая, что тот беременный, ему казалось, что все хорошо, и ничего необычного он не замечал.
— Мне нравится то, как ты вел себя, — сказал Микки более внятно и обнял альфу за шею, глядя в глаза. — Вот, что я хотел сказать, но не сказал… — юноша опустил взгляд вниз, а потом повернулся к окну, за коим было уже темно.
— Вот так лучше, котенок, я не хочу быть грубым с тобой, если сам не хочешь, — промурлыкал альфа и улыбнулся, ложась сзади омеги и обнимая его, уткнувшись носом в его плечо. — Твой запах очень успокаивает, — прошептал он, прикрыв глаза. Его отношение к этому омеге стремительно росло, ведь он впервые не берет гостя в первую же ночь, а старается устроить комфорт. Но он и впервые не мог так долго получить омегу, что был в ужасном состоянии во вторую их встречу.
Омега тоже закрыл глаза, думая о том, что это все крайне странно. Не такого отношения он ожидал.
«Наверное, я пришел бы раньше, если бы знал, что он такой. Но ведь он вел себя совсем иначе в тот день. И что же будет, когда узнает, что я беременный?»
