Истинный

Жалел ли Юнги о своем решении? Да, какая-то его часть, та, у которой еще не был в отключке мозг, определенно, да. Она же всеми усилиями твердила отказаться от этой непримиримо глупой затеи. Все это ну никак не могло обернуться чем-то положительным. Это настолько сильно закрепилось в подсознании, что невозможно было уже и избавиться. Волк - это всего лишь волк. Зверь. Чего бы он там ни увидел, это животное не может понять суть. Чонгук - вампир. Вампирам доверять нельзя. - Ну и? - Юнги обернулся. Чонгук держал в одной руке пакет с кровью, явно взятый из больницы, а в другой - достаточно высокий стакан. Он говорил, даже не глядя на оборотня. И в тот же момент наливал себе напиток. - Что ну и? - Ну и где ты был, получается? - странно, но тот был заполнен до краев. Будто был специально подобран под это дело. Гук облизнул кровавые пальцы, вскинув голову. Его взгляд можно было вполне сейчас назвать лукавым. - Слышал про сделку, но так и не появился. Я, между прочим, звал. - Нужно было кое-что сделать. Обстановка вокруг не могла остаться для Шуги незамеченной. Переломанные полки, разбросанные вещи, деньги на столе - все это кинулось в глаза сразу. Чонгук никак не прокомментировал ничего из вышеуказанного. Как и никак не потрудился все это прибрать. Оставил как есть. Юнги мог только догадываться, насколько действительно сильный ураган бушевал в нем в этот момент. - Я звонил Чимину, - откинувшись на спинку дивана, проговорил он. Чонгук вряд ли ожидал, что оборотень продолжит. Это сыграло на руку. - Ситуация нагнетается с каждым днем. Он сказал, что жертв последнее время - завались и больше. Один клуб вообще-то чего стоит. Мой, кстати говоря, клуб. - Все еще печешься об этой мелочи? И как бы Гук ни старался, в голосе проскальзывало что-то еще помимо язвительного тона и насмешки. Юнги смотрел, наблюдал, слушал, вникал в каждую чужую эмоцию. И анализировал. Одна ошибка теперь уже могла стоить всего. - А еще он сказал, что видел Джина, - спокойно продолжил он, так и не отвечая на провокационный вопрос. О чужих жизнях он, как ни странно, не пекся. Никогда. Но в чужих смертях было что-то темное, противоположное, неправильное. - До того, как он пришел ко мне. И что неподалеку видел и твоего Хосока. Странно, что они так и не пересеклись. Потому что находились в двух шагах друг от друга. - Хосок не мой, - из всего вышесказанного Чонгук, видимо, вычленил лишь это. Юнги закатил глаза. - Ну городок у нас не сказать, что такой уж большой. - Всего лишь многомиллионник. - Фигня, правда же? И теперь Юнги даже не казалось: в словах Чонгука было что-то помимо всего прочего. Что-то еле уловимое. Вампир, взяв бокал в руку и вальяжно расположившись на диване, спокойно попивал из него, никуда, казалось бы, и не торопясь. Он будто бы и вовсе не охотился. Так, когда уж слишком приспичит. Большую часть времени пил кровь так. И для Юнги это было дико. Странно, наверное. Но действительно дико. - Ты вообще пьешь кровь... из людей? - А эта откуда, думаешь? - саркастически заметил тот, потягивая свой собственный напиток. Запах крови ударил в нос. Шуга поморщился. - Кажется, вторая отрицательная. Хочешь? - Я серьезно, - заметил тот, наблюдая за тем, как Чонгук, улыбаясь, облизнулся. Кровь очень ярко подчеркивала губы. Они стали ярко-алыми. - Разве охота не доставляет вам массу удовольствия? - Ну да. Вампиры же все - дикари, что могут питаться только благодаря охоте. Определенно. Вроде с тобой оба в двадцать первом веке живем, а ощущение, что ты застрял в каком-нибудь... восемнадцатом? В глазах его проскользнула обида. Он больше даже не старался как-то скрыть то, что чувствовал. Все равно никаких положительных эмоций на лице вампира не обозначалось. Злость, ненависть, презрение, насмешка - это пожалуйста. Только теперь это не казалось чем-то, что присуще просто любому вампиру. Теперь это больше походило на колючки. Нечто, что было не приспособлением, чтобы уколоть, а просто-напросто защитой от всего сущего. Некой стеной, через которую, казалось, невозможно было пробиться. - Ты куда-то собирался? - просто кивнув в сторону разбросанных повсюду вещей, спросил, наконец, Шуга. Тему нужно было менять просто обморочно. Чонгук перевел взгляд. - Что, со мной поедешь, дорогой? - и снова - куча сарказма и ноль ощущения, что он говорил серьезно. - Решил небольшую перестановку устроить. Ну знаешь, душа хочет перемен. - Неужели ты так боишься своих? - и теперь уже глаза Чонгука блеснули очень опасно. Бокал, уже полностью опустошенный, с грохотом был поставлен на стол. Казалось, треснет либо стекло, либо поверхность того. - Или оборотней? Или даже... охотников? - Всего лишь трезво оцениваю свои шансы. Юнги не упустил и момента, когда вампир возился со своим телефоном, новым, кстати говоря, телефоном, открывая и закрывая его крышку, а потом разделываясь и с содержанием, долгое время роясь в том. Тут причину раскрыть было легче. Кажется, свой предыдущий он разбил. Удивляло другое. То, например, что телефон этот начал, как только вообще включился, вибрировать почти постоянно. Это было бы слышно, даже если у Шуги не было бы никакого сверхчувствительного слуха. Даже обычному человеку. Чонгук будто и вовсе не обращал на то внимание. Его сотового, лежавшего в метре от него самого, будто и вовсе не существовало. Раздражало. - Отвечай, - и Шуга поднялся. Это не было никаким взвешенным решением. Не было чем-то, что он здраво обдумал. Это было сделано на автомате, настолько внезапно, что даже сам Юнги не сразу осознал, что конкретно он творил. Оборотень просто поднялся, направляясь на выход. Чонгук бы не стал говорить с кем-то в его присутствии. Это было ясно как день. Не настолько глуп. Не настолько доверчив. "Ты можешь помочь мне, Юнги. Все еще" Обычно все сообщения Чимина летели в топку. Все подчистую удалялись и выбрасывались в тот же миг из памяти. Это было исключением. Когда две стороны не могут решить свои вопросы, всегда есть третья. Та самая, что вполне может взять эту роль на себя. Чимин был уверен, что это они, охотники. Юнги, спустившись по ступенькам, сел на одной из них, нажав на белую полосу для ответа. Мог. Всегда мог. И всегда казалось, что именно этого Чимин от него и ждал. Того, что когда-нибудь он просто сдастся. - О да, давай, - и по спине пробежался целый рой мурашек. Чонгук был рядом. Юнги, зависнув, вдохнул полные легкие такого уже ставшего знакомым запаха. - Что? Был настолько увлечен своими думами? Ну что ты, пиши. Давай же. Шуга чуть повернул голову вбок, смотря на него. Палец все еще был занесен над первой же буквой. Но так не напечатал ни одной. Чонгук хмыкнул. Следующим же действием он выхватил телефон из вмиг одеревеневших рук. - Что ты де... - Хорошо. Сам напишу, - огрызнулся он, вставая. Юнги поднялся сразу вслед за этим, стараясь выловить свой же телефон. Гук действовал резко и явно необдуманно. Он увернулся. Но в тот же миг, оступившись, чуть было не полетел вниз по ступеням, совершенно не контролируя ни эмоции, ни свои собственные движения. Шуга поймал его в последний момент. Вцепился в руку, сильно сдавливая в своей хватке. И сразу же, нисколько не протянув во времени, приложил к стене, схватившись за запястье той, что держала телефон. Чонгук зашипел. За обычным рядом зубов показался другой. Юнги же в ответ зарычал. - И мне что-то предъявляешь? - все еще огрызаясь, спросил Гук, снова попытавшись выбраться. Бесполезно. Шуга не позволил. Он оказался все-таки достаточно сильным. Прямо в противовес своему телосложению. - Давай же. Я напишу. Чего ты боишься? Этого же хочешь, так? - Думаешь, я сам вообще понимаю, что хочу? - вместе с рычанием вырвалось у оборотня. Глаза Чонгука вновь залились черным цветом. Никто не спешил. Но оба были уже готовы к чему угодно. - Блять, да с тобой невозможно рядом находиться. Ходячее блядское недоразумение с синдромом бога, почему мы просто не можем нормально поладить? - Потому что будто бы из разных миров, - отвесил тот. И это было похоже на пощечину. - Предрассудки, мой дорогой. И да... тебе, кажется, звонят. Шуга метнул взгляд на чужую руку, все еще сжимавшую телефон. На экране значилось обоим знакомое имя. Намджун. В груди будто бы что-то перевернулось в этот момент, сломалось под чужим натиском. Юнги не успел схватить телефон. Не успел взять его, выхватить. Чонгук был зол. Раньше это тоже было заметно, но куда лучше - именно сейчас. В момент, когда он принял вызов, Шуга аж вздрогнул. Глаза его, в которых читалось целый рой непонимания и вновь возникшей ярости, расширились. - Может, мне поговорить? - злобно спросил Чонгук, приподнимая телефон. Шуга схватил тот из чужой руки, оскалившись. - Да? - и в тот же момент Мин обернулся. Так и хотелось разодрать глотку этому вампиренышу. - Намджун? - Здравствуй, Юнги, - лучше бы он не брал. Лучше бы сломал этот телефон насовсем. Все, что угодно, было бы лучше того, чтобы слышать его голос. Потому что в нем читалось слишком много всего и сразу. - Ну что? Как жизнь? - Вполне, - пробуя почву, произнес тот. - Намджун?.. - Джин приходил к тебе. Скажи пожалуйста, Юнги, в каком состоянии он тогда ушел? - Не знаю, - взгляд, полный ненависти, был брошен в сторону Чонгука. Тот, казалось, только сейчас осознавал, что сделал. Чернота из глаз его исчезла. Клыки вросли обратно. Но сделанное вернуть также уже бы не вышло, как бы кто того ни хотел. Шуга с трудом заставил себя посмотреть на стену. На что угодно, но только не на Чона. - Я ушел первым. - Вы поссорились? - как на распев спросил он. Злобно, с умыслом. - Мы подрались, - просто и прямо. Как нечего делать. Будто все хорошо. Лучше так, лучше услышать все сразу. Потому что Шуга уже был готов ко всему. - Возможно, я его ранил. У тебя что-то еще? - Да, Шуга. Кое-что есть. Ты. - Я? - Я разорву тебя на части, Мин Юнги. Кажется, ты давно хотел проверить свои возможности. Могу предоставить наилучший шанс это сделать. Я бросаю тебе вызов. Один на один, - и внутри похолодело. Даже перед глазами поплыло. Один на один. С альфой. Идти против него было равнозначно тому же, что идти против всей стаи. Проигрыш - смерть. - Ты же у нас претендент на мое место, не так ли? Так докажи это. - Намджун, остынь, - слов не было. Мыслей не было. Все смешалось в кашу. - Ты нашел его? Ты... - Один на один, Шуга. Я остыну. Обязательно. Ровно в тот момент, как вспорю твое брюхо. Скину адрес по смс. И, Шуга, очень советую это предложение не игнорировать. Он сбросил первым. И даже в этом действии, как и во всем прочем, чувствовалось столько злости, агрессии и ненависти, что хватило бы на целую стаю. Волк внутри затаился. Шуга какое-то время просто смотрел на телефон, постепенно осознавая, что вообще это сейчас было. Претендент на место альфы. Он был таковым уже сколько лет. Только бросить вызов - это уже совсем другая категория. - Надеюсь, ты доволен, - огрызнулся он, подняв взгляд. Чонгук таковым не выглядел. Но улыбку натянуть успел. Мол, да, конечно, просто невообразимо счастлив. От этого по органам будто наждачкой прошлись. Уже который раз. - Что, перчатку кинули, Шуга? - Мы же вроде как не в восемнадцатом веке живем, а, Чонгук? Казалось, это просто будет продолжаться вечно. Некая постоянная баталия, которая не прекратится никогда. И если это и есть его родственная душа, этакая частичка его самого, то Шуга знать не желал, насколько все внутри него самого сгнило. Можно было подготовиться ко всему. К сварливой суке с крайне скверным характером, к крайне нерадивому человеку, которому многое бы пришлось объяснять, пусть даже парню, к тому, что ему повезет гораздо меньше, чем тому же Джину: что не попадется кто-то из стаи, что будет кто-то чужой. Но не к тому, что все это будет сочетаться в одном. Да еще и в вампире. - Ну и куда же ты? - было кинуто ему в спину, когда Юнги, развернувшись, начал спускаться по ступеням. Сообщение уже вибрацией отдалось в кармане. Адрес был скинут. - Неужели обиделся, дорогой? А как же: я с тобой? - Разберусь со своими маленькими проблемками... и сразу, - также язвительно ответил он. Теперь уже слух был перестроен на тот самый максимум, его максимум. Поэтому шаги Чонгука он услышал в тот же миг. Тот двинулся следом. - Так ты у нас все не отстаешь? - Шуга чувствовал, как внутри все просто переворачивалось с каждым таким словом. Такой ярости, пожалуй, он не ощущал более никогда. - Надо же. Как благородно. И в этот момент надломилось что-то окончательно. С рыком он буквально пробил Чонгуком стену, откинув его с такой силой, что обычный бы человек на его месте просто разломался бы надвое. Чон не ожидал такого. Не был готов к тому, что оборотень это сделает. Даже не видел до сего момента эту красноту в чужих глазах. Трещины на стене пошли моментом: они покрыли ее всю, образуя паутинку. У Гука заискрило в глазах от боли в спине. Шуга поднял его над землей. И держал, словно тот не весил и грамма. - Думаешь, можешь это делать вечно? - не было больше ничего в его словах кроме агрессии. Не было, и быть не могло. - Ты меня очень плохо знаешь, Чон Чонгук. Потому что я могу ответить. И ты действительно пожалеешь об этом сразу, как я это сделаю. Можешь уже начинать бояться моего "я с тобой". И его рука резко ослабила хватку. Настолько, что Гук не успел даже ничего сделать, просто упал, шипя от боли. Юнги мало когда чувствовал подобное раньше. Будто силы, которые обычно ключом били из него, резко его же покинули. Просто испарились. Даже идти было тяжко. Говорить же о чем-то другом - и вовсе бесполезно. Шагов он больше не слышал. Только на улице Мин прочел адрес. "Намджун, подумай еще раз над тем, что ты мне сказал" Оставалось ли сообщение и вовсе не прочитанным или Джун просто не удосужился на него ответить было непонятно. Писать еще что-то казалось совершенно бессмысленным. Сердце билось, как бешеное. Силы исчезли, казалось, окончательно. Будто волк ослаб настолько, что еле сам мог поднять морду с лап. Вампир. Чертов вампир. Казалось, Чонгук питался и его энергией в том числе, а не только кровью чужих людей. "Хотя бы скажи, что с Джином все нормально" Ведь иначе откуда он мог узнать? Телефон был до боли сжат в руке. Все казалось таким неестественным, вычурным. Ведь так невозможно. Ну не могло все обернуться таким скверным образом. Все ведь было нормально. Стая, семья, друзья. Как все могло так быстро и молниеносно исчезнуть из жизни, словно никогда ничего и не было? Все казалось, что Джун ответит. Что напишет что-нибудь хотя бы на последнее сообщение. Но тот молчал. И когда вибрация резанула слух, когда Шуга, словно завороженный, достал телефон, был огорчен более, чем, наверное, в любом другой момент. "Я все еще жду ответа. Тебе не обязательно быть одному, Мин Юнги" В ветке с сообщениями Чимина было всего два сообщения. Это и еще одно до него. И теперь идея просто раскрыть ему адрес и сдать всех, кто бы ни пришел, не казалась безрассудной. Своя шкура всегда дороже. Раз такой слоган был у всех, так за каким чертом Юнги нужно было выделяться? Так проще. Только так, похоже, можно было выжить. Палец завис над нужными буквами. Снова. И так не прикоснулся ни к одной. Телефон был заблокирован и разблокирован вновь. Волк внутри завывал. И в этом чувствовалась какая-то удушающая обреченность. "Намджун, нам не нужно решать все таким образом" Нам не нужно пытаться убить друг друга. Нам не нужно вести себя, как дикари. Это неправильно. Мы же... семья. Можно было написать чертову кучу других вещей, но все они так и остались бы чисто текстом, который даже не факт, что дошел бы адресата. - Не поверишь, но нужно, - раздалось позади. До нужного места Юнги так и не дошел. Похоже, его почуяли раньше. - Ну здравствуй. И Юнги оглянулся. Так и хотелось в этот момент просто прижать уши к голове и склонить голову. Альфа был в ярости. Это ощущалось слишком сильно. От него исходило столько энергии, что, казалось, хватить должно было не только на Юнги. И будто назло, сам Шуга в этот момент не чувствовал и крупицы того, что должно было быть внутри него. Его собственная сила будто бы вся была растеряна. Сердце снова начало выбивать чечетку. - Объясни, что произошло, - сделав шаг к нему, произнес Юнги. Глаза Намджуна уже налились красным. Слева и справа от него, только лишь в отдалении, показались знакомые лица. Стая. Его стая. - Намджун, блять, да скажи хоть что-нибудь! - Так на чьей же ты стороне, Юнги? - наклонив голову чуть вбок, спросил он. Внутри все похолодело. - Может, ответишь? - Да какие стороны? К чему это вообще все? - Ладно. Задам вопрос проще. Что вот это, - и он кивнул куда-то за спину самого Юнги, - делает здесь? Оборачиваться почему-то до жути не хотелось. Шуга и так знал, что увидит. Почему он снова не заметил даже, что за ним следовали, он не понимал. Чонгук все-таки умел это делать. Причем достаточно бесшумно. Хотя, возможно, рассеянность приходила вместе со всем прочим, с ощущением, например, что сил у него не хватит даже на перевоплощение. Чонгук не решался сделать хотя бы еще один шаг. Так и стоял в стороне, смотря лишь на него. На Мина. И тот, только завидев его, раздосадовано выдохнул. - Может, у него и спросишь? - задал он вопрос Намджуну, нехотя огрызнувшись. Почему-то ощущение, что рядом Чонгук, придавало немного сил. Даже дышать, как ни странно, стало чуть проще. - Уже совсем не к чему прикопаться, да? - Почему же? Причина есть. И сейчас ты вполне подтвердил чужие слова. Намджун кивнул головой в левую сторону, мол, взгляни. И Шуга действительно перевел туда взгляд. Джин выглядел хуже некуда. У оборотней почти не было регенерации. Выражение - заживет как на собаке - один из самых распространенных обманов. На лице и руках Сокджина значились кровоподтеки. Те участки кожи, что вообще были видны, представляли собой один большой синяк. В этом во всем было лишь одно непопадание. Многие раны были нанесены не Шугой. Например, он точно помнил, что кроме царапин на морде волка Джина не было ничего, когда они разошлись. - Поссорились, значит? - и Намджун ступил вперед на шаг. Шуга, хотел он того или нет, на автомате отступил. - Знаешь, Шуга, а я ведь серьезно задумывался над твоими словами. Вампиры тоже живые, хотя смешно одно это утверждение, существа и все такое. Что мы не должны жить предрассудками. Но все оказалось куда прозаичней, оказывается. Ты встал на их сторону. - Да что за бред ты несешь? - и на место апатии пришла ярость. Шуга чувствовал ее каждой клеточкой тела. Насколько вообще нужно не доверять человеку, чтобы сразу предполагать наихудшее? - Вот от кого-кого, а от тебя... Знаешь, это было неожиданно. Ты заслуживаешь смерти, Юнги. Мин перевел взгляд на Джина. Не было больше тут просьбы, не было обреченности, мольбы о помощи, он просто смотрел. На то, как тот, ни секунды не задержав свой взгляд на нем, отвел тот. И на то, как он снова промолчал. Столько удушающей ненависти к тем, кто был когда-то ему ближайшими существами, Юнги не чувствовал никогда. Они все думали так. Все считали, что он заслуживает этой участи. Все до единого. Вот, что значит стая. Вот, что, оказывается, значит семья. - Один на один. Правила, думаю, ты знаешь, - напоследок кинул Намджун. И снял рубашку, отбрасывая ее в сторону. В его случае даже не нужно было рвать на себе кожу. Волк, разъяренный донельзя состоянием его же пары, вырвался сам. Он в буквальном смысле прогрыз путь себе наружу, стоило только Джуну пустить его на волю. Темно-серый, действительно мощный, больших размеров, он вырвался прямо из груди хозяина, пуская тому кровь. Со стороны выглядело это чудовищно. Кровавые ошметки покрыли всю поверхность земли в пределах нескольких метров. Глаза Намджуна погасли. Глаза же волка, что медленно вылезал, скалясь, из тела человека, наоборот сверкали. Это был уже не Джун. Это был альфа. Глава стаи. Сильнейший. Внутри Юнги сводило от одного осознания: с ним придется действительно биться. Рык Намджуна, который заставил пробежаться по коже целый рой мурашек, прошелся эхом. Волк даже не стал отряхиваться. Кровавые ткани свисали с его шерсти. Весь его вид был одной сплошной угрозой. Хорошо хоть само перевоплощение произошло быстро. Пожалуй, не деформировался бы скелет в скелет волка, и человеческие кости бы наотмашь отбили всякое желание вообще вступать в какой-либо контакт. - Что же ты творишь... - он знал, что даже несмотря на антураж, Намджун его слышал. Только толку от этого было мало. Боль пронзила каждую клеточку тела. Прошлась, словно заряд, от кончиков пальцев ног до макушки головы. Одежду Юнги скинул прежде всего. Это было наипростейшим из того, что можно было сбросить. Шуга дрожавшими руками дотронулся до челюсти, начав ту просто раскрывать. Злость, ярость, какая-либо агрессия - все это служило заглушкой. Было чем-то вроде нужной дозы обезболивающего, чтобы пережить такие деформации. Шуга не чувствовал сейчас ничего из этого. И принудительно заставлять себя обращаться было больнее всего. Челюсти под напором начали разрываться. Вместо крика, который готов был уже вырваться изо рта, послышался рык. Волк, в противовес всем - белый, с рычанием и красными глазами показался почти моментально. Как бы Юнги не чувствовал его нежелание, он отозвался в тот же миг. Весь организм будто бы стал одним сплошным переключателем. Раз - человек, два - волк. И каждый реагировал на щелчок с готовностью. Полный симбиоз. Юнги зарычал, ступая по темной земле, кое-где окрашенной в красный. Чернота была везде и всюду. Даже люди вокруг были облачены в темное. И он один, как гребанное белое пятно, на фоне этого смотрелся... неестественно. Его рык не шел в сравнение с рыком альфы. Но отозвался таким же долгим эхом. - Так вот почему Шуга, - и сейчас, будто в насмешку над всем, Юнги услышал даже шепот, исходивший от Чонгука. Его волк услышал. И был так сосредоточен на этих словах, что пропустил первую атаку. Намджун повалил его наземь молниеносно, одним верным ударом извозив того в грязи вокруг. Шуга цеплялся зубами, вгрызался, сопротивлялся, но напор был все равно достаточно велик. Он не был готов к этому бою. Не был готов одержать и победу. На один его укус ответных приходилось раз в пять больше. На попытки вцепиться в шею - яростная отдача. Намджун был сейчас сильнее. Намджун был и злее. Весь его бой будто и вовсе был одной сплошной тактикой. И одним сплошным рвением отомстить. Это было похоже на игру в тот же морской бой. Только один из противников заведомо был в курсе о расположении кораблей другого. Сколько прошло времени, сказать было трудно. Юнги почти не чувствовал конечностей, когда смог, наконец, отскочить в сторону. И дышал-то через раз к этому моменту, хватая воздух постольку-поскольку. Исцарапанный Намджун же смотрелся так, будто прошло порядка десяти секунд. Раны, казалось, только добавляли ему пылу. Тогда как Шуга находился на последнем издыхании. - Достаточно, - и вот ведь дерьмо, даже в таком состоянии отчетливее всего волк Юнги слышал именно Чонгука. Будто его голос был в принципе самым важным ориентиром. - Достаточно, Юнги. Это было похоже на полнейшее сумасшествие. Чон оказался рядом внезапно. Будто он только и ждал момента, чтобы просто подойти, чтобы очутиться поблизости. И вот в нем, и Шуга это ощутил моментально, злобы было довольно. Хватило бы и на двоих, можно было быть уверенным в этом. - Руку! Юнги с трудом понял, что тот хотел. Даже не так: он и не понял. Понял, словно по указке, именно волк, послушно отступив. Шуга почувствовал, как все внутри него снова принимало более человеческий облик. Как его же кости деформировались будто под влиянием извне, выстраиваясь совершенно в другой скелет, образуя совершенно другие комбинации. Чонгук сам раскрыл его же пасть, хватаясь за кровавую руку. И сам же, нисколько не церемонясь, потащил на себя, вытаскивая раненого Юнги. Во второй же его руке был плащ Шуги. Как это произошло, было непонятно даже ему. Если с волком и был полный симбиоз, то то, что он так верно отреагировал на чужие действия, было чем-то куда большим. Его неровное дыхание сбилось окончательно. Глаза, полные непонимания, вцепились в Чонгука, не выпуская. Вокруг - тишина. Разорвал бы Чонгук ему глотку не в момент перевоплощения, и сам бы его же и убил бы. Прямо здесь. Рука Чона, накинувшая плащ Шуге на плечи, отдалила его в сторону. Глаза налились черным. - Как хорошо, что меня в душе не ебут ваши полоумные правила, - прошипел он. И в момент, когда Намджун, так же, как и все прочие, мало понимавший, что сейчас произошло, кинулся вновь, Чонгук сам, кинув на это все свои силы, вцепился тому в глотку. Его клыки вонзились в кожу, прокусывая. И пусть Чон не успел сделать и пары глотков, как его смачно отбросили в сторону, нанес он действительно стоящий удар. Вампиры никогда не дерутся долго. Вампиры никогда не дерутся честно. На губах Чона образовалась улыбка. Намджун, громко рычавший на него, отступил. - Это бой один на один, - дрожавшим голосом произнес Шуга, морщась. Все суставы сводило. Казалось, болело просто все, что имело такое свойство. - Думаешь, мне не насрать? - спросил Гук, поднимаясь. И вытирая с губ чужую кровь. - Я же вампир, не забыл? Шуга поверхностно осмотрел остальных. Они могли вмешаться. Могли помочь вожаку, спасти в конце концов. Но стояли. Точно так же, как стояли до этого момента, когда тот, в который раз подряд, впустил когти под его кожу. Намджун кинулся уже на Чонгука, и тот, чувствуя некое преимущество, ударил вновь. Силы он не экономил, то было ни к чему. Либо валить сразу, либо проигрывать. Альфа, пробуравив когтями землю, поднялся на сей раз с трудом. Чонгук не подходил. Стоял поодаль, будто бы не решался ступить дальше. Но стоял с видом победителя. В момент, когда улицу оглушил вой сирен, улыбка на его губах стала еще более широкой. - Давай уже, - прошипел он Юнги, кивая в сторону домов. Всеобщее смятение пошло им на пользу. Чонгук вытянул Шугу за руку до того, как пара машин завернули в эту сторону. - Ты что, блять, сделал? Копов вызвал? - в это сложно было уверовать вообще. Вызов, на котором оказались люди. Такого в истории-то, наверное, не было. - Да что ты творишь? Совсем ополоумел? Шуга вырвал свою руку из чужой хватки только после поворота, прислонившись к стене. Тело ломило ужасно, но оставаться лишь в одном плаще не хотелось куда больше. Одежда его, протянутая Чонгуком, местами была порвана, но все еще вполне оставалась пригодной для того, чтобы хотя бы скрыть наготу. Дрожь в руках только мешала. - Я спас твою шкуру, оборотень, - отозвался тот, мельком оглянувшись вокруг. - Мог бы и спасибо сказать. - Если бы ты порвал блядскую челюсть волку в момент, когда перевоплощения не было - я был бы мертв, - прорычал Шуга, с трудом всовывая руку в рукав испачканной рубашки. Боль была адской. Чонгук смотрел на все это с каким-то садистским удовольствием. - Ты не должен был вмешиваться... ты... - ... должен был позволить тебе умереть? - и весь пыл как ветром сдуло. - Это ты хочешь сказать? Его руки, такие холодные, легли поверх все еще дрожавших рук Юнги. Пуговицы он застегнул на рубашке Шуги сам, не отрывая притом взгляда от его глаз. Это было неловко в один момент, но и до ужаса приятно в другой. Мин прислонился затылком к стене. Дыхание его все еще оставалось прерывистым. - И зачем? - наконец, спросил он, замечая, как одежда в районе живота вампира уже была окрашена в черный. Темные пятна были почти не заметны. Но рана, бесспорно, открылась. - Да ходит тут один, вдохновляет на подобные тупые поступки. - Я серьезно. - Я тоже, - спокойно ответил Гук, ухмыльнувшись. - Выполняй свое дебильное обещание, Юнги, - и потом с сарказмом: - Уже начинаю бояться твоего: я с тобой.