Лорд Томас

Глядя на отмытого Малфоя, с жадностью уплетающего за обе щеки принесенный ему ужин, Том внутренне забавлялся. Право же, Драко, капризный, неприспособленный к жизни и совершенно не умеющий владеть собой, был гораздо большим ребенком, чем он сам. – Так кто такие грязнокровки, Драко? Почему вы их так не любите? – начал свои расспросы Том, не ожидая от блондина какой-либо благодарности за заботу. Малфой посмотрел на него со странной смесью презрения и жалости. – Ты же жил с магом, как ты можешь не знать таких простых вещей? – Мой дядюшка был не очень разговорчив, а других волшебников я никогда не знал. Мы всегда жили в маленькой деревушке среди магглов, стараясь ничем от них не отличаться. С книгами у него было тоже не очень, так что, я буду благодарен тебе за любую информацию о волшебном мире. Драко наморщил нос. Том догадывался, что это должно было отразить его презрение к подобному стилю жизни, но учитывая, что после еды настроение у него повысилось, градуса брезгливости во взгляде явно не хватало, поэтому гримаса получилась почти миленькой. – Неудивительно, что ты такой… ммм, странный. Как можно вообще позволять детям расти в таких условиях? Вот наш Лорд, – тут Драко запнулся. – Грязнокровки это волшебники, чьими родителями были магглы. Они не имеют ни малейшего понятия о волшебном мире и его традициях, они способны только насаждать свои омерзительные маггловские порядки, и совершенно не желают вникать в систему, которая выстраивалась нами веками! Они… Драко явно понесло, и минут десять Риддл терпеливо слушал, как тот обрушивает на головы неверных, все кары небесные. Когда же наконец он выдохся, Том невинно сказал: – Но мои родители не магглы, у меня ведь был родственник маг, - Том понял, что от «грязнокровкина образа» себя нужно срочно отделять, иначе ему с Малфоем точно не поладить. Драко нехотя кивнул: – Вероятно, ты полукровка, иначе не объяснить, что твой дядя якшался с магглами. Тоже мало чести, но при должном старании, из тебя может получиться вполне приличный волшебник. – Он снисходительно посмотрел на Тома. Тот закивал как китайский болванчик, всячески выражая согласие со сказанным, и включил режим «сладкого идиота»: – И что же мне для этого нужно делать? – и с надеждой заглянул Малфою в лицо, с трудом сдерживая смех, видя как блондин надулся от важности, и того, куда логически сейчас повернет разговор. – В первую очередь, выяснить, кто твоя семья и восстановить с ней контакты – Драко не разочаровал, легко сворачивая на нужную Тому тему, и спустя секунду его покровительственный тон дал трещину, а выражение лица резко поменялось на замкнутое и злое. – Не унывай, – Том ободряюще улыбнулся ему, – мы найдем способ вернуть тебе имя. Это ведь твой отец виновен в куче преступлений, а не ты. Я уверен, есть возможность доказать это. – Но, – лицо младшего Малфоя пораженно исказилось, – но, я никогда не буду свидетельствовать против семьи! Papa затеял это обвинение, чтобы обелить её имя! Он обязательно поможет мне! В его словах была такая железобетонная уверенность в отце, что Том почувствовал азарт. Привязать Малфоя к себе, казалось проще простого: что будет делать человек потерявший своего идола? Правильно, искать другого. Роль же чьего-то центра мира Тому всегда нравилась. Он даже был готов заботится о тех, кто ему предан. Пока они оставались ему полезными, конечно же. – Твой отец тобой воспользовался. – Жестко сказал мальчик, решительно глядя в растерянные глаза собеседника. – Он не собирается тебя вытаскивать из этого дерьма, неужели ты этого не понимаешь? Ему крайне удобно свалить на кого-то всю вину. А ты – просто идеальный кандидат. Была минимум сотня способов вытащить тебя: подкупить судей, найти меня, выставить подставного мальчишку, который сказал бы все тоже самое, в конце-то концов, он же Лорд Малфой! Но он избрал наиболее удачное для себя решение, и уж не о семье он в тот момент думал. Жаркая уверенность, с которой Том произнес свою речь, породила в душе Драко страшные сомнения, тем более, что слова мальчишки переплетались с его собственными мыслями. Он ведь до последнего не верил, что у отца не осталось других способов его вытащить. (Здесь надо отметить, что Драко был весьма далек от суровых реалий, в которых война и выбор темной стороны практически убили Лорда Малфой как влиятельную фигуру). Между тем, Риддл продолжал, стараясь закрепить свой успех. – Только мое вмешательство спасло тебя от тюрьмы на всю жизнь, верно? И ты действительно ему веришь, после всего? Ты же умный, взрослый волшебник. Не позволяй так легко списывать себя со счетов! Борись! Докажи свою правоту! Видя, как нахмурился Драко, явно внутренне соглашаясь с ним, Том не удержался от шпильки: – Если он заботится о тебе, то почему еще не разыскал сейчас? Ответом ему стал разъяренный взгляд и сжатые в тонкую линию губы. – Это не твоего ума дело, мальчишка. Не слишком ли много ты на себя берешь? Не тебе судить поступки моего отца! Риддл мысленно обложил себя последними словами. Да что сегодня за день такой?! Промашка за промашкой. Момент был явно упущен. Он примирительно поднял руки: – Хорошо-хорошо, просто подумай над этим, ладно? Я всего лишь пытаюсь мыслить логически. В ситуации, в которой ты оказался, есть и доля моей вины, я только хочу помочь тебе. – Что-то слабо верится, - буркнул Драко – Не слишком-то ты рад был меня здесь видеть. Том бешено прокручивал в голове варианты, на поверку, младшенький Малфой оказывался не таким уж законченным кретином, как ему это показалось сначала. – Я просто не привык, когда в мою жизнь вторгаются, – суховато ответил Том и поднял повлажневшие глаза – Хотя, в последние дни, столько всего произошло, что, наверное, пора... – Было бы на что жаловаться! Хоть выбрался из своей дыры – пренебрежительно фыркнул блондин. Риддл от злости впился пальцами в ножку стула. Отвратительный, самовлюбленный, тупой ублюдок! – Возможно ты прав. Хотелось бы найти в этой жизни место получше. Есть мысли? Твой папочка не оставил тебе дальнейших инструкций? Или может, твоя светлая голова родила хоть одну мысль, кроме нытья и соплей? Или ты планируешь просидеть в этом чемодане до самой смерти? Риддла несло и он огромным усилием воли заставил себя замолчать. В конце концов, похоже единственное, что понимал этот белобрысый, была сила. В ответ Драко промолчал, но начал покрываться пятнами. Злился, на взгляд Тома, он просто бесподобно: кончик носа белел, а а на скулах проступали красные пятна. Такое отрадное зрелище восстановило Риддловкий душевнный балланс, и он гораздо мягче продолжил: – Давай спать? Я устал, ты тоже, завтра подумаем, как нам с этим всем жить. Возражений не последовало, и спустя пол часа Том мог любоваться очаровательной картиной спящего на собственной кровати Малфоя. Располагаться на диване в "чемоданной" комнате тот категорически отказался, а Том и не возражал. Сну он планировал уделить не больше 3-4 часов, ведь его ждали книги! Но уже спустя двадцать минут он уснул, неловко свернувшись в кресле и уронив голову на стопку книг, наскоро стащенных из развала вечерних поисков. И снился ему огромный зал Министерства, по которому бродил и тяжело вздыхал грустный темноволосый юноша с зелеными глазами и нелепыми очками - колесами. *** Проснулся Драко от запаха кофе и солнечного света, выспавшимся и отдохнувшим, глубоко за полдень. Из приоткрытого окна щедро лились свет и звуки уличной маггловской жизни. Кофе же нашелся рядом - на тумбочке рядом с кроватью стояла изящная чашка из кабинета, над которой поднимался ароматный пар. В комнате никого не было. Малфой удивленно дотронулся до чашки. Горячая, только что сваренный кофе. Не долго думая, он сделал глоток, только потом вспомнив, что родовые чары диагностирующие яды и прочие прелести с него сняты. Закашлявшись, несчастный изгнанник судорожно потянулся за палочкой, чуть не опрокинул кружку, выругался, а затем философски пожал плечами "это станет шикарным завершением дивного поворота судьбы" и снова принялся за кофе. Весьма неплохой, скрепя сердце признал он. Под чашкой обнаружилась маленькая записка, написанная красивым летящим почерком с острыми наклонами: "Надеюсь, мои согревающие чары не спали. Можешь найти меня в магической библиотеке Лондиниума, книги в твоем шкафу абсолютная дрянь. Письмо от Лорда Малфой на столе. Р.S. Твоя палочка у меня" Драко с яростью воззрился на строки, пытаясь прожечь их взглядом. Чтооо-о?! Этот мерзавец украл его палочку!! И тут же другая мысль полностью заполнила весь его разум. Отец! Написал, не оставил! Все вчерашние сомнения показались полнейшим бредом, и он судорожно скатился с кровати, путаясь в одеяле. Подбежав к столу, он увидел распечатанный конверт с выдавленным на зеленом сургуче семейным гербом. Письмо отца было кратким, написанным в его суховатой манере: "Драко, Все обернулось даже лучше, чем мы предполагали. Некоторое время, тебе следует остаться в отдалении от нас. Я оповещу тебя, когда ты сможешь вернуться. Твоя мать огорчена, но понимает всю сложность ситуации. Лорд Люциус Абрахам Малфой" Внезапно обессилев он опустился на пол. А может, этот раздражающий мальчишка был и не так уж неправ... Мир Драко продолжал бодро и весело осыпаться осколками, а впереди маячила беспросветная тьма и полное непонимание. Стоп. Бывший Малфой крепко зажмурился и стиснул пальцами виски. Что-то здесь было не так. Отца, словно и не интересовало, где он находился и как ему жить. Хотя бы банально денег, он же не мог ему не прислать? Да и мама, она скорее отгрызла бы кому-нибудь голову, чем позволила единственному сыну шляться непонятно где и с кем. Он внимательно осмотрел письмо, еще раз мысленно выругавшись, что мерзавец забрал его палочку. Проверить подлинность не представлялось возможным. Почерк был безусловно его, отцовский, печать, хоть и сломанная (любопытный гаденыш!), тоже была подлинной. Так и не придя ни к чему конкретному, он поднялся, твердо намереваясь выяснить, что все это значит, и какого Мордреда он должен где-то скрываться. Фамильное кольцо, позволяющее аппарировать откуда угодно и куда угодно, столь удачно вчера помогшее избежать шакалов-репортеров, обнаружилось закатившимся под кровать. Переодеваясь в сменный комплект одежды, хранившийся в шкафу в кабинете, он наконец задумался, а как, собственно, его чемодан попал к Риддлу? Вчера, после боли магического отречения, он вообще практически не соображал, просто пожелав оказаться в безопасном месте и пришел в себя хоть как-то, только увидев изумленно таращившегося на него мальчишку. Спустя секунду, он решил, что над этой загадкой господина Загадки он поразмыслит позже, сейчас же есть вещи и поважнее. Бросив на себя в зеркало взгляд, он улыбнулся. В свежей одежде, причесанный, он снова был самим собой, аристократом от рождения и до могза костей. Ну а имя... с именем он скоро разберется. Только бы добраться до семьи. Надев кольцо на палец, он зажмурился и мысленно потянулся к нему: "Малфой-мэннер! Домой, я хочу домой!" Раздался тихий хлопок, и комната опустела. *** – Гарри, нет! – Аааапчхи! – огромное облако пыли взвилось в воздух и накрыло нарушителей вечного документального покоя. Гермиона быстрыми взмахами палочки пыталась очистить воздух от грязи, оседавшей в хранилище веками. Пыль отчего-то исчезать не собиралась. Ею было покрыто все, начиная от бесконечных пирамид документов, громоздящихся прямо на полу и поднимающихся практически до потолка, и заканчивая знакомой троицой. – Это место проклято-о, ребята! – Рон, замолчи! Просто здесь нужно убраться! – Аааапчхи! Гермиона, это бесполезно! – Гарри поднял от папки красные глаза и улыбнулся. – Готов поспорить, здесь явно лежат чары стазиса. Любое другое заклинание вступает с ними в конфликт и гасится. – Идиоты! – девушка разъяренно оглядела комнатушку, забитую бумагами. – Какая глупость, здесь же невозможно работать!! – Можешь выступить с инициативой модификации чар - глухо донеслось от Рона, намотавшего себе на лицо какую-то повязку. – Конечно, сейчас для этого самое время – огрызнулась в ответ Грейнджер, – Выступлю как раз между судами, или, ах, нет! Постой-ка, мы же расследуем убийство! У нас нет времени на всякую ерунду! – Сомневаюсь, что до этого места у Министерства хоть когда-нибудь дойдут руки – Гарри пожал плечами и снова уткнулся носом в документы. Все замолчали, снова погрузившись в работу. Найти список присутствовавших в финальной битве оказалось невозможной эротической фантазией, поэтому Гарри и его друзья с головой погрузилась в списки присутствовавших вчера в Министерстве. Наложенные на здание чары автоматически фиксировали всех, кто появлялся в зоне Министерства с 1915 года, а самозаполняющиеся папки, хранили все данные посещений: день, время, длительность, фамилию. Увы, но обращались к этим бесценным архивам явно редко, ровные когда-то стопки громоздились, путались, и рушились друг на друга годами, превратившись к сегодняшнему дню в огромную равномерно перемешанную груду пыли и паутины. Гермиона сообразила призвать только папки, в которых были имена кого они смогли вспомнить из присутствовавших вчера в министерстве, и сейчас они честно перерывали получившуюся гору. – Ребята! Я нашел!! – Рон радостно взмахнул тонкой подшивкой – Вчерашний день! – от особенно энергичного движения папка вылетела из его руки и спланировала в ближайший завал. Закашлявшись, Гарри поднял ее, и быстро пролистал. Внезапно его глаза пораженно расширились, и он осел в пыльную бездну, когда-то бывшую полом, подняв очередную тучу. – Гарри! – негодующе воскликнули хором ребята, – Пошли уже отсюда! – Я думаю, что знаю, кто убил Лорана Харби – одними губами прошептал побелевший Поттер. Он поднял потемневшие глаза на ребят. – И, поверьте мне, это вам не понравится. *** – Вы мне не верите?! Кингсли устало посмотрел на трех молодых людей, которыми злая судьба явно подметала очень грязный пол, прежде чем явить их ему в кабинет. – Гарри, я не говорю, что не верю тебе. Просто такое заявление требует больше доказательств, нежели запись в книге, чары на которой не обновлялись сотню лет. – Доказательств? Серьезно?! То есть, труп Пожирателя в день визита в Министерство Темного Лорда не считается? И я же говорил, я чувствовал, как заболел шрам! Время, когда это меня разбудило совпадает с убийством! – Мы не можем сваливать все свои проблемы на покойника!!! - практически заорал Министр. – Все видели, как ты его развоплотил! Повторяю вам еще раз, магический фон не менялся! Если бы Волдеморт был в здании, мы бы зафиксировали скачок темной силы. И эти чары, в отличие от той книженции, обновляются регулярно и ни разу не подводили! – Он мог спрятать свою магию – запротестовала Гермиона, - или, наоборот, быть ослабленным настолько, что проскользнул незамеченным. – Или, – Кингсли мрачно оглядел всех троих – кто-то слишком много фантазирует. Поттер шагнул к нему ближе, и на секунду Министру показалось, что сейчас он потянется за палочкой, но Гарри вцепился в край его стола и наклонившись практически к лицу, процедил: – Надеюсь, Вы помните, Министр, чем для вашего предшественника обернулось недоверие ко мне в прошлый раз. Отстранившись, он пошел к выходу. – Идем, ребята, здесь нам больше делать нечего. Кингсли вскочил. – Что это значит, Поттер?! Вы ... – Это значит, – перебил его уже открывающий дверь Гарри. Он обернулся и широко улыбнулся. – Это значит, что я намереваюсь стать самым быстро уволившимся сотрудником Министерства! – сердито захлопнувшаяся дверь подчеркнула повисшую тишину. – Я тоже увольняюсь! – Гермиона яростно тряхнула головой и обвиняюще посмотрела на Кингсли – Я была о вас лучшего мнения, чем вы этого заслуживаете! – И я!!! – заорал Рон. Когда они вышли, Гермиона обернулась на Уизли. – Рон, ты же не работал в министерстве? – Ээээ, неважно, - и энергично кивнул сам себе – если бы работал, тоже бы уволился! Гарри стоял в конце коридора у стены с крайне мрачным выражением лица, и казалось, внимательно разглядывал носки своих ботинок. – Гарри, - начала Гермиона, – мы верим тебе, и считаем, что ты прав, нужно что-то срочно предпринять! Поттер поднял на нее бледное лицо искаженное от переполнявших его эмоций. – Я убью его. Найду и убью, где бы он ни скрывался.