Мой магнит.

       Адам видел этот рассвет. Он вглядывался в эти лучи, как в нечто эфемерное, прекрасное. Дрожащая рука потянулась, словно бы пытаясь ухватить хоть один лучик. Больное воображение тут же провело параллель. Она была как этот лучик, так близко, но, в тоже время, так недопустимо далеко. Пальцы сжались в кулак. Сегодня он наконец-то сможет ее обнять, прижать к себе и никуда больше не отпускать, сегодня он сможет схватить эти лучи. Навсегда… Он вошел в дом, плотно закрыв дверь на несколько стальных замков. Эта заброшенная лачуга стала для него раем. Тем волшебным местом, где он так часто лелеял свою мысль. Адам натренированным движением отодвинул комод, откинул кончик ковра и аккуратно рванул небольшую дверь в полу. Когда он начал спускаться, его шаги отдавались долгим пронзительным эхом, наполняя комнату жизнью. Щелчок — комната залилась ярким, красным светом. Теперь он больше не один, рядом с ним она. Везде. Она висела везде. Она лежала на полу и даже была прикреплена к потолку. Адам любовно прикоснулся к одному снимку. Вот здесь она идет на работу, а вот тут садится в машину, а здесь, его самый любимый, она стоит в своей спальне, открыв окно и вдыхая свежий вечерний воздух полной грудью. Ее халат слегка спустился, обнажив правое плечо. Сегодня ночью он смог прикоснуться к этому плечу, лучик почти оказался в его руках…        Мужчина сел за небольшой столик и аккуратно открыл один из ящичков, с невыносимой тревогой и счастьем достав пару ни чем не примечательных вещей. Но для него это было сокровищем. Настоящим сокровищем. Сегодня ему хотелось все вспомнить, перед тем как они снова окажутся вместе… Навсегда…        Адам аккуратно взял в руки старую увесистую тетрадь.       1 993 год. Весна. Она лежала на лужайке Оксфордского пара, беззаботно смеясь в компании какого-то парня. Адам аккуратно подошел к ней, боясь потревожить. — Чего тебе? — недовольно спросил парень. — Не будь букой, Майк, это ко мне, — она лениво перевернулась и грациозно поднялась на ноги, — Ты принес? — А? — Адам невольно забылся, любуясь красотой девушки, — Это тебе.        Он протянул ей большую тетрадь. — Здесь все конспекты по высшей тригонометрии? — Да, я все переписал… — Адам смущенно опустил глаза, поправив большие нелепые очки, — Специально для тебя.        Девушка взяла в руки тетрадь и пролистнула пару страниц. — И зачем мне, учась на историческом, нужна эта непонятная тригонометрия? — недовольно фыркнула она. — Если тебе сложно, я могу с тобой позаниматься, — взволнованно предложил Адам. — Я тоже могу с тобой позаниматься, только не тригонометрией, — рассмеялся Майк, так и не удосужившись встать. — Заткнись, Майк, — тут же вспыхнула девушка, но обернувшись в Адаму, ласково произнесла, — Я только за, если ты мне поможешь. А то иначе просто завалю экзамен. А я взамен пойду с тобой на Летний Оксфордский бал, тебе ведь наверняка не с кем идти?        Адам лишь кивнул, не веря своему счастью. Одна из самых красивых, самых известных студенток Оксфорда пойдет с ним на летний бал — о чем еще можно мечтать?       Где-то вдалеке послышались голоса, кричавшие ее имя. — Джу, — недовольно воскликнул Майк, — Может хватит уже болтать с этим ботаником, нас ждут!        Девушка подарила Адаму самую очаровательную улыбку и поспешила к своим друзьям.        Они прозанимались всю весну, он каждый раз с нетерпением ждал с ней встречи, откладывал свои дела, просиживал с ней не час и не два, стараясь заинтересовать ее предметом. В итоге девушка справилась на отлично. Счастливая, она протянула ему тетрадь обратно, хвастаясь перед ним своими достижениями. — А теперь можно спокойно пойти на бал, — улыбнулся Адам. — Ах, дорогой, — девушка вдруг погрустнела, состроив печальные глазки, — Кажется, я совсем забыла тебе сказать, я уже дала согласие идти на бал с Беном! Ты ведь не будешь на меня дуться?       Мужчина печально вздохнул. Он до сих пор помнил, какая горькая боль закралась в его сердце. Он все же пошел тогда на бал, один… Этот браслет, что сейчас сжимали его пальцы был оттуда. Она очень много танцевала, а этот браслет постоянно зацеплялся за пиджаки ее кавалеров. Во время одного из танцев, она сняла его с запястью и бросила на столик с алкоголем. Он аккуратно стянул его и спрятал, в надежде преподнести его ей после бала.       Она сидела в окружении нескольких молодых людей, смеялась и болтала ни о чем. Весь бал она не обращала на него никакого внимания. Когда Адам подошел, она насмешливо взглянула на него, словно он был местным официантом.        Парни вокруг начали кричать. — Че тебе здесь надо, дрыщ? — Неужто надеешься, что Джулия разрешит такому ботанику сесть рядом? — Это место для избранных, найди себе скамью где-нибудь на задворках!        Джулия устало зевнула. — Как вы мне надоели, — фыркнула она, — Лучше бы вместо вас всех здесь сидел Капитан Роджерс! Я буду писать о нем выпускную работу… Кстати, Адам, ты ведь будущий генетик? Сможешь сделать такую же сыворотку, даже лучше! И вколоть себе? Из тебя бы получился идеальный прототип Капитана Америки. Тогда бы я точно принадлежала только тебе.        Со всех сторон послышался едкий смех. — Но это… Это не так просто… — запинаясь начал было Адам. — Все ясно, Адам, — устало вздохнула девушка, — Можешь идти. Скоро начнется салют, а ты загораживаешь нам вид.        В тот вечер он дал себе слово сделать сыворотку. Он дал себе слово, что она точно будет принадлежать только ему…        Шли годы. А он жил своими идеями. Воссоздать сыворотку хотели многие ученые, но лишь он хотел сделать что-то лучше на той же основе. Он думал только о ней. Он следил за Джулией, за тем как развивалась ее крохотная компания. Как она набирала обороты и становилась все более сильной и независимой. Когда сыворотка Адама была готова, Джулия уже стала крупным предпринимателем. Они оба шли к своим целям, только Винар все делала для себя, а Адам — для нее.       2003 год. Очередная закрытая вечеринка. Он еле раздобыл приглашение. Купил дорогой костюм, подобрал очки самого лучшего бренда, сделал модную прическу, впервые жизни воспользовался парфюмом. Благодаря своим знаниям в области генетики у него появилось неплохое состояние. Он занялся своей фигурой, манерами, речью. Он очень долго ждал этого дня. Когда он увидел ее, то его сердце чуть не лопнуло от невыносимого волнения. Она, как всегда сидела в окружении какого-то очередного миллионера, держа в руках бокал с мартини. Когда он подошел к ней на негнущихся ногах и слабо произнес ее имя, она сверила его удивленным взглядом: — Извините, мы знакомы? — спокойно произнесла она. — Адам… Я — Адам…        С минуту она вглядывалась в незнакомое лицо, затем ее глаза расширились от удивления. — Бог мой, Адам, это ты! — ласковая улыбка озарило ее лицо, — Как ты… похорошел и… Удивительно… Ах, Тони, познакомься, это Адам, мы учились на одном потоке в Оксфорде, он еще помогал мне с… — Тригонометрией… — Точно — точно. Адам, это мой близкий друг Мистер Тони Старк. Ты знаешь его?        Адаму было все равно. Он машинально кивнул, не отрывая взгляда от ее лица. Словно бы поняв, что он тут лишний, Старк мгновенно ретировался, оставив из одних. — Что ты тут делаешь? — Джулия до сих пор прибывала в состоянии легкого шока. — Тебя искал, — чистосердечно признался Адам.        Девушка звонко рассмеялась, приняв слова мужчины за шутку. — Джулия, — взволнованно произнес тот, чувствуя, что молчать больше нет сил, — Я сделал сыворотку. — Какую сыворотку? — удивилась девушка. — Ты сама тогда сказала, что бы я… Ты разве не помнишь? — Если честно, то нет. Впрочем, это и не важно.        Весь вечер они болтали, пили, смеялись и танцевали. Она была такой сказочной такой особенной, что он просто не верил, что это действительно она, а не его больная фантазия. Он постоянно говорил про сыворотку, но Джулия лишь вежливо улыбалась, не отрывая от него своего взгляда. — Я спрятал ее у себя в номере, хочешь покажу? Я пока ее не вкалывал, думал сделать это вместе с тобой, когда ты будешь рядом. — Поехали, — лишь тихонько произнесла она, коснувшись его руки.       Когда они оказались в номере, Адам бросился к шкафу. — Сейчас, я спрятал ее здесь, — быстро заговорил он, роясь в вещах, — Сейчас…        Он мельком посмотрел на Джулию, но затем вновь обернулся замерев в нерешительности. Джулия стояла посреди комнаты. Платье лежало подле ее ног. Отблеск луны, прорвавшийся сквозь узкий просвет между штор скользил по ее обнаженному телу. — Ну и что там? С твоей сывороткой?        Вместо ответа, Адам выпрямился, подхватил ее на руки и бережно опустил на постель. Дрожащие пальцы прикоснулись к небольшой веревочке. Это подтяжка от ее правого чулка…       На утро девушка начала собираться. Адам аккуратно коснулся губами ее левой лопатки, когда та надевала бюстгальтер. — Когда ты сможешь придти ко мне в лабораторию, чтобы я наконец смог завершить начатое?        Девушка замерла. — Адам, дорогой, — она обернулась, — Признаюсь честно, сегодня ночью было круто, даже очень. Ты заметно меня удивил. Но пойми, я не из тех, кто влюбляется, выходит замуж и рожает кучу детей. Сейчас мне это ни к чему. У меня все только начинается. — Но моя сыворотка… — Да плевать мне на твою сыворотку, — устало отмахнулась Джулия, — Я, конечно, очень рада за тебя, что ты там что-то гениальное придумал, но мне абсолютно нет до этого никакого дела. Ты хороший парень. Дай знать о себе лет так через пять, может тогда у меня появится желание чего-то большего, чем просто одна жаркая ночь…        Он вколол себе сыворотку в тот же день, надеясь, что она его убьет…        Адам аккуратно собрал все предметы и положил их в тот же ящичек. Он потянулся, откинулся на спинку кресла и устало закрыл глаза. Сегодня ровно пять лет, как случилась та роковая ночь… Сегодня он наконец-то дотянется до своего лучика.