Он не чужой

Хах... Это трудно, так трудно! Решиться зайти туда, где тебя могут в ту же секунду превратить в свинью. Ты вообще не будешь помнить, зачем пришла сюда. Девушка с трудом подавила желание все бросить и пойти домой, ведь назад дороги нет. Она же делает это не просто так, она делает это ради своих чувств, ради Хаку. Когда это она стала такой сентиментальной? Хаку... Она ведь знала его с детства, какие же чувства открывал этот самонадеянный юноша в сердце Тихиро? У нее, кажется, всегда быстрее билось сердце при виде него. И... Она всегда отчаянно краснела рядом с ним. А главное — его улыбка, слово, да и вообще, осознание того, что он рядом, делало ее счастливой. Любовь? Да, наверно. Только сама Тихиро не признает это. Принципиально не хочет знать, что испытывает к кому-то настолько сильные чувства, она считает его просто хорошим другом детства, который заставляет ее чувствовать, что она все еще жива, и сильно ошибается. Для нее он был спасительным маяком, когда она заблудилась, и не только когда он был рядом, но всегда. Ей стоило представить, как он смеется, и ей станет так тепло, будто его улыбка и звонкий смех согревают изнутри. Нет, она сделает что угодно, если это поможет спасти его. Назад дороги нет. Тихиро уверенно шагнула на мост и невольно вспомнила, как проходила тут в первый раз, как она держалась за рубашку Хаку и, оказавшись почти в безопасности, подвела его. Он даже тогда не рассердился на нее. Нет, она больше не пряталась, она шла по мосту, зная, что ее все заметят. Она именно этого и хотела. Тем временем уже стало совсем темно, зажглись фонари, и странный дух-охранник, проверявший всех, кто собирается зайти внутрь, встал на свое место. Тихиро забеспокоилась, но, вовремя взяв себя в руки, подошла к странному существу. — Госпожа Сен? Проходите, проходите! Вас уже ждут! — послышался знакомый голос говорящей лягушки. Все работники волновались и начали перешептываться: "Это та самая Сен? Говорят, что она сама освободилась от контракта!". "Не может быть!" — шептал другой голос. Тихиро свободно прошла по главному коридору и спокойно дошла до лифта, по памяти она добралась до кабинета Юбабы. Девушка остановилась у самого входа в кабинет колдуньи, отдышалась и резко дернула за ручку, помня ее секрет. Вдруг, не пойми откуда взявшийся поток ветра понес Тихиро к самому кабинету, пролетая через десятки дверей, и остановился у последней, заветной двери. Последний шаг Тихиро должна была сделать сама, без чьей-либо помощи. Девушка робко постучала и услышав что-то вроде мычания, открыла дверь. Состояние комнаты ужасало. Повсюду были разбросаны вещи, везде валялись какие-то бумаги и странный вопль доносился из-за шторы, разделяющей кабинет Юбабы и комнату малыша Бо. Из-за шторы вывалилась сама колдунья и, промычав что-то невразумительное, щелкнула пальцами, вернув все на свои места. Тихиро хотела бы объяснить колдунье причину своего внезапного визита, только Юбаба решила начать первой. — А! Сен! Ну что? Дракона своего ненаглядного ищешь? — лицо старухи изказила ужасная гримаса — она ухмыльнулась. — Отдайте мне Кохаку Нуси! — собрав все мужество в кулак, прокричала девочка. Она знала, что только твердо настаивая на своем, можно было получить от этой колдуньи что-либо. Если бы лягушки умели улыбаться, то их лицо было бы схоже с нынешнем лицом Юбабы... Нет, скорее, она была похожа на жабу.