Хроники лисицы

      Я чувствовала себя кумовцем среди коноховцев. Неприятное чувство, на самом деле.       — А как она ловко формирует Расенган… Наш Четвёртый Хокаге полгода эту технику осваивал.       — Поразительно.       Кото и Такаока уже были навеселе, так что языки их запутывались на ровном месте, а внимание было рассеянным.       — А Фуджиока в совершенстве освоила игру на десяти инструментах. Милая моя, сыграй.       — Как пожелаете, отец, — химе склонила голову в поклоне и покинула комнату.       Никогда не думала, что буду рада остаться наедине с двумя выпившими мужчинами. Без Фуджиоки стало намного спокойней. Но химе и не думала исчезать надолго. Вернулась она с двумя самураями, которые несли в руках большой музыкальный инструмент.       — Думала взять сякухати*, но увидела его и передумала, — с ненавязчивой улыбкой бросила химе.       — Почему именно кото**? — моргнул Учиха.       — Потому что его зовут так же, как вас.       Я чуть не поперхнулась от такого откровенного признания. Тем временем инструмент был поставлен на пол, а Фуджиока села на подушки рядом с ним и стала перебирать струны, наигрывая приятный мотив. Чего я не ожидала, так это того, что она будет петь.       «Во даёт» — меня просто восхищали её способности и, в частности, её смелость.       Фуджиока пела не просто что-то нейтральное, она пела о самурае. И о девушке, которую он спас ещё ребёнком. Она пела о том, как храбрый воин покинул её деревню, о тревожных снах маленькой химе и о том, как сильно она ждала его возвращения. Самурай вернулся спустя много лет. Химе встречала его невинной девой и молила небо, чтобы её герой не уходил и остался вместе с ней…       Проведя по струнам в последний раз, Фуджиока взглянула на Кото из-под ресниц, ожидая реакции.       — У тебя волшебный голос, Фу-чан, — с улыбкой сказал ей Учиха.       Я думала, он скажет что-то ещё, но Кото вдруг посмотрел на меня. Его взгляд заметно потеплел.       — Она просто чудо, верно, Наруто? Повезло её будущему мужу.       Подавившись невысказанным упрёком, я виновато посмотрела на химе. Лучше бы не смотрела, потому что она прожгла меня таким взглядом, что позавидовали бы не то что Учихи с их шаринганом, даже биджу бы поджали свои хвосты и попытались скрыться.       — Ещё по одной? — Кото поднял очоко, и они с главой деревни продолжили в том же духе.       Такое чувство, что я встретила Акане из прошлого. Только химе на меня злилась вполне заслужено, в отличие от неё.

-ххх-

      К концу банкета у главы деревни, я заметно призадумалась: о женском соперничестве и о мужской тупости в целом. Почему когда я призналась Кото, он отреагировал очень бурно, а слова химе попытался свести на нет. Причём переведя все стрелки на меня.       — Скучаешь? — участливо спросил он, когда мы вышли на улицу.       В трезвом состоянии Кото был не таким чувствительным. Учитывая, что даже в повседневности этот Учиха крайне эмоционален.       — Мне жалко химе.       — Фу-чан? — он посмотрел на меня и задумался.       — Разве ты не понял, что нравишься ей? Может быть, она тебя даже любит! Ты слушаешь меня?       Пока я выплёскивала на него своё возмущение, совсем не заметила, как ушла вперёд, а он остался сзади. Обернулась.       — Тебе хоть немного стыдно? — я попыталась отыскать на его лице хотя бы намёк на вину.       Но я не успела начать новую атаку, потому что глаза Кото вдруг повлажнели, и он начал плакать.       — Эй, Кото, ну ты чего? — я тут же кинулась к нему, но он закрыл лицо рукавом. — Прости, я не должна была так кричать…       — Так трогательно, — выдавил сквозь слёзы Учиха.       — Что? — моргнула я.       — Песня Фу-чан была такой трогательной. Я еле слёзы сдержал! Ей надо сниматься в кино!       Я растерялась. Даже женские слёзы вызывали у меня панику, что уж говорить о мужских. Он никогда так себя не вёл.       — Кото, ну пожалуйста, — просила я его, ласково поглаживая по волосам. — Что я могу для тебя сделать?       — Потанцуешь со мной? — выдавил он жалобно, и плечи его перестали дрожать.       — Хорошо, только не грусти ты так, — быстро согласилась я.       Когда Учиха убрал от лица руку, я увидела только озорную улыбку и искорки в глазах.       — Это тебе надо в актёры идти, — только и успела буркнуть, прежде чем он утащил меня на поляну, откуда доносилась музыка.       От его грусти не осталось и следа. Он радовался так, как никогда в жизни. Втиснувшись в танцующую толпу, мы стали просто беситься, потому что культурным словом это никак нельзя было назвать. Мы кружились, странно дёргались и опровергали саму суть устоявшегося значения слова «танцы». Это был просто всплеск эмоций. Спустя три часа безумных плясок, нам аплодировали все.       — Спасибо! Спасибо! Вы — лучшая публика! — кланялся им Кото, пока я пыталась отдышаться.       Не стоит принимать это на свой счёт. В конце концов, танцевал Бешеный вихрь Конохи.       — Так и знала, что вас нужно искать в самом оживлённом месте этой деревни, — через толпу к нам протиснулась Акане.       — Нее-сан, — я улыбнулась и подошла к ней.       Кото тоже не стал стоять в стороне.       — О моя богиня, неужели ты решила обрадовать своим присутствием простых смертных! — воскликнул он торжественным голосом мартовского кота и протянул сестре неизвестно откуда взятый букет с цветами. А хотя известно, вон же декорация одна пропала…       — Набухался что ли? — в оглушительной тишине спросила Акане.       — Огонёк, ну почему же сразу набухался, я…       — Пошли отсюда, пока он болтает, — шепнула она мне на ухо, утаскивая под локоть с поляны. — Какой-то он буйный.       — Я не буйный! — оскорбился Кото, хвостиком увязавшись за нами. — Наруто, скажи ей. Я же со всей любовью…       — Не хочу становиться между тобой и твоей правой рукой. Слишком сильна конкуренция, — съехидничала сестра.       — Какая конкурен… Ну Акане! Моя пылающая богиня гнева и подъебанства! Подождите меня!       Примерно в таком духе и проходил наш путь до дома. Странные они всё-таки.

-ххх-

      — Что тебе не нравится, теме? — во время ужина я заметила, что Саске слишком недовольно на меня смотрит.       В конце концов, мне надоело это напряжённое молчание, и я решила выяснить всё напрямую.       — Всё прекрасно, — опроверг мои претензии теме.       Но я знала, что это наглая ложь. У него никогда не бывает прекрасного настроения.       — Врёшь, — заключила я, ответив на его взгляд не менее решительно.       В этот момент произошло нечто странное. Саске просто поднялся и вышел из-за стола.       — Спасибо, — вымораживающим тоном сказал он, покинув комнату.       Меня до того задело его поведение, что я пошла следом, не забыв взять из холодильника пакет с помидорами.       — Сейчас будет мясо, — прокомментировал увиденное Кото и был прав.       Я вошла в комнату следом за Саске, полная небывалой решимости.       — Говори, — потребовала я.       Но теме лишь упрямо прожигал меня взглядом, непонятно что пытаясь донести своим молчанием.       — Говори уж. Всё, что накипело.       — Мне здесь не нравится, — мрачно заявил теме. — Слишком шумно. Тренироваться негде. Голова болит и вообще…       Он замолчал, потому что я подошла к нему, положив ладонь на лоб. Секунда — и пальцы засветились голубым.       — Так лучше?       Ответом мне был хмурый кивок.       — Что-то ещё? — вскинула я брови.       — А ещё… — он отвернулся, увидев кого-то в дверях.       Обернувшись, я обнаружила там Шисуи-сана.       — Всё в порядке? — он осторожно вошёл в комнату.       — Ничего особенного. Просто Саске хочет домой, — с улыбкой сообщила я ему.       Конечно же, теме опроверг моё заявление возмущённым хмыком.       — Да-да, помидорочный наркоман, ты — гордый Учиха, который может пожаловаться на судьбу только лучшей подруге.       На меня посмотрели долгим взглядом, а после ткнули в лоб двумя пальцами и свалили куда-то в глубины дома.       — С этими мальчишками так проблематично, да, Шисуи-сан? — потирая лоб, усмехнулась я.       Учиха ответил мне улыбкой, подошёл и похлопал по голове. Потом вдруг замер, зарывшись ладонью в мои волосы.       — Шисуи-сан?       Завершив сию процедуру контрольным хлопком по голове, он потопал в сторону кухни. Ах да, нужно вернуть теме…       — Саске, а я сейчас твои помидоры давить буду! — крикнула я в глубины дома. — Хочешь посмотреть?       Прибежал он в ту же секунду. Забрал пакет из моих рук и гордо зашагал на кухню. Этого у теме не отнять.       — С возвращением, Саске-сама, — старательно сдерживая смех, приветствовал его Кото.       Усевшись на своё место с видом Даймё, он спрятал пакет у себя на коленях, поглядывая на меня.       — Твои красные друзья могут не волноваться. Я их не трону.       — Хм.       — Не мои проблемы, что не веришь.       — Хм.       — Кото, чисто теоретически, а если снять скальп с помидора, ему будет больно? — с милейшей улыбкой обратилась я к Учихе.       — Не знаю, как помидорам, но чьё-то сердечко точно будет кровью обливаться, — усмехнулся он.       — Не одолжишь мне свой набор хирурга?       — С превеликой радостью, — Кото положил на стол запечатанный свиток.       Акане с интересом на него уставилась.       — Что тут у нас? Я позволю тебе самому выбрать орудие для пыток. Смелее, теме.       Стоило мне к нему развернуться, как он сунул мне в рот один из помидоров.       — Я тебе когда-то говорил, что ты очень красиво молчишь, добе?       Моё лицо запылало на несколько оттенков ярче помидора.       — Какие словечки, Саске-сама! Это надо отметить! — воодушевился Кото, продемонстрировав всем бутылку саке.       Мы как-то молча посовещались, переглянувшись между собой, и категорично взглянули на капитана.       — Ну, раз не хотите, цветочкам больше достанется, — не стал он нас уговаривать, заныкав бутылку где-то в холодильнике.       Тем временем Акане распечатала свиток, пока Кото скучал, уткнувшись подбородком в руки, которые уложил на столе.       — Ого, — только и выдохнула она, когда перед ней показались скальпели и прочие орудия пыток.       Чего мы никак не ожидали, так это того, что она станет всё перебирать и с интересом рассматривать.       — Даже коловорот с набором фрез есть! И траншейный нож! А это что, та самая «кошачья лапа»?       — Ты знаешь, что это такое? — растерялся Кото.       — Ею пользуются, чтобы раздирать плоть до костей, — охотно поведала Акане. — Где ты достал все эти вещи?       Мы с Шисуи-саном и теме просто сидели и не понимали, как подобные разговоры могут вызывать столько радости.       — Мне дядя подарил. А часть я забрал у поверженных противников. Как трофеи, — глухо откликнулся Кото.       — Здесь не хватает хороших ремней, — покритиковала сестра. — А ещё ядов бы.       — Яды есть, — Кото уложил на стол ещё один свиток и распечатал. — Это сойдёт?       У Акане разве что глаза не загорелись. Она со священным восторгом уставилась на кучу разных колбочек.       — А это что? — сестра вдруг выхватила из множества пузырьков белые таблетки.       — Цианид калия, — с готовностью ответил Кото. — Его главным признаком является…       — Запах горького миндаля, я знаю, — кивнула Акане.       Я даже опешила, когда она вполне дружелюбно улыбнулась не менее шокированному Учихе и сказала:       — А антидотом от него является глюкоза.       Кото был в ступоре каких-то пару секунд, а после его глаза заискрились.       — Шисуи, добе, — шикнул Саске, пока эти двое возбуждённо обсуждали остальные трофеи нашего загадочного Учихи.       Выжидающе утыкаемся взглядами в теме.       — Предлагаю лечь спать в одной комнате. Что-то мне не нравится, как спелись эти двое.       — Я согласен, — быстро заявил Шисуи-сан.       — Возражений нет, — поддержала я их.       Мы тихонько вышли из кухни. Впрочем, Акане и Кото всё равно разговорились так, что их не отвлекло бы даже нападение биджу.

-ххх-

      Перетащив ко мне в комнату два футона, Шисуи-сан и Саске уселись на них, переглянувшись со мной. Дело в том, что ложиться спать было ещё рано, а искать место для тренировок поздно. Я создала несколько клонов, которые разбежались по комнатам.       — Что ты делаешь? — спросил теме.       — Ищу.       — Что ищешь? — поднял голову Шисуи-сан.       — А этого я пока не знаю. Но уверена, что скоро пойму, — я умчалась вслед за копиями.       Вернулись мы минут через десять. Клоны исчезли в клубах дыма, а руками я торжественно подняла найденные шоги.       — Будем играть! — весело заключила я, положив доску на пол.       Шисуи-сан и теме пододвинулись, выражая готовность начать.       — Я буду судьёй, — с важным видом вздёрнула я нос.       Таким образом выбор сузился до них двоих, и Учихи начали свою первую партию.

-ххх-

      — Теме находится в опасном положении. Шисуи-сан чувствует, что победа уже близко…       — Добе, ты не могла бы замолчать?       — Но как тогда болельщики узнают, кто выигрывает? — поразилась я.       В комнате сидело несколько десятков моих клонов. Половина болела за одного Учиху, половина — за другого.       — Эти болельщики — ты, — буркнул Саске.       — И половина болеет за тебя, так что поднажми, даттебайо! — воскликнул один из клонов.       Часть его поддержала, а остальные лишь снисходительно покосились на теме, что пытался найти выход из положения.       — Макэмасита***, — коротко бросил Саске, быстро поклонившись.       Послышались стоны отчаяния и крики радости. Я надулась, но тут же улыбнулась бушующей публике.       — Победил Шисуи-сан!       На самом деле, теме тоже побеждал. Просто поспешил в этот раз, а Шисуи-сан был более сдержан, вот и…       — Добе, мне одно интересно, а почему ты не играешь? — неожиданно спросил Саске.       Я смущённо накрутила на палец локон волос.       — Да я и правил-то толком не знаю, даттебайо, — натянула я на лицо глупую улыбку.       Меня почти пронесло, пока я не увидела в глазах Шисуи-сана активированный шаринган.       — То есть, ладно, я сыграю, — осознав, что правда может выплыть наружу, быстро согласилась я.       Успешно сдавшись восемь раз подряд, я вконец взбесила болевшего за меня теме. Он ходил по комнате взад-вперёд и не забывал давать мне советы… Которые я успешно игнорировала. И от этого теме бесился ещё больше, потому что знал. Хорошо знал меня.       — Добе, — он яростно ерошил волосы на затылке, отчего его причёска топорщилась сильнее обычного.       — Шисуи-сан слишком умный, чтобы я могла его победить, — увидев в глазах оппонента отблеск шарингана, я нервно сглотнула. Вот ксо. — Ну, правда, теме, это была тяжёлая игра, — я старательно прятала глаза от взгляда Шисуи-сана. Стало как-то не по себе.       — Я пойду подышу чистым воздухом, — джонин поднялся, оставив нас с теме наедине. — Вы успеете сыграть.       Когда в комнате были только мы, я устало выдохнула. Теме сел напротив, с укором на меня посмотрев. Клоны развеялись.       — Не смотри на меня так, — я бездомным щенком уставилась на неподкупного Учиху, и он сделал первый ход.       — Шисуи не станет тебя избегать, если узнает. Я же не стал.       — Ты — совсем другое дело. Будь я чуть поумнее, они с Итачи-саном бы не сделали меня частью своего плана…       — С другой стороны, ты помогла им спасти весь наш клан.       — Откуда знаешь? Они ведь стёрли нам память своим гендзюцу. Да и давно это было.       — Мне сказал Кото.       — Мне тоже.       — Как думаешь, он…       — Просто хотел, чтобы мы знали.       — И всё?       — И всё, — я медленно, но верно приближалась к королю.       — Шисуи сказал, что ты была в ступоре, когда Кото напал на подчинённого Широ.       — Я просто… Не ожидала, что он может быть таким. Растерялась и всё такое.       — Он ведь балбес.       — Ну да. И тут вдруг рубанул тому нукенину прямо по руке. Это как возникший перед глазами голый мужик. Вызывает ступор.       — Понял.       — Я хотела бы, чтобы они общались со мной, зная, какая я на самом деле.       — И что ты для этого сделала?       Губы изогнулись в болезненной усмешке.       — Спряталась так глубоко, что даже бьякуганом не видно. Оставила снаружи только слабую девочку и глупость. Мат.       Теме выглядел вполне довольным, несмотря на то, что проиграл.       — Как я и говорил, ты — просто маленькая глупая добе.       — Не настолько я и маленькая, — буркнула я.       — Но всё равно глупая.