Часть 3
17 февраля 2017 г., 21:50
В комнату попадали приятные лучи солнца, которые и разбудили Микки. Ему было так хорошо в его объятиях, что омега от счастья тихо расплакался, утыкаясь в его грудь.
«Он мне нужен. Мне нужен альфа, который бы любил меня и ребенка. Альберт, наверняка, не примет…»
Тихо промычав что-то во сне, мужчина крепче прижал омегу к себе, довольно улыбаясь, и поцеловал его в лобик, проснувшись.
— Хей? Солнышко, все хорошо? У тебя глазки влажные, — взволнованно спросил тот, утерев нежно большим пальцем его слезку. — Зайка, приснилось что-то?
Микки поднял взгляд фиолетовых заплаканных глаз, мягко улыбнувшись, чувствуя, что гормоны пересиливают его, и он не может сдержаться от переполняющих сердца чувств.
— Все хорошо, — сказал он, приподнимаясь и целуя его в губы сам, вкладывая в поцелуй свою любовь, что получил от него в ответ. Альфа гладил его по голове, пока тот думал, что же ответить. Он улыбнулся, когда омега вдруг подарил ему свой, такой редкий, поцелуй, когда проявлял инициативу. Не долго думая, альфа обнял красивую талию омеги, отвечая, позволяя ему пока вести, и сам подчинялся, не предпринимая активных действий.
Микки удивился, что Альберт такой нежный, что даже позволил ему целовать его. Он закрыл глаза, устроившись бедрами на его прессе, и нежно целовал альфу с языком, чувствуя себя с ним очень хорошо.
Мужчина положил руки на его ножки, водя ими и поглаживая бедра, продолжая позволять омеге быть ведущим. Были приятны его мягкость и нежность в поцелуе, это просто волшебно; он никому еще не позволял такого.
Из-за поцелуя и поглаживаний мужчины Микки вновь захотел Альберта, который был столь ласков сейчас, позволяя омеге все, что угодно. Фрейр перестал целовать любимого и опустился ниже, нежно чмокая его в шею, оставляя небольшие засосы и поглаживая рукой его торс, забравшись под футболку.
Альберт расплылся в улыбке, горячо выдохнув, когда омежка все же приступил к действиям.
— Милый мой, — прошептал брюнет, ощутив нежную ручку на прессе, и слегка напряг его, закусив губу.
«Позволю ему и дальше управлять. Это приятно», — думал альфа.
«Его кубики на теле, лаймово-мятный запах, ласковые слова… Все сводит меня с ума! Это иллюзия, не может же мне настолько сильно нравиться альфа. Я никогда ничего подобного не ощущал», — размышлял омега.
Микки снял с него футболку и продолжал нежно ласкать мужчину, целуя его грудь, соски, опускаясь к торсу, который лизал языком, гладя руками его ноги и стягивая штаны.
Альфа просто балдел от таких нежных ласк, запрокидывая голову и начиная сбивчиво дышать, а член неумолимо быстро твердел.
«Неужели сам минет сделает? Обычно омег умолять приходиться…»
Мужчина смотрел на него, когда тот стянул с него штаны, а потом на торс, где были видны влажные от языка дорожки.
Микки учащенно дышал, нежно целуя уже низ живота альфы, а потом стянул боксы, взяв возбуждённый член в ручку, желая сделать Альберту приятно. Омега довольно сильно и ярко сейчас пах жасмином, приоткрывая ротик и начиная делать минет, но при этом он делал его искренне и старательно, не для того, чтобы альфа просто кончил.
Альберт дышал все тяжелее по мере того, как низко спускались поцелуи омеги.
— Ох, Микки, — мужчина запрокинул голову, когда омежка взял его член в ротик, начиная делать минет, такой нежный и ласковый. — Хаах… Зайка, — брюнет мягко зарылся пальцами в рыжие волосы, сжимая и разжимая их, безумно кайфуя от его влажного ротика.
Микки тяжело дышал, ведь возбуждался. Он сосал все быстрее, глубже и настойчивее, делая мужчине приятно. Омега знал, что делать нежный минет — значит, не принести удовольствие альфе. Хотя он и любил делать его так, но нужно было заставить альфу кончить.
— Ха-а… Да-а… Черт, — Альберт сильнее сжал волосы любимого, втянув воздух через зубы, понимая, что омега тоже хочет расслабиться, поэтому не дал ему доделать минет и отстранил его голову, поднимая и впиваясь в его губки поцелуем, хотя раньше брезговал. Его это и само удивило. Гладя его ягодицы, он вошел в него пальцами, начиная подготавливать влажную дырочку.
Микки широко распахнул глаза, когда его прервали от минета. Омега сжал альфу в объятиях, учащенно дыша и прижимаясь, сразу же постанывая в чужие губы из-за того, что тот входил пальцами, делая возбужденному стилисту приятно.
— Милый… Я хочу тебя, — прошептал Рейн в поцелуй, все же подминая омегу под себя, раздвигая стройные ножки и входя тремя пальцами, опытно и быстро его растягивая, ведь не было сил терпеть, и хотелось войти.
Микки довольно быстро был уже готов, поэтому учащенно дышал, прижимаясь к нему обеими руками и позволяя все, что угодно.
— А-ах… Альберт… М-м… — омега зажмурился, раздвигая ноги шире, пока мужчина двигал пальцами.
Понимая, что Микки уже готов, мужчина, недолго думая, подставил головку к его анусу и вошел сначала до середины, а потом вогнал полностью, тихо простонав на ушко Микки, сжав его немного больно в объятиях.
— Зайка… Черт, как же в тебе хорошо.
Стилист крепко прижался к альфе, тихо простонав от его крепких объятий.
«Может ли быть так, что он действительно полюбил меня? И как мне узнать, истинны ли мы или же нет?» — Микки это все волновало, но ничего он не мог произнести вслух.
Спустя время альфа начал глубокие и нежные толчки в омежку, он будто чуял, что с ним нельзя быть грубым и очень жестким, но не знал, почему, не мог понять, но не преступал эту черту.
— Микки… Это глупо звучит, но я влюбился в тебя. Я люблю тебя, — прошептал ему на ушко мужчина, куснув мочку, наслаждаясь беззащитностью омеги, его стонами и жаром тела.
— А-ах… Что ты такое говоришь? Как ты мог меня, н-н… А-ах… Альберт… — омега зажмурился, цепляясь ногтями за подушку, учащенно дыша и немного дрожа. Сердце билось очень часто от его слов, а он не мог ничего понять и разобраться в себе.
— Можешь ничего не отвечать, ха-а, просто знай, ты особенный для меня, — сказал мужчина и улыбнулся, продолжая этот нежный секс, глядя в его глаза и плавно двигая бедрами, с хлюпами входя в омежку, сводя с ума его своим членом.
Микки из-за столь идеального секса начинал постепенно зависеть от прикосновений альфы, томного взгляда, горячего члена и добрых слов, заставляющих сердце биться чаще. Ни с одним мужчиной он такого не испытывал.
Альберт, чувствуя, что вот-вот кончит, слегка напрягся, вспомнив, что кончил в него вчера.
— Микки, я кончил в тебя вчера… Ты… Т-ты забеременеть можешь, — проговорил он, переставая двигаться и посмотрел в его глаза. — Ты готов? Потому что я готов и очень хочу сына.
Омега закрыл глаза, а внутри все неприятно сжалось. Он накрыл лицо руками.
— Н-не спрашивай меня, когда уже сделал что-то, — сказал Микки, чувствуя сильную вину, что он не забеременеет от него.
— Прости меня. Ты злишься? Я… Если хочешь, я оплачу аборт. Но я этого не хочу, — уткнулся мужчина в его шею, не двигаясь все еще, слегка дрожа, ведь хотелось кончить и трахаться дальше. — Микки… Не молчи.
— Все в порядке, я не злюсь, прости, — стилист обнял брюнета, сжав его волосы. — Не сдерживайся, я разрешаю все, — сказал он, а потом опомнился: — Только не надо грубо… И все, — прошептал Микки, думая о том, что предает его тем, что уже беременен.
— Я и не хотел грубо, малыш… Мне почему-то не хочется грубо с тобой, будто это опасно. Не знаю, что за чувство, — улыбнулся богач, возобновляя толчки, но оргазм немного отошел, и они занимались сексом еще где-то полчаса, перед тем как альфа снова излился в омежку, простонав ему на ушко, впиваясь клыками во вчерашнюю метку, обновляя ее.
Омега учащенно дышал от толчков, закрыв глаза и сжимая пальцами его плечи. Микки несколько раз кончил за это время, выстанывая имя брюнета и выгибаясь. Фрейр не был уверен в том, что спустя два месяца альфа будет все также с ним, поэтому сейчас прижимался, желая получить хоть немного любви и нежности.
Мужчина после секса гладил красивую спинку стилиста, усадив уставшего омегу на свои бедра, прижимая к себе и глядя в зеркало напротив, улыбнувшись. Там было хорошо видно, как член находится внутри омеги, и сперма капает из дырочки вперемешку со смазкой омеги.
— Ха-а… М-м… Я устал, — сказал омега тихо, трогая пальцами свою метку, обнимая мужчину за шею, ведь он ничего не поел, а занимался сексом уже длительное время, тратя силы.
— Милый, сейчас ты отдохнешь и покушаешь. Ложись, — нежно вышел из него брюнет и уложил на кровать, вставая с нее, и пошел на кухню за питательным завтраком. Через минут двадцать он вернулся с большим подносом и поставил на стол, прикатив тот к нему.
— Боже, какой же ты добрый и заботливый одновременно, — сказал омега тихо, надевая на себя халатик. Он сразу же взял сэндвич и стал быстро его кушать, чувствуя себя просто прекрасно с мужчиной, который так сильно его любил и боготворил, хоть и считал, что они не истинные.
— Хах, я рад, что тебе нравится, — рассмеялся альфа и сел рядом, тоже начиная кушать, ведь после секса они не хило устали, и нужны были силы.
***
Спустя два месяца Микки перестал даваться Альберту. И вот, стилист уже как две-три недели делает мужчине минет, надевает свободную одежду, которая скрывала бы его животик. Это был уже четвертый месяц беременности омеги. Они уже некоторое время живут вместе, но Микки все также не признался в своих чувствах мужчине. Альфа все терпел, не настаивал на сексе и был рад принимать его минет, но все равно было недостаточно, он хотел его тела, объятий и тихих стонов. Однажды вечером они сидели на диване в гостиной, смотрели фильм, а потом легли, и альфа слегка нахмурился, заметив животик. «Что за…» — подумал он и положил руку на небольшой, округлый живот, напугав этим омегу. Микки в полном шоке ощутил его прикосновение и нервно сглотнул, застыв. «Вот и все… Он слишком большой. Не могу скрывать… Как страшно… Он убьет меня…» — Микки… Это… Ты ведь не поправился, да? — спросил его серьезно бизнесмен, глядя в его фиалковые глаза, и приподнялся, держа руку на животике, гладя его, ощущая, что он довольно упругий, а значит, что это — не жир. — Слишком большой… Это не от меня, — закусил губу, глядя на него. — Рассказывай. Омега горячо выдохнул, сглотнув. Пауза затянулась, но Микки все ещё молчал. — Мне нечего сказать, — тихо сказал рыжий, опустив голову, чувствуя себя просто отвратительно. Но глазах появились слезы, но он не плакал. — Микки, я сказал рассказывать, — повторил он спокойно и сел на диване. Альфа не казался злым. «Как это могло получиться… Он беременный… Но это не от меня…» — Я встречался с альфой, забеременел, а когда сказал ему, он бросил меня и ушел, дав денег на аборт. Я его не сделал и устроился работать, чтобы прокормить себя и ребенка. Я… — замолчал, сжав пальцами свою кофту, сильно волнуясь сейчас, а ему это было нежелательно. Мужчина внимательно слушал его и молчал, но было такое облегчение, что он забеременел намного раньше, чем они встретились. — Ты идиот! Какого черта ты не сказал, что беременен, когда из-за меня голодал?! — потряс его за плечи Рейн, учащенно дыша, понимая, что мог убить ребенка внутри него. — Сука, — мужчина крепко прижал к себе омегу, сейчас ощущая дикую вину перед ним. Микки распахнул глаза, задышав чаще, в полном шоке ощущая его объятия. — Ч-что? Тебя волнует только это? — тихо сказал он, поджимая дрожащие губы, желая расплакаться, но не мог. — Я… Ты же вышвырнешь меня, да? Отец ребенка отказался от меня, а… а тебе это зачем… Н-н… — и все же от его объятий он ощутил, как по щеке стекают непрошенные слезы. — Ты точно идиот. Как я могу вышвырнуть тебя, ещё и беременного? Я люблю тебя, я готов твоего ребёнка взять под опеку, неважно, что было, неважно, что он не от меня. Не смей думать так плохо про меня. Ты мне дорог, — мужчина говорил совершенно серьезно, утерев его слезу со щеки. — Не плачь, все будет хорошо, ты в безопасности… Боже! Я так виноват. Стилист молчал и обнимал любимого, не веря в то, что тот правда вырастит ребенка Микки. «Что же мне делать… Он не отказывается от меня. Этот мужчина… Я с ума сойду от его теплоты». — Прости, я не знал, что ты беременный. Я не знал. Я бы так никогда не поступил, — шептал ему виновато на ушко Альберт и думал, что теперь точно обязан воспитать его малыша, пусть он и не от него. Он уложил омежку и поднял его футболочку, наконец видя животик. — Как же прекрасно, — вздохнул он и стал целовать живот омеги, прикрыв глаза. Микки слушал мужчину и правда не мог понять, за что ему такой альфа, как Альберт. Он лежал на подушке, чувствуя его прикосновения и не возбуждаясь, ведь это очень бы испортило трогательный момент. — М-мне стыдно, что ты целуешь меня, я же такой… полненький… — Дурашка, ты такой милый. Это не полнота, а счастье внутри тебя. Там же малыш, — улыбнулся альфа, гладя большой рукой то самое растущее счастье под сердцем, иногда целуя его. — Не думай, что ты толстый или полный, это не так. Мне все нравится… А, так вот почему секса не было, — усмехнулся мужчина, вдруг поняв это. Омега слушал его, кусая свои губы, балдея с его нежности. — Угх… Почему ты такой добрый? — сказал он тихо, зачесав волосы назад. — Да, я пытался оттянуть момент, чтобы ты не узнал. Ведь тогда ты мог бы выгнать меня… — Добрый? Хах, ты первый, кто говорит мне это. Да еще и во второй раз, — альфа улыбнулся, приподнявшись, касаясь нежно его губ, целуя ласково и почти невесомо. — Малыш… Я люблю тебя. Даже если ты не мой истинный. — Как ты можешь такое говорить? Мне стыдно, Альберт, и мне кажется, что мое сердце от счастья сейчас остановится, — прошептал омега, закрыв глаза. Он приподнялся и поцеловал альфу в губы, нежно его обнимая. — Спасибо тебе за все! Хоть и вначале я был обижен и злился, но сейчас, сейчас-то я рад. — Твоя злость совершенно оправдана. Ты имел право злиться, — шептал мужчина, принимая его обиду и злость, ведь чуть не убил его ребенка. — У малыша будет все-все, обещаю, — сказал он с улыбкой, а потом на несколько секунд замолчал, закусив губу. — Мне неловко портить момент… Но мне так хочется. Омега поднял на него взгляд и улыбнулся, наклонив голову. — Что, у тебя встает даже на меня беременного? — спросил Микки с улыбкой. Это было будто доказательством истинности, ведь кажется, Альберт хотел Микки в любом его состоянии. — Глупый, у меня уже стоит, — улыбнулся альфа в ответ, взяв его ручку и положил на свой пах, доказывая свои слова. — Ты самый уютный и милый человечек в моей жизни, я хочу тебя любого, — сказав это, Альберт тут же впился поцелуем в чужие губы. — От твоих слов любой растает омега, — прошептал Фрейр, задышав чаще, как только ощутил рукой его член через штаны. — Мннх… — простонал в поцелуй, слегка прогнувшись. — Я тоже хочу, поэтому не медли, пожалуйста. Мужчина улыбнулся, вспомнив, что в первый раз реально медлил. — Хорошо, малыш, — шепнул он и стянул с него шортики, гладя на красивый и аккуратный животик. — Фак, ты меня очень возбуждаешь, — облизнулся альфа и вошел в него пальцами, двумя, при этом настойчиво и чуть грубовато целуя и покусывая его шею, ведя себя очень нетерпеливо. Микки тяжело дышал, выделяя свои феромоны. Он вдыхал запах мужчины, немного дрожа и сжимая его отросшие волосы, которые, как и просил омежка, тот не стриг очень коротко. Альфа царапнул зубами нежную кожу Микки на шее и улыбнулся, слизнув капельку крови. — Зайка, мне нравится твоя бледная кожа, ты как принц. Я кладу руку на твое бедро, и ты кажешься мне мраморным, таким светлым и хрупким, — усмехнулся брюнет, ведь сам был загорелым. Он медленно вошел третьим пальцем, наблюдая за своим омегой. — А-ах… Ты… Н-н, ты как настоящий альфа… А-ах… Любой бы подумал, что ты стелишься под омегу, и тобой можно пользоваться… Но ты истинный мужчина и джентльмен, с крепким стержнем и волей. Ты самый лучший мужчина из всех, даже мое недоверие к альфам из-за тебя было подорвано, — шептал Микки, тяжело дыша от пальцев. — Мне приятно это слышать от тебя. Обычно мне плевать на мнение других о себе, но не с тобой. Тебя я могу слушать часами и принимать твои мнение и критику, — улыбнулся мужчина, вынув пальцы, и сразу заменил их на большой член, медленно входя в омежку до конца. — О-ох, не спустить бы сразу, — простонал альфа, обнимая аккуратно, но крепко любимого. — Мне правда интересно, истинные ли мы… А-ах… Мне было так стыдно, когда ты подумал, что сможешь стать отцом моего ребенка… Я подарю тебе сына, т-только не первого, хорошо? — спросил его тихо омега, нежно обнимая и целуя в губы возлюбленного, учащенно дыша от члена внутри. — Правда? Ты… Ты все же родишь мне сына? — распахнул глаза мужчина и широко улыбнулся. — Боже… Я не смел просить тебя сам. Спасибо тебе, — обнял его крепко-крепко альфа, начиная слегка быстроватые толчки, ведь безумно скучал по этой дырочке. — Ты снова такой узкий… Ха-а… Омега посмотрел в темные глаза с улыбкой, нежно обнимая альфу и постанывая, а ощущения были слегка другими. Во время беременности ему хотелось больше ласки и тепла мужчины, поэтому Микки обнимал Альберта, целовал его, лез к нему, зарывался в его волосы, ведя себя странно, но явно влюбленно и нежно. Но альфа охотно давал ему все это — ласку, любовь, заботу, ведь омега этого заслуживал, пережив такое по вине этого же альфы. — Зайка. Давай раком… Тебе с животиком полегче будет, — предложил он, покусывая ушко любимого. — Я заметил. Ха-а… Во время секса… Н-н-нг… Немного труднее дышать… Но при этом, а-ах… Альберт… Т-тело очень чувствительно… — часто дышал Микки и говорил, стоя раком, и так действительно было удобнее. — Вот так, малыш, теперь хорошо, — улыбнулся мужчина, обняв омегу поперек животика двумя руками, нежно двигаясь в нем и горячо дыша ему на ушко, шепча ласковые слова и не срываясь на грубость. Их секс длился долго, час-полтора, и альфа довел омегу до пяти оргазмов, а сам кончил в него дважды, с хриплыми стонами, крепко обнимая любимого омежку, еще не зная, что случится у него дома. — Милый, я забыл сказать… Скоро приедет мой младший брат. Он погостит у нас пару дней.
