In another life/В другой жизни

       Луи сидел на кровати, свернувшись калачиком. Свечение от телевизора было единственным источником света в комнате и он бросал устрашающие тени на стены. Телевизор был приглушен, и единственным звуком, который можно было услышать, был глубокий вздох, который исходил от парня. По телевизору показывали другого парня, он был немного младше Луи. Он держал микрофон и пел на сцене с целой кучей мигающих софитов.        Луи чувствовал себя беспомощным. Хуже того, он чувствовал себя бесполезным. Кудрявый парень на ТВ делал именно то, чем хотел заниматься Луи. А Луи все еще был здесь.        Небольшой комок образовался в горле. Он закрыл глаза, чтобы помешать слезам появиться на его глазах. Тьма поглотила его. Он представлял себя на сцене, как поет на Х-Факторе. Он видел себя известным и путешествующим по миру. Он видел миллионы кричащих фанатов. Он открыл глаза и нехотя вернулся к реальности.        Луи взял пульт и снова включил звук. Он услышал последние слова парня. Зрители стали приветствовать его и Луи вздрогнул. Парень широко улыбался, красивая улыбка с невысказанной благодарностью. Луи почувствовал как слеза скатывается из его правого глаза. Он быстро стер ее ладонью и запретил себе любые будущие слезы, пролитые по этому поводу. Однако, его глаза, не обращая внимания на все запреты, начинали слезиться еще сильнее. Луи уткнулся лицом в подушку.        Жизнь была несправедлива. Он знал, что все было против него. Жребий был брошен, и он не был избран. Но это был не просто отказ, это было больно. Он знал, что его скорее всего отвергнут. Это была его мечта, после которой так трудно было вернуться к обычной жизни здесь, в Донкастере. Его взяли, но выгнали очень быстро. Это было не справедливо. Он всегда нервничал. Нервы! Это было причиной. Луи знал что может исправить это. Он просто не смог убедить в этом судей.        Удручает то, что никто не может ему помочь, но он был счастлив за парня на ТВ. Его звали Гарри, Луи узнал его. Гарри Стайлс. Луи было немного неловко, когда они встретились на Х-Факторе в одной из ванных комнат. Луи помнит эту улыбку.        Луи хотел в туалет, он не мог больше ждать. Он бросился в ванную. Подойдя к писсуару, он услышал звук. Кого-то тошнило в одной из кабинок. Луи быстро закончил свои дела и направился к кабинке. — Ты там в порядке? — спросил он. Но тот лишь продолжал блевать. Луи увидел, что дверь была не закрыта должным образом. — Уходите, — голос застонал. Луи открыл дверь и увидел что парень упал в унитаз. Звуки рвоты не прекращались и Луи опустился на колени рядом с ним, слегка поддерживая над унитазом. — Я не могу этого сделать, — сказал парень, с паникой в голосе. — В смысле ты не можешь? Мне кажется, ты уже это сделал… — Нет, это шоу, — сказал голос из туалета. — Я никогда так не нервничал, — еще одна волна выплескивается в унитаз.        Луи был в растерянности, он не знал, что сказать. Он абсолютно ничего не знал об этом парне, который был чертовски напуган, ему нужно было подтверждение, что он сможет выступить на шоу. Луи не знал, действительно ли он это сможет. — Ты знаешь… я уверен, что ты справишься. Я имею ввиду, ты же дошел до этого места, — предположил Луи. Несколько минут молчания. Парень вытащил голову из унитаза и присел на пол комнаты, сдаваясь. Его светло-каштановые кудри были в причудливом беспорядке и небрежно падали на его лицо. Он вытер рот рукой и прислонился головой к кабинке. Луи сел к нему. — Тебе лучше? — спросил Луи, по-прежнему обеспокоенно. — Никогда не было лучше… это просто нервы, — объяснил юноша. Луи заметил, что лицо парня покраснело. Он не был уверен было ли это от рвоты или от обиды, но не стал комментировать. — Давай умоем тебя, — сказал Луи, вставая со своего места. Парень не шелохнулся. Луи протянул ему свою руку, чтобы помочь встать. Парень принял помощь и встал. Луи заметил, что он был немного выше его. — Я — Луи, — сказал Луи, протягивая руку, для рукопожатия. Парень улыбнулся и посмотрел в глаза Луи своим пронзительным взглядом изумрудных глаз. — Я — Гарри, — сказал он. С этими словами он подошел к раковине и плеснул немного воды себе на лицо. Он потряс головой, приводя кудри в порядок. — Спасибо за помощь, — тихо сказал Гарри. — Без проблем, — улыбаясь сказал Луи, выходя из ванной.        Теперь Луи, чувствует себя виноватым за сожаления о том, что помог тогда Гарри. Он решил выключить телевизор и Гарри Стайлс исчез в огромной черноте. Луи не хотел досматривать до конца. Он не знал, сможет ли он это переварить. Луи лег в кровать, наслаждаясь темнотой в своей комнате. Он уставился куда-то вперед.        Прошло около месяца с тех пор, как его отправили домой. Он понял, что ненавидел все в привычной жизни, которой он довольствовался. Он терпеть не мог то, как все дети в школе не знали о чем поговорить, кроме конкуренции и о том, что он должен был остаться в конкурсе. Он ненавидел учебу, ведь должен был наверстать все то, что пропустил за время отсутствия. Он ненавидел то, что его воспринимали как ребенка, которого выгнали в первую очередь. Но больше всего он ненавидел то, как его мать жалела его за то, что его мечты не сбылись. Он не хотел жалости. Он просто хотел обычной жизни.        Его глаза медленно привыкали и фокусировались на потолочном вентиляторе. Он вращался и Луи наблюдал, думая, почему потолочному вентилятору никогда не надоест, ведь он не делает ничего, кроме как вращается в своих кругах.