RE: AKAME GA KILL

      "Тебя"       Эсдес внимательно рассматривала своего любимого. В глазах было заметно некоторое смятение и девушка решила не торопить его с ответом.       Тацуми пытался привести в порядок свои мысли. Это было похоже на сон, но сном точно не являлось. Он был там, все происходило на самом деле. Что это? Почему раньше этих воспоминаний не было? Возможно всему виной был тот тейгу, с его разрушением закончился и эффект. Подняв свой взгляд, юноша встретился с двумя сверлящими его синими сапфирами.       —Вспомнил клан, своих родителей и как первый раз увидел тебя...— Cтолько воспоминаний было сейчас в его голове, словно бурный поток воды, наконец сломавший плотину.       Эсдес неотрывно слушала, как парень рассказывает ей о прошлом, казавшимся для нее далеким сном. Про ту старую жизнь охотников, окруженных врагами в тех ледяных пустошах. Большую часть конечно она и так знала, однако это доставляло определенное удовольствие. К тому же Болс говорил, что в отношениях важную роль играет умение слушать своего партнера. Ради разнообразия можно попробовать.       Рассказ не длился долго, все же воспоминания Тацуми были довольно отрывочны. Несмотря на это, девушку вполне устраивало и то, что он вспомнил хоть что-то. Некоторые моменты ее заинтересовали. Например, она сама не догадывалась о наличии у её клана тейгу, а тут уже второй и с довольно странным эффектом. Было похоже, словно этот тейгу каким то образом повлиял на память ее любимого. Но все это были вопросы, ответы на которые они найдут в следующий раз. Сейчас ее желание было совсем другим. —Тогда, я очень хотел быть похожим на тебя,— Юноша сам не понял почему это сорвалось с его языка. Возможно это и была правда, она вызывала восхищение уже тогда и увлёкшись рассказом он не заметил как проговорился.       Эсдес улыбнулась, накрыв своей ладонью его руку. —У тебя ещё будет время,— Девушка наклонилась, заключая Тацуми в объятия.— У нас теперь будет много времени.       Девушка прижимается телом к юноше, её дыхание учащается, становится тяжелее, обжигая лицо. Ее пальцы сплетаются с его, пока левая рука скользит по натренированному телу. —Эсдес, подож…— Страстный поцелуй прерывает Тацуми, не давая договорить. Он длился лишь мгновение, после которого синеволосая отстранилась, но казалось будто время остановлюсь. —Я не хочу ждать,— Губы Эсдес растянулись в хищном оскале и она медленно наклонилась к своему любимому, обдавая горячим дыханием его ухо,— Не хочу останавливаться.       Ногти девушки царапают кожу на груди Тацуми, пока сама она покусывает его губы. Неизвестное чувство доводит ее до исступления, а желание обладать объектом своей любви достигает пика. Но не только её эти ласки сводят с ума. Парню, лежащему под ней, все сложнее сохранять рассудок. Дышать все труднее, мысли все дальше уходят, оставляя после себя лишь желание разделить ее неуемную страсть. Сохраняя последние капли рассудка, он хочет остановить ее, но рука, что тянулась к ней лишь ложится на спину инстинктивно прижимая Эсдес сильнее к себе. Его тело уже не подчиняется ему, действуя по собственной воле, в то время как девушка начинает действовать все агрессивнее, воодушевившись ответными прикосновениями своего партнёра. Ногти впиваются в его кожу, вызывая лёгкий вздох от смеси боли и удовольствия. —Эс..дес,— Сопротивляться ее яростным нападкам не было сил, да и никакого желания. —О, тебе так приятно, что ты стал шептать мое имя,— Синеволосая была крайне довольна реакцией юноши, судя по всему ему очень нравилось.       Тацуми задыхался. Ее касания вызывали мурашки по всему телу, он мог ощущать весь ее жар, когда она со всей силы принималась к нему, прикосновение ее груди к его. Это сводило с ума. Пусть она и повелевает льдом, но сейчас обжигает, как пробуждений вулкан.       Эсдес слегка приподнялась со своего любимого в то время как ее рука скользнула вниз по телу Тацуми. Парень даже не успел понять что случилось как на всю комнату раздался звук рвущейся ткани и остатки его штанов полетели с кровати. —Я думаю, это нам не нужно, — Девушка без интереса проводила взглядом несчастную жертву ее страсти и уселась на прежнее место, вернув все внимание объекту ее желания.       Парень думал как то опротестовать ее инициативу, но Эсдес жадно впилась в его губы устраняя любую возможность каких либо протестов. Она чувствовала, как сильно бьется в груди сердце любимого, это красное лицо и тяжелое прерывистое дыхание вызывали просто непреодолимое желание.       Синеволосая прервала поцелуй и выпрямившись, восседала прямо но парне. —Я не совсем знаю, как это происходит,— Её руки скользнули ниже по торсу Тацуми.— Но думаю сейчас мы во всем разберёмся.       Освещённая лучами восходящего солнца проходящими сквозь прозрачные шторы, она выглядела невероятно красиво. Синие волосы падали на кровать аккуратно огибая ее плечи. Грудь медленно поднималась и отпускалась от тяжелого дыхания. С каждой секундой, что Тацуми смотрел на неё, эта картина все сильнее отпечатывалась в его памяти, стирая другие воспоминания. Насколько красивы были ее глаза, пожирающие его. Как прекрасны эти волосы обрамляющие ее фигуру. Как неотразимо было это натренированное тело. Ещё никогда он не был так близок с кем то и не испытывал таких новых и приятных ощущений. Останавливаться совсем не хотелось.       Руки девушки достигли пункта назначения и облизнув покрасневшие от поцелуя губы, она слегка приподняла своё тело над ним. Каштановолосый завороженно наблюдал за этим процессом, казалось что в этот момент его сердце или выпрыгнет из груди или просто остановится, не говоря уже о мозге который совсем отказался работать. —Эсдес... —Ахх, Тацуми,— Эсдес сильно выдохнула опустившись и прижавшись всем телом к любимому.— Я люблю тебя...       Пока на на базе Егерей кипели страсти, в другой части города так же вспыхнули не шуточные страсти, только немного другого тона. В комнате, где собрался весь Ночной Рейд раздавалась ругань и крики, сотрясавшие все небольшое помещение. —Как можно было действовать так опрометчиво,— Надженда стояла перед своими подчиненными, источая невероятную ярость и недовольство. Ее привычная сигара сейчас лежала на полу, брошенная туда в порыве эмоций. Все внимание командира Рейда было приковано только к одному из членов отряда, пока остальные покорно молчали. — Вам всего лишь нужно было следить издалека и не встревать ни в какие стычки, Кайл.       Мужчина стоял опустив голову, не в силах проронить и слово, понимал что вся вина лежит на нем. Увлеченный силой Инкурсио и ожесточенным сражением, он все дальше отходил от места битвы Мэйн и Тацуми. И в какой то момент, когда казалось победы уже не видать, неизвестная доселе мощь пронзила его тело. После, весь остальной бой проходил как в тумане. Выиграл или проиграл, Кейл просто понял, что его противник больше не нападает, а её тело лишенное пары конечностей неподвижно лежит на земле. То что осталось от звероподобного тейгу валялось рядом со своим владельцем утратив способность к регенерации. Проверить умерла ли она у него не было времени, нужно было помочь Мэйн в ее схватке. Владелец проклятых доспехов направился в сторону предполагаемого сражения, но перед глазами стало все смазываться. Он не помнил какое расстояние преодолел перед тем как погрузится во тьму. Инкурсио израсходовал слишком много сил и Кейл рухнул, потеряв сознание от истощения. Скорее всего его бы схватили, если бы не Рабба, привлеченный звуками битвы, вытащивший ослабевшее тело подальше от того места и дотащивший его до местонахождения Рейда. Возможно в другой ситуации или если бы их плакаты успели развесить по всему Кёрочу, это было бы практически не выполнимо, но в данном случае местные жители вполне могли решить, что это очередной пьянчуга напившийся до беспамятства. Им удалось благополучно добраться до базы где остальные члены Ночного Рейда, в отсутствие информации, ожидали его пробуждения. Кейл пришел в себя только на следующий день и смог рассказать что все же произошло. — Да это скорее всего была ловушка, — Надженда с силой ударила металлической рукой по столу, отчего тот проломился и рухнул на пол, своим шумом возвращая сероволосого в реальность. — Вы что думали Эсдес отпустит своего пса гулять без присмотра? Мужчина молчал не находя ответа, пока командир рейда пристально просверлив его взглядом продолжила. — Да ты может и устранил Серью, но Тацуми жив и здоров, а мы лишились Мэйн. — Надженда села обратно на свое место, закрывая рукой лицо. В ее голове вертелось множество мыслей. Взгляд скользил по подчиненным, переходя от лица к лицу. Что делать им дальше? — Мэйн жива, — Челси, до этого тихо сидевшая на противоположной стороне от Кейла, решила прервать речь командира.— Если бы ее убили или решили казнить, новость об этом разлетелась бы по всему городу, скорее всего Эсдес держит ее живой. — От этой новости не легче, — Надженда обуздала свой гнев, сейчас её мозг прорабатывал план дальнейших действий. Мэйн конечно была их товарищем и её подчиненной, но на плечах Надженды, как командира Рейда лежал большой груз ответственности. И не только за их жизни, нельзя забывать, на них возложена ответственность за всю операцию, а так же одна из ключевых ролей в предстоящей революции.. — Нужно вытащить её от туда, — девушка с золотыми волосами, стоявшая в стороне от всех, оперевшись спиной на стену, решила все же выразить своё мнение. Лицо Леоне утратило былую безмятежность, ситуация была серьезной, что в полной мере сейчас отражалось в золотых глазах. — Нельзя оставлять ее у этого чудовища. —Исключено. — Но Надженда.... —Леоне права, мы должны вытащить Мэйн,— Раббак встал на защиту своего товарища, ему, как и всем крайне не нравилась идея оставлять Мэйн. —Я не позволю вам бездумно бросится на смерть, — Девушка с серебрянными волосами вскочила со своего места. — Вся операция и так уже поставлена под угрозу, а вы все собираетесь ринуться спасать Мэйн даже не зная, где ее держат, мы не можем так рисковать, это скорее всего очередная ловушка. — А если отправить Челси, с её маскировкой она сможет легко выяснить, где держат Мэйн и вытащить ее, — Раббак с надеждой повернулся к девушке с оранжевыми волосами, ожидая её поддержки. —Даже если я смогу незаметно проникнуть и найти то место, где её держат, выйти оттуда вместе с ней практически невозможно, там везде будет охрана и сами Егеря, — Челси отрицательно покачала головой. Проникнуть в одиночку и выйти оттуда это одно, но если с ней будет кто-то ещё, задача становится не выполнимой. Слишком сильно играет роль простая случайность. Наткнётся ли она на кого-либо из Егерей или сможет их обойти, вызовет ли подозрение стражников. И если вызовет, получится ли их убедить. — Челси правильно говорит, если её раскроют, она не боец в открытом столкновении, да и от Эсдес ей врятли удастся скрыться. —Но она же наша подруга, товарищ.... —Она и моя подруга, но слишком многое поставлено на карту, мы Ночной Рейд, отряд убийц на службе армии Революции и каждый из здесь присутствующих знал на что он шел.       В комнате воцарилась тишина, никто не в силах был сказать и слова. Каждый хотел спасти девушку, но понимал, это поставит под угрозу их миссию ради призрачной надежды. Скорее ее убьют или всех схватят пока они будут искать где держат пленников. —Ради Мэйн, нам необходимо сконцентрироваться на нашей цели,— Надженда достала новую сигару и подкурив её сильно затянулась, переключаясь на разбор дальнейшего плана действий. —Значит три из четырех демонов Ракшасы и Серью из отряда Егерей охраняющих Борика устранены. —По информации от шпионов, Борик один день каждый месяц устраивает ночные молитвы — голос Акамэ почти не выражал эмоций, напоминая сухой говор докладчика. Было сложно понять какие эмоции бушевали в её голове, однако в прошедшей перепалке она оставалась безучастной. — Следующий раз должен состоятся через десять дней. — Хорошо, — сиреневый глаз перешёл на юношу с зелёными волосами, требовательно ожидая от него информации. — Что с собором?       Тот в свою очередь развернул на столе не большую бумагу с различными схемами и планами здания. —Судя по планировке Собор идеальное место для убийц, там много выступов и декораций за которыми можно спрятаться, — Рабба пальцем указывал командиру на особенности архитектуры, позволяющие наиболее эффективно атаковать. — Само здание довольно уязвимо, мы сможем напасть с различных сторон. —До следующего раза ещё есть время проработать план атаки, молодец Рабба —Надженда слабо улыбнулась парню. —Леоне, как продвигается работа? —Мы закончим тоннель в течении недели. —Отлично, детальный план проработаем как тоннель будет готов, до этого момента никому не вступать в контакт и без крайней необходимости не выходить в город, сейчас нужна максимальная осторожность, — лидер Ночного Рейда поднялась со своего места. — И ещё, мы покидаем это место, здесь больше не безопасно.       Леоне молча провожала взглядом членов отряда. Радостная обстановка, что царила на их базе в Столице и позволяла расслабиться после бесконечной череды убийст, здесь отсутствовала. Потеря Шелли, Булата давила на оставшихся. Теперь и Мэйн оказалась в руках врага. Пусть у всех были свои причины, но их объединяла одна цель, довольно простая и короткая. Чтобы в Империи не было коррупции и неравенства, зажравшихся богачей и угнетенных людей. Чтобы каждый мог спокойно жить в этой стране. Но прошло уже столько времени, столько людей погибло, а конца все не видно. Это давит. Возможно все они погибнут прежде, чем свершиться эта революция... — Не раскисай, — неожиданно опустившаяся рука на плечо девушки и голос Надженды застали врасплох. — Мы вытащим Мэйн и когда все закончится, угощу тебя в лучшем баре Столицы. Леоне несколько мгновений вглядывалась в этот сиреневый глаз, в эту искреннюю улыбку своего командира. — И правда, — Девушка заулыбалась в ответ, отбросив все прошлые мысли. — Я запомню и не думай, что тебе удастся легко отделаться.       Тацуми лежал на кровати, пока Эсдес принимала ванну. Мозг вновь и вновь прокручивал события утра. Сцены, при вспоминании которых бросало в жар. Парень опустил взгляд на свои руки, они до сих пор помнили прикосновения к девушке, мягкость ее кожи. Тацуми никогда не был близок с женщиной и первый опыт был крайне приятен.       Сначала он сильно нервничал и даже в чем то сопротивлялся, но чем дальше тем меньше оставалось сомнений. Все мысли о революции, Империи, Ночном Рейде, Егерях, все ушло. Их тела словно сплелись воедино и сердца бились в унисон. Его больше не волновало кто друг, а кто враг. Весь мир погас заменившись ей. Она показала ему любовь, такую страстную, такую требовательную от которой захватывало дух. И которую до этого никто не испытывал к нему. — Я надеюсь ты думаешь обо мне, Тацуми, — обернувшись в одно лишь полотенце, девушка села рядом с лежащим парнем. Поглощённый воспоминаниями он не заметил, как она вышла из ванной. —О тебе, — парень слегка смутился, но тем не менее заглянул в самую глубь синих глаз. — Я смотрю, ты уже более уверенно себя ведёшь, это хорошо,— губы Эсдес расплылись в довольной ухмылке. — Одевайся, нам нужно позавтракать. — А.. да точно, — встав с кровати, юноша стал искать свою форму. Ни где рядом с кроватью ее не было и Тацуми направился прямо к шкафу. Открыв дверцу, он наконец нашёл её. Его форма висела рядом с формой Эсдес.       Синеволосая заметив, что ее любимый собирается одеть, быстрым шагом подошла к нему. —Нет, нет, нет, Тацуми, — Эсдес взяла форму из рук парня и аккуратно повесила ее обратно. — Ты оденешь более подходящую одежду.       Немного покопавшись командир Егерь вытащила комплект одежды. Простые чёрные штаны и белая футболка в паре с тканевой обувью на твёрдой подошве. По одному его виду Тацуми понял что его ждёт. — Сегодня начнём твои тренировки, так что одевайся в это, начнём после обеда.       Сглотнув от ожидающей его судьбы, парень быстро накинул простенькую одежду. Справившись с ней, его глаза скользнули к Эсдес обувающей свои ботфорты. Взгляд не мог оторваться от ее ног. Девушка заметила, куда смотрит ее любимый, но не подала виду. Вместо этого, стала демонстративно медленно одеваться. Просунув руки в рукава, синеволосая стала застегивать пуговицы снизу вверх. Ей доставляло удовольствие это внимание зеленых глаз. Застегнув ремень на талии, она решила все-таки обратить внимание на своего наблюдателя. Синие глаза встретились с зелеными. — Хм... на что смотришь? — Нет ничего,— Тацуми всеми силами старался не отвести свой взгляд, борясь со смущением. — Просто ты очень красивая. — О неужели это был комплимент,— Эсдес коснулась рукой щеки парня, поворачивая его голову к себе. — Я принимаю его. Тацуми вновь ощутил мягкость её губ. Она всегда целовала так требовательно и властно, словно её право на него было не оспоримым. И казалось останавливаться Эсдес не собиралась. Сложно сказать сколько прошло времени, но девушка все же разорвала этот бесконечный поцелуй. — Идем.       Пройдя несколько коридоров, пара спустилась на первый этаж, где располагалась довольно большая столовая с кухней. Сейчас она пустовала, только в центре стоял стол, сервированный на двоих. Еда на столе не отличалась особым изыском, но пахла аппетитно. А здоровый, накаченный мужик стоявший рядом в фартуке выдавал повара на этом небольшом завтраке.       Тацуми сел за свободный стул, перед ним стояла тарелка с яичницей и ломтиками жаренного мяса. Чуть справа от тарелки стоял бокал с чем то красным. Живот сразу напомнил о себе и предательски заурчал. Взяв нож и вилку парень приступил к еде. Эсдес в свое время, так же опустилась на соседний стул. —Хорошо приготовлено Болс, — Девушка приступила к еде, последовательно разрезая её на кусочки и кладя в рот. —Не стоит, я готовлю не лучше других. —Нет правда, очень вкусно, — Тацуми в противоположность к Эсдес, буквально давился едой, за что заслужил её укорительный взгляд. —Ешь размеренно, тебе некуда торопиться и не стоит показывать, словно тебя только впустили с улицы, — Одних этих синих глаз хватало, чтобы юноша тяжело сглотнул. — В будущем ты станешь моей правой рукой в армии, так что необходимо следовать определенному этикету. —Хорошо, — Тацуми слегка замедлил поглощение пищи, стараясь больше использовать нож с вилкой. — Вот запей, а то подавишься, — девушка протянула ему бокал, раньше стоявший рядом с тарелкой. —Спасибо, — парень взял бокал из рук Эсдес и за пару глотков опустошил половину, от чего глаза его полезли на лоб, а сам он закашлялся. — Кх.. это алкоголь? —Это вино, довольно хорошее, — Генерал отпила из своего бокала. — Оно тонизирует и позволяет расслабиться. Вернув на стол вино, девушка повернула голову к Болсу. Тот сел за стол отдельно от них, просто наблюдая. В его воспоминаниях прокручивались ужины с его женой и маленькой дочкой. Все же влюбленность прекрасное чувство, оно освежает и наполняет жизнь яркими красками. —Перейдем к делу, как Серью? — Она жива, но в тяжелом состоянии и вряд ли сможет сражаться, в ближайшее время ее переправят в Столицу. — Было бы прискорбно потерять такого бойца, — Судя по выражению лица Эсдес явно была довольна, что одна из её подчиненных не скончалась на поле боя, — Куроме с Вейвом патрулируют окрестности? — Да, так же их дополняют отряды стражи.       Одобрительно покивав головой, Эсдес неожиданно повернулась к Тацуми. Она уже закончила с едой и сейчас допивала вино. — Остальной доклад ты можешь получить сам, когда станешь руководить людьми, тебе не только придется отдавать им приказы, но и заслушивать их доклады об исполнении, — поднявшись со своего места Эсдес наклонилась к Тацуми поцеловав его в щеку, — Я скоро вернусь и тогда мы начнем твои тренировки.       Юноша знал куда она идет. Было и так понятно, что она идет к Мэйн. И скорее эта встреча будет не самой приятной для члена Ночного Рейда. Тацуми знал, что она будет там делать. Странно, может это виновато вино, или может утро, или он просто влюбился в неё без беспамятства, но его не сильно волновало, куда она идет. Он все равно будет ждать её. — Я буду ждать, — Тацуми улыбнулся ей напоследок и проводив взглядом до выхода повернулся к Болсу. — Эм... как там Ран? Убирая использованную посуду со стола, мужчина начал рассказывать каштановолосому парню, как Генерал отправила Рана развлекать Борика за партией сёги. За одно он успешно совмещал свое занятие телохранителя и спасал Эсдес от убийственной скуки его общества.       Звук размеренного шага раздавался по мрачному коридору, освещенному лишь небольшими факелами, расположенными примерно каждые десять метров оставляя небольшие участки, погруженные во тьму. Подземелье особняка разительно отличалось от поверхности. Дорогое убранство здесь менялось неровной кладкой красного кирпича с выделяющимися по сторонам массивными стальными дверьми. За каждой такой дверью находилась небольшая комната, предназначенная для содержания неугодных для Борика личностей. Сейчас же практически все они были пусты, кроме одной.       Эсдес неспешно шла по коридору. Простого человека эта обстановка могла пугать, давить своей гнетущей атмосферой, но не для нее. В Столице в ее распоряжении были свои пыточные камеры, в которых она провела достаточно времени, чтобы это подземелье вызывало лишь легкую ностальгию. Приближаясь к пункту назначения, девушка увидела двух охранников стоявших у одной из дверей. Заметив Генерала стража выпрямилась по стойке смирно, боясь лишнюю секунду задержать взгляд на синеволосой. Истории о силе и жестокости Эсдес ходили далеко за пределы столицы и скорее всего страшились какого либо наказания, за возможно халатное отношение к своему посту. Но наверно на их спасение, синеволосая сейчас безразлично относилась к дисциплине за исключением своего войска. — Ключи.       На ее запрос, стоявший справа стражник отцепил ключ от связки на поясе и развернулся открыть замок. Через несколько секунд, после небольшого щелчка, стальная дверь сдвинулась со своего места позволяя зайти внутрь. В помещении была непроглядная тьма, сложно было разглядеть хоть что-нибудь. Следом за девушкой зашел охранник держа в руках два факела, явно вытащенные откуда то из коридора. Один за другим он поместил их в закрепленные на стене металлические подставки позволяя огню осветить камеру. — Никого не пускать ко мне. — Есть.       С тихим скрипом дверь захлопнулась, оставляя Эсдес наедине с поленницей. Только сейчас она позволила себе мельком осмотреться. Такая же неровная кладка как и в ведущем сюда коридоре и полное отсутствие всего, за исключением небольшого деревянного столика стоявшего в ближайшем к выходу углу. На нем лежал небольшой матерчатый сверток и пара перчаток из белой ткани. Скорее всего, это так исполнили приказ обеспечить её средствами убеждения заключенной. С этим Эсдес разберется чуть позже. Взгляд синих глаз скользнул в глубь камеры. Там, со стальным ошейником цепью прикованному к полу, сидела розоволосая девушка прижавшись к стене. Ее одежда была сильно потрепана, порвана в нескольких местах. На лице и теле виднелись ссадины и кровоподтеки. Как зверь чувствует свою добычу, так и генерал ощущала, как все помещение пропиталось страхом когда она вошла. Чувство довольно приятное.       Несколько минут Эсдес просто молча смотрела на пленницу. Повисла гнетущая тишина, в которой можно было расслышать прерывистое дыхание Мэйн. Девушка знала на что способна эта особа, стоявшая перед ней и ее будущие перспективы существования в этой скромной камере с каждой секундой казались все более неутешительными. Одно только присутствие этого монстра оказывало непреодолимое давление. На ее глазах чуть не проступили слезы. Почему все обернулось именно так, ей не хотелось умирать здесь. Так хотелось пожить ещё чуть чуть, ещё немного. Почему судьба так жёсткое с ней. Но впереди ей виделась только мучительная боль и медленная агония смерти. Вряд ли Эсдес будет столь благосклонна что убьёт ее быстро.       Взяв стул, Эсдес уселась напротив заключенной и достав маленькую книжку, стала что то записывать, изредка поглядывая на розоволосую. Слабый свет исходящий от факелов, духота от которой тело обливалось потом и скрип карандаша на бумаге создавали тягучее, давящее чувство. Казалось повисла какая то неопределенность. Своими действиями имперский Генерал сбивала с толку, казалось по слухам о ее жестокости и любви к пыткам, Мэйн должна была утонуть в боли, но она просто сидела и писала. — Розовые волосы, розовые глаза, небольшой рост и худощавое телосложение, — Еще раз взглянув на пленницу, Эсдес продолжила записывать, перечисляя ее отличительные особенности. — К тому же используешь Калландор, без сомнений ты Мэйн из Ночного рейда.       Розоволосая девушка никак не отреагировала, только происходящее казалось ей странным и подозрительным. Зачем Эсдес записывает информацию о ней, ведь это и так известно по всей Империи, даже их плакаты вывешивают на каждом углу. Неожиданно звук карандаша прервался. — Я знала владельца этого тейгу, она на многое была способна с ним, — командир Егерей оторвала взгляд от страниц записной книжки. — Правда лишь до того момента, пока не решила пойти против меня, хотя наверно ты и так это знаешь.       Ответа не последовало, Мейн только стиснула зубы и с ненавистью взирала на своего врага. — Я оторвала ей руку и лишила одного глаза, — Эсдес продолжила, наблюдая за реакцией и делая небольшие пометки в книжке. — Небольшая расплата за столь нелепый поступок. — Ты чертово безумное чудовище, пока такие как ты существуют в этой стране никогда не настанет мир, — Мэйн сорвалась, перейдя на крик, — Революция все равно победит и ты ум...       Сильный удар впечатывает розоволосую в стену подняв на ноги. От столкновения все темнеет перед глазами. — Помолчи, ты слишком шумная, это раздражает.       Раньше, чем Мейн успевает придти в себя, Эсдес сжимает рукой ее шею заставляя с хрипом хватать воздух. Но на один из первых вдохов ее рот затыкают горлышком сосуда, выливая прямо в глотку его содержимое. От неожиданности происходящего, задыхаясь и давясь от жидкости, девушка все же проглатывает некоторое количество, хотя остальная часть стекает по лицу на одежду. Когда сосуд полностью опустошился, Эсдес разжала руку, позволяя Мэйн упасть на пол. Кашляя, ее пленница тяжело вздыхала, выплевывая остатки жидкости во рту. — Ч..что это? — кое-как восстановив дыхание, розоволосая уставилась на Генерала, которая, в свою очередь, спокойно пересекла камеру следуя к небольшому столику. Оставив на нем сосуд и подняв с пола записную книжку, Эсдес уселась на прежнее место продолжив свои записи. — Наркотик, его выводят из растений растущих только в этой части материка,— командир Егерей поднесла руку к подбородку, вспоминая. — Говорят, его используют для особых потребностей клиентов, когда нужно притупить боль, не хочу чтобы ты сломалась раньше времени.       Утратив на время всякий интерес к заключённой, девушка вернулась к своей книжке. Записав всю необходимую информацию, сейчас Эсдес просто ожидала, развлекая себя зарисовками Тацуми. После событий утра получавшийся рисунок носил довольно пикантный характер. Увлечённая своим творчеством и всплывающими мыслями о своём любимом, Генерал не обращала внимание на шум, исходящий от Мэйн.       Осознав что диалог с ней закончен и Эсдес больше никак не реагирует, в бессильном гневе Мэйн рассыпалась оскорблениями и угрозами. Скованное тело извивалось словно в агонии, пытаясь разорвать сковывающие путы. Но на все старания лишь металл врезался в кожу, оставляя сильные царапины. Минут через пять тяжким грузом на неё обрушилась суровая реальность. Нет никакой возможности выбраться. Её гнев затих так же быстро как и вспыхнул, оставляя опустошенное пепелище.       Дыхание Мэйн участилось, тело ощущалось ватным словно не своим, отказываясь подчинятся желаниям владельца. Лёжа на полу, девушка чувствовала влагу, пропитавшую камень, от пролитого пойла, которое силой вливали ей в глотку. Взор стал смазываться и сознание отчаянно било тревогу. Звук карандаша недавно, только вызывающий раздражение, превратился в мучительную пытку. Словно скрежет острых когтей, он вгрызался в черепную коробку, будто пытаясь разорвать ее изнутри. Тягучее, пожирающее все своим безобразием, чувство просыпалось в отдаленных уголках разума, с каждой секундой захватывая все больше пространства. Сердце забилось с такой силой, что глухими ударами отдавало по перепонкам. Но одновременно с этим, что то холодное словно скользило по венам, сжимая грудную клетку, лишая воздуха и последней надежды. — Где прячется Надженда? — Катись к черту монстр, можешь пытать меня, но ничего не узнаешь. — Так не пойдёт ,— Эсдес резким движением закрыла книжку и встала со стула,— Мне казалось ты будешь более благоразумной, как жаль. Мэйн могла только взглядом проводить Генерала до столика, стоящего в дальнем углу. Подойдя к нему, Эсдес одела лежащие перчатки, ей не очень хотелось пачкать руки кровью. Потом нужно было бы долго отмывать её. —Тебе то жаль, не смеши меня, тебе вообще неведомы такие эмоции, — с большим усилием девушке удалось выпрямится с пола. — Каждый знает про цепного пса Премьер-министра, у тебя нет человеческих чувств. — Ты и правда раздражаешь, — Синеволосая развернула небольшой матерчатый свёрток, лежащий на столе. Послышался тихий звон стали и можно было заметить, как в металле отражается свет факела. — На твоё счастье, я сейчас в слишком хорошем расположении, иначе оторвала бы тебе все конечности и бросила твоё безвольное тело на корм собакам.       Внимательно осмотрев содержимое свёртка синие глаза остановились на одном предмете. — Хм, думаю подойдёт, — даже в полутьме было видно, как губы растянулись в жутком оскале, пока их владельца направлялась обратно к своей заключённой. — К сожалению тут крайне скудный инвентарь, поймай я тебя в Столице, наше общение было бы куда интереснее. "Крак" С громким треском нож вошёл в сиденье стула. — Очень острый нож, хорошая сталь, будет удобно разделять им мясо от кости.       Бросив взгляд на нож розоволосой стало дурно. Такое чувство что о ней говорили, как о куске мяса, который собираются разделать. При чем заживо. — Но начнём пожалуй не с этого, — Эсдес схватила девушку за ошейник, поднимая ее на ноги и с силой вдавливая в стену. От удара мир пленницы пошатнулся, но она осталась в сознании.       Неожиданное прикосновение привело Мэйн в чувство. Пальцы аккуратно скользнули по ее щеке слегка обхватывая голову. — Думаю тебе будет достаточно и одного глаза, — Генерал крепко держала голову своей пленницы, пока большим пальцем она надавила на глазницу. — Но все зависит от твоего ответа. — С..стой — Где прячется Ночной рейд?       В ответ Мэйн лишь молчала. В установившейся тишине можно было услышать треск огня и прерывистое дыхание. Генерал выжидательно продолжала смотреть на розоволосую, однако ее терпение в данной ситуации было крайне коротким. —Время вышло, — довольно ухмыльнувшись Эсдес резко вдавила палец в глазницу. Кровь брызнула по щеке девушки и стон боли перерос в крик. Ее тело извивалось, пытаясь хоть как то освободится, чтобы прекратить эту боль, но хватка ее истязательницы была слишком сильна.       Наконец Эсдес отстранилась отпустив голову Мейн, та тяжело дышала, пытаясь придти в себя от боли. Из ее единственного глаза текли слезы. — Похоже рассказы об этом наркотике слегка преувеличенны, — голос синеволосой звучал слегка разочарованно, но на лице продолжала играть садистская улыбка. — Или может, это было слишком больно для тебя.       За то время, что Эсдес оставила ее на полу Мэйн смогла кое как справится с болью. Хотя ощущение, словно ей в глаз воткнули раскаленный прут никуда не делось, девушка старалась сохранить ясность сознания. Оперившись плечом об стену, она с нескрываемой ненавистью взирала на командира Егерей. — Похвально мне казалось что ты сломаешься уже сейчас, было бы прискорбно, — Генерал осмотрела вытащенный из стула нож, перед тем как вновь вернуть свой взгляд на девушку, — Можешь сколько угодно ненавидеть меня, но все что сейчас происходит, происходит из-за твоей слабости.       Поразмыслив пару мгновений, Эсдес направилась к факелу висевшему на стене. Расположив лезвие над огнем, она задумчиво рассматривала играющие языки пламени. Ей не хотелось никуда спешить, хотелось растянуть это удовольствие подольше перед тем как ее игрушка сломается. От нее не скрылся ужас мелькнувший в розовом глазу пока огонь раскалял сталь. —У всех есть выбор и твой выбор стоил тебе одного глаза и может стоить еще больше, - Эсдес повернула голову к Мейн, — Ты думаешь они спасут тебя, или поставят выполнение своей задачи выше твоей жизни?       Розоволосая уперлась взглядом в эти ненавистные ледяные глаза. Ночной Рейд стал для нее как семья. Она не предаст их. "В любой момент каждый из нас может понести наказание и умереть"       И правда, они же убийцы на службе Революционной армии, их смерть не станет трагедией. Как умерла Шелли. Да тогда она плакала, но после ее смерти не осталось ничего. Только воспоминания вызывающие тупую боль в сердце. Если она умрет с ней будет так же? —Я не хочу так умирать... —Все эти напыщенные речи и благие жертвы бессмысленны, ведь того кто жертвует ждет лишь смерть и ничего более. —Я... - начав говорить, Мейн осеклась, в ее голове всплыли старые воспоминания. Над ней издевались, как сейчас над ней издевается это чудовище. Иностранка и полукровка, довольно часто из за этого ее персона становилась объектом ненависти. И всегда она в ранах оставалась лежать на земле, пока ее избиение не закончится. Слабая. Беспомощная. Уже тогда она поняла, что в этом мире никто не поможет ей, кроме нее самой. — В этом мире никто не поможет тебе, кроме тебя самой.       Эти слова выбили розоволосую из колеи, она совсем не это ожидала услышать. Казалось будто Генерал видит её на сквозь и знает все её мысли. От этого становилось действительно страшно. Эсдес убрала нож от огня и медленным шагом направилась к девушке. — Продолжим, я спрошу у тебя, - Генерал наклонилась поднося раскаленный металл к ногам своей заключенной. - Чего ты боишься больше всего?