Запертая в безликом мире

Что такое свет? Я не знаю... И вряд ли когда-нибудь узнаю. Единственное, что я умею- это слышать и чувствовать. Единственное, что заставляет меня жить и идти вперед- это музыка. То, ради чего действительно стоит жить... Я слепа, и это мучительно. До безумия. Нормальный человек вряд ли узнает, что синий цвет пахнет медью, а красный- железом. Что зеленый на ощупь гладкий, а черный-шершавый, причем независимо от поверхности на которую нанесена краска. А еще фиалка под ветром качается иначе, чем ромашка. И это действительно так. Просто у вас другой угол обзора. А у меня обзора нет. Единственное, что я вижу- музыка. Для меня она словно волшебный мир, способный открыть неизведанные дали. А еще, музыка- это то, что позволяет мне услышать его. Человека, который изменил мою жизнь... Меня зовут КиЮми. Мне девятнадцать лет. Я учусь в Сеульском Государственном Университете на историческом факультете. Скажите, что я там забыла? А то, что я, являясь частично немощной, не могла позволить себе сидеть на родительской шее. Поэтому я училась, работала и жила отдельно от папы и мамы. Сегодня был знаменательный день. Мой девятнадцатый день рождения. И концерт. Концерт, которого я ждала почти полгода. Я получила возможность снова услышать, ставший таким родным, голос. Голос Чхве СынХена- человека, чья песня, в последний момент, остановила меня от опрометчивого шага с двенадцатиэтажного здания больницы. Вспоминая то, что я чуть не совершила, я вцепилась мертвой хваткой в руку Эмили- моей подруги-поводыря. Девушка прилетела в Сеул из Германии по обмену и, к счастью, ее поселили в мою комнату в общежитии. Теперь мы неразлучны. Она помогает мне, а я... А я просто всегда рядом. Я не знаю, как она выглядит. Есть только тактильное представление об Эмили. И все. Я не знаю, радуется ли она, когда видит меня или ее лицо кривится в гримасе отвращения, улыбается ли, когда разговаривает со мной или снисходительно поджимает губы. Ничего не знаю... - Эй, ты чего? - воскликнула немка, щелкая у меня перед глазами. - Ты чего зависла? Нам дорогу переходить! - Прости, - растерянно пробормотала я, нервно закусывая губу от нахлынувшего волнения. - Я волнуюсь. Девушка рассмеялась, от чего я заметно вздрогнула. Ее смех был таким...эээ...немецким. Словно слышалась мне типичная для немецкого языка картавость. Я поправила растрепавшиеся от ветра волосы, который Эмили заплела в слабую косу, переминулась с носка на на пятку и принялась прислушиваться к пищанию светофора, который, если мне не изменяет интуиция, сейчас горел красным. - Как я выгляжу? - спросила я, нарушив молчание, когда мы стали переходить дорогу. Я снова вцепилась в руку подруги, наплевав на чувство собственного достоинства. Эмили была единственным человеком, кому я позволяла о себе заботится. - Потрясающе! - кажется немка улыбнулась. Я мгновенно сникла. - Нет. Не в этом смысле. Какая у меня внешность. - внезапно выпалила я. В ответ раздалось задумчивое мычание. - Ну...эээ...у тебя длинные темные волосы... Большие...наверное не нужно об этом говорить...зеленые глаза. А еще ты довольно тощая. - А вот об этом действительно не надо было говорить. - улыбнулась я. Только сейчас я обратила внимание на визг фанаток. Именно фанаток, потому что мне кажется, что парни так орать не могут. - Мы пришли, Юми. - тихо сказала Эмили. Я затаила дыхание. Вот, еще совсем чуть-чуть и я услышу дорогой мне голос. Его голос. Такой мягкий бархатный баритон, с нотами хрипотцы, немного прокуренный, но такой глубокий, всепоглощающий. Голос, в который я влюблена. - Я рада. - улыбнулась я и крепче вцепилась в руку Эмили. - Я чертовски рада...