Умей делиться!

Инари злился. Он уже полчаса метался по комнате, пытаясь чем-нибудь занять руки. В голове был полнейший кавардак. Почему-то раньше он никогда не задумывался над тем, что Сайше может променять его на кого-нибудь другого. Нет, они конечно не клялись друг другу в вечной любви, но нельзя же вот так просто... Юноша вспомнил, как ЕГО мужчина практически предлагал себя совершенно постороннему человеку и забегал по комнате, рыча, как тигр в клетке. Нет, он не был святым, ценил чужое мнение и так далее. Ну пусть трахался бы Сайше с кем-то за его спиной, но вот так при нем флиртовать? Его что, совсем за пустое место принимают?! Спустя час парень ничком лежал на кровати, наконец немного успокоившись. Ему в голову пришла умная мысль: если бы он надоел Сайше, то давно остался бы один – учёный был весьма быстр в принятии решений. А если так, то фиг он позволит этому солдафону встать у него на пути. Конечно, лучше бы всё обошлось. Ведь ничего особенного не случилось. Вот только горячий, пылающий похотью взгляд Люта в сторону ученого ему явно не привиделся. Очередная вылазка в город. Естественно, в компании наставника и защитника одновременно. Честно говоря, Инари здорово перенервничал, прежде чем всё-таки решил вести себя, как раньше. Лют выглядел абсолютно невозмутимым и приставать к нему с обвинениями было бы по крайней мере глупо. И небезопасно, учитывая разницу в весе и мастерстве. Хотя повод был: юноша уже целых два раза видел, как его любовник с этим... этим шкафом целовались, даже не особо скрываясь. И обиду затаил. Но его несколько смущали взгляды Люта. В них не было злости или раздражения. Какое-то снисхождение. Не жалость, а взгляд, которым смотрят на неразумных детей с их детскими проблемами. Это бесило. Инари даже обрадовался стае диких псов, которые отвлекли его от размышлений, появившись из-за поворота. Это было почти не опасно – стоило застрелить нескольких собак, и стая уходила, оценив силу противника. Поэтому они остались на месте, приготовив оружие. Только вот стая была какая-то странная. Юноша долго не мог понять в чём дело, до тех самых пор, пока не почувствовал запах. Металлический, с дурманящим сладким привкусом. Перед глазами сразу промелькнул образ мутанта, когда-то пойманного им в фургон. Этот запах он не забудет никогда. Инари понадобилась целая секунда, чтобы оценить количество заражённых существ. Он резко дёрнулся в сторону, собираясь бежать, прятаться... делать хоть что-нибудь. И почувствовал крепкий захват выше локтя. Лют, придурок! Решил, что он струсил? Паника как-то резко схлынула, заставив парня вспомнить, что он не один. Вот только язык словно прилип к нёбу, горло резко пересохло. - С-слизни, – едва сумел выдать он, по прежнему пытаясь вырваться из цепких пальцев и не отводя взгляда от приближающейся угрозы. Как ни странно, Лют всё-таки расслышал его бормотание. Он лишь миг всматривался в глаза парня, пытаясь принять правильное решение. А затем рванул прочь, на ходу забрасывая автомат за спину и волоча опешившего юношу за собой. Инари бежал так, как ещё не бегал ни разу в жизни. В боку предательски закололо уже через несколько минут сумасшедшей гонки. Юноша держался лишь потому, что видел фигуру солдата, то исчезающую, то появляющуюся впереди среди развалин. Лют ждал его. Сам он мог быть намного быстрее, но иногда приостанавливался, ожидая отставшего. Если бы не это, Инари плюнул бы на всё. Они легко могли бы забраться на какую-нибудь развалину, оставив псов внизу, но проблемы это не решило бы. Собаки так и остались бы стеречь «еду». Они могли сидеть в засаде днями. Вполне достаточно, чтобы умереть от жажды. Поэтому они и бежали вперёд к центру, где здания стояли плотно и можно было уйти по крышам. Дышать стало совсем трудно, Инари запаниковал, потеряв из виду наставника, буквально спиной чувствуя взгляды тварей. Стая бежала молча, лишь цокот когтей об асфальт доказывал, что это не кошмарное видение. Чувствуя, что ещё немного и колени подогнутся, парень горел лишь одним желанием — оказаться повыше, и не важно, сколько там придется сидеть. Да вот только, как назло, вокруг были непроходимые завалы пластика и металла, взобраться на них не было ни единого шанса. Наконец, Инари заметил почти целое здание, построенное из камня. Это было очень странно, но у него не было времени удивляться. Проблема заключалась лишь в том, что окна находились на высоте второго этажа, а стены были гладкими, без выбоин и трещин. Вряд ли он сможет допрыгнуть туда. А! К чёрту всё! Он хотя бы попытается! – внезапно нахлынувшая злость подтолкнула, и юноша, зарычав сквозь зубы, дёрнулся вперёд, делая рывок, оттолкнулся от земли со всей силы и, хватаясь за стену, пытался удержаться, дать ногам возможность найти опору. Инари просто повезло. Повезло, что кладка оказалась не такой плотной, как он представлял. Повезло, что нашлась крошечная трещина, за которую можно зацепиться пальцами. И больше всего повезло, когда он всё-таки соскользнул, почти достигнув цели. Он просто не ожидал, что из окна появится такая знакомая широкоплечая фигура в форме цвета хаки, и сильные руки поймают в последний момент, не дадут упасть. Инари практически не помнил, как Лют втянул его внутрь, он пытался перебороть удушье, вызванное долгим бегом и страшным запахом, идущим от слизней. В горле стоял противный скользкий комок, который никак не удавалось проглотить, легкие содрогались в тщетной попытке поймать хоть каплю воздуха, и на него напал приступ какого-то страшного, ненормального кашля. Юноша скрутился клубком на полу, пытаясь унять болезненные спазмы, но становилось только хуже — всё тело сотрясало как от эпилепсии, в добавок к кашлю нахлынула дурнота. Инари не сразу заметил, что его бережно подняли с ледяного пола, усаживая к себе на колени, прижимая крепче, чтобы удержать содрогающееся тело. - Тихо, тихо. Дыши. Просто медленно вдыхай и выдыхай. Успокойся, – до парня начали медленно долетать слова солдата, осторожно гладившего его по волосам. – Всё, малыш, уже прошло. Юноша правда почувствовал себя лучше — он уткнулся лицом в шею мужчины, вдыхая его запах, спрятавшись таким образом от настойчивой вони разлагающихся трупов. Кашель медленно утих, оставив наконец в покое расцарапанное горло. Инари понимал, что пора вставать, но отодвигаться не хотелось. В голову вдруг пришла совершенно дурацкая и детская мысль: а почему Сайше можно, а мне нельзя? Парень даже покраснел от такой глупости, но мужчина так прижимал его к себе, так ласково ерошил волосы, что против воли захотелось быть ещё ближе, жарче, нежнее. Решившись, Инари наклонился совсем близко, касаясь губами нежной кожи под ухом, с удовольствием чувствуя, как руки Люта на миг остановились, а затем принялись поглаживать спину и бёдра. Юноша прошёлся языком по шее, очертил линию нижней челюсти, чмокнул в подбородок, прежде чем добраться, наконец, до губ. Пухлые, с крошечным шрамом в уголке рта, они ощущались совсем не так, как у Сайше. Это неожиданно оказало возбуждающее действие. А в следующий миг солдат, которому надоела роль наблюдателя, перехватил инициативу на себя. Он притянул юношу вплотную к себе и поцеловал всерьёз. Инари оставалось только застонать, когда он почувствовал язык, бесцеремонно проникающий ему в рот. Лют даже не пытался быть ласковым, он по-хозяйски исследовал рот парня, потирая языком чувствительное нёбо, заставлял наклонять голову так, что бы ему было удобнее. Руки юноши тем временем забрались под его одежду, скользя по рельефным мышцам груди и живота. Не похоже, что бы он испугался такого напора. Они жадно целовались, постепенно притираясь друг к другу, разжигая огонь, отдающийся приятным теплом в паху. Инари, осмелев окончательно, скользнул ладонью вниз, поглаживая внушительный бугорок на штанах партнера. Тому такая смелость явно нравилась — он сжал крепкие ягодицы юноши, массируя их и заставляя хрипло вздыхать. Затуманенные карие глаза встретились с серыми, юноша поёрзал на бёдрах мужчины, выдавая нетерпение. – Давай уже, а? – Во взгляде ни капли стыда, лишь откровенное желание. Мужчина в ответ хмыкнул, осторожно ссаживая юношу с колен, и поднялся. – Давай хоть куртки постелим, пол холодный, – объяснил он, заметив удивленный взгляд. А затем не удержался и добавил – Мне ничего, а за тебя Сайше убьёт. Это определенно того стоило — парень сразу растерялся и, похоже, смутился. Он отвел взгляд от лица Люта, рассматривая что-то на стене. – Ты ещё покрасней. Ребёнок. – Последнее было сказано с такой нежностью, что Инари даже не обиделся. Он плюнул на подтрунивания наставника и принялся раздеваться. Издевки издевками, а секса хотелось. И не только ему – парень ещё раз взглянул на Люта и улыбнулся. Тот оказался гораздо проворнее его самого и уже побросал вещи в кучу, которая и должна была стать постелью. Инари внес свою лепту в создание «брачного ложа» и сразу же на нём устроился, рассматривая стоящего перед ним во всей красе мужчину. Просто великолепная мощная фигура, хорошо развитые мышцы, но при этом ни грамма лишнего веса.Загорелая кожа, светлый ежик волос, серые глаза, нос с горбинкой от давнего перелома, полные чувственные губы. Заметив интерес к себе, Лют усмехнулся и покрутился на месте, давая рассмотреть себя со всех сторон. - Нравлюсь? – Несколько иронично спросил мужчина, наконец подходя к юноше. - Очень, – ответ прозвучал вполне искренне, парень смотрел с явным интересом. И даже не собирался протестовать, когда Лют осторожно опустился сверху на него, прижимая к полу. Инари раздвинул ноги, чувствуя, как горячий, восхитительно твердый член прижался к его паху. Мужчина осторожно заёрзал, устраиваясь поудобнее, он хотел опереться на локти, но юноша недовольно зашипел, и заставил убрать руки, опустившись на него всем весом. Ему нравилось чувствовать партнера полностью. Лют покрывал поцелуями шею и плечи парня, иногда кусая за нижнюю губу. Он не спеша разогревал партнера, заставляя глухо постанывать. Наконец, когда Инари начал потихоньку тереться пахом о его бедро, Лют перевернулся на бок, все ещё крепко прижимая юношу к себе. Тот, похоже, завёлся по полной, потому что с удовольствием выгнул спину и раздвинул ноги, почувствовав влажные пальцы между ягодиц. Инари застонал в голос, когда Лют принялся играть двумя пальцами — надавливал на вход сильнее, погружая на фалангу, затем вытаскивал, не обращая внимания на протестующие стоны и вздохи. Его вторая рука крепко держала юношу за талию, не позволяя дергаться в стороны. Инари оставалось лишь покорно подставляться, с готовностью принимая пальцы, которые погружались с каждым разом глубже. Лют медленно доводил любовника до полного безумия, заставляя мучиться от желания. Инари уже готов был умолять о пощаде, когда наконец почувствовал у растянутого входа что-то большее, чем пальцы. Он тихо заныл, заскулил, когда Лют всё в том же безумно медленном темпе начал протискиваться внутрь. Член у него был под стать всему телу — Инари пришлось дышать очень спокойно, стараясь расслабиться, пока Лют вводил в него своего монстра. От мощного ствола внутри расходились волны тепла. А когда мужчина наконец качнулся, Инари пробрал озноб, он сам не знал — хорошо ему или плохо, но ощущения были новыми и очень острыми. А затем движения стали непрерывными, заставляя парня всхлипывать беспомощно и стискивать руки в кулаки. Ему казалось, что член достает до самого горла, прошив его насквозь. Анус постепенно растягивался, боль уступала место удовольствию, но медленный темп по-прежнему сводил с ума. Инари плавился, тонул в наслаждении и неудовлетворённости одновременно. Хотелось быстрых, резких движений, что бы наслаждение накатывало волнами, накрывало с головой. Лют изменил позицию, усевшись на «ложе», он оперся спиной о стену, так и не отпустив с члена Инари. Теперь юноше казалось, что его посадили на кол. Член внутри казался просто огромным, и юноша попробовал слегка приподняться, что бы получше разобраться в ощущениях. Это оказалось неожиданно приятно – управлять процессом. Лют легонько подхватил его под бёдра, помогая двигаться вверх и вниз. Юноша громко застонал, чувствуя, как замечательно член трётся о простату. Наконец-то он сам мог выбирать темп движения – Инари двигался все быстрее, ощущая крупную дрожь, проходящую по телу партнера, ему самому оставалось совсем немного до оргазма, когда Лют вдруг прижался грудью к его спине и обхватил руками, насильно опуская вниз, не давая двигаться. Инари протестующе вскрикнул и дёрнулся вверх, но бесполезно. Внутри него полыхала настоящая огненная буря, принуждающая не останавливаться. Лют вдруг мягко качнулся вперед-назад, по прежнему удерживая юношу за бёдра. Инари всхлипнул, и попытался обернуться, что бы увидеть лицо любовника, но тот не позволил. Он снова качнул бедрами, но уже сильнее, и задохнувшийся Инари откинулся назад, пытаясь хоть немного облегчить ощущение раскаленного кола внутри. Лют размеренно покачивался вперед-назад, словно баюкая Инари на руках, но его член внутри заставлял парня плакать уже в открытую. Мужчина же явно наслаждался. Но, почувствовав, что Инари просто не выдержит больше такого, Лют вдруг резко дёрнулся вперёд, опрокидывая парня на четвереньки. Тот даже не успел понять, что случилось, когда Лют вышел из него почти полностью, вырвав жалобный стон, а затем с силой толкнулся вперёд. Инари с криком дёрнулся прочь, но жесткая хватка на бёдрах не позволила. Лют до синяков сжимал нежную кожу, с садистским удовольствием накачивая симпатичную задницу. Инари уже вряд ли понимал, что происходит, он вскрикивал от каждого движения, крепко вцепившись пальцами в комок одежды, по лицу текли слезы, но член стоял как каменный. Лют зарычал, чувствуя, что тоже на грани, и толкнулся особенно сильно, резко проехавшись головкой по простате. Инари выгнуло дугой от острого удовольствия и боли, он заорал в голос и кончил, ощущая острое блаженство от пульсирующих внутри ощущений. Провалившись в счастливое беспамятство, юноша не чувствовал, как на него сверху навалился Лют, кончая на его бёдра и ягодицы. Очнулся Инари от ощущения воды, бегущей по лицу. Парень жадно облизал губы и открыл глаза. Он лежал на настоящей кровати, укутанный теплой курткой Люта. Сам мужчина сидел напротив, виновато заглядывая в глаза юноши. В руках солдат держал какую-то посудину, заполненную водой. Заметив жадный взгляд Инари, он молча придвинулся, подавая тару. Инари мгновенно выхватил её, приникая губами к краю. Он оторвался лишь тогда, когда уровень жидкости уменьшился почти на половину. Лют осторожно присел рядом на кровать, и вдруг нежно-нежно погладил ладонью по щеке. Инари в ответ лишь улыбнулся – физически он чувствовал себя не так плохо, а секс... Даже сейчас парень не мог однозначно ответить на вопрос: «Что это было?» Больно, сладко, горячо, приятно и нестерпимо до обморока. Решился бы он повторить что-нибудь подобное ещё раз? Инари посмотрел на сидящего рядом Люта и сам потянулся за поцелуем. Может быть. Когда-нибудь.