"Я вас любил: любовь еще, быть может..."

Иногда ты привыкаешь. Но не привыкаешь так, как к обыденному чему-то, а привыкаешь именно в плане уверенности. Когда знаешь, что хочешь и начинаешь идти к этой цели, тратя силы, средства, вкладываясь, отдаваясь… Когда внезапно твой смысл жизни пожмет плечами, махнет ручкой, развернется, и уйдет, оставив тебя с полными сумками тут же начинающего гнить счастья, любви и нежности, это будет как удар по лицу. Со всей дури. И тогда зародится эта самая обида и недоверие к окружающим. Ведь за что? Что не так? Ведь ты, такая ласковая, добрая, заботливая, делающая ее счастливой, любящая – что не так, за что бросили, за что в грязь втоптали чувства и сделали вид, что ничего и не было такого? Это далеко не мелочь, нет – это оскорбление всему прекрасному, что копилось в душе. Со смесью страха, боли, остывающей, отчаянной любви, ты не знаешь что делать – ты боишься даже заговорить. Мир рухнет. Надолго или не очень – но рухнет. — Эй! И все. Больше ты ничего не скажешь, потому что хочется кричать, плакать, топать ногами, рвать волосы, проклинать, признаваться в любви, напоминать – «вот, вот, были такие чувства, ничем не хуже, чем у других, зачем, почему, за что? Да ты себе не представляешь, во что они могли превратиться, не представляешь, на что я была готова, не представляешь, сколько сил выделила на тебя, одну, не такую, как все…» И все. Дальше все по Пушкину. Я вас любил: любовь еще, быть может, В душе моей угасла не совсем; Но пусть она вас больше не тревожит; Я не хочу печалить вас ничем. Я вас любил безмолвно, безнадежно, То робостью, то ревностью томим; Я вас любил так искренно, так нежно, Как дай вам бог любимой быть другим. Надейся, верь, люби. Слышишь? Иначе ты тряпка. Не давай своим чувствам превращаться в сопливый носовой платок, даже если в них поплевали. Люби. Верь. Надейся. Только так можно отыскать Того Человека, Которого Тебе Нужно.