Поймать капитана Кирка...

            Чужую боль порой легко мы лечим — Советы умные и мудрые даем. А вот свою лечить нам часто нечем. Но мы же гордые — на помощь не зовем. Дин Кунц «Книга печалей»

Аномалия, черт бы ее побрал! И все летит в тартарары. Самый молодой капитан Звездного флота — Джеймс Тиберий Кирк с силой сжал ладонь, оставляя на ней кровавые следы от ногтей и злобно уставился на обзорный экран. Буквально час назад они на пятом варпе шли к Земле, предвкушая долгожданный отдых. Во время выполнения очередной миссии не случилось ничего жуткого или необычного: Джима не взяли в плен с целью сделать из него ритуальное блюдо для местного вождя или посмотреть на процесс размножения человеческих особей, голубоглазого капитана не покусала очередная инопланетная хрень, они не наткнулись на дерзких и воинственных пришельцев, не влетели в энергетический вихрь и не устроили армагеддон галактического масштаба. Нет бы Кирку насторожиться — обычно ни одна из миссий не проходила гладко и обязательно случилась бы какая-то подлянка. Но предстоящий полет на Землю усыпил его бдительность. Когда сканеры засекли возникшую на их пути аномалию, было уже поздно. Серебряная леди, не успев даже дернуться, вляпалась в нее по самые свои восхитительные гондолы. Скотти ругался и матерился, но сделать ничего не мог… Мощности двигателей не хватало. Сопротивляться потоку частиц не было никакой возможности. Джеймс искренне надеялся, что конечная точка, где выбросит «Энтерпрайз» будет не так далеко от границ Федерации — в соседних квадрантах, например, или хотя бы в чужой вселенной… Но! Только не здесь! К такому жизнь капитана явно не готовила. Весь мостик заслушался витиеватыми фразами на нескольких неземных наречиях, которые выдал незадачливый капитан, поняв, где именно они очутились. Самым приличным словом тут было выражение «полная задница». Вулканская империя! Лучше бы они очутились в желудке Сарлака и заживо переваривались бы вечность. Потрясающее сочетание современных технологий и варварства. Стоящий во главе правящий клан диктовал условия всем остальным. Попавшие на территорию империи звездолеты уничтожались без всякой жалости вместе с командой. По крайней мере, ходили такие слухи. Некоторых вулканцы по каким-то своим непонятным причинам брали в плен. О ритуалах и пытках, проводимых над чужаками ходили жуткие легенды. Ими ночью пугали непослушных детей. Попытки Федерации установить мало-мальский контакт изначально были обречены на провал. Остроухие варвары на этот самый контакт идти отказывались категорически, тщательно охраняя свои границы. И вот самый везучий капитан в галактике задумчиво рассматривает три боевых звездолета, маячивших перед обзорным экраном и тоскливо размышляет, какую участь им уготовили вулканцы. Аномалия аномалией, но вынырнуть перед центровой планетой имперцев было просто вопиющей наглостью, даже по меркам Джеймса Тиберия Кирка. К слову сказать, зрелище было завораживающим. Корабли представляли собой беспристанно находящиеся в движении кольца, довольно странным образом переплетающиеся друг с другом. К тому же, звездолеты плавно меняли одну цветовую гамму на другую. Впрочем, данная красота совершенно не поднимала настроения. — Ухура, вызовите их, попробуем договориться, — безнадежно произнес Джим, разворачивая гала-панель и активируя дефлекторные щиты. Зачем он это сделал, Кирк и сам не знал. Вулканцы могли спокойно раздавить их одним пальцем, как навязчивых насекомых. Технологии Федерации были сравнимы с примитивными людьми эпохи мезозоя, только-только научившимися делать орудия труда, по отношению к Вулканской империи. Тем не менее, гордость не позволяла сдаться капитану просто так. В конце концов, не даром он был Джеймсом Тиберием Кирком. Бросив в эфир пару фраз на чистейшем вулканском, Джим приготовился ждать. На такую провокацию остроухие точно должны были бы среагировать. Обозвать главу правящего клана трусом и больным ублюдком, боящимся показать свое лицо… О да, такого идиотизма Кирк сам от себя не ожидал. Откуда Тиберий знал язык остроухих… Это была отдельная история. Федерации повезло только один раз. На границе была найдена спасательная капсула с вулканцем. Кирк, в то время бывший первым помощником капитана Пайка, всю ту неделю, которую звездному флоту удалось продержать имперца у себя, провел рядом с пленником. По разные стороны решетки, разумеется. Остроухий не пошел на контакт ни с кем, кроме Джима, на которого бросал весьма многозначительные взгляды и тихо хмыкал, чем ужасно бесил молодого парня. Информации никакой он не сообщил, кроме имени их крон-принца — главы правящего клана. Еще он выучил Кирка их языку, после чего исчез самым таинственным образом. И это из запертой камеры, окруженной силовым полем. Сам Гудини удавился бы от зависти. — Капитан, входящий вызов! — разнесся по мостику удивленный голос Нийоты. — Принять! — Джим вздохнул и широко раскрывшимися глазами уставился на появившегося перед ним имперца. Вулканец был красив — просто до безумия. Острые ушки, глаза насыщенного шоколадного цвета, идеальные черты лица, брови вразлет, длинная челка, падающая красивыми волнами, длинные, до талии волосы. Идеальную фигуру совершенно не скрывали черные атласные брюки и такая же рубашка. Джим понял, что вот-вот захлебнется слюной. Мысленно отвесив себе пощечину, Кирк выпрямился, с вызовом смотря в глаза имперца. Вот и какого черта он тут сопли развел? — С кем имею честь говорить? — низким, чуть хрипловатым голосом, на чистейшем стандарте произнес остроухий. Джим вздрогнул, чувствуя, как по его телу пробежал разряд удовольствия и выругался про себя. Вот что это такое? Скажите пожалуйста? И вообще, это враг! Да, враг точно! И не нужно на него реагировать как сопливый пятнадцатилетний подросток. — И смею отметить, — так и не дождавшись ответа капитана вулканец посмотрел на него как на идиота и вздернул бровь. — Мои родители состояли в законном браке задолго до моего рождения. — Что? — недоуменно переспросил Кирк, залипнув на длинных изящных пальцах остроухого, которыми он заправил прядь волос за острое ушко. — Я рожден в законном браке, обзывать меня ублюдком весьма опрометчиво, как и трусом! — мило пояснил вулканец, еще выше подняв бровь. — Я Спок СʼЧен ТʼГай. Так с кем имею честь говорить? — Джеймс Тиберий Кирк, ваше высочество, — вздернув подбородок, с вызовом ответил человек. После оскорбления самого крон-принца терять ему уже точно было нечего. — Капитан исследовательского звездолета ЮСС «Энтерпрайз». Прошу простить за мои слова, но это был единственный способ вызвать вас на связь. Мы не хотели нарушать границу. Все дело в космической аномалии. Я убедительно прошу позволить нам вернуться домой. — И с чего я должен удовлетворить вас, капитан Джеймс Тиберий Кирк? Фраза прозвучала настолько двусмысленно, что Джим залился краской по самые уши. — Я могу остаться. Это моя ошибка и только моя. Отпустите экипаж! Прошу вас! — Какая жертвенность, капитан Кирк, — задумчиво произнес Спок. — А если я захочу взять вас в рабство? К примеру? — Я… согласен! Только, позвольте кораблю уйти! — голос капитана не дрогнул, хотя внутри у него все перевернулось. Но, жизнь четырехсот членов экипажа стоила любой жертвы. — Безрассудный, гордый, — протянул принц, окидывая Кирка задумчивым взглядом. — Сама судьба привела вас сюда, Джеймс. — Судьба? — растерянно переспросил Тиберий, но тут же замолк, чувствуя, как начинает гореть плечо. Только не это. Не может быть! Только не с ним! — Снимите рубашку, капитан! — заботливо предложил вулканец, сверкая черными глазами. — Я не показываю стриптиз посторонним, — буркнул Кирк. — Ну, вы же теперь мой раб. Считайте это первым приказом! — язвительно произнес Спок. — Вы еще не отпустили мой корабль! — отрезал Кирк. — Джим, пожалуйста! — внезапно мягко сказал остроухий. — Сделайте это и вы сможете улететь, когда захотите. Слово воина! Капитан фыркнул и стянул форменку, в шоке уставившись на руку. Каждое разумное существо в этой вселенной рождалось с небольшой татуировкой на предплечье. При встрече со своей второй половинкой, со своим истинным, татуировка меняла форму, обретая целостность и связывая пару нерушимыми узами. Джим выдохнул, наблюдая за тем, как две ветви — золотая и серебряная спускаются вниз по его руке, затейливо переплетаясь, огибая запястье, и заканчиваются на тыльной стороне ладони, чуть заходя на безымянный палец. Заключительным этапом стали небольшие изящные листочки, раскрывшиеся по всей длине ветвей. — Не может быть! — Кирк в шоке закрыл лицо ладонями. — Может, Джеймс Тиберий! Ты мой Тʼхайʼла! Мой истинный! Моя вторая половинка! — Я ненавижу эту предопределенность! — фыркнул Тиберий, понимая, что ему в сущности, некуда было деваться. При отказе одного из партнеров от своей пары погибали оба. Но вулканец, крон-принц… Нет, ну серьезно? И кто он теперь? Тоже принц? Или принцесса? Вот же блин! — А как насчет дипломатических переговоров с Федерацией? — прищурился Тиберий. — И заключения соглашения? — Как скажешь, — Спок тяжело вздохнул. — Все что угодно для моего истинного. Только не сейчас, Джим, прошу тебя. Кирк понимал остроухого, как никто. Кровь горела, требуя закрепления связи, требуя взять свое. И уже совершенно ничего не имело значения — ни жестокость вулканцев, ни то, что они делали, ни… ничего. Были только он и Спок. — Приглашаю ваш экипаж спуститься на Вулкан, погостить! — произнес принц. - Но вы же убиваете! — пробормотал Чехов. — И вообще! Спок искренне расхохотался: — Мы воины! Любая жизнь для нас священна! И мы не убиваем просто так. Боюсь слухи о жестокости вулканцев сильно преувеличены! Среди людей слишком много наших истинных. Таким бесценным даром бросаться было бы нелогично. — Но вы же уничтожаете корабли, берете в плен, — нерешительно возразил Павел. — Да? И какие же корабли? — дипломатично спросил Спок. Навигатор задумался. Действительно, были факты пропажи нескольких звездолетов и некоторого количества людей рядом с границей. Но вулканцы это были или нет — ответ был весьма неоднозначен. Хотя, с людьми, собственно, все стало понятно - истинные точно никогда бы не разлучались друг с другом. А учитывая местные технологии... Что и говорить, сам Павел с удовольствием остался бы в империи. — Хм, — невразумительно произнес он. — Люди существа с восхитительным воображением. Просто мы предпочитаем держаться обособленно. Но ничего не имеем против желающих остаться, — спокойно ответил Спок, невольно подтверждая мысли навигатора. — А сейчас, я позволю украсть у вас капитана на неопределенное время и предложить остальным воспользоваться нашим гостеприимством. Уверяю, такого вы еще не видели нигде. Джим не успел и пискнуть, как оказался на корабле Спока и был тут же прижат к переборке горячим телом вулканца. Тихо всхлипнув, когда его губы смяли в жарком, голодном поцелуе, Кирк вцепился в спину партнера. Не отставая от принца, Джим толкался языком в его рот, проникая как можно глубже, вылизывая, лаская. Они целовались до тех пор, пока не закончился воздух в легких, не в силах оторваться друг от друга. И только отстранившись, чтобы судорожно вдохнуть, Тиберий понял, что уже полностью раздет, а довольно внушительный стояк вулканца упирается ему в бедро. Кажется, он очень сильно увлекся поцелуями, раз не заметил, как они лишились одежды. — Споок, ты хочешь здесь? — всхлипнул человек, чувствуя, как в него проникает палец, раздвигая бархатные стеночки. Если честно, Джим был совершенно не против жаркого межвидового секса и у этой переборки. Когда ей еще доведется почувствовать всю силу вулканской страсти? Хотя, Кирк подумал, что доведется наверняка. Надо будет опробовать все горизонтальные и вертикальные поверхности этого корабля и не один раз. Два, может быть... Или три... Или... бесконечное множество раз. — Я… Не могу… Не выдержу больше! Хочу тебя! Я слишком долго ждал тебя, ашаям! — Как ждал? Ты знал? — Джим совершенно синими глазами посмотрел на остроухого, всхлипнув, когда он подушечкой пальца задел простату. — Да! Тот вулканец — мой отец! Близкие родственники могут почувствовать пару друг друга. Он сказал, что ты придешь ко мне, рано или поздно! — Твою ж мать, — застонал Кирк, почувствовав внутри еще один палец. Все мысли о каких-то там посторонних вулканцах начисто вымело у него из головы. — Только не останавливайся! — Вряд ли я смогу, Джеймс, — серьезно сказал принц, посмотрев на капитана невозможно прекрасными глазами. Джим уткнулся носом в шею Спока, вздрагивая от каждого движения пальцев в жаркой тесноте, от каждой горячей ласки. Казалось, остроухий был повсюду, задавшись целью свести Тиберия с ума. Его губы, ладони, язык — Кирк выл от наслаждения, чувственно выгибаясь и полностью отдавая себя в руки возлюбленного. И да, он уже не мог думать о Споке как-то иначе. Его возлюбленный! Его Спок! Его сердце! — Надо бы в кровать. Это… неправильно, наш первый раз! — раздался вдруг тихий рык у него над ухом, и Джим почувствовал, как восхитительные пальцы выскальзывают из него. — Нафиг кровать! — категорично ответил Кирк, сдерживая возмущенный скулеж и втягивая Спока в долгий, упоительный поцелуй, ласково перебирая шелковистые прядки волос, доходивших практически до талии. — Хочу тебя немедленно! Развернувшись, Джим прогнулся в пояснице и призывно качнул бедрами. Раздавшийся всхлип вызвал легкую улыбку у Тиберия. Почувствовав, как в него входит горячий вулканский член, Кирк всхлипнул и заскреб ногтями по стене. Это было запредельно, просто за гранью. Несмотря на то, что член был огромным, больно не было, нисколько. Собственно и не должно было быть. Ведь они были идеальными партнерами, предназначенными друг другу самой судьбой. Спок с силой вколачивался в него, покрывая поцелуями спину, шею, лаская уши, оставляя яркие метки на теле возлюбленного, доводя практически до черты, но не давая переступить через нее. Джим уже орал, не сдерживаясь совершенно. Выгибаясь, он подавался навстречу и сжимался вокруг восхитительного члена, стараясь уловить мельчайшие нюансы ощущений. Мощные, глубокие толчки, губы Спока на его коже, укусы и вихрь чувств, закрутивший их обоих — все это не оставило Кирку ни шанса. Сорвавшись в невероятно мощный по своей силе оргазм, Джим почувствовал, как его партнер изливается глубоко внутри, заполняя его горячим семенем. Содрогаясь всем телом, он прижался к возлюбленному как можно ближе, стараясь отдышаться. — Это было… — Спок замолчал, хватая воздух. — Офигенно, — пробормотал Кирк, прикрывая глаза. — Куда? — возмущенно фыркнул он, почувствовав, как его подняли на руки и, бережно прижав к груди, куда-то понесли. — В спальню. Там кровать! — Вот всегда так, — ехидно произнес Тиберий! — Сразу трахаться. А мы даже на свидании еще не были. И вообще, ты за мной не ухаживал! — Джим, я буду ухаживать за тобой сколько хочешь. Делать массаж, водить на прогулки, в рестораны, делать подарки… Я готов подарить тебе всю вселенную, мой прекрасный возлюбленный! Все, что ты захочешь! Все, что есть у меня — твое. Но сейчас я до безумия хочу тебя, снова.  — Ты все-таки взял меня в рабство, в сексуальное рабство, — прошептал Кирк, оказавшись на кровати и раскрывая объятия. — Разумеется! И сейчас я трахну тебя так, что ты забудешь обо всем на свете! И буду заниматься любовью с тобой бесконечно долго. Ты мой, Джеймс Тиберий Кирк! — Твой! — хрипло проскулил капитан, теряя голову от жаркого поцелуя возлюбленного и чувственно выгибаясь, когда Спок снова вошел в него одним мощным, глубоким толчком. Пожалуй, ну их, эти свидания. Так гораздо лучше.