Purpose

Удивительно, что именно на уроках мы замечаем особенности своего окружения. Начинаем забывать, кто мы есть, и задумываемся о своём истинном предназначении. Ведь если так подумать, всё это невероятно: все создания, объекты, явления и мы сами. Каждый из нас может чувствовать необъяснимое, неподвластное человеческому мышлению. Словно глупцы, можем злиться на себя, за совершенные нами же поступки; ощущать безжалостное съедение своей сущности изнутри чем-то властным и сильным, таким непонятным. Чонгук никогда раньше не влюблялся. Он не понимал, в чём смысл этого мимолётного чувства, предоставленного вместе с мозговым штурмом, который приносит лишь моральный ущерб, оставляя ссадины, а иногда и глубокие ямы, как от удара молнии. Поначалу, чувствуешь себя окрылённым, ищешь встречи, даже пара слов доставляет огромную радость, а затем проявляются минусы, которые затмевают все плюсы, даря редкое счастье, которые хотя бы на время помогает, но долго не длится. Прошла почти неделя, как в классе новый ученик. Гук снова наблюдает за Тэхёном, а тот снова увлечён своими записями: смотрит лишь себе под нос, не прекращая черкать что-то, что точно не по теме урока. Парень много раз пытался рассмотреть, но чужая рука предательский закрывала вид, будто бы назло. Все попытки заканчивались тем, что Чонгук, тяжело вздыхая, сдавался. Сегодня Юнги нет. И это не впервые. Ну, как не впервые... Этот парень ходит в школу почти через день, а Тэхён часто молчит, когда того нет, будто бы кроме этого мятно-волосого парня Тэхён ни с кем не знаком. Он может обменяться с кем-то короткими фразочками, которые мысленно напоминают порванный старый лист, утерявший свою ценность. Чонгук наслышан о статусе Тэхёна и представлял из него школьного хулигана. Такого противного, с неприятным голосом, пугающими движениями и вечно насмешливым видом, от которого все на километр шугаются. Но нет. Тэхён не такой. Он притягательно интересный, совсем не противный. А голос его хочется слышать чаще, чем голос преподавателя. И как-бы он не звучал: обычно — когда он говорит с Юнги, грубо — когда он всё-таки проявляет свой эгоизм, устраивая шумные переговоры с Туаном, которые никогда не доходят до чего-то серьёзного. Особенно приятно слышать, когда в его голосе играет нотка какой-то радости, сочетаясь с низким тоном, напоминающим тёмный, горячий шоколад, а затем переливается с отрывистым смехом, который не режет уши, а заставляет улыбнуться. И как же быстро меняется его настроение и выражение лица. Чонгук не успевает пропитаться имеющейся эмоцией, как она сменяется другой, не менее сочной и завораживающей. За обедом Чонгук спешит сесть к Тэхёну. Ему всё равно больше не к кому, а Тэхён снова один. Не вписывается в эту атмосферу, выглядит как покинутый и брошенный. Так и хочется вытянуть из него хоть пару слов, развеять тусклый гул этих отвратительных учеников. — Мин Юнги… — начинает Чонгук, волнуясь даже сильнее, чем в первый раз. — Где он? Его снова нет. Почему? Опять Чонгук. Кажется, Тэхён достаточно вежливо, но прямо сказал, что не хочет лишних бесед. И почему до того не доходит? Зачем врываться в чужое личное пространство, в котором царят спокойные мысли и размышления о жизни. Тэхён нехотя ловит вопросы Чонгука, направляет на того взгляд и в первый раз всматривается, начиная проникать в чужие глаза. Замечая в них блеск среди чёрной мглы, впечатлённый взор и несколько тёмных прядей, что накрывают лоб. Вообще, эти глаза напоминают потерянную тьму: ту, что поглотит, заставит страдать, лить немало слёз; измучает каждую клетку тела, не дав затем восстановиться. Но не стоит раньше времени делать выводы. Ведь в каждой тьме бывает капля света, которая может в любой момент взорваться, как вселенская звезда, накрыв эту тьму, не давая больше шанса править той. Тэхён настолько долго пялится, что Чонгуку становится неловко. Да он и сам не отводил взгляда, но лишь по той причине, что ждал ответа. Не потому, что захотелось, и не потому, что просто не смог оторваться. Приходит момент, когда неудобство берёт верх, и Чон первый отвлекается на свою еду, уже не надеясь получить ответ. — Откуда я знаю? — отвлекаясь следом, Тэхён отвечает вопросом. Затем замечает, что ответ прозвучал не так, как бы он хотел, поэтому он заменяет его на более обычный. — Я не знаю, он меня не осведомляет. Оба снова молчат, снова уделяют внимание лишь своей еде. Но Чонгук рад. Ну и что, что Тэхён всего лишь ответил? По крайне мере, он подал хоть какие-то признаки того, что потихоньку можно ещё и ещё, а так и до дружбы недалеко. — Я не люблю, когда на меня кто-то пялится, — теперь начинает Тэ. Чонгук не понимает, ведь он после ответа даже краем глаза не взглянул на парня, что для него не свойственно. Непонимание хорошо проявляется на лице младшего, что Ким не может не заметить и позже уточняет. — Я имею в виду на уроках — Я… я просто… — Чонгук, который всегда отвечал сразу же и без раздумий начинает мямлить. Кто же знал, что Тэхён в курсе и всё замечает. А Гук вовсе не пялился. Его интересовало то, что рисовал старший: чем он был занят так увлечённо каждый урок? И тогда Чонгук, понимая, что ничего такого он не сделал, воспроизводит причину, уже возвращая свой привычный стиль речи, и натягивая улыбку. — Так, что ты рисовал, хён? — Ничего особенного, это просто так. И я тебе не хён! — возмущается, давая понять, что такое обращение его не устраивает. — Не хён, так не хён. Чонгук в любом случае всё ещё доволен. Гул становится тише и часть учеников начинает рассасываться снова по классам. Чонгука это раздражает, потому что Тэхён замечает и начинает есть быстрее. Почему им не сидится? Время ещё есть. С каких пор эту массу людей, с набитыми карманами денег, волнует, что они опоздают? Чонгук начинает нервно кусать губу и дрыгать ногой. Его глаза бегают по стеклянному столу, подобно мелкому муравью. Когда ещё выпадет возможность поговорить с Тэхёном? Этот парень не всегда один, и принимает людей он, как понял Чон, по настроению. Он снова не обращает внимание на сидящего напротив, а ведь тот сейчас не совсем спокоен. Его ладони потеют, а сердце набирает ритм. Рука Тэхёна так аккуратно держит палочки, быстро цепляя куски пищи, и Чонгуку кажется, что рука старшего, изгибы его пальцев, их длина, немного заметные вены, ведущие длинную дорогу выше, полостью описывают самого парня. Тэхён встаёт, и, не оглядываясь, собирается уходить, а Чонгук, который опять-таки пялился, хоть парень ничего и не рисовал, вызывает улыбку у Кима. Она не объяснима, просто он считает Чонгука глупым малым. — Тэхён! — спеша отзывает того, и, обойдя, останавливается напротив. Тэхён успевает убрать улыбку, не хочет показывать её кому-либо без веских причин. Он непонимающе смотрит на Чонгука, застывая на месте. — Ты должен мне помочь. Ты же поможешь? — Ты наглеешь, — парень усмехается. — С каких пор это я тебе что-то должен? И плюс, я не понимаю, что ты несёшь. Тэхён обходит его и продолжает свой путь, а Чонгук опять не знает, как того привлечь. — Не за просто так, конечно, — выкрикивает, чем останавливает Тэхёна. Тот снова садится на самое ближние свободное место и зазывает Чонгука сесть рядом, понимая, что снова прогуляет, но зато не один. Может всё на новичка свалит, мол, помогал ему осматриваться. Одним словом, неважно, главное его отвлёк новичок. Чем не причина? — Ну и что ты можешь предложить? — начинает Тэ. — Что же такое, что заставит меня помочь? И, для начала объясни, чем? — Понимаешь... Главное помоги, а потом проси, что хочешь, — очень уж жалобно просил Чонгук. В принципе, Тэхёну ничего не нужно, но парень его очень заинтересовал. Так упрашивает. А что взамен? Ким ещё подумает об этом. Позже решит, что желает получить. Проблема Чонгука в том, что он сам не в курсе, в чём ему нужна помощь. Он всё выдумал. Тот самый случай, когда ты не знаешь, что делать, и кидаешь первый попавшийся камень, а во время ссоры выплёскиваешь первые попавшиеся слова, находясь в порыве эмоций, совсем не думаешь о последствиях. — Ну? — Девушка, — опять-таки первое, что пришло в голову. Чонгук сам пытается переварить, собою сказанное. — Девушка? — а Тэхён удивляется. Чонгук же не какой-то там смазливый мальчишка. Он привлекательный юноша, которому без сомнений под силу завоевать чьё-то сердце. — Ты шутишь? — Нет, хён, — продолжает утверждать. — Я сам не смогу ничего сделать. Ну же, всё что захочешь… — А кто она? — на это Чонгук радуется. — Я попробую, но одно условие — что взамен, я сообщу позже. Младший широко улыбается. Хорошее начало. А теперь думай, Чонгук, думай. Кто же она? — Ну знаешь? — начинает Чонгук, глупо улыбаясь и смотря в пустоту. — У неё карие глаза, очень тёплые. И голос… Он никак у всех, отличается. Как… как белый шоколад. А когда она смеётся, хочется вечно наблюдать за этим зрелищем. Волосы средней длины и шатенистые, по оттенку, как у тебя. Она их всё время откидывает назад, видимо, мешаются очень. Выглядит очень эффектно, правда. Кажется, она никак все, особенная, независима от чужого мнения, но очень наблюдательна ко всему. Тэхён внимательно слушал, но под описание никого не находил в этой школе. Да и не засматривался он на девушек лишний раз. И зачем он только согласился? Наверное, это из-за Юнги. Он бросил того, кто всегда нуждался в нём, начал частенько пропадать. А Тэхёну не хватает всего, что происходило раньше. Не хватает своего единственного, а главное — настоящего друга, который, хоть и полон лишней агрессии, но всё равно всегда был рядом, заставлял радоваться пустяку. Не хватает чего-то нового, не хватает приключений. — Не понимаю о ком ты, — немного задумавшись, Тэхён постарался соединить всё в одно. — Может, Аран? Она сидела недалеко от нашего стола. — Аран? Да, Аран! — парень оживленно кивает. — Кажется, она… Теперь Чонгуку нужно было понять и увидеть хотя бы раз эту девушку. А что ещё страшнее, так это пойти с ней на контакт. Ну, подумаешь… Если бы Чонгук и вправду влюбился, он точно решил бы спросить совета у Тэхёна. Он даже не сомневается. А ведь чёрноволосый на самом деле не знает, как обращаться с девушками, и это будет его первый опыт. Парни решают просто переждать последний урок на школьном дворе. Чонгук сам же предлагает свалить всё на него. Учится неделю, а осмотреться всё никак времени нет. Они устраиваются на полусырой скамейке. Это всё из-за прохладного осеннего дождя, который и сейчас немного моросит, оставляя мокрые пятна на одежде. Только утром на небе красовалось солнце, и, казалось, что ничего не испортит эту погоду, поэтому все оделись так, словно на улице всё ещё позднее лето, но не Тэхён. Этому парню давно знакомы хитрости погоды, так как маски времён года непостоянные, такие же, как и у людей. Очень изменчивые. И как же тошнит от этого. Тошнит от людей, которые ярко улыбаются, пока мысленно промывают все твои косточки, перебирая в голове все твои качества, над которыми они превосходят. Какое-то неприятное ощущение у Чонгука из-за этой погоды. Его бессонная ночь даёт о себе знать, а лёгкий ветер разгоняет мурашки по телу. Именно поэтому он придвигается ближе к Тэхёну, одним плечом ощущает тепло, и считает, что большое желание просидеть так вечно вызвано ничем особенным. Ким чувствует, что расстояние сократилось, и не просто сократилось, а буквально исчезло, но не обращает на это внимание. — Предупреди меня, когда выйдет Аран. Я могу не заметить, и она уйдёт, — проговаривает Гук, смотря на обувь старшего. Он говорит тихо, ведь если громче, по голосу пройдёт дрожь и станет сложнее говорить. — Что мне ей сказать? — Начни, как обычно. Не заморачивайся насчёт этого, — Тэхён тоже говорит тихо, так как не хочет рушить ту атмосферу, которая сейчас царит. Он не отводит взгляда от деревьев, которые окружают школу. С них начинают падать капли дождя, такие мелкие, еле заметные, прозрачные. Чувствуется лёгкий запах дождя, который пробирается в лёгкие, очищает разум, высвобождая из него всё лишнее. Тэхён сам не замечает, как глубоко задумался. Из-за этого они чуть ли не упускают Аран, но парни быстро срабатывают. Чонгук, не отрывая от Тэхёна волнительного взгляда, и всё время оборачиваясь к нему, направляется к той самой девушке. И какое счастье, что она оказывается удачно хорошей. Тэ хорошо знает её, и именно поэтому он не стал отговаривать или переубеждать, не стал советовать не связываться с ней, как парень парню. Ким считал, что, возможно, они станут хорошей парой и это будет его заслуга. Тем более по описанию Гука, он сам чуть ли не начал испытывать какие-то чувства. Ведь описание казалось ему таким искренним, от души, настоящим. Все проходящие замедляют шаг, проходя около них, а Тэхён всё ещё сидит и наблюдает. Он замечает, что младший волнуется и прекрасно видит, что чужие глаза ещё сильнее напрягают, поэтому он может лишь мысленно желать удачи. Через некоторое время Чонгук возвращается и слабо облегченно улыбается. — Ах, хён… У меня аж ладошки вспотели, — растирая их. — Ну как? — парню не терпится узнать. — Мы договорились получше узнать друг друга на выходных. — Отлично! Дальше сам. — Нет, Тэхён! — возражает тот. — Ты будешь помогать, пока мы не будем вместе. Мы встречаемся в кафе. Ты пойдёшь со мной. Будь готов к любой ситуации. Даже присоединиться к нам. Тэхён обречённо вздыхает. — Надеюсь, это всё будет стоить того… — А расскажи немного о ней? — просит Чонгук. Тэхён соглашается. По дороге со школы они идут вместе. Тэ старается рассказать всё, что знает об этой девушке. Об её характере, поведении, историю семьи, как учиться и к чему стремиться. Чонгук внимательно слушает, не отводя взгляда, не замечая, что дорога кончается. Его завораживает мимика старшего. Она очень выразительна, похожа на водный источник, что с каждым разом выплёскивает всё больше. А когда он задумывается, то начинает жевать нижнюю губу, придавая ей более алый оттенок, и потирает висок кончиками бледных пальцев. Кажется, это помогает ему что-то вспомнить. Иногда, во время своей безостановочной речи, он кидает взгляд на глаза Чонгука и проговаривает немного возмущённое: «Ты меня слышишь? Тебе же рассказываю.», а тот кивает: «Слушаю, хён! Мне очень интересно». После грозного: «Я тебе не хён!» —Тэ снова продолжает, и не знает, что в этот момент в душе младшего полопались миллионы цветных, воздушных шариков, вызывая приятную щекотку и необъяснимую радость.