Одержимый

Молодые люди шли по аллее, ведущей к дому Мегуми. На шее девушки поблескивала золотая цепочка – подарок Таканори, в руке – красная роза. Они шли молча, держась за руки. Вдруг Таканори остановился. Он чувствовал, что должен это сказать. Именно здесь и сейчас. - Мегуми… Девушка повернулась к нему: - Да? - Я тебя люблю. Казалось, мир замер для двух людей, которые просто стояли, держась за руки и глядя в глаза друг другу. Это могло показаться странным, но за тот год, что они были вместе, Таканори впервые озвучил эту фразу. Он, как истинный японец, считал, что люди должны выражать свои чувства не словами, а действиями. И весь этот год он так и делал. Но сейчас что-то изменилось в нем, и парню просто захотелось облечь свои чувства в слова. - Я тебя люблю, - повторил Таканори, не сводя глаз с девушки. Ему показалось, как рука девушки дрогнула в его руке, а затем Мегуми сделала шаг к нему, и Таканори ощутил ее губы на своих. - Я тоже люблю тебя, Така, - прошептала девушка, зарываясь пальцами в его волосы и утыкаясь в плечо мужчины. Таканори ласково провел по ее волосам и спине, вдыхая такой родной и любимый аромат, чувствуя легчайшие подрагивания влажных ресничек девушки, касающихся его шеи. Парень чуть отстранился, заглядывая Мегуми в глаза: - Эй, что такое? – Таканори испугался. Почему Мегуми плачет? - Прости меня. Така, я, правда, очень люблю тебя. Я знаю, я такая эгоистка… - Мегуми, ты что?.. Что ты такое говоришь? – Таканори не мог понять, в чем смысл такой резкой перемены. Ведь весь вечер все было просто идеально. - О чем ты? Ну, какая ты эгоистка? Ты – самая лучшая на свете, слышишь? Самая прекрасная, самая добрая, самая замечательная…, - парень что-то говорил между быстрых поцелуев, сыпавшихся на лицо и шею девушки. Таканори целовал ее губы, щеки, щеки, лоб, нежно собирая губами горьковато-соленые капельки. - Не говори так, - вдруг оборвала его Мегуми. - Почему? Мегуми, я действительно так считаю, я не просто пытаюсь утешить тебя. И я… никогда и ни к кому не испытывал того, что чувствую к тебе. Девушка чуть отвернулась от парня: - Знаешь, Така, я не глупая. И я прекрасно понимаю, на что ты идешь ради меня. Таканори начинал смутно догадываться, о чем она говорит, вот только… впервые Мегуми сама подняла эту тему. Они подошли к дому девушки, молча поднялись в квартиру Мегуми. Вымыв руки, Таканори зашел в спальню и, опустившись на диван, притянул девушку за руку, но та отстранилась: - Я в душ, подожди меня, ладно? - Угу, - кивнул Таканори. Кажется, он опять будет ночевать здесь. Устроившись поудобнее на кровати, Таканори усмехнулся: такими темпами он скоро научится спать, не испытывая ни малейших неудобств, в джинсах, пиджаке, возможно, даже куртка и сапоги не смогут смутить его. Сквозь дрему он почувствовал теплое дыхание на своем лице и такой знакомый аромат цветов. - Таканори, - мягкий шепот коснулся его слуха, - не время спать. Таканори открыл глаза и увидел лицо Мегуми, нависшей над ним. - Что ты…, - он не договорил. Опустив взгляд, парень понял, что на Мегуми не было одежды. Совсем. В комнате царил полумрак: верхний свет был выключен, горели лишь два ночника на стене. - Мегуми, что происходит? – Таканори всегда спросонья туго соображал, а при виде абсолютно нагой Мегуми все его мозги отправились в отпуск, и в пустой голове гулял ветер… - А ты не понимаешь? – прозвучало сверху, а затем Таканори накрыл жар чужого тела, когда девушка вдруг легла на него, впиваясь в губы мужчины требовательным поцелуем. Мегуми терзала губы парня, покусывала и засасывала их, лаская язык и небо партнера своим языком, в то время как руки девушки блуждали по всему телу парня. Таканори начинало казаться, что они поменялись ролями. Руки Мегуми быстро расправились с пуговицами на рубашке парня, и та полетела на пол. Когда девушка начала расстегивать ремень на брюках, Таканори, наконец-то, пришел в себя: - Мегуми… ты что…? - Опять этот глупый вопрос? – ремень и пуговица на джинсах Таканори расстегнуты, и Мегуми рванула вниз молнию. - Я хотел спросить… - Таканори, наблюдая за полетом собственных штанов куда-то в сторону двери, вяло осознавал, что он слишком медленно соображает. – Ты уверена? Ответа не последовало. Таканори хотел было повторить свой вопрос, но его довольно грубо заткнули, не прибегая к помощи слов. Про себя Таканори решил, что это означает «Да». Парня охватил жар – теперь и его собственный. Он чувствовал, что задыхается, не в силах сделать глоток воздуха, терзаемый настойчивыми губами, водя руками по так давно желанному телу. Как и ожидал Таканори, кожа Мегуми была невероятно приятной и бархатистой на ощупь. Резко, возможно, даже несколько грубо, Таканори перевернулся и, подмяв под себя девушку, оказался сверху. На какую-то долю секунды ему почудилось, что в глазах Мегуми промелькнул отголосок страха, но затем девушка притянула парня к себе, вовлекая его в новый поцелуй. Таканори плавно спускался губами по шее Мегуми и дальше, игриво лизнул сосок, одновременно с этим чуть массируя и сжимая грудь. Подув на облизанный бугорок, мужчина продолжил выводить свой узор на подрагивающем животе… Когда он добрался до пупка, несколько раз лизнув внутри, до слуха парня донесся тихий стон, и девушка притянула Таканори к себе для очередного поцелуя. - Таканори, - тонкие руки опустились на бедра парня, стягивая единственную деталь одежды, до сих пор остававшуюся на нем. – Мне кажется, это лишнее. Таканори одобрительно хмыкнул и помог убрать последнюю преграду, разделявшую их. И когда это Мегуми успела так осмелеть? Когда он представлял их первый раз, парень воображал ее застенчивой, ни в чем не уверенной девочкой, которую пришлось бы только что не уговаривать делать каждый следующий шаг… а тут такое. Зарываясь пальцами в волосы девушки, и накрывая ее губы своими, Таканори потерся о ее бедро твердым влажным членом и почувствовал, как Мегуми, скорее инстинктивно, нежели осознанно, раздвинула ноги, сгибая их в коленях. - Мегуми… - В тумбочке…там, - девушка махнула рукой в сторону прикроватной тумбочки. Таканори не очень понимал пока, об одном ли они думают, но, на всякий случай, трясущимися от возбуждения руками выдвинул ящик и достал упаковку презервативов. - Ты что, все спланировала? – из горла парня вырвались не обычные слова, а какие-то короткие тяжелые выдохи, но Мегуми, кажется, поняла. - Така, давай ты перестанешь задавать столько вопросов, а то я решу, что интересна тебе исключительно в роли собеседницы. Таканори в очередной раз издал смешок и, разорвав пакетик, достал из него презерватив. Кажется, игра идет не совсем по его правилам. Он поднес презерватив к лицу девушки: - Знаешь, что это? – ему стоило огромных трудов владеть собой и сохранять ясность мышления. - Ты опять? – нахмурилась Мегуми. - Ну, раз знаешь, значит, и воспользоваться сможешь, верно? Вручив ей изделие, Таканори скатился с Мегуми и, опершись спиной на подушку, приглашающее раздвинул ноги, кивнув на свой колом стоящий орган: - Давай, родная. Мы ждем. Мегуми, казалось, опешила от такого. Запоздало до нее начало доходить, что, возможно, зря она решилась играть такую раскрепощенную девицу, вероятно, разумнее было бы вести себя поскромней. Однако отступать было нельзя – ей не позволяла гордость. Окинув Таканори взглядом, девушка остановила свой взор на эрегированном члене, из которого сочилась смазка. - В верном направлении смотришь, умница. Считай, уже полдела сделано. Девушка, отчаянно краснея, встретилась с насмешливым взглядом темно-карих глаз: - Теперь, главное, ничего не перепутать, - прерывисто дыша, посоветовал мужчина. Мегуми, чувствуя, что становится совсем пунцовой, заметила, что Таканори, хоть и откровенно над ней стебался, в нетерпении облизывал губы, а по виску парня стекла капелька пота. Девушка искренне поразилась такой выдержке. - Ладно. Ты прав, ведь это я затеяла, верно? – Мегуми постаралась вернуть свою уверенность. - Верно, дорогая. Девушка, стараясь не допускать дрожи в руках, приставила кружок к члену, бросив вопросительный взгляд на парня. - Так. Молодец. Теперь зажми пальцами самый кончик, чтобы не было воздуха. Высунув от усердия язык, она послушно сжала пальцами левой руки выступающий конец презерватива, правой продолжая прижимать кружок к члену. - Угу. Теперь раскатывай, и без воздуха. Он нам там не нужен, Мегуми, так что обхватывай плотнее, не стесняйся. - Чувствую себя студентом-практикантом на первом занятии, - Мегуми раскатала презерватив, обхватив член правой рукой. Она отнюдь не была уверена насчет воздуха, но… как могла, так и сделала. - Так и есть, Мегуми. Ты и есть практикант. Считай, что это твое первое самостоятельное задание. - И как? Я справилась? – Мегуми чуть откинулась назад, в ее глазах горели искорки возбуждения, смущение почти оставило девушку. Таканори перевел взгляд вниз: - На первый взгляд, все отлично. Но милая, согласись, мы не можем оставить все как есть. А вдруг что-то не так? Мне кажется, я смогу вынести свой окончательный вердикт лишь после того, как мы проверим твою работу в деле. Что скажешь? Таканори вновь кивнул на свой член, чувствуя, что запас его терпения подходит к концу, грозясь вот-вот иссякнуть окончательно. Вероятно, Мегуми это поняла, а может, и у ее терпения был предел, потому, как только Таканори закончил свою фразу, девушка толкнула его в грудь, так, что парень упал обратно на подушки, и перекинула ногу через бедра Таканори. Мегуми чуть приподнялась, упершись руками в грудь мужчины, немного подвинулась, чтобы чувствовать возбужденный орган своей промежностью, и медленно опустилась на член. Таканори, вцепившись мертвой хваткой в ее бедра, издал стон – чувство горячего и столь долго желанного тела сводило его с ума и сейчас больше всего на свете Таканори хотелось перевернуться, оказавшись сверху, и заняться грубым быстрым сексом… но ради Мегуми парень этого не сделал. Шумно вдохнув, он спросил: - Мегуми, как ты? Девушка открыла зажмуренные до этого момента глаза: - Така… - М? - Я… в порядке, но ты можешь немного подождать? Парень кивнул и прошептал: - Конечно Таканори ослабил хватку на ее бедрах и начал ласково поглаживать ноги девушки, ее бедра, затем перешел на талию, живот, обласкал груди, провел по плечам и рукам. Мужчина осторожно сел, стараясь причинить как можно меньше боли своей партнерше, и, обняв Мегуми, нежно ее поцеловал. Через какое-то время девушка неуверенно приподнялась и, издав негромкий стон, медленно опустилась, насаживаясь до упора. - Больно? – выдохнул парень, заботливо убирая с лица Мегуми упавшие пряди волос. - Терпимо… - Извини, - Таканори понимал, что извиняться в данной ситуации глупо, но ему очень не хотелось, чтобы у девушки были какие-то негативные ощущения. Если бы это было возможно, он, ни на секунду не задумавшись, забрал бы всю ее боль себе. - Не извиняйся, Така. Не за что, - Мегуми повторила свои недавние движения, но уже гораздо увереннее. Таканори поймал очередной стон, впиваясь в сочные губки и сразу затягивая девушку в развязный страстный поцелуй, одновременно с этим помогая Мегуми приподниматься и опускаться, и стал подаваться бедрами навстречу ее движениями. При каждом толчке внутрь горячего тела, Таканори чувствовал, как в его рот вторгается язык Мегуми, а когда девушка приподнималась – ее язык покидал рот парня. У Таканори мелькнула мысль, что она специально затеяла такую игру – типа, не только ты меня трахаешь, но и я тебя. Таканори уже давно понял, что Мегуми может быть милой и послушной лишь тогда, когда сама этого хочет, во всех остальных случаях предпочитая быть лидером, порой негласным и неавторитарным настолько, что Таканори очень долго мог считать, будто все идет по его плану, лишь в самом конце осознавая, что его мини-план был не более, чем составной частью гораздо более глобального замысла Мегуми. Таким образом, выиграв сражение, Таканори обычно проигрывал войну. Через несколько минут ленивых осторожных движений девушка, осмелев, начала двигаться активнее, уже безо всякого страха раскрываясь под напором горячего твердого члена. Парень почувствовал приближающийся оргазм и, резко подняв Мегуми, вышел из нее, вызвав негромкий вскрик. - В чем дело, Така? - Давай попробуем по-другому? - Таканори, я почти… - Да? Почти что? – Таканори, не дожидаясь ответа и чувствуя себя садо-мазохистом, повалил Мегуми на диван и, впиваясь в нее глубоким поцелуем, снова вошел. Вот теперь-то он смог позволить себе тот быстрый секс, в котором так нуждался. Они кончили почти одновременно, дрожа всем телом, и отчаянно цепляясь друг за друга. Мегуми стонала в голос, парень хрипло дышал, чувствуя, как сжались тугие мышцы вокруг его члена и как сперма толчками покидает его тело. Лишь минут через пять Таканори медленно и осторожно, боясь причинить боль, покинул тело девушки и поцеловал ее, проведя языком по ее языку и небу, а та в ответ нежно прикусила его губу. - Тебе понравилось? – сиплым шепотом спросил Таканори. Мегуми кивнула, как-то сонно и вяло улыбаясь. - А тебе? - Это было шикарно, - мужчина тоже улыбнулся, чувствуя, что устал, как никогда. - Кстати, профессор, - спросила Мегуми, из-под полуприкрытых век наблюдая за тем, как Таканори стягивает с себя презерватив и завязывает его узлом, - Что там с моей работой? Я нигде не напортачила? - Ты все сделала идеально. Работа достойна самого высшего балла, хоть на выставку выставляй, – похвалил Таканори. Мегуми хихикнула и, обняв парня, уткнулась носом в его плечо. - Будем спать? – как-то неуверенно предложил Таканори. - Ты еще спрашиваешь? – Мегуми закинула на парня ногу. – Сейчас я могу только спать. - Я тоже, - признался Таканори и уже через пару минут только пушечный выстрел смог бы их разбудить. Как ни странно, спали они недолго. Через пару часов парень проснулся от какого-то шебуршения рядом, чувствуя, как вокруг его уже на все готового члена сжимаются горячие влажные губы… После этого они просыпались еще пару раз: к огромному удивлению Таканори Мегуми очень быстро всему училась, а, главное, сразу же вошла во вкус такого времяпрепровождения, хотя обычно, насколько мог судить мужчина, на это требуется некоторое время. Утром, стоя под горячим душем с блаженной улыбкой на устах, Таканори опустил взгляд вниз и провел рукой по расслабленному органу. Просыпаться без стояка было как-то непривычно. - Что, дружище, - пробормотал парень, разглядывая свое достоинство, - устал? Да… пришлось тебе сегодня потрудиться. Ну, ничего, отдыхай пока. По крайней мере, до вечера. Набирайся сил, так сказать. Судя по сегодняшней ночи, тебя ожидает тяжелая изнурительная жизнь, - хмыкнув, добавил он. - Таканори, я не против некоторых твоих странностей, типа ковыряния вилкой в ухе или использования моих духов для протирки стола… Парень резко обернулся и оказался прижатым к стене обнаженным телом девушки. - … Но, милый, разговоры с членом… Это что-то новенькое. Таканори покраснел и попытался отодвинуться в сторону: - Я не предполагал, что за мной следят! - Эй! – Мегуми обхватила руками его лицо. – Может, ты и дал своему другу отпуск до вечера, но меня вы спросить почему-то забыли. - Очевидно, мы были неправы, - Таканори чувствовал горячие руки на своей спине и сам массировал и поглаживал кожу Мегуми, и, сплетаясь с ней языками, осознавал, что его член пока отнюдь не согласен на заслуженный отдых, и сам парень вполне поддерживал его решение. В студию музыкант приехал в половине первого. Восемь пропущенных вызовов – три от менеджера, два от Кая и по одному от Рейты, Аоя и Урухи, – туманно ему намекнули, что его искали. - Оооо… кто-то все-таки соизволил почтить нас своим присутствием, - когда Таканори вошел в студию, все, как по мановению волшебной палочки, подняли на него глаза, а драммер выразил всеобщую мысль. - Я дико извиняюсь за опоздание, были некоторые дела, - деловито произнес вокалист, сияя улыбкой, которая, вероятно, должна была означать извинение, но получилась совершенно другой. Таканори поздоровался со всеми, пожав руки. – Ну что, приступим? На чем вы остановились? Минутная тишина повисла в студии, потихоньку смыв счастливую улыбку с лица парня. Все молча таращились на него. Уруха, очевидно, пытавшийся перекинуть ремень гитары через плечо, так и завис с рукой над головой и чуть приоткрытым ртом. Остальные тоже не двигались. Руки начинал чувствовать себя несколько неуютно, переступая с ноги на ногу. Чего это они? Ну, опоздал разок, с кем не бывает? - Нифига себе! – Наконец-то Рейта прервал затянувшееся молчание. – Опоздал на три часа и только что не светится! Это тебя так пропуск утренней репетиции осчастливил? - Если так, то надо бы и нам попробовать, - внес свою лепту ритм-гитарист. - Не стоит, Аой. Ты и так пропускаешь так часто, что я не могу тебя поймать, чтобы вместе отрепетировать… в итоге, мы репетируем по отдельности. Как мы будем играть на концерте - тоже по отдельности? – предъявил свою претензию Уруха, выйдя наконец-то из транса. Аой, кинув на одногруппника хмурый взгляд, собрался что-то возразить, но Руки, не желавший слушать пререкания гитаристов и горящий желанием поскорее приняться за работу, перебил его: - Итак? Что у нас сегодня, кроме репетиций? - Конкретно с тебя – разработка новых костюмов. Сдается мне, ты обещал показать нам свои наброски неделю назад. - Менеджер сложил руки на груди. - Прекрасно, прямо сейчас этим и займусь. Они почти закончены, осталась самая малость, - Таканори взял в руки блокнот и карандаш. – Собственно, тут есть пара вопросов… Кай, ты не хочешь слегка оголиться? Понимаю, тебе непривычно, но, как мне кажется, тебе пойдет. Уру, а для тебя я вот что придумал - рукава могут быть не очень удобными, но их легко укоротить в случае чего… Аой, в твой образ мы добавим чуть больше металла, ладно? Шипы, заклепки всякие… В общем, вот, смотри! – Руки протянул гитаристу листок с рисунком, предварительно также одарив Кая и Уруху эскизами их костюмов. - Чего это ты так оживился? – буркнул Рейта, тоже получая рисунок. – Неужели…, - лицо басиста вдруг из хмурого превратилось в понимающе-ехидное, губы растянулись в широкой улыбке,- Боооже… Руки, неужели это наконец-то случилось? - Что случилось? – вклинился Кай, переводя заинтересованный взгляд с Рейты на Руки и обратно. - Ничего не случилось, – оборвал Руки, бросая гневный взгляд на хихикающего друга. Не хватало еще обсуждать всей группой его сексуальную жизнь! Рейта, перехватив взгляд, сделал не особо удачную попытку скрыть улыбку, уставившись на рисунок и невнятно прокомментировав некоторые детали своего будущего костюма. Чуть позже Руки забрал листок, прочитав в нижнем углу: «Примите мои поздравления! Отметим сегодня в 18:00 в нашем кафе? Я угощаю. Идет? P.S. Ну, и как тебе приходить на работу с полным желудком и пустыми яйцами?» В конце послания Рейта накалякал некую краказябру, после детального изучения которой Руки догадался, что друг, очевидно, желал изобразить подмигивающий смайлик… ну, или испражняющегося утконоса. Зная чувство юмора Рейты и его художественные способности, там вполне мог быть любой из этих двух вариантов, а, возможно, и некий третий, еще более экзотический. Руки, нервно оглядевшись по сторонам и поняв, что никто ничего не заметил, поймал насмешливый взгляд Рейты и, тоже не сдержав улыбки, одними губами произнес: - Идет…