Разноимённые заряды притягиваются

​

Свет привлекает всех. А ты попробуй найти того, кто полюбит твою тьму. Твои слабости. Ту личность, что остается, когда летят к чертям тысячи масок. Кто примет твоих демонов. Попробуй найти того, кто без страха поселится в твоем сердце. И будет как дома. В этой паутине лжи. В полном мраке. Будет видеть твои уловки, сможет нанести удар изнутри, но. Никогда не сделает этого. Оставшись навсегда под кожей, растекаясь по венам — не сломает тебя. А научит жить, вкачивая в тебя безразмерно любовь, не ожидая ничего взамен. Будет любить не за что-то. А вопреки всему. Станет твоей слабостью и твоей самой невероятной силой одновременно.

Эти слова моя мать повторяла постоянно, перед тем как уйти от моего отца. Вскоре она погубила себя. Я всегда знал, что лишь эта женщина воспринимала всех чертиков в моих глазах и всех тараканов в моей голове. Больно было осознавать, что я лишился тепла и ласки, которую теперь ищу в «подстилках». В итоге, я стал тем, кем являюсь: бабник, мудак, лжец, хитрец, обманщик и это не все слова, которыми меня называют девушки. Я не с кем не чувствовал, какой-либо заботы, я хотел их, они хотели меня. После смерти матери, близко я подпустил только одну девушку Мари, о чем никогда не буду жалеть. *2 года назад*  — Крис, солнце, тьфу-тьфу конечно, но если бы у тебя была возможность сказать и увидеть меня в последний раз в жизни, чтобы ты сказал? — прошептала девушка, лежащая с ним в обнимку.  — Стоун, я бы сказал, что ты лучшее, что могло приключиться в моей жизни и что я очень сильно тебя люблю, — парень поцеловал Мари в лоб и ближе притянул к себе, — а что бы ты сказала мне?  — Что Кристофер Шистад, самый лучший и прекрасный парень, которого я когда-либо любила. Ты послан мне с небес, как ангел хранитель, чтобы я не натворила херни, а самое главное, что я очень-очень сильно люблю тебя, — ее губы слились с его, они были счастливы, понимая, что есть друг у друга. Через 3 дня она умерла. Спросите из-за чего? На вечеринке Пенетраторов, за 2 дня до смерти, появился один из Якудз. В тот вечер я сильно накидался, потому что поругался с Вильямом. Мари сказала, что отойдет на минуту, но я не сильно предал этому значение. Парень из Якудз — Джо, хотел развлечься, мы спокойно его впустили, ибо в то время у нас были не такие сильные терки, так по мелочи. Джо баловался наркотой, когда Мари зашла на кухню, столкнулась с ним. Он предложил ей попробовать, девушка отказалась. Девушка уже хотела вернуться ко мне, но я не понимал, что творил и засосал какую-то даму. Стоун это увидела, видимо произошел срыв. Девушка после развода родителей сильно переживала, и решила попробовать траву, сначала легкую, потом более сильную. Родители вовремя опомнились и остановили все: развод, переехали в Осло, смотрели за ней постоянно. Когда мы познакомились я ничего не знал, после, начали встречаться, узнав я взял половину ответственности за нее. Джо настоял, предложил попробовать не травку, а героин. Я знаю все это только со слов Якудзы. С утра я проснулся и не заметил Стоун рядом, звонил, писал, ходил к ней. Я спрашивал всех друзей и знакомых, мне рассказали о поцелуе. Спустя день, я заявился к ней, выбил даже входную дверь, в доме была тишина. Обойдя все комнаты, я поднялся на второй этаж, зашел в ее комнату, долго думал, куда она могла пропасть. Решил, что надо освежить лицо вошел в ванную.  — Сука! Мари, что ты наделала? Алло, скорая, тут у девушки передоз…адрес....... Девушка лежала на полу, вокруг нее были раскиданы шприцы. — Девочка моя, маленькая моя, зачем ты это сделала? — я взял ее бездыханное тело и положил себе на колени. Говорят мужчины не плачут, я плакал. Прижимал ее ближе, гладил ее волосы и плакал. В том, что с ней произошло, виноват только я. Я, дебил, которому доверили ее хрупкое тело, ее хрупкую душу и жизнь. Я просрал все. Мать, Мари, Себя. *сегодня* Я боюсь подпускать кого-то к себе, боюсь снова той боли. Говорят, время лечит… Что все раны постепенно затягиваются, заживают и перестают болеть… Наверное, это правда. Любая, даже самая сильная боль со временем затихает и лишь изредка дает о себе знать. Боль проходит. А шрамы остаются… Если порезать палец, пойдет кровь. Ее можно остановить, прижав платок к порезу. Затем ранка затянется, а на ее месте останется маленький шрам, который впоследствии вряд ли вас когда-нибудь побеспокоит. А что делать, если рана не на пальце, а в сердце? Где взять этот заветный платочек, который исцелит сердце и со временем поможет превратить этот порез в шрам? Как человеку остановить этот поток боли? На этот вопрос знает ответ одно лишь сердце. Только оно знает, почему постепенно даже самая глубокая рана заживает и перестает отдаваться болью на малейшее воспоминание о том. Раны потихоньку заживают и даже иногда забываются. Шрамы от них остаются навсегда. Чем старше становится человек, тем больше рубцов накапливается на его сердце, тем самым образуя некую карту, по которой можно читать всю его жизнь. К сожалению, шрамы остаются только на месте глубоких ран. Их нет, когда человек счастлив или весел, они появляются только рука об руку с болью и разочарованием. Каждый удар судьбы, каждое печальное событие в жизни человека — на его сердце. Говорят, есть люди, умеющие предсказывать будущее по линиям жизни на руке. Это дано не каждому. Но если бы нам было дано заглянуть в сердце другого человека, думаю, никакие выдающиеся способности не понадобились бы, чтобы рассказать о его прошлом. Оно все написано в книге жизни, покоящейся в сердце каждого из нас. Раны заживают и исчезают. Боль утихает и лишь изредка дает о себе знать. Шрамы навсегда остаются… Как будто кто-то нарочно вырезает их на нашем сердце, чтобы мы о них никогда не забывали. Чтобы мы всегда помнили о горьких уроках, которым нас учит жизнь. Не для того, чтобы лишний раз помучить нас или доставить боль. А для того, чтобы мы никогда не забывали о боли. Ведь зачастую плохое постепенно стирается из нашей памяти, освобождая место для новых ошибок, которые иногда как две капли воды похожи на предыдущие. Шрамы всегда напоминают нам о наших ошибках, не допуская повторения той боли, которой нам довелось испытать. Но, к сожалению, часто люди не прислушиваются к тем тихим и глухим сигналам, которое подает им сердце в попытке предотвратить очередное разочарование. Возможно, это происходит оттого, что мы просто-напросто привыкаем к боли, которую вновь и вновь испытывает наше сердце, и уже не способны воспринимать те легкие отголоски воспоминаний, которые сердце нам так заботливо посылает. Возможно, мы просто не умеем слушать собственное сердце… Может быть, оно всегда знает правильное решение и наилучший выход из ситуации, но мы постоянно жалеем его, которое вынесло так много разочарований, и просто не позволяем сердцу подсказать нам то, что будет лучше для него самого… В этом, наверно, и заключается наша проблема: мы не прислушиваемся к своему сердцу и тем самым вновь и вновь обрекаем его на страдания, в которых и проходит вся его жизнь… Чтобы не было новых шрамов, я никого не подпущу к себе. Может я и парень, но я тоже могу чувствовать новые порезы. Порезы нанесенную на старую рану.