Не потеряй себя

      Передо мной и остальными учениками Когтеврана стоял староста нашего факультета — зеленоглазый брюнет, и, видимо, готовился сказать что-то важное — Я — староста Роберт Хиллиард, и я рад приветствовать вас на факультете Когтевран. Наш герб — орёл, который парит там, куда другие не могут подняться. Цвета нашего факультета — синий и бронзовый. Наша гостиная располагается на вершине башни Когтеврана за дверью с зачарованным молоточком. Из арочных окон нашей гостиной видны озеро, Запретный лес, поле для квиддича и теплицы. Без всякого хвастовства хочу сказать, что на нашем факультете живут умные волшебники и волшебницы. В отличие от других факультетов, которые имеют скрытые входы в гостиные, нам они не нужны. Другой интересной особенностью Когтеврана является то, что наши ученики — настоящие индивидуальности. Некоторых из них можно даже назвать чудаками. Но зачастую Гении не идут в одну ногу с обычными людьми, и в отличие от некоторых других факультетов мы могли бы сказать, что на наш взгляд у вас есть право носить то, что нравится, верить в то, что хотите и говорить то, что чувствуете. Что касается наших отношений с другими факультетами: вы, наверно, слышали о Слизерине. - даже не знаю, что и думать сейчас. - Не все они плохие, но лучше быть начеку пока вы не узнаете ученика Слизерина достаточно хорошо. Согласно их давним традициям они делают всё возможное, чтобы победить. Поэтому будьте внимательны, особенно на матчах по квиддичу и экзаменах. - чёрт, то что он говорит справедливо. Не зря на этом факультете учатся невероятные люди - Ах, да, приведение нашего факультета — Серая Дама. Остальные ученики считают, что она никогда не разговаривает, но она не прочь поговорить с когтевранцами. Её помощь особенно полезна, когда вы что-то потеряли или потерялись сами. Уверен, вы будете хорошо спать. Наши спальни находятся в башенках, отходящих от главной башни. В комнате стоят четыре кровати, накрытые шелковыми, пуховыми одеялами небесно-голубого цвета, а свист ветра в окнах очень расслабляет. — да уж, Роберт, последнее явно было лишним.       Затем он развернулся и попросил идти за ним. Мы шагали шеренгой по этажам. Это немного утомляло, но когда мы поднялись на шестой этаж и подошли к двери с бронзовым молотком в форме орла, то я невольно залюбовался, никогда раньше не обращал внимания на эту дверь, хоть и знал, куда она ведет. Орёл заговорил: — Шесть ног, две головы, а хвост один. Что это такое?       Роберт поклонился орлу и сказал: — Всадник.       Дверь открылась, наш староста придержал её, улыбнулся и радостным голосом проговорил: — Проходите.       Я вошёл и обомлел.       Гостиная была круглой , куполообразный потолок украшали звёзды, которые я хотел так нарисовать сегодня вечером. У центральной стены стояла статуя Кандиды Когтевран в настоящую величину. Она иногда улыбалась и моргала —Она редко говорит, но иногда такое случается. — сказал староста.       Окна украшали нежно-голубые гардины с бронзовыми вставками. На стенах танцевали различные магические существа под песни сирен. Если можно было бы воспарить под потолок, то я мог бы потрогать звёздный свет руками. — Мальчики, левая лестница. Девочки, вам правая.       Я поднялся по лестнице и зашел в свою комнату. Четыре кровати с синими балдахинами стояли вдоль стен. На стенах летали орлы, ласточки и синицы. На потолке тоже было изображено звездное небо. — Тут потолок такой же, как и в Большом Зале. Точно передает погоду. — сказал Бут.       Что ж, моими соседями были двое чистокровных и один полукровка: Терри Бут, Энтони Голдстейн и Майкл Корнер. Для начала это было неплохое соседство. Я прошёл через всю комнату к своей кровати под любопытствующие взгляды соседей.       Конечно, они знали, кто и я, и моя семья. Я посмотрел на них и сказал более, чем уверенно, даже немного величественно: — Я Драко. Драко Малфой — Терри — Энтони — Майкл — сказал последний. — Рад познакомиться с вами — я попытался изобразить радостный голос. Рад познакомиться с вами во второй раз. Может быть, мы станем друзьями. — а теперь, если вы не возражаете я приготовлюсь ко сну.       Они кивнули.       Я посмотрел в окно, которое было расположено ровно напротив моей кровати. С другой стороны стекла сидел Риоттус - мой филин. Я впустил его в комнату. К нему было привязано два письма - от матери и отца. Если они написали два письма, то их мнения расходятся. <<Драко, сынок! Я очень рада, что ты попал в Когтевран — "я", отец явно не разделял её мнения — я слышала, что из башни твоего факультета открывается прекрасный вид. Нарисуешь мне? Прошу, милый мой, не забывай, что Северус всё равно может помочь тебе в любой ситуации. Ты уже завел себе друзей? Я так горда, что мой сын попал в Когтевран. Когда я училась, то мы постоянно пытались отгадать загадки этого старого орла. И ни разу не получилось. Представляешь? Надеюсь, ты не забудешь о Блейзе, Тео, Дафне и Пэнси. — их забудешь, ага — Если что-то понадобится, Драко, пиши и не волнуйся. Когтевран правда очень достойный факультет>>       Да, мам, очень достойный. По вашим меркам - самый достойный после Слизерина.       Что же написал мне отец? В письме отца было всего десять слов, которые я, безусловно, не забуду еще очень долго. <<Хорошо, что не Пуффендуй. Ты практически не опозорил нашу семью.>>       Славно.       Я решил сначала написать матери. <<Мама, раз уж ты упомянула живопись, то ты не могла выслать мне краски и холсты? Я рад, что хоть кто-то из нашей семьи всё еще гордится мной. Я собираюсь просить Северуса об уроках окклюменции, заранее отвечу на твои вопросы. Нет, ничего не случилось. Все очень дружелюбны. Двое моих соседей из чистокровных семей. Третий полукровка. Просто я хочу быть подготовленным на случай чего. Я никогда не смогу забыть о своих друзьях, мам. >>       Затем я сел за письмо отцу. <<Отец, по твоему столь краткому письму я сделал вывод, что ты чем-то недоволен. Ты, вероятно, не принял новость о моем поступлении в Когтевран. Так объясни мне, чем тебе не угодили ум, творчество, остроумие и мудрость? Если ты волнуешься о качествах слизеринца - амбициозность, хитрость, находчивость, то не волнуйся, они у меня в крови. Мне кажется, что синий и бронзовый очень пойдут к моим глазам. Надо же как-то было разнообразить цветовую гамму наших комнат. Это же не Гриффиндор, отец. Не переживай. Я никогда не предам тебя и не нарушу своих обещаний. Я постараюсь оправдать твои дальнейшие ожидания. Я очень горд тем, что поступил именно на этот факультет. Горда моя мать, и должен быть горд ты. >>       Я привязал ответные письма к лапке Ри и выпустил его в ночь. Через пару часов Ри поскребся коготками в оконное стекло. Письмо от отца гласило: "Горд тобой, как никогда прежде"

***

      Первым уроком была Защита от Тёмных искусств. Квирелл. Скользкий и трусливый гад. Я шёл так быстро, что толкнул плечом кого-то и все книжки этого человека рассыпались. Грейнджер. Ладно, пора бы наладить с ней контакт. Я принялся помогать собирать ей её книжки. — Привет, прости, что тогда накричал на тебя в поезде. Я просто был очень зол. И прости, что толкнул тебя и разбросал твои книжки — вежливо и учтиво, так ведь?       Она посмотрела на меня так строго, как, наверное, только могла. — Ничего, спасибо, надеюсь, твоих приступов ярости я больше не увижу — сказала она и ушла, махнув своими густыми волосами.       Я обернулся и посмотрел ей вслед. Странное ощущение. Грейнджер нахамила мне. Просто нахамила. Не посмотрела на меня так, будто я таракан, а просто нахамила. Нет, Малфой, нечему радоваться.       Я продолжил идти дальше, но тут кто-то схватил меня за локоть и затащил в класс. — О, ребята, я рад вас видеть!       Дафна и Тео сидели на одной из парт. Пэнси стояла у окна, скрестив руки на груди. Блейз и был тем, кто затащил меня сюда. — Может. Быть. Ты. Потрудишься. Объяснить. Всё. Нам. — процедила Пэнси, поворачиваясь. — Что? — испуганно спросил я. — Что объяснить? — я бы, конечно, не испугался, если бы был своего привычного роста, но когда твоя сверстница говорит так с тобой и смотрит так, будто сейчас лава польется из её глаз, то поневоле испугаешься. — Какого чёрта ты не в Слизерине? — прокричала Пэнси. — Я... Я же не виноват. Это всё шляпа.       Она начала приближаться ко мне. — Не ври мне. Никогда не ври мне, Драко Малфой. — в этот момент я явно поклялся себе и всему миру, что никогда не солгу ей.       Блейз остановил её буквально в двух шагах от меня, повернул голову в мою сторону и проговорил чётко, ясно и очень тихо: — Малфой, ты не хотел в Слизерин. То есть, раньше хотел, но сейчас, что изменилось? Тебе предначертано попасть в Слизерин. Лишь твоё желание могло всё изменить. И все, присутствующие тут, понимают это.        Я покачал головой — А что если это так? Почему я должен быть там, где мне приказано быть? — после этой фразы я посмотрел на них, в глазах Пэнси читался ужас. — Я не хотела — сказала она и отвернулась — не хотела обидеть тебя. Я испугалась. Испугалась того, что ты хочешь перестать дружить с нами. Мы всегда были вместе. А теперь? Мы перестанем общаться, так ведь?       Я подошел к ней и похлопал по плечу - не умею я людей поддерживать. — Пэнс, я никогда не перестану дружить с вами. Никогда. Мы как были друзьями, так ими и останемся. А то, что я буду учиться на другом факультете лишь должно укрепить нашу дружбу. — Пэнси, он дело говорит — сказала Дафна. — Поддерживаю — сказал Тео. — Мы можем встречаться здесь или в Большом Зале, или где вы захотите. Я никогда не лишусь одного из вас больше. — Хорошо — кивнула она, не заметив последнего слова. — Одно письмо и мы увидимся. А сейчас я могу пойти на ЗОТИ?       Пэнси посмотрела на меня злобно, подошла и обняла.       Я виновато улыбнулся своим друзьям и поспешил на урок.       Стоило ли упоминать, что Пэнс была моей лучшей подругой всегда?