Лорд Томас

Лорд Малфой не был в ярости. После суток проведенных на ногах, в забегах от одного чиновника к другому, на ярость сил уже не оставалось. - Мистер Пфайпер, я еще раз говорю вам.. - Кхе-кхе, - сухонький старичок - заместитель начальника отдела контроля с маггловским миром, поерзал на своем проеденном молью стуле. -Лорд Малфой, вы можете говорить мне все что угодно, но боюсь у нас в наличии абсолютно неопровержимый факт пребывания вашего сына в Лондоне, что в соответствии с законом о невыезде всех подозреваемых в связях с Тем-Кого-Нельзя-Называть... Люциус его не слушал. Он прекрасно знал, что у них за факт. Его сын. Его, проклятье Мерлина, идиот-сын, который вместо того чтобы лететь сейчас во Францию на самолете, сидел под стражей с подозрением на нападение на маггла. В его положении, в ИХ положении, это было равносильно приговору. Нет, он не может позволить себе Азкабан. Только не сейчас, когда все дела в полном запустении после разрушительного вихря, которым Милорд прошелся по семье Малфой. Его Лорд, (гори он в огне вечно!), восставший безумным от слова абсолютно, не задумывался о том, что его покорным слугам нужно заниматься финансовыми делами. О нет, все свое время они должны были посвящать ему. У Люциуса не было шансов и он это понимал. Старые связи были в большинстве своем разорваны, а те, кто сейчас пришел к власти... Не договориться. Он не мог допустить, чтобы из-за нелепой и безалаберной ошибки его сына все рухнуло в бездну. Оставался только один выход. Единственный выход... Нарцисса его просто убьет. *** Том сидел на старой, поскрипывающей кровати в побитом жизнью гостиничном номере и занимался тем, что у него получалось лучше всего. Он злился. Прошла уже целая неделя, а он ни на шаг не продвинулся в своих поисках. Снять номер и купить новую одежду не составило для него большого труда. Просто удивительно как способность платить меняет твой статус. Ап! И вместо маленького мальчика с серьезными глазами перед тобой стоит обычный клиент. Деньги и немного магического обаяния и Риддл стал владельцем новой, не привлекающей внимания одежды и постояльцем дешевенькой гостиницы в забытом Богом пригороде Лондона. К сожалению, деньги имеют свойство кончаться. Том это прекрасно понимал,как и то, что мелким воровством он долго не протянет. Нужно было как можно скорее найти выход в магический мир в котором скрывались все ответы. А вопросов было больше чем достаточно. Осторожная вылазка в старый приют доставила ему некоторое удовольствие, но не дала никакой информации. Приюта не было, будто и не существовало. На его месте был построен новый дом и ничто не напоминало о мрачном здании, в котором рос Том. Расспросив живущую в соседнем доме бабушку, он выяснил, что старое здание сгорело дотла уже лет 40 назад. (Ужасная, ужасная трагедия, мой маленький! Однажды ночью все просто полыхнуло пламенем, которое поглотило дом так быстро, как будто его весь облили бензином. Столько детей погибло! Интересно мне, каково этим нынешним жильцам жить на костях? Уж я бы поостереглась в таком месте жить!) Том был уверен, что полыхнуло здание не просто так, но никакой больше информации о пожаре кроме сухой заметки в библиотечной подшивке он не нашел. Приют сгорел, и с ним канули в небытие все упоминания о жизни Томаса Марволо Реддла. Единственное что мальчику удалось сообразить - судя по дате пожара, он был уже совсем взрослым, когда спалил эту мерзость (в том кто приложил к этому руку он не сомневался), это наводило на нерадостные мысли. Ему все-таки пришлось здесь жить до самого совершеннолетия. Значит родителей я так и не нашел. По крайней мере живых. Том сцепил зубы. Полный тупик. Его жизнь была словно стерта одним большим ластиком. Никаких упоминаний. Он не учился ни в одной школе из тех, что были вокруг приюта. Пройти в школу когда ты маленький мальчик совсем просто. Да и замки на дверях архивов никогда не могли его остановить. Когда излюбленное занятие воспитателей - запирать вас в кладовке, искусство вскрытия замков постигается быстро. Он не числился в выпусках лучших университетов страны (на меньшее чем лучший, он точно бы не согласился, как и не сомневался в своих способностях выиграть грант). Том убил почти день на обзвоны в поисках мифического дедушки, "заканчивавшего ваш прекрасный университет в 50-х годах". Его имя не мелькало в прессе, не было связано ни с достижениями, ни с преступлениями. Его просто не существовало. Но где-то же он провел эти 70 лет?! Ответ был очевиден - он искал не там. Ему было жизненно важно попасть к волшебникам. Но кроме Драко, (сейчас Том думал что блондина ему послала сама судьба), он не знал ни одного, а найти то место где он очнулся было абсолютно невозможно. Сейчас он жестко корил себя за долгий сон в машине, сделавший невозможным возвращение, и за поспешное бегство с места, которое могло пролить хоть какой-то свет на ситуацию. Риддл разве что не разложил на атомы прихваченную с поля боя палочку, но и она не дала ему никаких ответов. Он чувствовал как на прикосновения она отзывается теплом. А при энергичных взмаха с нее слетали искры. Своя неспособность её применять приводила мальчика в бешенство. Он помнил, как Драко выпустил в него светящийся луч. Obliviate. Но как ни старался, повторить заклинание не мог. Том пришел к мысли, что единственный способ попасть в мир волшебства - найти Драко. Приняв это решение он с присущей ему энергией взялся за его реализацию. *** Последняя неделя слилась для Гарри Поттера в один сплошной день. Кошмарный день, наполненный похоронами, слезами, окружающим его ликованием и речами. О! Больше всего было речей. Их произносили представители пытающегося реабилитироваться Министерства, бывшие Пожиратели, подозреваемые в связях с Пожирателями Смерти, оставшиеся члены Ордена, и снова представители Министерства. Самое ужасное заключалось в том, что каждый, буквально каждый, хотел от него тоже каких-то слов. Внезапно оказалось, что его мнение интересует всех и каждого, а Гарри просто хотелось лечь и выспаться, будучи наконец уверенным в том, что кошмары Волдеморта его не побеспокоят. Выспаться ему не давали. Бесконечные заседания, чрезвычайные собрания, Рон и Гермиона, семья Уизли, оплакивающая свою потерю, похороны Тонкс и Римуса, посмертное восстановление доброго имени Снейпа, избрание Кингсли новым Министром Магии, репортеры. Новый мир спешно отстраивался из осколков старого, и Гарри Поттер был ключом и основным камнем заложенным в его фундамент. Какой уж тут сон. Гарри спал урывками и очень тревожно, просыпаясь задыхающимся от смутных кошмаров, что Волдеморт еще не побежден, а сам он бежит от него и скрывается в лесах в поисках крестражей, как это было на протяжении всего этого бесконечного года. Просыпался в мокром поту и снова погружался в бесконечный круговорот неотложных дел. Нормально лечь спать у него получилось спустя неделю, когда Гермиона решительно отправила его в старую спальню Рона (Гарри! Недосып пагубно сказывается на производительности, если ты не будешь спать, ты не сможешь и нормально работать. Посмотри, в твоих мешках под глазами скоро можно будет хранить картошку!) Гарри вяло пытался протестовать, через несколько часов должно было состояться очередное внеочередное заседание комиссии по делам Пожирателей смерти, но Гермиона решительно пресекла все его возражения и настояла на отдыхе. С ощущением легкой вины и полного блаженства Поттер наконец нормально уснул. Чтобы через час проснуться от раскалывающей голову боли в шраме.