Хроники лисицы

       — Кто ты такой?       Сжав пальцами рукоять куная, я с угрозой уставилась на гостя.       — Меня зовут Учиха Мадара.       — Учиха Мадара?       Хватка ослабла, но оружие осталось в руке.       — Я буду кричать, — предупредила, набрав в лёгкие воздуха.       Может, он и из клана Кото, теме и Шисуи-сана, но его одежда указывает на то, что он из Акацуки.       — Не волнуйся, — низким бархатом прозвучал его голос. — Я просто пришёл поговорить.       — О чём?       Его болтовня мне только на руку. Больше времени придумать план…       — О твоих родителях. Я смог тебя заинтересовать?       Скрипнув зубами, я глянула на его маску. Часть меня велела скорее напасть на незваного гостя, а часть — просила его выслушать. Маленькая, глупая часть, верившая в лучшее. В конце концов, ничего ведь не случится, если мы просто поговорим?       — Что ты знаешь?       Мадара сел на подоконнике, свесив ноги вниз. Его поза была расслабленной. Он совсем не волновался.       — Твою мать звали Узумаки Кушина, а отца — Намиказе Минато. Он был Четвёртым Хокаге.       — Ты лжёшь, — зашипела я, приготовившись атаковать.       Как он смеет надо мной издеваться?! Будь я дочерью Хокаге, всё было бы иначе!       «Верно ведь?» — я прикусила губу, мучаясь в сомнениях.       — Ты мне не веришь, — констатировал Учиха.       — Разве можно поверить преступнику?!       — Позволишь?       Он оказался передо мной, и я от души пырнула его кунаем в район печени.       — Говорю же, я не намерен с тобой драться.       Его тихий смешок меня разозлил. Когда же из предполагаемой раны не пошла кровь, по спине пробежал холодок.       — Отойди, — уже не так смело, зато не менее угрожающе сказала я.       — Неужели ты не хочешь увидеть маму с папой, Наруто-чан?       Он надо мной смеётся. Биджев убийца, по которому плачет тюрьма. Никогда я ещё так сильно не злилась…       — Это не больно, — чужие пальцы вцепились в мои волосы, поднимая голову.       Последнее, что я увидела — алый шаринган с чёрным рисунком в прорези рыжей маски.

-ххх-

      — Ты это… прости, — буркнул Саске.       — А?       — Прости говорю. Я просто думал, что ты использовал добе в своих целях.       На самом деле, Шисуи практически не пострадал. Парочка лёгких ожогов и царапин не в счёт.       — В каком-то роде мне даже досталось по заслугам. Это ты прости, что потрепал слегка, — виновато улыбнулся Шисуи.       Лицо Саске украшало несколько синяков и ссадин. Шисуи был почти уверен, что ещё у него вывихнуто запястье.       — Ещё неизвестно, кому из нас больше досталось, — надулся Саске.       Шисуи, правда, чувствовал себя виноватым. Взял и избил братишку Итачи. Хорошо, что вмешался Кото… Смешно. Разве можно благодарить того, кто и заварил всю эту кашу? Не зря Кото всегда умел свалить вину за проделки на кого-то другого.       — В любом случае, давай заключим перемирие, — предложил Шисуи. — Если подумать, то нам с тобой незачем драться.       — То есть ты не против, что я хочу быть вместе с добе?       Ответил Шисуи не сразу. Был внутри мерзкий червячок, который не позволил сразу же согласиться.       — Я этого не говорил. Просто я волнуюсь за эту глупышку. Она ведь такая наивная…       — Добе не глупая, — строго заявил Саске. — Хотя иногда она и ведёт себя, как ребёнок, но она не глупая.       Да и во всём существе Саске было что-то такое, что заставляло Шисуи подобраться и приготовиться к атаке.       — Она… — парень замялся, не сумев сформулировать мысли, которые крутились в голове.       — Она тебе дорога, верно? — улыбнулся Шисуи.       У Саске ещё вся жизнь впереди. И его детская любовь к сокоманднице смотрелась настолько трогательно, что Шисуи стало стыдно: как он может мешать этому ребёнку идти к своей мечте? Его сердце было за пределами деревни, а сердце Саске было здесь.       И всё же что-то неустанно грызло его изнутри. Обжигало. Скользило и задевало кожу кончиком змеиного хвоста.       — Тебе тоже, — обвинил его Саске.       При дальнейшем рассмотрении Шисуи понял, что он всего лишь ревновал. Вот только…       — Явно не так, как дорога тебе.       Это смешно. Он помнил её ребёнком. Ребёнком она и осталась. Только телом выросла, а мыслями была ещё совсем мала.       — Не ври.       — Можешь проверить мою честность с помощью шарингана.       — Он мне не нужен, — уткнулся в него сверлящим взглядом Саске. — Я чувствую, что она тебе небезразлична.       — Так что насчёт того поцелуя? Это правда, что ты поцеловал её? — резко сменил тему Шисуи.       Саске как-то сразу смутился. Он явно не ожидал такого вопроса.       — Если это заставит тебя быть честным с собой, то да. Да, я поцеловал добе.       — Понятно.       Что-то внутри неприятно дрогнуло.       — И всё? — вскинул бровь Саске.       Шисуи не понимал, чего он от него хочет. Он согласен отойти в сторону и не мешать им. Даже уйти из жизни Наруто.       «Это будет лучшим решением»

-ххх-

      — Я понятия не имею, кто эти люди, — отойдя от первого шока после гендзюцу, заявила я.       Мадара убрал свою руку с моих волос.       — Это твои родители.       — Мои родители, — повторила я эхом за ним.       — Наруто, солнышко, мы с папой очень любим тебя, — улыбалась мне красивая красноволосая женщина.       — Она уже взрослая, Кушина, — с тёплой улыбкой произнёс мужчина рядом с ней.       Голубоглазый блондин, так похожий на меня. Сердце больно защемило, а на глаза навернулись слёзы.       — Мама. Папа.       В белом свете они казались мне ещё прекраснее. Даже злиться на отца за то, что он запечатал в меня Кьюби, не было сил.       Я просто была счастлива. И безумно хотела к ним прикоснуться.       — Наруто.       Их улыбки согревали изнутри, а объятия были такими нежными, что слёзы всё же вырвались наружу и потекли по щекам.       Плевать, что это иллюзия. Именно об этом я думала, вытирая мокрые щёки под пристальным взглядом шарингана.       — Я убедил тебя? — спросил Мадара.       Меня хватило лишь на слабый кивок. Слишком много эмоций, чтобы разговаривать.       — Хочешь узнать больше? Твои родители оставили мне послание, которое просили передать тебе.       — Что за послание? — наполовину со всхлипом выдавила я.       — Прощальное письмо. Перед тем, как их убил Девятихвостый. А ещё они просили меня помочь тебе справиться с ним.       Ладонь сама легла на живот, сжимая ткань под пальцами. Эта тварь… Это чудовище убило их. Ненавижу. Как же я его ненавижу.       — Я не прошу тебя принимать решение прямо сейчас. Подумай до завтра. Ты сможешь найти меня на кладбище.       Мадара исчез, а я застыла посреди комнаты. Заплаканная и разбитая, но твёрдо знающая, что нужно делать.

-ххх-

      — Представляешь, Шин, этот Учиха просто невыносим! Честное слово, и я вовсе не преувеличиваю! То он лезет с нежностями, то внезапно начинает доставать своих соклановцев. И ведёт себя так, словно мы с ним давние друзья. Как же он меня бесит!       Узумаки порывисто села напротив каменной плиты. Провела по ней ладонью, бросив взгляд на свежий букет цветов.       — Он просто ужасен. И больше всего потому, что я начинаю из-за него волноваться.       Ветер ласково растрепал её волосы, и девушка устало посмотрела на плиту.       — Что мне делать? Дать ему ещё один шанс? Или лучше поговорить самой? Помоги мне, пожалуйста.       Знака от погибшего парня она не дождалась. Чужое присутствие заставило инстинкты тут же затрубить тревогу.       — Кто здесь? — девушка оглянулась и, увидев неподалёку фигуру с копной блондинистых волос, успокоилась. — Имото.       — Нее-чан? — Наруто смущённо накрутила на палец локон. — Ты же на миссию ушла.       — Точнее, уйду через час. Вот, решила зайти к Шину перед отправлением. А ты чего здесь?       Имото вела себя странно. Хотя бы потому, что не спешила отвечать и постоянно отворачивалась.       — Опять эти Учихи что-то учудили? — предположила девушка, выпустив ки.       — Нет! Нет, что ты! — замахала руками Наруто. — Просто я… хотела проведать Шина.       — Что-то случилось?       — Кото ушёл работать, а тебя позвали на миссию. К теме я пойти не могу и к Шисуи-сану тоже, поэтому…       Акане понятливо усмехнулась, проведя рукой по холодному камню.       — Вот оно как. Тогда я вас оставлю, — заключила она, поднимаясь на ноги.       — Нее-чан…       — Я всё равно уже закончила, — Акане прошла мимо сестры, коснувшись ладонью белобрысой макушки. — Растрёпанные.       — Э-это… — хотела была оправдаться Наруто, но Узумаки уткнулась своим лбом в её, встречаясь глазами.       — Аккуратно тут без меня. Если что — обращайся к Кото. И не делай глупостей, договорились?       — Угу.       Наруто стало совестно от тёплого взгляда сестрёнки. Разве можно быть настолько проницательной?       «Нее-чан»       — Я пошла.       — Удачи.       Девушка провожала Акане взглядом. С каждым её шагом возвращая уверенность в собственном решении.       — Мадара, — позвала она, подождав пока сестра уйдёт на приемлемое расстояние. — Мадара!       Чужие пальцы, обтянутые тканью перчатки, прижались к губам. Подавшись назад, Наруто наткнулась на фигуру в плаще.       — Пойдём.       Мадара отстранился. Узумаки резко втянула воздух. В ней вновь взыграли сомнения.       — Ты ведь хочешь узнать больше о родителях. Я расскажу тебе, — он искушал, прекрасно зная её желания.       Наруто поджала губы. Она бы спросила у Пятой, вот только боялась, что ей соврут, воспользовавшись доверием. Поэтому решение было таким. Девушка развернулась, направившись за Учихой. Совсем не замечая, как её окутывают паучьи сети.

-ххх-

      — Кото. Кото. Твою мать, Кото!       Парень подскочил на месте, задев стол с бумагами, которые тут же эпично осели на пришедшем.       — Горо-сан!       — Не спи на рабочем месте, — строго сказал мужчина, отряхнувшись от листков.       — Хай!       Дверь хлопнула, оставив Учиху в кабинете наедине с коллегами.       — Кото-семпай, вы хорошо себя чувствуете?       — Не нужно его жалеть, Ми-чан. Набухался небось, пусть теперь получает, — заключила девушка, вернувшись к работе.       Молодой парень лет пятнадцати сочувственно глянул на него, вернувшись к работе. Кото собирал рассыпанные бумаги.       — А ты язва, Цубаки, — усмехнулся он, бросив взгляд на единственную коллегу женского пола.       Девушка лишь обвела его злым взглядом, но промолчала. Вот поэтому он влюбился в Акане, а не в неё. Она бы ответила.       — Что-то не так, — парень прислушался к ощущениям, которые подсказывали ему нечто, что раньше с ним не случалось.       — Ты тратишь своё время попусту, вот что не так, — бросила Цубаки.       — Да нет же. У меня предчувствие плохое.       — Посуда треснула?       — Нет.       — Чёрная кошка дорогу перебежала?       — Я не верю, что эта милота с ушками вообще может принести беду. Злой ты человек, Цубаки…       — Тогда нечего трепать нам нервы, Кото. Лучше займись работой, — строго заявила девушка.       Он и рад бы, да только его интуиция ещё ни разу не подвела. А в этот раз ощущение было особенно странное.       — Мне нужно уйти. Скажете Горо-сану, — оставив бумаги на столе, Кото направился прямо к выходу.       Игнорируя брошенную в спину ки, он пошёл по коридорам участка. Предчувствие было непонятное, но, определённо, плохое.