9
1 марта 2017 г., 17:23
Ночью мне не спалось. В этом был виноват Тимьяр со свой тоской, идущей ко мне по нашей связи. Она передавалась мне, и стало так стыдно. Парень ведь тоже не виноват в том, что из нас сделали странную пару, не спросив, не посоветовавшись — просто сделали.
Захотелось полетать. Помчаться прямо к звездам. И лететь так быстро, как смогу. Чтобы встречный ветер в лицо разогнал все сомнения и печаль. Выветрил из головы все вопросы, что остались без ответов, мою нерешительность и тревогу.
"Шеран, полетать не хочешь?" — обратился я к деду со странной просьбой посредине ночи.
"Очень хочу. Я столько тысяч лет не позволял себе подобную роскошь, томился, но не мог ничего с этим поделать. Сначала тосковав по паре, потом был заперт без этой возможности в теле твоего отца".
"Поможешь с оборотом? А то как-то не смогу разозлиться вот так сразу… Или это не обязательно?"
"Можно просто попросить меня, раз уж наше слияние прошло не так, как мне хотелось. Мы ведь все уладили между собой?"
"Да. Раз от тебя в моем теле никак не избавиться, давай попробуем стать друзьями и помощниками во всем", — согласился я со своим сожителем.
Пришлось вставать, одеваться и незаметно выйти на крепостную стену дворца. Потом идти на угловую башню. Там меньше всего будет свидетелей оборота и взмывающего ввысь дракона.
"Дед, ты готов к полету?"
"Всегда готов. Спасибо, я так давно этого ждал", — ответил мне Шериан и обернулся.
Быть таким большим и сильным казалось странным и чем-то сказочным. А лететь, ловя попутный ветер или подставлять лицо под встречный ветер — счастьем. Как же долго я и дед ждали этого.
Сверху все казалось таким маленьким, почти игрушечным. И дома, и замки, и сам дворец короля Фагмалии. Только здесь в небе можно стать свободным, сильным и смелым. Такого чувства не испытаешь там, на земле, где царят условности и предрассудки. Я и не заметил, как мои крылья принесли меня в Радию.
"Вот смотри, сам не заметил, как прилетел к своему всаднику. Похоже у тебя это не просто связь с Тимьяром, а нечто большее. Может вы и правда — пара?"
"Ты это о чем?"
"Любовь-морковь и прочие приятные неожиданности истинных пар. Своими предрассудками не оттолкни свое счастье и любовь всей своей жизни".
"А у тебя как было с Эзикелем? Ты сразу понял, что он твой единственный? Я в этом не разбираюсь. В смысле в любви двух мужчин".
"Да. Твоя проблема в том, что ты зациклился на том, что он мужчина. Но тебе ведь понравилось брать его там, в подвале одного из моих жрецов. Значит, не все так плохо и противно, как тебе кажется. Любовь к парню ничем не отличается от любви к женщине. Подумай об этом, прежде чем разрывать с ним связь…"
"Понравилось. Но я был под какой-то дрянью, и тело делало, а разум протестовал. Я попробую… Но не торопи меня. Не хочу, чтоб он умер после того, как наша с ним связь разорвется. Может, именно поэтому крылья сами и принесли меня сюда к нему".
"Может быть — может быть".
Я приземлился на одну из угловых башен дворца Тимьяна. Ночная тьма почти скрывала темно-коричневого дракона. Меня никто не заметил из ночной стражи внизу. Может, спали на своих постах, а может просто не смотрели в небо. Тимьяр тоже не спал и все грустил и печалился. И сейчас, находясь так близко к нему, эта тоска передалась и мне.
«Шериан, как позвать его по связи сюда на крышу башни. Научи меня, раз уж нам придется соседствовать с тобой в одном теле всю долгую-долгую жизнь».
«Говори с ним так же, как и со мной — мысленно. Он услышит, где бы ты ни был».
Пришлось снова стать человеком и позвать его. Пришло время поговорить. Рассказать все о всадниках и драконах и решить, что делать дальше. Ведь через три дня приедет моя жена — Мариэль, и встречаться с Тимьяром будет куда сложнее, чем сейчас. А встречаться необходимо, чтобы не разорвать связь между нами.
«Тимьяр, почему не спишь и мне спать не даешь своей тоской — печалью?» — мысленно спросил я короля Радии.
«Лариэль? Ты?» — прошло некоторое время, прежде чем он ответил, наверное, тоже разбирался, как со мной говорить по нашей связи.
«Я».
«Ты где?»
«Поднимайся ко мне на правую угловую башню относительно дворца. Я тебя тут жду. Нам надо поговорить».
Долго ждать его не пришлось. Он буквально бежал на встречу со мной. Запыхался. Но был таким счастливым и так широко улыбался, что «освещал» своей улыбкой крышу башни.
— Привет, — сказал, он немного отдышавшись. — Как ты тут оказался?
— Сам не знаю, как. В смысле сначала я вовсе не планировал эту встречу с тобой. Но ты так громко тосковал и этим не давал мне заснуть, и мне тоже стало так тоскливо и одиноко, и вот я здесь.
— Я скучал по тебе. Так хотел увидеть, обнять, поцеловать. Прижать тебя к себе и вдыхать твой аромат, но ты был так далеко. Стал недосягаем, что я чуть не сошел с ума от тоски по тебе.
— Вот об этом я и хотел с тобой поговорить. О нашей связи…
«Признайся ему. Нет, сначала признайся себе, что он твой всадник — пара. А потом ему. Станет легче и тебе и ему, когда признаешь» — влез в мой разговор с Тимьяром дед.
— Может, пойдем во дворец? Разговаривать всегда лучше в тепле у растопленного камина и с хорошим вином в кубке, раз нам обоим не спится, — предложил хозяин дворца.
— Давай останемся здесь. Смотри как красиво, — сказал я, показывая на звездное небо над головой, оттягивая признание и подтверждение неизбежного. — На небе столько звезд. Ты и я, вокруг тьма ночи, и никого вокруг.
— А ты, оказывается, романтик. А казался таким диким и колючим. Недотрогой.
Станешь тут романтиком, когда надо сделать трудный выбор, который перевернет всю устоявшуюся жизнь и предпочтения вверх дном. Я просто тяну время, борюсь сам с собой, принимая самое трудное решение в своей жизни, ну той части, которую помню.
— Не с той стороны ты подходил ко мне, когда запер в гареме и обрядил в платья. Нет, чтобы на свидание позвать. Романтики добавить, ужин со свечами устроить, — несу околесицу я, выигрывая время, прежде чем озвучить то, чего сам боюсь.
— Так это свидание? Романтика, ночь и звезды? Умеешь ты красиво ухаживать, когда свободный и независимый от меня и нашего договора. Что же ты раньше мне не сказал, что такой романтичный в душе? Я бы тоже нечто такое устроил для тебя.
— Так ты мне и не давал ни слова сказать против, ни проявить инициативу. Как можно устроить свидание, когда связан по рукам и ногам запертой дверью гарема и условностями законов твоей страны?
— Правда, романтик. Прости. Король должен быть примером для своих подданных и свято чтить законы и традиции своей страны. Я мог позволить себе вольности лишь при закрытых дверях нашей спальни, чтобы не подавать дурной пример остальным. Так о чем ты со мной хотел поговорить? А то опять испугаешься и сбежишь. Лови потом тебя по всему миру, чтобы объясниться.
— О нас. Я должен тебе кое-что сказать… нет, лучше показать, — нашел временный выход из создавшейся ситуации я. — Ты только не пугайся, ладно? Отойди к краю башни и ничему не удивляйся.
— Сюрприз? Обожаю сюрпризы, — обрадовался король Радии, и его улыбка засияла еще ярче.
Мы с дедом снова обернулись темно-коричневым драконом и ждали реакции Тимьяра. А он не испугался. Стоял и удивленно таращился на дракона.
«Не испугался? Молодец. Хочешь полетать?» — спросил мысленно я своего всадника. Интересно, согласится или испугается?
«Спрашиваешь! Конечно, хочу! Так значит, там, в подвале, мне не примерещился дракон? Это был ты, и ты спас нас от мага и его помощников?»
Вот глазастый. Все он видит и знает. Так сложно признать его всадником и смириться с судьбой…
А потом был полет. Как же хорошо лететь над землей и чувствовать себя при этом властелином целого мира. Ведь все внизу такое маленькое, а ты такой большой и сильный. Свободный, и можешь лететь куда хочешь, самостоятельно выбирая путь, не оглядываясь назад, не упираясь в предрассудки и законы, царящие там внизу. Сам себе хозяин — вершитель собственной судьбы. Чувствовать ответственность за хрупкую человеческую жизнь, сидящую у тебя на спине, двигаясь осторожно, боясь случайно сбросить такого дорогого для дракона седока. Здорово. Лететь бы и лететь. Всю жизнь. Парить над землей, становясь легким, как пушинка, и ни о чем не думать. Нестись наперегонки с ветром или просто дурачится, планировать вниз и снова взмывать вверх, туда к звездам и всей этой ночной красоте.
«Ты как, не замерз? Все хорошо?» — интересуюсь я у Тимьяра. Ведь он первый раз летит так высоко над землей. Тот раз, когда мы летели с ним после подвала не в счет, он был без сознания и не мог прочувствовать наш совместный полет.
«Замечательно. Это самое лучшее свидание в моей жизни!»
Он поверил? Во всю эту романтическую чушь, что я ему сказал? Наверное, и правда любит, поэтому верит. Но он ведь не виноват в шутке Богов так же, как и я. Нужно смириться и принять нашу связь, подстроиться, приспособиться и признать его своем всадником. Жизненно необходимо. Я не хочу, чтобы Тимьяр умер от тоски, если я разорву нить, связавшую нас. Он хороший человек, соблюдающий и чтящий традиции своей страны, как истинный король. Но ради любимого он готов перешагнуть даже через них, ведь Тимьяр решился на брак со мной. Я хотел бы иметь такого друга. А любовника? Возможно, однажды со временем… Но этого времени у меня нет…
«Куда мы летим?» — спросил у меня Тимьяр мысленно.
«К морю. Захотелось поплавать. Как ты смотришь на такой план? Я давно хотел побывать там, но жизнь не позволяла, расставляя свои приоритеты».
«Положительно. Сегодня ты инициатор свидания, и любой твой план я приму с радостью. Следующее свидание за мной. Только у меня нет с собой купального костюма».
«Так и у меня нет. Поплаваем голышом. Чего стеснятся, мы ведь уже блуждали по лесу в чем мать родила, и ничего. Ночь ведь никого на берегу быть не должно. Только ты и я» — снова несу всякую ерунду, оттягивая разговор о связи. Стараясь морально подготовиться к нему и, наконец, сдаться.
Подлетаю к пустынному ночному берегу. Волны с шумом накатывают на берег и тут же прячутся назад в водах моря. Соленые брызги летят в лицо, и вода такая теплая и ласковая. Сам не заметил, как перетек из тела дракона в тело полукровки, скинув Тимьяра в воды моря. Заходил же вроде в облике зверя.
— Эй, так нечестно, ты скинул меня в воду, намочив всю одежду, — запротестовал перед таким произволом Тимьяр. Видно, это дед — дракон постарался сблизить нас такой странной выходкой.
— Но я и сам намочился, так что все честно, — ответил я и начал брызгать водой в Тимьяра, а он в меня.
Дурачились как дети, брызгаясь и смеясь. Впервые в жизни мне так было тепло и спокойно, и даже уютно рядом с ним. Возможно, если бы мы так начинали наше знакомство, все могло сложиться иначе. И дело было б не в любви, а в крепкой привязанности друг к другу. А мы начали, как хозяин — раб. Сразу разрушив то, что могло начаться как дружба. С неприязни и отвращения.
«Перестань анализировать, сойдешь с ума. Просто делай и наслаждайся. Будь проще, забудь о том, что он мужчина — живи» — влез со своим советом Шериан.
«Я стараюсь, очень стараюсь хотя бы сблизиться с ним».
Продолжая баловаться в воде, мы так увлеклись, что не заметили как погрузились прямо под воду. Он сверху, я снизу. Благо, что неглубоко, почти рядом с берегом, я и воды не успел нахлебаться. Наши взгляды встретились, и время, казалось, остановилось, замерло, затаилось. Глаза в глаза, и целая вечность, бесконечность. И поцелуй, такой нежный, осторожный и успокаивающий, не разрывая контакта глаз, в мокрой одежде, в воде. Мы, как двое придурков, целуемся, а время дало нам эту возможность замедлилось и не дышало — остановилось. И вовсе непротивно, наоборот, даже приятно. Может, это связь виновата, может, сумасшедшая и непредсказуемая ночь, или мы вовсе сошли с ума. Или сойдем, если не разомкнем взгляд и разорвем поцелуй. Пора остановиться. Я первым отстраняюсь и выскальзываю из объятий Тимьяра. Встаю и выхожу из воды на берег.
— Пора возвращаться. Скоро рассвет. Не хотелось бы, чтобы кто-то меня увидел летящим над миром, — говорю я виновато, оправдываясь. Выражения лица короля Радии такое грустное, что я бы плюнул и остался. Не могу, я ведь улетел из дворца, никого не предупредив.
— Понимаю. Ты тот самый коричневый дракон из легенды? Ты вернулся? Возродился и нашел нового всадника? — зачастил вопросами Тимьяр.
— Поговорим обо всем в другой раз. Нам действительно пора возвращаться. И прошу, никому не говори, что видел дракона. Так нужно и тебе, и мне.
— Хорошо.
Действительно, пора. А о нашей с ним связи поговорим в другой раз. Я тем временем свыкнусь с этой мыслью и приму окончательное решение — смирюсь. В любом случае через два дня приезжает моя жена Мариэль, и придется что-то решать по ее приезду о нас троих и дальнейшей жизни.
Полет назад прошел для нас с Тимьяром в полном молчании. Каждый думал о своем и молчал. Нотки грусти и тоски от мысли о расставании шли мне от человеческого короля.
«Еще раз будешь мешать мне спать по ночам своей тоской, прилечу и выпорю», — пошутил я, стараясь вернуть Тимьяру настроение.
«Буду ждать с нетерпением».
«Ах, ты, шантажист и вымогатель!» — в шутку рассердился я, когда мы уже подлетали к его дворцу.
» Ты меня вынуждаешь прибегать к хитрости и уловкам. Теперь я знаю, как заставить тебя прилететь ко мне. Спасибо за чудесный вечер и романтическое свидание. Следующее за мной, и не думай отвертеться. Ты сам все это начал, и сам пришел ко мне сегодня ночью».
«Сам можешь приехать ко мне, как будет время. Мы ведь еще не обсудили мирный договор между Радией и Фагмалией. Я теперь живу во дворце Филиппа третьего».
"Обязательно приеду. Мирный договор будет лишь поводом, чтобы увидеть тебя. Имей в виду, я специально буду тянуть время с его подписанием, выдвигая все новые и новые требования, чтобы подольше задержаться возле тебя».
"Потерплю уж как-нибудь твое присутствие во дворце. Рано или поздно тебе надоест там торчать, и ты сдашься и уедешь к себе", — пошутил я, когда уже спустил Тимьяра со своей спины, прощаясь.
— Я ведь не шучу. Мне хватит наглости приехать, воспользовавшись твоим приглашением, и прогостить там очень долго.
— Поэтому и приглашаю. Самому мне сейчас очень некстати визиты к соседям, — не стал вдаваться в подробности своего нового титула я. Неуверен, что он вообще знает, что я стал королем Фагмалии. Пусть пока и не знает, меньше тосковать будет. А еще, если и про жену узнает, так точно от безысходности, как грозился, пойдет на Фагмалию войной.
Попрощались, и я улетел домой, пока совсем светло не стало.
Дома дел хватало. Нужно еще раз все проверить, что подготовили к приезду моей жены. Проверил. Комната подготовлена, штат слуг для нее подобран, вроде, все учел. Если она захочет своих подружек взять, на всякий случай и им комнаты подготовили.
Через два дня ждал Мариэль в холле своего замка. Переволновался. Вдруг она мне не понравится? А вдруг я ей противен буду? Слово, данное Радиэлю, назад не потребуешь.
Как короли ведут себя со своими женами? Холодно и отчужденно, как в договорных династических браках? Или тепло и по-приятельски мило? Не опозориться бы перед ней и темными эльфами.
Она вышла из портала точно в назначенное для нашей встречи время. С ней было еще две темные эльфийки. Мило мне улыбнулась и поздоровалась:
— Здравствуйте, Ваше Величество.
Портрет в медальоне не врал о ее красоте. Смуглая кожа лица хорошо сочеталась с белоснежными кудряшками волос, которые в сложной прическе оттеняли ее кожу и, поэтому, лицо ее казалось более светлым. Естественный румянец показывал хорошее здоровье и делал ее еще более милой. Фигурка была красивой и стройной. Черные глаза внимательно наблюдали за мной, словно ища во мне недостатки и изъяны. Неужели я ей не понравился?
— И вам здравствовать, Мариэль, — ответил я жене и, взяв за руку, поцеловал красивые тонкие пальчики. — Вы сегодня очаровательно красивая. Ни один художник не может передать на портрете вашу красоту.
— Вы видели мой портрет? А я нет. Так нечестно, не находите?
— Предлагаю сразу перейти на ты. Мы все-таки теперь не чужие люди, — предложил я эльфийской принцессе откинуть условности и дворцовый этикет. — Зови меня просто: Лариэль или Лари.
— Тогда и ты меня можешь называть Мари. Так меня зовет моя матушка. Я буду очень скучать по ней, живя у людей.
— Мари, ты сможешь с ней видеться, когда захочешь или пригласить ее в гости. Я тебя ни в чем ограничивать не собираюсь. Пойдем, я покажу тебе дворец и твою комнату. Если она тебе не понравится или ты захочешь в ней что-то поменять, просто прикажи и все заменят, сделают так, как ты пожелаешь. Добро пожаловать домой.
На мои слова эльфийка мило улыбнулась и согласно закивала головой. Фух. Вроде справился. Прогулялся с девушкой по дворцу, показал ее комнату, обе столовые и библиотеку.
— Спасибо, Лариэль. Меня все устраивает. Я, честно признаться, боялась встречаться с тобой, нервничала, боясь не понравиться. Было бы обидно, если бы ты вернул меня родителям. Они так надеялись на этот альянс с Фагмалией и светлым лесом. Я не хотела их подвести и сделать что-то не так, — сказала мне Мари, когда мы закончили прогулку по дворцу.
— Я сам испытал нечто подобное при нашей первой встрече. Но раз все хорошо, давай расслабимся и перестанем нервничать. Начинать совместную жизнь лучше с дружбы, чем с ссоры. Ты, наверное, хочешь отдохнуть в своей комнате и обсудить переезд со своими спутницами. Не буду тебе мешать. Если что-то понадобиться, просто прикажи слугам, и они все сделают, как ты захочешь.
Эльфийки ушли, оставив меня одного.
— Ну, и как она тебе? — спросил Тавиан, появившись, как только жена с подругами ушла в свою комнату. Подозреваю, что он тайно за нами наблюдал, пока мы с эльфийками путешествовали по дворцу.
— Симпатичная. С приятными формами. Можно сказать, повезло с женой.
— Еще характер ее необходимо узнать, чтобы говорить, повезло или нет, — подколол меня наставник. — Первое впечатление от нее положительное во всех смыслах. У такой милахи не должно быть плохого характера. На всякий случай я за ней присмотрю, а время все расставит по своим местам. Не робей, Лари, у тебя ведь сегодня первая брачная ночь. Готов?
— Даже не знаю. Ты об этом так сказал, что я растерялся. А ведь и правда у меня сегодня будет секс.
— Будет-будет. Только не перестарайся. Помни, у девушки ты первый. Будь нежен и осторожен. Пусть ласки льются рекой, а нежность цветет цветами. Дари себя, чтоб получить любимую в ответ. Зажги искру, и пламя разгорится, и в мир плоды любви пусть принесет. Пусть будет счастлив брак, и любовь царит в нем вечность. Покой душе и мир он принесет.
— Спасибо, за красивые слова и пожелания, Тави. Без тебя бы я пропал еще восемь лет назад. Знай, я считаю тебя своим старшим братом, не по крови, а по сердцу.
— И я тебя считаю своим братом, Ваше Величество. Ваша мама бы гордилась Вами.
Ну, а после была моя первая брачная ночь. Она была… Нашей с Мари, только нашей…
***
Следующую неделю я все еще разбирался с законами и традициями Фагмалии. Шериан мне помогал и разъяснял непонятные моменты. Но каждый раз, думая о законах, я мысленно возвращался к тому разговору с Тави на лесной дороге об эльфах-рабах у людей. Тем более, Радиэль просил разобраться и посодействовать возвращению похищенных подданных домой в светлый лес. Да и эльфийская делегация согласилась помочь моим людям в их поисках. Пришлось задействовать специальные службы королевства. Они занимались шпионажем и наблюдением за всеми в Фагмалии. Уже через день у меня был полный список всех аристократов, у которых были эльфы. Только в столице было эльфийских двадцать женщин и семь мужчин. Не много, но были. Их удерживали против воли, а значит, они человеческие рабы и подлежат изъятию и возвращению на родину. — Всех эльфов забрать у хозяев, и эльфийские послы вернут их домой, — отдал приказ я начальнику городской стражи, которого вызвал к себе в личный кабинет. — Вот список аристократов, которые их насильно удерживают, не позволяя вернуться домой. Самих аристократов оштрафовать и предупредить, если повторят нечто подобное, их будет ждать смертная казнь. Рабства в Фагмалии нет. Они нарушают закон. — Ваше величество, аристократам это не понравиться. Может подняться мятеж. Кто ж добровольно отдаст таких красивых и необычных женщин? — предупредил меня начальник городской стражи. — Не поднимется, а если они таки осмелятся — подавим мятеж. Выполняйте приказ. — А если кто-то из эльфийских женщин по любви живет в доме аристократа? Что с ними делать? — спросил меня стражник. — Пусть в эльфийском посольстве сами подтверждают, что они по собственной воле живут у аристократа, без принуждения и насилия. Или объясняют Радиэлю и просят разрешение на переселение в человеческие земли. А сейчас идите и выполняйте приказ. — Это только в столице, а сколько их еще будет в других городах и местечках Фагмалии?! — сказал я Тавиану, когда ушел стражник. — Боюсь, что много. Лари, может и правда начаться бунт. Филипп их не трогал, хотя видел и знал, что те насильно удерживают эльфов. Знать начнет требовать твоей отставки и передачи трона подслеповатой марионетке. Удобной и гибкой во всех смыслах. — Знаю. Но рабства в Фагмалии не допущу. Я им не дядя, это он боялся пилить сук — трон на котором сидит. Любой король понимает, что настраивать против себя знать опасно, может закончить плохо, но делать все равно что-то надо. Законы писаны для всех, и все перед ними равны. Так что меня обвинить будет не в чем. — Надо собрать малый совет и предупредить, что ты планируешь делать, — посоветовал мне Тави. — Может, советники как раз одобрят твое решение? — Или спрячут своих эльфиек и друзьям посоветуют сделать тоже самое. Не спрятали, не успели. Я и совет собрал и издал приказ об освобождении эльфов. Сработали быстро и чисто. Около ста эльфиек и двадцати эльфов были отправлены назад домой в эльфийский лес. Их собирали по всей Фагмалии. Да и казна королевства пополнилась от штрафов. Аристократы, конечно, расстроились, озлобились на меня, но на открытый бунт не пошли. Зато Радиэль был мне благодарен и прислал в подарок эльфийские украшения и мне и моей жене Мари. Вот так и закончился первый месяц моего правления. Сделано мало, но я гордился собой и своими успехами. Остается надеяться, что рабство в Фагмалии мы уничтожили, истребили с корнем. Можно заняться и другими, не менее важными и нужными, делами для страны.
