from Hate to Love

Иногда я думаю: «Это слишком хорошо, чтобы быть правдой». (А) POV Автор Лилиан лежала на полу в окружение порванных бумаг. По её руке стекали алые капельки, а рядом лежала фото-рамка с разбитым стеклом и снимком улыбающегося Джоша. На столе вибрировал телефон с незаконченным разговором. Миссис Дан всё ещё кричала что-то в трубку, пытаясь вернуть Лилиан в реальность, но тщетно. Девушка давно успокоилась, но слёзы продолжали оставлять влажные дорожки на лице. Глаза заплыли солёной жидкостью. Сознание затуманили воспоминания. Мозг пытался анализировать слова мамы Джоша, но сердце колотилось с бешеной силой, перекрывая громким звуком все мысли. Он, её персональное солнышко, сейчас лежит на операционном столе в окружение врачей, под ярким светом, сопровождающимся размеренным писком приборов. Он, её персональное солнышко, сейчас балансирует на тонкой верёвочке между жизнью и пропастью смерти. Он, её персональное солнышко, сейчас выбирает из двух: остаться с ней, или уйти навсегда. Лилиан проклинала всех. Врачей, которые сейчас безжалостно водили скальпелями по бархатной коже. Того ублюдка, что сел за руль пьяным и дал человеку не лёгкий выбор. Себя, за то что отпустила Джоша одного домой в столь позднее время. Рядом с ней лежал Кекс. Его задор и игривость испарились вместе с замечательным настроением хозяйки. Он упёрся носом с грудь Лилиан, он будто забирал себе частичку её боли. Пару дней назад Лилиан прошептала себе под нос: «Это слишком хорошо, чтобы быть правдой». Сейчас она была готова убить себя за такие слова. Да, эта замечательная жизнь, наступившая с приходом Джоша, была действительно слишком хорошей, чтобы быть правдивой. Ты никогда не задумываешься о том, как тебе повезло. О том, как хорошо, что ты встретил того человека, чьё тепло тебе было так необходимо. Ты не задумываешься об этом, пока этот человек не попадает на операционный стол. Ты живёшь, радуешься жизни, а потом встаёт выбор: жить или не жить. И у тебя нет права сделать этот выбор, это решает другой человек, но выбери он не правильный вариант и он порвёт не только свою жизнь, но и жизни многих людей, и твою в том числе. Мы так необдуманно делаем ошибки, правда? Мы можем сказать что угодно, сделать что угодно, а потом жалеть всю жизнь. Иногда, даже сделай мы всё правильно, это всё равно приводит к чему-то, чего мы точно не хотели. Приводит либо нас, либо других людей. В жизни много радостей. Мы должны уметь ими наслаждаться. Мы должны понимать, что эти вещи в любом случае не вечны, как и мы сами. Один очень мудрый человек сказал: «Делай всё так, будто ты живёшь последний день». И правда, мы любим откладывать всё на потом, мы любим приводить аргументы чтобы сделать что-то позже. А потом какой-то случайный человек, вы его даже не знаете, ломает вам всё. Хотя возможно и не вам, но вас это заденет. Уж поверьте, заденет. Люди связаны невидимыми ниточками. Дёрнешь за одну, и зашевелятся все остальные. Как бы печально это не звучало, но обрывая одну ниточку, мы, не специально, рвём и остальные. Общество — это эффект домино. Ты дёрнешь одну костяшку, а упадут все. Упадёшь ты, и упадут все. Ты не сможешь удержать любимого человека, он упадёт, и упадёшь ты. Вот и Лилиан не удержала любимого человека, он падает и постепенно падает она. Так легко делать ошибки, и так трудно осознавать это. Тайлер, Амалия и даже Николь уже полчаса стояли под дверью операционной. — Где Лилиан? — спросила Амалия. Она правда волновалась за состояние подруги, зная какой вред эта новость может ей нанести. — Она дома. Я не думаю что ей стоит находиться здесь. Она подавлена, Джош не захочет видеть её такой. — быстро отчеканила Николь. — Если он выживет. — прошептал Тайлер. В коридоре повисла тишина. Каждый обдумывал слова Тая. Все конечно были уверены в том, что через пару дней они будут навещать Джоша, носить ему апельсины, но этот один процент возможной смерти так подавлял. К ребятам подошёл полицейский. — Здравствуйте, мы… — офицер не успел договорить, его перебил Тайлер. — Не сейчас, ладно? — он был груб, но мужчина понял его и сел на лавочку у стены. Сейчас всем было не до дачи показаний, нет. Сейчас всех волновало совсем иное. Да и какая разница что они видели, или что знают?! Сейчас важнее то, что за дверью группа врачей борется за жизнь человека, и какая разница кто этот пьяный ублюдок за рулём того автомобиля. Родители Джоша забежали в палату. — Господи, Джоши! — миссис Дан кинулась на шею сына. — Я так переживала! Не смей больше садится за руль! Слышишь меня?! — Да, мама, слышу. — тихо сказал Джош. Стоит ли говорить о его настроении? Стоит ли говорить о душевном состоянии человека, который выкарабкался из бездны ада? Думаю нет… Тут всё и так предельно понятно. Подавленность и ощущение пустоты, это всё что чувствовал Джош. Его выпишут уже через неделю. Сильные ушибы, нехватка воздуха и постоянные проводки. Не самое приятное что Джошу приходилось терпеть. — Привет. — Лилиан тихо зашла в палату, прикрыв за собой дверь. В её руках был букет из пяти жёлтых роз. Таких же, как те, что Джош дарил ей на день рождения. — Как ты? — Привет. Да ничего, уже лучше. — голос Джоша был таким холодным. В груди стал нарастать ужас. Он по капельке сливался в одну большую панику. Он помнил эти жёлтые розы, и он помнил жёлтые фары машины в глазах. Два момента: один — до боли приятный, второй — пугающий и заставляющий тело дрожать. Зрачки Джоша стали расширяться. Он уставился в одну точку, а потом резко перевёл взгляд на Лилиан. Она с испугом в глазах изучала парня. Он немного похудел, большая для него больничная одежда оголяла слишком выпирающие ключицы, и эти чёрные зрачки почти полностью закрывающие радужку. В общем эта картина не была привлекательной. Куда делся её Джош? Куда делось её солнышко? Внезапно Дан сел на кровати. Холодные мурашки стали бегать по коже. Он свернулся в клубок, иглы капельниц с болью врезались в вены, но ему было плевать. Он лишь хотел избавиться от чувства липкого страха. Тёплая рука легла на его плечо. — Джоши, всё хорошо? — тихо произнесла Лилиан. Она была напугана поведением своего парня. Джош молчал. Всем своим видом он давал понять, что сейчас ему лучше остаться одному. Лили давно научилась понимать его без слов. Она положила цветы на тумбочку и вышла из палаты. В её груди расползалось волнение. Она видела что с Джошем что-то не так. А сможет ли она устранить это «не так»?