Беги за солнцем

Ну да, легко сказать, в больницу, еще бы знать, где она находится! Лечу высоко над городом, размышляя, как мне теперь найти это чертово место, куда люди отправляются на починку. Если подумать логически, это должно быть большое здание или даже несколько больших зданий, отгороженных забором. Нет, не с колючей проволокой. Так, примерно направление я знаю, городок небольшой, надеюсь, справлюсь быстро. Внимательно вглядываюсь в бетонные квадратики, сверху кажущиеся совсем одинаковыми, совсем у людей фантазии нет. Детские площадки, проспекты, ленты дорог, светлячки уличных фонарей, вспышки неоновой рекламы – спустя сорок минут все это у меня уже поперек горла стояло, хотя раньше, прошу заметить, я не страдал патологической ненавистью к городам, просто… да, я очень волнуюсь за Джейми, но это совсем не значит, что я в него влюблен, что за бред! Наконец искомое здание было найдено, на что недвусмысленно указывала табличка при входе. Я зашел внутрь; дежурный (молодой парень с умными газами, наверняка практикант) подозрительно покосился на открывшуюся без всякой видимой причины дверь, но предпочел проигнорировать сию аномалию. Тут я вспомнил о, собственно, цели визита, и присвистнул : шикарно, и как же мне здесь искать одного-единственного человека? Так, без паники, теоретически, у них здесь должна быть общая база данных. А у кого есть доступ к необходимой мне информации? Правильно, у того самого дежурного. Оглушить его, что ли… нет, пусть Питч этим занимается. Точно, у него ведь кресло на колесиках, я могу спокойно его к стулу приморозить, откатить в сторону и искать все, что моей душе угодно! Сказано – сделано, теперь наводим курсор на стилизованную лупу и вбиваем имя. «Джеймс» - компьютер выдает мне с десяток фамилий, напротив каждой – краткая информация. То, что нужно. Так, последний поступивший сегодня в 00:17, Джеймс Беннет (честно говоря, я даже фамилии его до сего дня не знал), где тут подробности… ага, четвертый этаж, хирургическое отделение, палата номер четыре. Дальше все было делом техники – растопить медленно офигевающего дежурного, оставить его отходить от шока в фойе, а самому отправиться вверх по лестнице, найти нужное отделение, открыть дверь с черной табличкой, немногословно гласящей «4». В небольшом помещении, освещаемом лишь лунным светом, струящимся из окна, стояли две кровати, на одной из которых на спине лежал человек с перебинтованной головой, а на второй – похрапывающее нечто, возвышающееся на полметра над уровнем матраса. Я подошел к первой кровати и неуверенно остановился над Джейми. Я ведь даже не могу понять, спит он или нет. - Рановато ты минуту молчания затеял, я же еще совсем живой, - в полумраке матово блеснули его глаза, - а вот ты куда подевался? - Лучше бы спасибо сказал, за то, что я скорую вызвал! – возмутился я, нет, вы видели, я ему тут жизнь спасаю, а на меня еще и наехать хотят! - Ты прав, прости, - послышался его виноватый голос, - спасибо… хотя стоп! В больницу же звонил мальчик из квартиры напортив. - У которого, конечно же, не зрение, а гамма-лучи, потому что только так он смог бы сквозь несколько стен увидеть тебя, в позе загорающего пингвина лежащего в собственной ванной и истекающего кровушкой, - ехидным тоном уточнил я. - Прости… просто я сейчас немного туго соображаю, голова раскалывается, - немного поморщился Джейми и приложил руку к повязке. - Болит, да? – тут же забыл про все обиды я, - а что врачи сказали? Правда сотрясение? И долго тебя здесь продержат? - Подожди, подожди, не все сразу, - через силу улыбнулся парень, - да, болит, да, сотрясение, как приехали, меня сразу на операционный стол – оказывается, я себе что-то там нехило так рассек. Но длилось все недолго, голова у меня не настолько большая, чтобы там картины крестиком вышивать, и вот теперь я в палате. Сколько лежать буду, хрен его, пока не выпустят, врач ничего не говорит, видимо, отказывается видеть во мне коллегу. - Коллегу? – не поверил я своим ушам. Вот уж удивил, так удивил, где там моя челюсть на полу валяется? Подобрать бы надо, - нет, серьезно? Ты тоже врач? - Ну, пока нет, учусь только, но уже летом планирую стать дипломированным специалистом. Буду детишек лечить, - и снова улыбка. - Педиатр? - Детский хирург…слушай, можешь мне что-нибудь холодное на лоб наваять, а то сейчас просто сдохну.. Он же только после операции, ему наверняка сил едва хватает, чтобы говорить, а тут еще и я со своим неуемным любопытством, на его месте я бы себя уже давно послал. Так, теперь что-нибудь холодное, но чтобы при этом кровать не намочил, а то еще простудится для полного счастья. Решение пришло быстро – сухой лед, недавно научился такую штуку крутую делать, чистый холод без посредничества замороженной воды. Завернув немного в полотенце, висящее тут же, на спинке кровати, я положил это подобие грелки ему на лоб. - Так лучше? - Угум, - он широко зевнул. - Ладно, спи, я завтра приду. - Тогда поцелуй меня, а то ничего не пройдет! - Даже не думай! Спи! - Ну хотя бы в щечку.. Тяжко вздохнув (как ребенок, честное слово!), я склонился над ним и только приблизился к щеке, как он резко повернул голову, прикоснувшись своими губами к моим. Попытался углубить поцелуй, но я пресек эту затею на корню, пусть с неким трудом, но все же отстранившись. - Все, лежи, больной. Завтра приду, если хочешь, могу принести апельсинов, мандаринов или чего там приносят? - Главное, себя принеси, - усмехнулся парень и тут же засопел. «Принесу, куда я денусь» - почему-то с нежностью подумал я, открывая окно, но быстро вспомнил, что закрывать его никто не будет, и под утро здесь на кроватях будут лежать две ледяные статуи в натуральную величину, поэтому вышел как все нормальные люди – через дверь.